Новый американский президент четко и уверенно разыгрывает свою партию. У него на руках все козыри, у его российского коллеги — никаких. Поэтому результаты лондонской встречи полностью отвечают интересам США. Рассматривать в качестве союзника Россию Америка, разумеется, не может. Дело тут не в риторике в стиле холодной войны, коей сегодня обмениваются Москва и Вашингтон, ее можно сменить за неделю.
Итак, всё прошло вполне предсказуемо.
Для России потепление отношений с США становится в значительной степени самоцелью. Точно так же, как до этого самоцелью было ухудшение отношений с США.
Страна не имеет никакой внешней политики, таковую заменяет сумма хаотических по своей сути реакций на внешние раздражители. С содержательной точки зрения такие реакции могут прямо противоречить друг другу именно в силу отсутствия внешней политики.
Сами по себе реакции определяются интересами (в первую очередь, естественно, коммерческими) правящей группировки (так, как она эти интересы понимает) и ее же, группировки, психологическими комплексами. Отсюда проистекала и антиамериканская истерия нескольких последних лет.
Интерес правящей группировки здесь был почти исключительно внутренний — сплочение населения России перед лицом внешней угрозы (независимо от того, существует ли эта угроза на самом деле) и отвлечение внимания населения от внутренних проблем.
Но и комплексы в данном случае сыграли большую роль: во-первых, антиамериканизм был воспитан в наших руководителях в советское время, во-вторых, они панически боятся, что Вашингтон организует против них «оранжевую революцию».
Однако всю эту роскошь можно было себе позволить в ситуации экономического роста. А когда начался обвал, дальнейшая конфронтация становится невозможной. На нее нет денег. ВС РФ вошли, по сути, в состояние коллапса (у нас он проходит под эвфемизмом «военная реформа»), а наши «игры на трубе» Америку не интересуют в принципе.
Для Штатов Россия находится на дальней периферии внешнеполитических интересов. В Вашингтоне прекрасно понимают, что ресурсы Москвы сегодня во всех сферах почти нулевые.
Есть, однако, два вопроса, по которым США заинтересованы в сотрудничестве с Россией. Первый — это афганский транзит. Обострение ситуации в Пакистане и общее расширение масштабов афганской операции практически не оставляют Америке вариантов — ей нужен транзит грузов через российскую территорию, в том числе и военных грузов.
Москва как минимум не меньше, чем Вашингтон, заинтересована в успехе США и НАТО в Афганистане. Видимо, в американском руководстве считают, что рано или поздно рациональные мотивы в поведении Кремля все-таки возобладают и вопрос транзита решится ко взаимному удовольствию сторон.
Второй вопрос, по которому США заинтересованы в сотрудничестве с Россией, — сокращение СЯС. Конечно, в Белом доме и Пентагоне прекрасно видят, что наши стратегические силы рушатся сами по себе.
Тем не менее сам факт существования этих сил Америку раздражает, ведь сегодня это единственная реальная внешняя угроза для США. Соответственно, Вашингтон заинтересован в том, чтобы сокращения имели юридически обязывающий и контролируемый характер. Чтобы, в случае если Россия встанет с колен не только в программе «Время», но и в реальной жизни, она не могла отыграть назад. А для США сокращение собственных СЯС большой проблемой не станет.
И результат достигнут. Обама и Медведев на своей первой встрече в Лондоне договорились подготовить новый договор по СНВ. В нем предполагается установить более высокие ограничения на количество ядерных боеголовок у каждой из сторон, чем было зафиксировано в договоре о СНП от 2002 года (по 1700—2200 единиц к декабрю 2012 года).
То есть речь действительно идет о сокращении СЯС до уровня примерно в 1 тыс. БЧ у каждой стороны.
Данное предложение неприемлемо для России. Но и отклонить его она не может. Обама выигрывает вчистую. Что и естественно. У США есть ресурсы и внешняя политика, а у нас нет ни того ни другого. Соответственно, нет и шансов на успех.
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
