«Необходимо отказаться от самой идеи производства винтиков для социальной машины»
Помните Высоцкого: «…тот, кто будет после, – пусть пробуют они»? Действительно, каким будет поколение Z? Если верить социологам и бабушкам, ругающим «нынешнюю молодежь», перспективы не самые радужные. Злые, жестокие, инфантильные «взрослые дети». Примитивные потребители, которыми манипулирует интернет. Подробности – в интервью с Марком Сандомирским.
Сегодня принято ругать молодежь. За то, что они не читают, не учатся, ни к чему не стремятся, часами сидят перед компьютером, не уважают старших… В этом есть и доля истины, насколько бы не были прекрасны отдельные представители этой молодежи, но в массе своей они производят не самое приятное впечатление. Их интересы, цели и стремления не понятны их родителям – представителям поколений Х и отчасти Y – и вызывают опасения у социологов и психологов. Какими они будут сегодняшние дети и подростки, представители поколения Z? Чего нам ждать от тех, кто будет после? Как они будут пробовать себя во взрослой жизни, и какое общество они создадут для нас?
О настоящем и будущем представителей поколения беседа с автором 17 книг по психологии, психотерапевтом, кандидатом медицинских наук Марком Сандомирским.
— Каковы границы поколения Z?
— Популярная нынче «теория поколений» возникла относительно недавно, на стыке ряда дисциплин: экономики, демографии, истории, психологии (Нейл Хоув, Вильям Штраус). Соответственно до сих пор в этой развивающейся, междисциплинарной теории еще не убраны «строительные леса» и присутствует ряд спорных моментов. Так существуют разные оценки возрастных границ «поколения Z». Например, по одной классификации к нему относят тех, кто рожден с начала «нулевых». По другой − тех, кто к началу «нулевых» еще не вышел из подросткового возраста. И для того, чтобы объединить разные подходы, уместно говорить о переходном поколении из ХХ века в век XXI – тех, кто родился в 1990-е годы и вплоть до 2010.
С другой стороны, внутри этого поколения, как большой и довольно неоднородной возрастной группы, есть субпоколения. В частности, нужно отдельно говорить о тех, кто рожден с начала и до середины 90-х годов. У этого субпоколения есть четкие социально значимые психологические отличия. Его условное название – поколение «Жесть». «Жесть», как вы понимаете, – то, что в молодежном жаргоне означает «замечательно» или «круто», но на самом деле является производным от слова «жестокость». Для этого субпоколения жестокость не только является нормой поведения, но и оценивается его представителями как нечто позитивное, как достоинство. Соответственно его представители характеризуются повышенной агрессивностью, конфликтностью, их жестокость в прямом смысле выплескивается наружу – особенно в среде себе подобных, когда они объединяются в группы («сбиваются в стаи»). Не случайно в социальных эксцессах, происходящих в последнее время, связанных со всплеском насилия (например, Манежная площадь), роль основной «ударной силы» играют подростки 15-17 лет. Отсюда же в значительной мере проистекает и рост подростковой преступности, отмеченный в нашей стране во второй половине «нулевых».
Описанное явление роста подростково-молодежной агрессивности совершенно закономерно и характерно не только для России, но и для большей части стран постсоветского пространства. Оно захватывает в них одну и ту же возрастную когорту – последних «детей перестройки» и первых «постсоветских» детей. Почему эти «новые молодые» повышенно агрессивны? Сказывается «эхо» социальных стрессов их далекого детства, создавших своего рода социально-психологическую «мину замедленного действия», антиобщественный эффект которой проявляется сейчас, «двадцать лет спустя». Исследования американских психологов, призванные дать ответ на вопрос: откуда берутся люди с агрессивным, антисоциальным поведением, или социопаты, − показали, что причина подобных расстройств поведения взрослого человека кроется в его раннем детском опыте. Чем в большей степени беременная женщина или молодая мама в первые два-три года жизни ребенка испытывает стрессы, тем больше вероятность того, что этот ребенок, вырастая, в подростковом возрасте и старше будет проявлять агрессивность и вести себя неадекватно. Он не будет справляться со своими негативными эмоциями, не будет сочувствовать и сопереживать другим людям, поскольку просто не умеет этого делать, не впитал соответствующие стереотипы с молоком матери. И поскольку начало и первая половина 90-х годов для всего постсоветского пространства были очень тяжелым временем массовых социальных стрессов, это и отразилось на детях, появившихся на свет в те годы. Вот сейчас мы и пожинаем плоды социальной катастрофы тех далеких лет − распада Советского Союза.
