В этом году контроль над рядом афганских провинций начнёт переходить из рук коалиционных войск в руки национальной армии и полиции Афганистана, и через пять лет они будут отвечать за безопасность уже во всех провинциях страны.
Такое решение приняла в четверг международная Лондонская конференция по Афганистану.
Чтобы достичь этого, министр иностранных дел Великобритании Дэвид Милибэнд предложил делегатам от правительств более чем 60 стран создать фонд в 500 млн фунтов стерлингов, чтобы стимулировать боевиков «Талибана» складывать оружие. Конференция согласилась, а Совет Безопасности ООН вычеркнул из своего списка террористов пять бывших министров правительства талибов — с их помощью президент Афганистана Хамид Карзай надеется установить переговорный канал с движением «Талибан».
Пятилетний план для «оплаты права выхода из Афганистана» — иронически окрестила это предложение лондонская Times. Думается, однако, что газета чрезмерно оптимистична: Хамид Карзай уже предупредил делегатов, что процесс может растянуться и на 15 лет.
Тем не менее Карзай доволен, что мир поддержал деньгами его просьбу о мире и теперь он уже может начать примерять тогу национального лидера — миротворца. Человека, который ещё в ноябре прошлого года не побоялся первым протянуть оливковую ветвь примирения мулле Омару и которому Вашингтон за это всячески мешал выиграть выборы. Осталась самая малость: кто-то должен сломать хребет движению «Талибан», чтобы оно не мешало его миротворческим усилиям. Поскольку мулла Омар отказался принять предложенную оливковую ветвь — в качестве предварительного условия для начала переговоров он требует вывода всех иностранных войск. После чего, собственно говоря, всякая надобность в продолжении переговоров отпадёт — после прошлогоднего конфуза на выборах (результаты первого тура пришлось пересматривать, а второй тур не состоялся вообще) легитимность президента Афганистана настолько сомнительна, что значительная часть правительственных войск может просто перейти на сторону муллы Омара как законного правителя страны. Так что ломать хребет движению «Талибан» придётся американской армии и войскам НАТО. Для чего в Афганистан прибывают из Ирака всё новые подкрепления американских войск. Весной они обрушатся на талибов «большой волной».
Суть этой стратегии «волны» генерала Маккристалла заключается в концентрации американских войск на «позициях стратегической обороны» — в Кабуле и в городах провинций Хост, Гильменд и Кандагар, то есть там, где талибы осуществляют активные операции и где плотность населения достаточно велика. Расчёт здесь на то, что талибы, для которых контроль над этими городами и регионами является стратегически важным делом, не смирятся с подобным присутствием, и тогда американские солдаты смогут встретиться с боевиками лицом к лицу и, воспользовавшись своей превосходящей огневой мощью, сломать хребет противнику. На сегодняшний день талибы предпочитают уклоняться от огневого контакта с ними: 80% своих потерь войска коалиции несут от вражеских мин, когда патрулируют дороги в поисках боевиков.
Этот переход от защиты территорий к защите населения обеспечит Кабулу необходимую передышку для укрепления армии и полиции — к окончанию «волны» их численность должна возрасти втрое, что позволит американцам и НАТО начать вывод своих войск. Ахиллесовой же пятой этой концепции является то, что президент Обама указал сроки «волны»; теоретически талибы могут просто отсидеться 18 месяцев на своих базах в Пакистане и затем, дождавшись спада «волны», перейти в наступление. В способность Карзая самостоятельно, без иностранных войск противостоять талибам не верит никто, даже посол США в Афганистане. Хотя бы потому, что движение «Талибан» по-прежнему находится под негласным покровительством пакистанской армии.
На днях газета The New York Times опубликовала секретные послания посла США Карла Эйкенберри в Госдеп США в ноябре прошлого года на последней стадии обсуждения концепции «большой волны». В них Карл Эйкенберри, сам бывший ранее главкомом американских войск в Афганистане, предупреждает Белый дом, что «посылка дополнительных войск сделает затруднительным, если не невозможным возвращение наших людей обратно домой в разумные сроки». «Президент Карзай не является адекватным стратегическим партнёром. Контртеррористическая стратегия предполагает, что афганские политические лидеры способны принимать на себя ответственность и суверенные решения в развитии наших целей. Однако Карзай продолжает уклоняться от груза ответственности, связанного с принятием суверенных решений. Ни он, ни большинство его окружения не хотят нашего ухода и просто счастливы видеть, как мы делаем всё новые инвестиции». Афганская армия, утверждает Эйкенберри, парализованная «износом» и боевыми потерями, «требует ежегодно десятки тысяч новых рекрутов просто для поддержания её нынешнего уровня». Поэтому, учитывая столь огромный износ и низкий уровень рекрутирования пуштунов на юге, генерал очень сомневается, что афганская армия сможет достичь запланированных показателей в установленное время.
