Подписаться на обновления
17 апреляЧетверг

usd цб 36.0813

eur цб 49.8860

днём 11
ночью 4

Восх.
Зах.

18+

ОбществоЭкономикаВ миреКультураМедиаТехнологииЗдоровьеЭкзотикаКнигиКорреспонденцияПрофессия
Худлит  Острый сюжет  Фантастика  Женский роман  Классика  Нон-фикшн  Поэзия  Иностранные книги  Обзоры рейтингов 
Алексей Ракитин   понедельник, 18 февраля 2013 года, 14.05

Перевал Дятлова
Загадка гибели свердловских туристов в феврале 1959 года и атомный шпионаж на Советском Урале. Отрывок из книги


   увеличить размер шрифта уменьшить размер шрифта распечатать отправить ссылку добавить в избранное код для вставки в блог




История эта будоражит воображение уже не первое десятилетие. О ней написаны книги, сняты фильмы, ей посвящены тысячи страниц интернет-форумов и блогов. Авторы более двух десятков версий разной степени авторитетности и достоверности на протяжении десятилетий пытались вогнать странные и противоречивые события в прокрустово ложе собственной логики, отсекая то, что ей не соответствовало, и добавляя то, что, по их мнению, добавить следовало. Но истинная картина случившегося вечером 1 февраля 1959 г. на склоне горы Холатчахль на Северном Урале так и не была восстановлена, и сделать это, видимо, не удастся уже никогда. В этой книге предпринята попытка проанализировать всю накопленную к 2013 году информацию по факту загадочной гибели свердловских туристов на перевале Дятлова зимой 1959 г.

ГЛАВА 1

Состав туристической группы. История похода

23

января 1959 г. из Свердловска выехала группа туристов в составе 10 человек, которая поставила своей задачей пройти по лесам и горам Северного Урала лыжным походом 3-й (наивысшей на тот момент) категории сложности. За 16 дней участники похода должны были преодолеть на лыжах не менее 350 км и совершить восхождения на североуральские горы Отортэн и Ойко-Чакур. Формально поход был организован туристской секцией спортивного клуба Уральского политехнического института (УПИ) и посвящен предстоящему открытию 21-го съезда КПСС, но из десяти участников четверо студентами не являлись. Кратко остановимся на персональном составе группы, поскольку в ходе дальнейшего повествования имена и фамилии этих людей будут упоминаться постоянно.

1. Игорь Алексеевич Дятлов, 1937 г. р., руководитель похода, студент 5-го курса радиотехнического факультета УПИ, высокоэрудированный специалист и, безусловно, талантливый инженер. Уже на 2-м курсе Игорь разработал и собрал УКВ-радиостанции, которые использовались для связи двух групп во время турпохода по Саянамв 1956 г. Кстати, с этими радиостанциями был связан весьма неприятный для самолюбия Дятлова инцидент: при распределении весовой нагрузки между участниками похода Игорь завысил вес на 3 кг. Сделал он это для того, чтобы ему в рюкзак не положили лишнего груза. Дятлов был пойман на лжи на третий день похода и претерпел, должно быть, немало неприятных минут. Происшедшее, впрочем, вовсе не отменяло его безусловного инженерного таланта. Он являлся разработчиком малоразмерной печки, которая использовалась в походах в 1958–1959 гг. и доказала свою функциональность. Игорю Дятлову было сделано предложение остаться в УПИ после окончания института для продолжения научной работы, и в начале 1959 г. он даже оформился ассистентом на одну из кафедр. К 1959 г. Дятлов имел немалый опыт дальних походов разной степени сложности и среди членов туристской секции спортклуба УПИ считался одним из самых тренированных спортсменов. Знавшие Игоря люди говорили о нем как о человеке вдумчивом, не имеющем склонности к скоропалительным решениям и даже медлительном (но медлительном в том смысле, что он всегда поспевал не спеша). Дятлов являлся разработчиком маршрута, по которому группа отправилась в поход 23 января. По некоторым воспоминаниям, Игорь вроде бы симпатизировал — и не без взаимности — Зине Колмогоровой, которая также приняла участие в этом походе (но переоценивать глубину их отношений вряд ли стоит — это была именно платоническая симпатия и ничего более).