Конечно, в наибольшей мере описанные закономерности поведения свойственны для раннего субпоколения постсоветских «детей XXI века». У тех, которые родились, начиная с конца 90-х годов и по нынешнее время, казалось бы, нет такого раннего опыта социальных стрессов, который в зрелом возрасте становится основой агрессивных приспособительных поведенческих стратегий «против всех». Но, увы, «дурные» стереотипы поведения в обществе, как и дурные привычки, заразительны. «Волна» подобных стереотипов в одном субпоколении, поднятая давними социальными катаклизмами, распространяется и на последующие возрастные группы, перенимается по механизму подражания, по образу и подобию передачи других агрессивных поведенческих стереотипов – например, «дедовщины» в армии.
Исходя из вышеизложенного, можно прогнозировать «трудности завтрашнего дня» в работе с персоналом и управлении коллективом, когда в него будут вливаться «новые молодые». Ведь становясь сотрудниками, они должны в коллективе вести себя повышенно конфликтно, поскольку будут считать такое поведение естественным и правильным. Для них агрессивность может выглядеть как норма жизни, и по отношению к собственным родителям, и по отношению друг к другу, и по отношению к руководителю и сотрудникам на работе.
— Что будет формировать взгляды на жизнь представителей поколения Z? Какими они будут?
— Формировать взгляды нового поколения, конечно же, будет интернет. И уже формирует. Ведь дети сейчас живут в ином мире, чем раньше: они больше общаются с компьютерами, чем с родителями и друг с другом. Они с детского возраста погружены в интернет, он им заменяет телевидение – дети смотрят мультфильмы в сети и играют в онлайновые игры. Дальше – больше, и обучение, и общение со сверстниками будет становиться все более онлайновым. Отсюда, из специфики такого привычного для нового поколения виртуального способа коммуникации с окружающим миром, и вытекают дальнейшие психологические особенности этого поколения. Меньше человеческой коммуникации, больше техногенной. Уже сейчас видно, что дети и подростки лучше разбираются в технике, в чем-то материальном, чем в человеческих эмоциях и в человеческом поведении. Это отражается даже на общении детей с родителями: коммуникативная дистанция между ними увеличивается, и цепочка социального наследования, передачи опыта прерывается. Нынче родители все меньше играют роль авторитета для своих детей; всезнающим авторитетом для последних становится интернет. Ну, а если дети не учатся у родителей, тогда родители начинают учиться у своих детей (префигуративное общество, которое начинает формироваться уже сегодня).
Какими они будут, когда вырастут, сегодняшние Z-дети? Это будет в полной мере «цифровое» поколение, представителям которого легче будет устанавливать контакт с компьютером, чем друг с другом. Пожалуй, в наиболее ярком виде психологические особенности нового поколения можно наблюдать в их крайних проявлениях, в форме определенных психологических синдромов.
Во-первых, это гиперактивность. Сейчас происходит роста числа так называемых «детей индиго», или детей с синдромом дефицита внимания и гиперактивности (СДВГ). Этим детям трудно долго оставаться сосредоточенными на чем-то одном, они очень непоседливы и потому расторможены, гиперактивны. Поэтому у таких детей часто возникают проблемы с успеваемостью из-за неусидчивости и нетерпеливости, хотя при этом они и могут быть одаренными в каких-то отдельных сферах деятельности. Существует миф, который поддерживается в родительской и отчасти педагогической среде, о том, что это якобы особые, одаренные дети, «люди будущего». Но это, к сожалению, не так. Реальность такова, что у «детей индиго» есть определенные проблемы медико-психологического характера. Недостаток эмоциональных контактов в семье, в первую очередь с матерью, и избыток информации, который обрушивается на детскую голову с первых лет жизни, приводят к нарушению возрастного развития нервной системы. Вот почему эти дети повышенно возбудимы, впечатлительны, непоседливы и менее послушны.