Последняя фраза более чем красноречива: ведь афганская армия насчитывает только 90 тыс. человек, никаких серьёзных боёв с талибами не ведёт, и её боевые потери никак не могут достигать подобных цифр. Следовательно, столь громадный «износ» можно объяснить только одним — массовым дезертирством. Поскольку, как свидетельствуют журналисты, очень часто афганцы записываются в армию исключительно для того, чтобы, получив жалованье за время обучения, затем дезертировать из неё ещё до боёв. И отнюдь не из-за трусости — просто афганцы не желают воевать на стороне оккупантов. Отсюда понятен и пессимизм генерала: с таким главнокомандующим, как Карзай, и с такой политической элитой, как его окружение, афганская армия как была, так и останется небоеспособной. Отсюда же и проявившееся на прошлогодних президентских выборах стремление администрации Барака Обамы заменить Карзая или навязать ему своих кандидатов. Но Карзай, заключив союз с бывшими полевыми командирами Северного альянса, сумел устоять. И это стало первым провалом «умной стратегии» Барака Обамы. Вторым же её проколом стал Пакистан.
Генерал Эйкенберри в своём послании посвятил Пакистану всего один абзац, но и его достаточно, чтобы понять значение этой страны для успеха «большой волны» в Афганистане. «Пакистан является самым мощным источником нестабильности в Афганистане, (поскольку) считает, что слабость его соседа наилучшим образом соответствует его стратегическим интересам. Дополнительные войска не смогут покончить с восстанием, пока сохраняются убежища (талибов) в Пакистане», — констатирует он. И предостерегает: «Нынешнее военное наступление пакистанской армии в (Южном) Вазиристане обнадёживает, но каков будет его долговременный результат, пока неясно. Кроме того, эта военная акция Пакистана не касается ни Шуры (муллы Омара), ни сети Хаккани, наиболее опасной и смертоносной для союзных войск и простых граждан».
Слова генерала легко понять, если знать, что в Южном Вазиристане находились тогда базы пакистанского «Талибана», а мулла Омар и сеть Хаккани представляют афганский «Талибан». Эти два тесно связанных и идеологически чрезвычайно близких движения отличаются лишь тем, что если пакистанские талибы воюют преимущественно против пакистанской армии и собственного правительства, то афганский «Талибан» воюет исключительно в Афганистане, рассматривая Исламабад как своего союзника. Именно поэтому, поддерживая «слабость соседа», Исламабад уже много лет закрывает глаза на расположенные на его территории базы муллы Омара и Сиражуддина Хаккани.
И предчувствия генерала Эйкенберри не обманули его: разгромив враждебных ему талибов в Южном Вазиристане, пакистанская армия, несмотря на давление Вашингтона, так и не вошла в Северный Вазиристан, хотя именно туда и бежали разбитые талибы из Южного Вазиристана. Пакистанской армии нужно от полугода до года передышки для консолидации положения в освобождённых провинциях, объяснили ситуацию министру обороны США Роберту Гейтсу в Исламабаде, куда он приехал для сверки часов за неделю до Лондонской конференции. В переводе с дипломатического это значит, что «самая смертоносная для союзных войск» сеть Сиражуддина Хаккани — именно её базы расположены в Северном Вазиристане — не только сохранит свои убежища в Пакистане, но и получила серьёзное подкрепление в лице боевиков с юга провинции. Думается, что это и есть тот «долговременный результат» наступления пакистанской армии в Южном Вазиристане, относительно которого колебался генерал Эйкенберри. Ведь суть его предупреждения Вашингтону заключается в том, что длительность пребывания американских войск в Афганистане зависит не от генерала Маккристалла и не от Хамида Карзая — она зависит от Исламабада. Тайным, но заветным желанием которого является возвращение муллы Омара в Кабул.
«Важно, чтобы примирение состоялось на всех уровнях, и мы стараемся на всех уровнях выйти на контакт с «Талибаном», но что из этого получится, сказать трудно» — так ответил журналистам во время визита Роберта Гейтса споукмен Министерства иностранных дел Пакистана Абдул Базит об отношении Исламабада к планам примирения Хамида Карзая. Но какие-либо детали обсуждать отказался. Ясно одно: кодом для понимания пакистанских дипломатических усилий являются слова «на всех уровнях», то есть то, что Исламабад хотел бы примирения также с лидерами талибов. Гульбеддин Хекматиар, кстати, уже объявил о своём согласии принять участие в переговорах по примирению. Однако Запад к подобному отступлению ещё не готов — Вашингтон намерен по-прежнему расстреливать лидеров талибов с беспилотников и перекупать их пехоту, а отнюдь не вести с ними переговоры. Однако если американской «большой волне» и Хамиду Карзаю не удастся сломать хребет и расколоть «Талибан», то решения Лондонской конференции могут оказаться первым шагом Запада и к «примирению на всех уровнях», не так ли? Думается, что именно поэтому пакистанская армия как раз перед началом «большой волны» решила приостановить свою войну с боевиками.
Статьи по теме:
- Перспективы-2010. Постсоветское пространство
- Перспективы-2010. Ближний и Средний Восток
- Перспективы-2010. Запад