2. Юрий Николаевич Дорошенко, 1938 г. р., студент факультета подъемно-транспортных машин УПИ, хорошо подготовленный турист, имевший опыт продолжительных походов различной степени сложности. Одно время ухаживал за Зиной Колмогоровой. Юрий ездил с девушкой в ее родной город Каменск-Уральский, где был представлен ее родителям и сестре. В дальнейшем их отношения как будто расстроились, но это не помешало Юрию сохранить добрые чувства как к Зине, так и к своему более удачливому сопернику Игорю Дятлову.

3. Людмила Александровна Дубинина, 1938 г. р., студентка 3-го курса инженерно-экономического факультета УПИ, с первых дней учебы принимала активное участие в деятельности туристического клуба института, отлично пела, фотографировала (многие фотографии в зимнем походе 1959 г. сделаны именно Дубининой). Девушка имела немалый туристический опыт. Во время похода по Восточным Саянам в 1957 г. получила огнестрельное ранение ноги из-за случайного выстрела сопровождавшего студентов охотника, мужественно перенесла как само ранение, так и последующую (весьма болезненную) транспортировку. В феврале 1958 г. была старшей похода 2-й категории сложности по Северному Уралу.

4. Семен (Александр) Алексеевич Золотарев, 1921 г. р., самый старший участник похода и, пожалуй, самая загадочная личность данного списка. Он просил называть его Сашей и потому во многих документах и воспоминаниях фигурирует именно под этим именем. На самом же деле он носил имя Семен и был выходцем с Северного Кавказа (из кубанских казаков, из станицы Удобной на границе с Карачаево-Черкесской АССР), куда регулярно ездил к матери. Родился в семье фельдшера, принадлежал к поколению, наиболее пострадавшему от Великой Отечественной войны (из призывников 1921–1922 гг. рождения в живых остались около 3 %), прошел практически всю войну (в Вооруженных силах с октября 1941 г. по май 1946 г.). Стал кандидатом в члены ВКП(б) в 1944 г., был комсоргом батальона, уже после войны вступил в партию. Имел 4 боевых награды, среди которых — орден Красной звезды, полученный за наведение понтонной переправы под огнем противника. На военное прошлое Семена Золотарева следует обратить особое внимание — в дальнейшем нам еще придется к нему вернуться для более тщательного анализа. После окончания войны Семен пытался продолжить военную карьеру — в июне 1945 г. он поступил в Московское военно-инженерное училище, которое, однако, почти сразу подверглось сокращению. В апреле 1946 г. Золотарев в составе курса перевелся в Ленинградское военно-инженерное училище, но, видимо, не судьба была ему служить в действующей армии, поскольку и это училище подверглось сокращению вслед за московским. В конце концов Семен Золотарев оказался в Минском институте физкультуры (ГИФКБ), который благополучно закончил в 1951 г. В середине 1950-х он работал сезонным инструктором по туризму на различных турбазах Северного Кавказа, а затем — на турбазе «Артыбаш» (Алтай), после чего летом 1958 г. перебрался в Свердловскую область и стал старшим инструктором по туризму на Коуровской турбазе. Впрочем, перед самым походом к Отортену с группой Игоря Дятлова Золотарев с «Коуровки» уволился. Он был холост, что в то время казалось довольно необычным. Весьма любопытны были его татуировки: изображения пятиконечной звезды, свеклы, имени «Гена», даты «1921», буквосочетания ДАЕРММУАЗУАЯ, комбинаций «Г+С+П=Д», «Г+С», а также отдельных букв «С» рядом со звездою и свеклой. Большинство татуировок, за исключением надписи «Гена» у основания большого пальца правой руки, скрывала одежда, так что участники похода, видимо, ничего о них не знали.

5. Александр Сергеевич Колеватов, 1934 г. р., студент 4-го курса физико-технического факультета УПИ. Это еще одна (наряду с Золотаревым) «темная лошадка» в составе группы. До свердловского «Политеха» Александр успел закончить Свердловский горно-металлургический техникум (по специальности «металлургия тяжелых цветных металлов») и уехать... в Москву для работы старшим лаборантом в секретном институте Министерства среднего машиностроения, именовавшемся в то время почтовый ящик (п/я) 3394. Впоследствии этот «почтовый ящик» превратился во ВНИИ неорганических материалов, занимавшийся разработками в области материаловедения для атомной промышленности. Работая в Москве, Александр Колеватов поступил во Всесоюзный заочный политехнический институт, отучился один год и перевелся на 2-й курс свердловского «Политеха». История его отъезда, работы в Москве на протяжении трех лет (август 1953 г. — сентябрь 1956 г.) и последующего возвращения в Свердловск весьма неординарна для того времени. Как и в случае с Золотаревым, мы еще обратимся к анализу необычных деталей жизни молодого человека, пока же отметим, что к 1959 г. Колеватов уже имел опыт туристических походов различной категории сложности. Знавшие Александра люди отмечали такие сильные черты его характера, как аккуратность, доходившую порой до педантизма, методичность, исполнительность, а также выраженные лидерские качества. Единственный из членов группы, Александр курил трубку.