И хотя со временем эти черты детского поведения частично сглаживаются, но все-таки в будущем нас ждет общество бывших гиперактивных детей. Гиперактивный социум, в котором люди будут отличаться большей потребностью в новизне, поиске ощущений, меньшей терпеливостью и терпимостью, склонностью к повышенной конфликтности. Мышление таких людей ориентировано на то, чтобы перерабатывать информацию короткими порциями – это так называемое «клиповое мышление» (хотя этот термин еще не совсем устоялся в психологической среде, скорее можно сослаться на работы социальных философов, в частности А. Ашкерова). Эти люди не будут читать «Войну и мир», они будут читать комиксы и короткие тексты в интернете, тексты, которые помещаются на один экран. И переваривать информацию они будут точно таким же образом: быстрее, но короткими порциями. А это означает поверхностный подход к анализу информации и к принятию решений.
Вторая черта «поколения будущего» − склонность к аутизации. Речь идет об аутизме не в виде расстройства (хотя детей-аутистов становится все больше), а о доклинических формах аутизма, рассматриваемых как крайнее проявление тренда эволюции человечества (теория Д. Скрипникова). Аутизация, как способ взаимодействия с миром людей, с детства погруженных в себя и неспособных общаться с окружающими, выступает как защита от проблем современного образа жизни, как способ отгораживания от мира, по сути – способ десоциализации.
— Что окажет решающее влияние на развитие и формирование поколения Z?
— Интернет, интернет и еще раз интернет. Он для них будет заменять другие каналы получения информации и, безусловно, станет более важным, чем традиционные СМИ. Конечно, дело здесь не столько в запросах нового поколении, сколько в закономерностях прогресса общества и развития интернет-коммуникаций, с которыми мы сталкиваемся сегодня. Для этого процесса глобальной «интернетизации» жизни есть даже специальное название: интернет-революция (и ее ведущее на сегодняшний день направление – революция социомедийная). При этом, если в традиционном обществе все-таки большее влияние, чем СМИ, на человека оказывало общение с другими людьми, коммуникация «человек-человек», то для нового поколения, скорее всего, виртуальная коммуникация будет преобладать над реальной. Здесь возникает определенное противоречие: люди стремятся все меньше общаться друг с другом (по Бодрийяру) – но при этом общаются все больше. Они все меньше общаются в социальной реальности – и все больше в реальности виртуальной. Это и есть описанная выше тенденция к аутизации: современный человек постепенно становится менее общительным в социальном плане, люди все более изолируются друг от друга, и возникающая социальная самоизоляция (еще одно противоречие, стремление жить в обществе – и быть свободным от общества) компенсируется общением через интернет. По сути, новое поколение в значительной мере и жить будет в интернете. Они будут рваться туда, убегая из обыденной реальности, там будут сосредоточены их интересы, чувства и помыслы.
Соответственно, когда человек отвлекается от привычной реальности и живет в реальности искусственной, например, виртуальной, он отрывается от жизни, реальной почвы, и им становится легче манипулировать. Простой пример. Почему в интернете периодически возникают эпидемии панических слухов? Люди сталкиваются с информацией, которую не могут проверить, поэтому они ей парадоксальным образом доверяют, чтобы избавиться от возникающей неопределенности (виртуальная реализация тертуллиановского постулата: «Верую, ибо абсурдно»). Легенды про «сигналы» людей, оставшихся в живых на затопленной ГЭС, или про страшный смог, из-за которого «все умрут», конспирологические теории происхождения постигших нашу страну природных катаклизмов показательны тем, что они быстро распространялись в интернете и охватывали большую аудиторию. Вот пример того, что при интернетизации общения, люди становятся более податливы для манипулирования, ибо воспринимают информацию некритически и к тому же в роли пользователей социальных медиа становятся друг для друга источниками панического информационного «заражения».
А это значит, что новое поколение, которое будет проводить в интернете еще больше времени, чем сегодняшние «старожилы рунета», может оказаться еще более податливым для манипуляции. Отрываясь от реальности, люди вынуждены доверять тому, что проверить все равно не могут. И основная направленность манипуляции массовым сознанием, которая усиливается с каждым годом и для нового поколения будет особенно актуальной, состоит в том, чтобы люди начали воспринимать жизнь в целом как развлечение, как игру. И в этой игре главным становится потребление – информации, товаров, услуг, развлечений. Мы будем медленно, но верно врастать в западные стандарты потребительского общества, подчиняясь «проклятому» Зиновьевым и высмеиваемому Задорновым тренду вестернизации. И с психологической точки зрения можно сказать, что это будет приводить к еще большей инфантилизации населения. Эта тенденция заметна уже сейчас на подростках и молодежи, составляющих отдельную потребительскую и социально-психологическую группу, описанную маркетологами как кидалты, или «взрослые дети». Для них характерен «синдром Питера Пэна», или «вечного ребенка»: они не хотят взрослеть и обременять себя взрослыми обязанностями и ответственностью. Соответственно, они настроены вести потребительский «детский» образ жизни. И рассмотренная закономерность имеет совершенно определенную подоплеку: это удобно. Удобно для того, чтобы новым поколением манипулировать в еще большей степени. Манипулировать не в целях политических, они тут неактуальны, новое поколение будет еще более аполитичным, скорее всего. А манипулировать именно в целях экономических, чтобы эти дети потребляли и покупали, снова потребляли и снова покупали.
