Леонид Каганов. Лена Сквоттер. М.: АСТ, 2010.
Карьера москвички Илены Сквоттер, урождённой Гугель, началась с обмена вовремя зарегистрированного домена google.ru на двухкомнатную квартиру. Тогда она была совсем юной. Теперь ей двадцать один год, она прожжённая интернет-авантюристка и сотрудница московского офиса международной Компании. Правда, рабочего места у Лены нет, а отдел кадров безуспешно ищет её трудовую книжку и документ об образовании. Читателю почти сразу ясно, что она за птица, но, не доверяя нашей догадливости, автор подробно разъяснит историю внедрения девушки в бизнес ближе к концу. Впрочем, топ-менеджеры знают Сквоттер как эффективную переговорщицу, за каких-то полгода сэкономившую Компании больше миллиона, а младший офисный персонал считает её ведьмой. Именно ей передают на воспитание сопливую двадцатитрёхлетнюю практикантку. Та благодарно внимает наставнице, как Шура Балаганов Остапу, и в первый же день совместной работы компаньонки сталкиваются с некой мистической тайной.
Насмешливый фантаст и парадоксалист Леонид Каганов давно подвизается в роли вивисектора нашей анекдотической реальности. Умея вскрыть идиотизм привычного, он регулярно выдаёт в интернете монологи, достойные Великого комбинатора. Так что, узрев в героине его нового романа знакомые черты, хочется без промедления объявить о пришествии новых Ильфа и Петрова. Лена Сквоттер действительно мало уступает сыну турецкоподданного в том, что касается целеустремлённости, живости ума или невежественного апломба. Походя она срывает покровы, ставит диагнозы и выводит формулы, которым позавидовал бы Пелевин.
«Что Господь шьёт после из наших душ — вопрос, ответа на который никто не знает. Но это так и называется открытым текстом: божий промысел».
Или:«Журналист — это такой скарабей, который пытается по запаху отыскать медиаповод и накатать из него материал».
Однако если ждать от романа объяснения всего или искать в нём весёлую энциклопедию эпохи, то разочарование неминуемо. Да и с увлекательностью есть проблемы. Замечательно заведённый сюжетный движок (поиски места, где исполняются желания) оказывается только поводом к механическим перемещениям героев. Складного, логичного, мотивированного квеста (как в тех же «Двенадцати стульях»), увы, не получается. Сквоттер мотается то в Тамбов, то в Анталью, то в Кёльн только затем, чтобы произнести очередной монолог: о провинциалах, турках, немцах, о религии как страховке, о гендерном маркетинге и о том, что сближает гомосексуализм с любовью к деньгам. Если в какой-нибудь поездке и добывается очередной кусочек пазла, то сами герои не меняются ни насколько. И когда в финале с ними случается наконец кардинальное преображение, оно является нам самым чудесным образом. Офисный же сюжет, в котором героиня ведёт себя подобно Штирлицу в рейхсканцелярии, с самого начала прозрачен. Так что развлекаться читателю приходится смешными поучениями и рассуждениями об устройстве жизни, за которыми, конечно же, стоит не девушка-вундеркинд, а напяливший маску автор. И все развязки сюжетных линий происходят в соответствии с тем же самым фантастическим принципом «вдруг».
Первая развязка — это конец офисной карьеры и расставание с превзошедшей учителя практиканткой. Следующая за ней финальная часть романа отличается от всего предыдущего как очерк о покорителях полюса от фельетона. Представьте, что герой «Золотого телёнка» вместо того, чтобы стать управдомом, отправился на поиски Шамбалы. Здесь уж Каганов-фантаст полностью перехватывает управление у Каганова-сатирика. Вторая и последняя развязка разыгрывает последнюю сцену «Пикника на обочине», но там, где следует произнести: «Счастья даром, счастья для всех, и чтоб никто не ушёл обиженным», стервозная героиня слегка инверсирует канонический текст и немедленно за ошибку расплачивается. И, собственно, единственное, о чём по прочтении можно спорить, ― это был ли запланирован автором тот неумолимый комический эффект, что возникает в результате владеющего последними страницами пафоса? Зато вытекающая из романа мораль хоть и нехитрая, но актуальная. Она в том, что всякий оптимизатор неизбежно будет оптимизирован.
Критика:
Василий Владимирский (Книжный клуб «Фантастика»):
В «Лене Сквоттер...» Леонид впервые столь убедительно описывает внутреннюю, духовную эволюцию героя: хотя это перерождение и происходит лишь в последней части, намёки и предпосылки щедро раскиданы по всем главам книги».
Блогеры:
Kryptozoy:
«С самого начала Леонид Каганов задал совершенно оригинальный стиль, который, я думаю, будет являться фирменной маркой этой книги (о которой, я уверен, ещё долго будут говорить на съездах вручений различных фантастических премий), а главная героиня Лена Сквоттер будет ни больше ни меньше лицом поколения начала XXI века!
А сюжет составлен так, что практически на любой вкус. И не только на вкус преданных поклонников фантастики. Тут найдут пищу для ума, отдых для сердца и подпитку для эмоций многие и многие любители самых различных жанров. В буквальном смысле новое слово в современной отечественной литературе. И заставляет меня говорить всё это совсем даже не любовь к творчеству автора, а совершенно объективное суждение о собственных впечатлениях. И даже не под лавиной новых эмоций, так как книга прочитана мною уже примерно с неделю назад».
| Читать @chaskor |
Статьи по теме:
- Папам посвящается.
Юрий Нечипоренко. Начальник связи: Повести и рассказы / Художн. Голя Монголин. – М.: Арт Хаус медиа, 2012. – 136 с.: ил. – (Для взрослых и детей). . - «Как делать погоду».
Фрагмент из главы «Кратковременный дождь». - Другая память.
Николай Кононов. Фланер. М.: Галеев-Галерея. 2011. – 424 с. - DD против Дана Дорфмана.
О только что вышедшей книге Д. Дорфмана «Одесса, рок-н-ролл, шестидесятые». - Олег Павлов: «Борьба с властью – это борьба за власть».
О роли писателя в жизни современной России, об исповедальной прозе и «писателях-оппозиционерах». - Юбилейное.
Известный уральский прозаик решил в день рождения поздравить самого себя. - Время писать.
Эмоциональная заметка о свойстве современной литературной мысли. - Жаркой ночью в Москве.
Посвящается Эросу и Порносу. - Попытка спастись.
Рассказы из новой книги . - День прощания и день рождения.
Два сообщения о публицисте Юрии Карякине.