6. Зинаида Алексеевна Колмогорова, 1937 г. р., студентка 4-го курса радиотехнического факультета УПИ, душа туристического клуба института. Как и остальные члены группы, Зина уже имела немалый опыт походов различной степени сложности по Уралу и Алтаю. Во время одного из походов девушка была укушена гадюкой, некоторое время находилась на грани жизни и смерти, с большим мужеством и достоинством перенесла выпавшие на ее долю страдания. Зина Колмогорова демонстрировала безусловные лидерские качества, умела сплачивать коллектив, была желанным гостем любой студенческой компании.

7. Георгий (Юрий) Алексеевич Кривонищенко, 1935 г. р., выпускник УПИ, в 1959 г. — инженер комбината № 817 (ныне известного как ПО «Маяк») г. Челябинск-40, режимного объекта в Челябинской области, где осуществлялась наработка оружейного плутония. 29 сентября 1957 г. там произошла одна из крупнейших в мире техногенных катастроф, получившая широкую известность лишь в постперестроечное время. Следствием этой катастрофы (часто называемой «Кыштымской аварией») явилось образование так называемого Восточно-Уральского радиоактивного следа протяженностью около 300 км. Георгий был свидетелем этой катастрофы и участником ее ликвидации. В контексте настоящего исследования данное обстоятельство следует принять во внимание. Кривонищенко был другом Дятлова, участвовал практически во всех походах, в которые ходил Игорь. Также Георгий был дружен с большинством остальных участников похода, которые нередко бывали в свердловской квартире его родителей. Хотя в действительности Кривонищенко носил имя Георгий, друзья обычно называли его Юрием (т. е. тут примерно такая же ситуация с заменой имени, что и в случае с Золотаревым).

8. Рустем Владимирович Слободин, 1936 г. р., выпускник УПИ, работал инженером закрытого отраслевого КБ (п/я 10). Существует представление, будто бы отец Рустема в 1959 г. был председателем профкома УПИ, но действительности оно не соответствует. Профком «Политеха» возглавлял однофамилец Рустема, а его отец был профессором другого свердловского вуза. Рустем Слободин на протяжении ряда лет ходил в туристические походы различной категории сложности и являлся, безусловно, опытным туристом. Он был очень спортивным молодым человеком, подвижным, выносливым, увлекался бегом на длинные дистанции, ходил в секцию бокса УПИ. Рустем отлично играл на мандолине, которую взял с собою и в этот поход. Кстати, его тюркское имя — не более чем дань интернациональной моде, родители Рустема Слободина были русскими.

9. Николай Владимирович Тибо-Бриньоль, 1934 г. р., прораб из Свердловска, выпускник строительного факультета УПИ 1958 г. Тибо происходил из рода известных французских горных инженеров, несколько поколений отработавших на Урале. Отец Николая в сталинские годы подвергся репрессиям, и мальчик родился в лагере, где содержалась его мать. В Свердловск

Тибо-Бриньоль приехал из Кемерова, учился хорошо, институт закончил со средним баллом 4,15, причем успехи в учебе шли у него по нарастающей и успеваемость к концу обучения оказалась много лучше, чем на первых курсах. Николай имел опыт туристических походов различных категорий сложности, был хорошо знаком со студентами УПИ — членами туристического клуба института. Все знавшие Тибо отмечали его энергию, предприимчивость, дружелюбие и юмор.

10. Юрий Ефимович Юдин, 1937 г. р., студент 4-го курса инженерно-экономического факультета УПИ, в институте увлекся туризмом, совершил в общей сложности 6 длительных походов различных категорий сложности, в том числе и 3-й, наивысшей для того времени.