— Чем поколение Z будет отличаться от предыдущих поколений?
— С одной стороны, они становятся менее общительными, более погруженными в себя и виртуальный мир и фантазии. На языке психологии – более интравертированными. С другой стороны, если речь идет о ребенке, то это детский эгоцентризм, для ребенка это естественно – думать исключительно о себе. Применительно к человеку взрослому это правильно назвать индивидуализмом. Таким образом, психологический диагноз нового поколения – интровертированный индивидуализм.
Надо подчеркнуть, что чем дальше, тем больше будет заметна социально-психологическая поляризация, расслоение молодежи: расслоение интеллектуально-культурное, а не расслоение экономическое (хотя последнее отчасти коррелирует с первым). Когда происходит подобная поляризация, то на одном полюсе – меньшая часть подростков, которые заинтересованы в знаниях, которые интенсивно учится, и знания для них имеют высокую ценность. А на другом полюсе − большая часть подростков, для которых, наоборот, культура, образование, знания девальвируются, теряют ценность. В их представлении можно хорошо устроиться в жизни, не обладая специальными познаниями. Устроиться другими способами – по протекции. На самом деле здесь кроются инфантильные ожидания – для ребенка все вопросы должны решать родители, вот и для современных подростков и молодежи, вчерашних детей, мама и папа должны их устроить во взрослой жизни и создать для них комфортные условия, обеспечить для этой жизни всем необходимым.
И сюда же надо добавить, что, когда мы говорили о повышенной манипулируемости умами и чувствами населения, то подверженная манипулятивному влиянию большая часть нового поколения будет становиться «рабами общественного мнения», точнее – рабами интернета. Из сети они будут черпать образцы того, как нужно одеваться, как нужно себя вести, как вообще жить правильно. Потому что для них правильно означает «быть как все», подражать большинству. А та меньшая часть поколения, которая стремиться к индивидуальности, самобытности, аутентичности, самореализации, видимо, будет составлять всего лишь несколько процентов. Здесь мы опять жк будем вестернизоваться, будем двигаться в сторону такого ценностно-культурного распределения общества, которое уже сложилось на Западе. До сих пор еще мы как-то сохраняли самобытность, пока изживали (увы!) остатки старой советской системы образования (которая была действительно хорошей, не в пример модерновой болонской системе и модернизированным стандартам школьного образования) и растрачивали накопленный запас культуры. Сейчас, с вступлением в самостоятельную жизнь «поколения Z» все окончательно изменится – очевидно, не в лучшую сторону.
По сравнению с предыдущими поколениями у новой молодежи еще больше обострится конфликт отцов и детей, конфликт мировоззренческий. Углубляется разрыв поколений, и то, что дети должны воспринимать от родителей – жизненный опыт и т.д., сейчас они в основном отбрасывают. Для них взгляды родителей («предков», «геронтов») безнадежно устарели, что само по себе является большим противоречием для общества. Ибо это означает, что от родителей молодежь будет отдаляться, мнением родителей пренебрегать, но в то же самое время ожидать, что родители будут решать ее проблемы. То есть новое поколение будет возлагать на родителей моральную ответственность за собственные проблемы - когда у них что-то не получается, они прибегают к самооправданию: это родители им не дали, не устроили, не научили…
Следующий важный момент – исчезает традиционная семья. Эта тенденция сейчас уже явно проявляется, она существует в обществе как долгосрочный тренд. Для нового поколения, когда они вырастут, психологические проблемы создания семьи будут еще более острыми. У них нет личного опыта жизни в полной семье, семье, где много детей. Это тоже важно. Почему новая молодежь будет более эгоцентричной? Эти дети вырастают в семьях, где есть единственный ребенок, автоматически представляющий собой центр внимания. Ребенок привыкает к такому положению вещей и полагает, что и другие люди должны к нему относиться так же, как родители. С таким инфантильным эгоцентричным убеждением он и выходит в самостоятельную жизнь.
