В Белграде, Нише, Нови-Саде и Подгорице проходят траурные мероприятия, участие в которых принимают десятки тысяч человек. Главным девизом церковных служб и гражданских панихид стал славянский лозунг конца марта 1999-го: «Оскорбить нас можно, но победить — невозможно». Сербы и сегодня уверены, что демонстрацией силы в ходе агрессии против СРЮ НАТО «не добилось ровным счетом ничего» и бомбы, сброшенные на югославские города, отнюдь не лучший пример «миротворчества» Вашингтона и Брюсселя.
Речь президента Сербии Бориса Тадича на специальном заседании Совбеза ООН 23 марта отличалась резкостью фраз и четкостью изложения позиции. Комментируя события десятилетней давности, когда Североатлантический альянс в обход решений Организации Объединенных Наций начал массированную воздушную атаку крупнейших городов Союзной Югославии, Тадич заявил, что Белград всегда останется «на своих позициях»: край Косово, из-за войны в котором тогдашний генсек НАТО отдал приказ «применить акцию устрашения против сербов», «как был, так и останется частью суверенного сербского государства». «Мы будем бороться за свою территориальную целостность, — отметил он. — Но сделаем это исключительно дипломатическим путем». Таким образом, Тадич выразил общее мнение официального Белграда и большинства рядовых сербов относительно итогов бомбардировки СРЮ: мы не считаем себя побежденными и определенный успех альянса десятилетней давности — не более чем частность, с которой приходится считаться теперешним потенциальным союзникам Запада. Сербская делегация при ООН также подчеркнула, что для всех, кто считает себя югославом, 24 марта навсегда станет днем поминовения жертв несправедливости.
День поминовения на Балканах традиционно отмечается массовыми шествиями, демонстрациями патриотизма и службами в церквях и мемориалах. 24 марта ровно в полдень по местному времени были приведены в действие все сигналы воздушной тревоги, приостановлены занятия в учебных заведениях, а водители автомашин, припарковав свои транспортные средства, на минуту надавили на клаксоны. Венки к монументу 2 тыс. погибших югославских военных, полицейских и мирных жителей возложили бывший сербский премьер Воислав Коштуница, нынешний глава Кабмина Мирко Цветкович, руководители администраций городов, подвергшихся воздушной атаке в марте — июне 1999-го, и простые граждане.
Участники акции, как и политики во всей Сербии, сейчас принципиально расходятся во мнениях относительно действий альянса разлива 99-го. Так, например, Сербская радикальная партия (СРП), которой сегодня симпатизирует значительная часть сербов, призвала мировое сообщество признать пресловутую операцию НАТО «попыткой истребления славян». В целом ряде кафе от Белграда до черногорской Подгорицы до сих пор практикуется так называемая патриотическая ракия. Любой, кто появится в заведении с повязкой в виде сербского флага на руке в праздники и траурные дни и негативно выскажется в отношении Брюсселя и Вашингтона, автоматически получает бесплатный обед или ужин с непременной чорбой (супом), виноградной (сливовой) водкой и домашним хлебом. Как правило, после подобного угощения у многих посетителей просыпается «искренняя ненависть» к Биллу Клинтону, Хавьеру Солане, генералу Уэсли Кларку и «всем тем, кто виноват в бомбардировках государства в центре Европы». По мнению аналитиков, местные правоохранительные структуры попросту не могут сдержать рост националистических настроений. «Нужно послушать разговоры в трактирах — и у вас сложится определенное мнение о том, что думает о НАТО и Западе средний серб, — сказала «Часкору» балканский наблюдатель Евросоюза Марина Шишкова. — Трудно сказать, простят ли когда-либо эти люди то, что произошло в марте 99-го».
Иной точки зрения придерживаются прозападные сербские политики. Экс-премьер Коштуница, в свое время приветствовавший свержение режима Слободана Милошевича, заявил, что Сербия просто обязана стать частью объединенной Европы, но для этого придется сесть за стол переговоров со всеми «цивилизованными силами». По всей видимости, здесь имеется в виду кандидатура нынешнего руководителя НАТО Яапа де Хооп Схеффера, выступившего накануне с довольно интересной для генсека альянса речью. Он назвал интервенцию НАТО в Югославию «противоречивым конфликтом» и заявил, что настаивает на «взаимопонимании сторон». Под словом «взаимопонимание» наверняка кроется твердое убеждение де Хооп Схеффера в том, что рано или поздно Сербия как прямая правопреемница Союзной Республики Югославии согласится пойти на мировую и, признав независимость Косова, получит возможность войти в ЕС. Но вот ведь в чем загвоздка: сербские «прозападные» политики, включая тех же Коштуницу, Цветковича и Тадича, никогда не согласятся на отторжение 13% сербской территории (край Косово). Получается некий революционный эффект — одни не могут, другие не хотят, и выхода из сложившейся ситуации попросту нет.
Не исключено, что проблема Косова, ставшая причиной натовских бомбардировок и повлекшая за собой вывод сербских войск из Приштины, еще далека от решения. Но чем чаще в прессе, включая западную, будет употребляться фраза «миротворческая миссия на Балканах», тем чаще она будет ассоциироваться с агрессией против Югославии — страны, стоявшей у истоков ООН…
…Но именно в эти дни в Сербии звучит иная фраза — «победа проигравших». Проиграв физическую войну с Вашингтоном и Брюсселем, Белград настаивает на своей моральной победе. И с этим трудно не согласиться.
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