Основным мотивом организации похода был энтузиазм его участников. Никаких материальных выгод осуществление этого лыжного перехода принести не могло. Профком «Политеха» выдал студентам по 100 руб. материальной помощи, но поскольку это вспоможение носило чисто символический характер, все участники скинулись еще по 350 руб. на пополнение походной кассы. Часть экипировки была получена в институте, часть являлась собственностью членов группы. Все туристы были здоровы, поставленная задача вполне соответствовала уровню их подготовки и технического оснащения.

Нельзя не сказать несколько слов о командном духе этого небольшого коллектива. Все его члены имели высшее или неполное высшее образование, причем следует помнить, что в те времена статус такого образования был много выше нынешнего. Это были по-настоящему разносторонне одаренные и эрудированные люди, к тому же получившие определенный жизненный опыт, прошедшие своеобразную проверку «на прочность». Известно, что почти всем участникам перехода доводилось прежде сталкиваться в тайге с диким зверьем, а случаи с укусом змеей Зины Колмогоровой и ранением Люды Дубининой говорят сами за себя. Эти девушки были надежными, преданными и проверенными далеко не рядовыми испытаниями товарищами. Безусловно, члены группы обладали психологической устойчивостью к стрессовым нагрузкам, имели развитое чувство солидарной ответственности и взаимовыручки. Практически все они хорошо знали друг друга на протяжении нескольких лет, и это обстоятельство придавало им взаимную уверенность. Единственным малознакомым для всех человеком был Семен Золотарев.

Внутри группы существовала как минимум одна связь, основанная на особых межличностных симпатиях. Речь идет о паре «Игорь Дятлов — Зина Колмогорова». Не будет преувеличением сказать, что этих молодых людей объединяла платоническая привязанность. Конечно, в обычной обстановке это высокое и красивое чувство можно только приветствовать, однако в ситуации неординарной, стрессовой, связанной с риском для жизни, оно способно сыграть весьма опасную роль, послужить своеобразным детонатором разрушения единоначалия и подчиненности. В экстремальных обстоятельствах любовная привязанность может неожиданно и притом негативно повлиять на принятие важного решения, толкнуть человека на отказ от выполнения команды либо побудить к неоптимальным (с точки зрения большинства) действиям. Об этом надлежит помнить, тем более что в походе такие экстремальные ситуации, без сомнения, возникали...

Итак, 23 января 1959 г. группа выехала из Свердловска и в ночь с 24 на 25 января прибыла в поселок Ивдель (примерно в 340 км к северу от места отправления). В дороге имели место два заслуживающие упоминания инцидента с участием работников милиции. В одном случае туристов не пустили на ночевку в здание вокзала в г. Серове и Юрий Кривонищенко, издеваясь, принялся просить подле закрытых вокзальных дверей «милостыню на конфеты» (эта выходка закончилась для него прогулкой в вокзальное отделение милиции). Во втором случае к туристам в поезде Серов — Ивдель пристал какой-то алкаш, заявивший, что ребята украли у него бутылку водки, и потребовавший ее вернуть. С ним, разумеется, никто ругаться не стал, но это лишь распалило скандалиста. В итоге проводнику пришлось сдавать его милицейскому наряду на станции. Для членов группы оба инцидента негативных последствий не имели, поскольку командировочное предписание, уведомлявшее о том, что туристический поход приурочен к «красной дате» (то бишь открытию съезда КПСС), устраняло все препоны и лишние вопросы со стороны официальных лиц.

Во второй половине дня 26 января группа благополучно выехала на попутке из Ивделя в пос. 41-го квартала, где жили лесозаготовители. Фактически это был самый край населенного мира — далее начинались совершенно необжитые уральские леса, мрачные и неприветливые. Примерно в 19:00–20:00 группа без происшествий прибыла в поселок 41-го квартала, устроилась на ночевку в общежитии лесозаготовителей. Начальник 1-го лесоучастка по фамилии Ряжнев, местный царь и бог, великодушно выделил туристам подводу с лошадью и возницей, на которую утром 27 января они сложили рюкзаки и, став на лыжи, совершили следующий переход — в поселок Второго Северного рудника. Этот населенный пункт, некогда входивший в разветвленную систему ИвдельЛАГа, к 1959 г. был уже совсем заброшен. Там не осталось ни одного жителя, и из 24 домов лишь один имел надежную крышу и хоть как-то годился для постоя. В нем группа и заночевала. Отметим, что возницей, управлявшим лошадью, являлся некий Великявичус, литовец, осужденный в 1949 г. на 10 лет лагерей и вышедший на поселение в 1956 г. Сам по себе этот персонаж не играет в повествовании особой роли, но его присутствие весомо свидетельствует об одном весьма важном обстоятельстве: весь север Свердловской области и Коми АССР был в те годы напичкан учреждениями бывшего сталинского ГУЛАГа. Очень большой процент населения Урала был тогда так или иначе связан с некогда мощной репрессивной машиной — тут проживали и бывшие лагерные сидельцы, и расконвойные, и лагерная обслуга. К 1959 г. прежняя ГУЛАГовская система уже в значительной степени захирела и заметно сократилась, пугающая аббревиатура исчезла аж в 1956 г. (тогда вместо ГУЛАГа появилось непроизносимое ГУИТК — Главное управление исправительно-трудовых колоний), но люди-то... люди остались! В контексте происшедшего в дальнейшем об этом следует помнить...