Новые формы семейных отношений – это суррогатные формы брака. Это уже не брак гражданский, а так называемая семья выходного дня. Люди вместе не живут, а только проводят выходные. Или серийный брак, когда обе стороны заранее знают, что это не надолго, год-полтора, максимум два. И в некотором смысле получается, что информационный прогресс в обществе на семью и детей влияет парадоксальным образом: возникает регресс. Мы скатываемся к примитивным формам общественной организации, когда семьи как ячейки общества еще не было, как в каменном веке.
Семейный круг, встречи родных тоже будут уходить в прошлое, и лет через 15-20 они станут виртуальными и общаться люди будут по аналогу Skype. Уже сейчас есть молодые люди, которые живя отдельно от родителей (но за их счет), общаются с «родаками» только по телефону или через сеть. И дело не в отдельно взятых семьях, к сожалению, это закономерность, образ жизни подталкивает молодежь именно к такому поведению.
— Какие ценности будут у представителей поколения Z?
— Начать надо с того, что у нового поколения возникает размывание жизненных принципов и жизненных ориентиров. Происходит это в силу нескольких причин. Первая – быстрое изменение жизни, вследствие которого отдельные жизненные принципы, а то и стиль жизни в целом устаревают. Второе – мировоззренческий разрыв с родителями, жизненные принципы старших становятся для молодежи неактуальными. И, наконец, третье – избыточность информации, или информационная перегруженность, являющаяся неотъемлемой чертой современного информационного общества. Получается, что человек живет как бы в тумане, в котором ориентиры не видны. Раньше устоявшееся в обществе жизненное кредо было в чем-то упрощенно-популистским: каждый человек должен был сделать в своей жизни нечто, сводящееся к стандартному набору (построить дом, вырастить сына, посадить дерево). Сейчас такой определенности, которая бы сводилась к простым формулам, больше нет. Казалось бы, человек приобретает больше свободы, но он не знает, что с этой свободой делать. Как лучше всего жить? Каким быть? К чему стремиться? Как поступать, как распоряжаться своей жизнью правильно?
И переходя к ценностям… Конечно, ценности бывают разные, но их можно объединить в четыре основные группы: здоровье (физическое благополучие и безопасность), семья, социальные ценности (карьера, материальное положение) и ценности духовные (образование, культура). Подводя итог, можно сказать, что ценности здоровья для нового поколения никуда не денутся, может быть, даже будут еще более актуальны. Люди будут осознавать, что для поддержания здоровья при современном образе жизни нужно прикладывать больше усилий, и потребление в этой сфере будет расти. А вот вторая группа ценностей – семейные – в глазах нового поколения, увы, обречена на постепенную девальвацию. Перемещение внимания будет происходить в сторону социальных ценностей – карьера и благосостояние. Но вспоминая про гиперактивность, повышенную конфликтность и проблемы с эмоциями можно ожидать, что это общество будет склонно к более острой конкуренции людей друг с другом, конкуренции не корпоративной, а персональной. Новое поколение будет еще больше, чем предшественники, стремиться расталкивать окружающих локтями для достижения личных целей. А четвертая группа ценностей – духовная – для значительной массы молодежи опять же будет обесцениваться. Группа людей высококультурных, для которых образование, духовность, личностное развитие имеют высокий приоритет, будет, к сожалению, сокращаться.
— Как поколение Z будет проявлять себя на работе? В отношениях с начальниками и коллегами?
— Главный социально-психологический тренд для нового поколения – это инфантилизация. Она проявляется в том, что взрослые люди сохраняют детские черты и соответственно во «взрослых» ситуациях ведут себя по-детски, не осознавая этого. Соответственно, как работники, они будут менее ответственными, менее исполнительными, они не готовы признавать свою вину за срывы и неадекватное выполнение каких-то работ. Но при этом, как дети, будут постоянно ожидать от окружающих и от руководителя безусловной положительной оценки всего, что они делают на работе. Представьте: ребенок, получает от родителей похвалу за свои поделки и наивные детские рисунки, за прочитанные на детсадовском утреннике стихи – это естественно. Но когда человек вырастает, становится, к примеру, офисным сотрудником, а внутри остается все тем же ребенком, он ожидает такой же безусловно-принимающей позитивной оценки за свои «произведения», за свою работу, даже если он выполняет ее некачественно, неадекватно. Сюда же нужно добавить свойственный инфантильному поколению детский эгоцентризм и потребительское отношение к жизни. Уже сейчас молодые сотрудники, особенно столичные «кадры», нередко претендуют на то, чтобы получать заработную плату не по результату своей деятельности, не за надлежащее выполнение функциональных обязанностей, а просто за сам факт присутствия на рабочем месте, «отсиживания» положенного количества часов (отчасти заполняемого общением в интернете). Впрочем, как гласит народная мудрость, тех, кто хочет работать, жизнь наставляет, а кто не хочет – заставляет. Так же происходит и со «взрослыми детьми»: жизнь для них – лучший учитель.
— А как будут вести себя в офисе представители субпоколения «Жесть»?
— Как мы говорили, для них характерны повышенная конфликтность, жесткость, бескомпромиссность, стремление «идти напролом» ради защиты своих интересов, не считаясь с интересами окружающих, буквально по их головам. Можно сказать, что это поколение будет более психологически конкурентно в завтрашних офисных войнах, у них будет преимущество по сравнению с более конформными, менее конфликтными представителями старших возрастных групп. Но вот желания работать добросовестно, стремления к компетентности вряд ли стоит от этого поколения ожидать, ведь повышенная требовательность к другим (стремление «брать») у «новой» молодежи нередко сочетается с нетребовательностью к себе (и нежеланием «отдавать»). И если их скрытая агрессивность, стремление к доминированию ошибочно принимается за лидерские качества, если идеалом руководителя представляется человек, который не «миндальничает» с подчиненными, привык на них «давить» и легко может, не сдерживая себя рамками этикета, стукнуть кулаком по столу и наорать на сотрудников, тогда «дети 90-х» идеально в подобный стереотип руководства впишутся. Если же под лидерством понимать действительно умение направить большую группу людей на достижение общей цели, объединив их, замотивировав, найдя подход к каждому и создав из них сплоченную команду, то «новым молодым» добиваться этого, пожалуй, будет труднее, чем их старшим коллегам.
— Из вышесказанного можно сделать вывод, что ценность рабочих профессий упадет до нуля?
— Вполне возможно. Впрочем, так же, как и других «исполнительских» профессий, связанных с напряженным (не только физически) трудом, стереотипностью действий, монотонностью, изматывающим темпом. Ведь все эти факторы становятся источником профессионального психоэмоционального напряжения. А если относиться к жизни и работе инфантильно, по-детски - как к игре, то напрягаться ни в коем случае не надо! Ведь что такое игра? Когда что-то нужно делать «понарошку», имитировать занятость и бурную деятельность. И желающих «пахать», «вкалывать», напрягаться всерьез, занимаясь не только физическим трудом, становится все меньше и меньше. Даешь виртуальную работу с виртуальным результатом! Интернет – вот самое популярное место работы в будущем, для нового поколения. Промышленность же – это достаточно напряженный труд: ведь даже если значительную часть работ выполняют станки с программным управлением, автоматизированные системы, на долю «человеческого фактора» все равно остается напряженный ритм, плотный график работы, обязательность, ответственность и т.д. А инфантильное отношение к труду, свойственное новому поколению, сводится к простому принципу: поменьше напрягаться, вообще поменьше делать и за это побольше получать. Это не совмещается ни с рабочими, ни с инженерными профессиями. И престиж и тех, и других в обществе давно уже упал.
Беседовала Александра Сычева
Источник: www.e-xecutive.ru
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
Статьи по теме:
- Детские страхи .
Как с ними справиться. - Лицом к детям.
Превращение в папу: когда? - Дисциплина для малышей.
10 эффективных альтернатив наказанию. - В защиту одиноких матерей.
Женщинам, решившимся рожать в одиночку, приходится сражаться не только со своими предрассудками. . - «Ребята ждали, готовились, рисовали рыбок…».
Почему детей-аутистов не пустили в Московский океанариум. - Школьные конфликты: театр начинается с раздевалки.
Травля - это игра, в которую играют дети, которым не дали играть в другие игры. - Артек. В поисках детства.
Репортаж из легендарного пионерлагеря. - Генератор жалости.
Как реагировать на «мадонн» с младенцами в подземных переходах? - Почему спит ребенок.
Текст, который взорвал рунет. - Как защитить детей в Cети, не прибегая к цензуре .
Лари и Анна приняли участие в Форуме безопасного Интернета в Москве 6-7 февраля.