Во Втором Северном членов группы привлек склад геологических образцов. Кусочки по крайней мере одного из геологоразведочных кернов с пиритом они взяли с собою. Во время пребывания в поселке (27–28 января) один из туристов, Юрий Юдин, заболел. Ему пришлось отказаться от дальнейшего участия в походе, и утром 28 января 1959 г. группа с ним тепло попрощалась. Юдин возвратился в поселок 41-го квартала вместе с Великявичусом, а оставшиеся 9 человек двинулись дальше.

Собственно, на этом заканчивается та часть туристического похода группы Дятлова, которая подтверждена объективными свидетельствами посторонних лиц. О дальнейшем мы можем судить лишь по дневниковым записям участников похода да материалам прокурорского расследования.

Игорь Дятлов и ведомая им группа туристов намеревались совершить переход по Северному Уралу с таким расчетом, чтобы в первых числах февраля выйти на гору Отортен (или Отыртен, высота 1234 м), а к 12 февраля оказаться в поселке Вижай, откуда надлежало дать телеграмму в УПИ о благополучном прибытии. Однако уже 28 января Дятлов засомневался в возможности уложиться в срок и при прощании с Юрием Юдиным попросил последнего передать в спортклуб сообщение о возможном переносе окончания похода. Речь шла о задержке в один-два дня, т. е. контрольный срок сдвигался руководителем похода на 14 февраля.

Эта передвижка выглядела логичной. К середине февраля в УПИ возвратились участники другого лыжного перехода по Северному Уралу (группа под руководством Юрия Блинова). Все они говорили о сильных снегопадах в том районе, так что решение Игоря Дятлова о переносе срока возвращения выглядело вполне взвешенным и разумным.

Однако ни 14-го, ни 15-го, ни 16 февраля группа в поселке Вижай не появилась и телеграмму в спортклуб «Политеха» не отправила. К этому времени в УПИ после каникул стали съезжаться студенты. Появился и Юрий Юдин, отделившийся от группы Игоря Дятлова на полдороге. К нему, разумеется, были обращены вопросы о местонахождении группы и обстоятельствах похода, но Юрий никакой ясности внести не мог; он лишь удостоверил, что вплоть до полудня 28 января в группе не возникало ни конфликтов, ни ЧП, ни каких-либо подозрительных ситуаций. 17 февраля 1959 г. родственники некоторых членов группы (прежде всего Люды Дубининой и Александра Колеватова) стали звонить руководителю спортклуба УПИ с требованием прояснить судьбу отсутствующих туристов. Аналогичные звонки последовали и в партком института.

Возглавлявший спортклуб УПИ Лев Семенович Гордо попытался было погасить начинавшийся скандал. 18 февраля он заявил секретарю парткома УПИ Заостровскому, будто от Дятлова получена телеграмма, уведомлявшая о задержке в пути. Видимо, Гордо всерьез рассчитывал, что через день-другой пропавшие туристы объявятся и проблема рассосется сама собой.

Но проблема не исчезла. Родственники студентов обратились в Свердловский горком партии, и теперь уже руководители партийного руководства начали задавать институтскому руководству неприятные вопросы. Стала очевидной необходимость снаряжения спасательной экспедиции, однако тут же выяснилось, что никто из спортивного руководства на уровне УПИ и города не имеет точной информации о маршруте группы Дятлова. Это было грубейшим нарушением порядка организации туристических походов. Нужную информацию стали лихорадочно восстанавливать по рассказам людей, слышавших о планах от членов пропавшей группы. Ситуацию спас совершенно посторонний спортклубу «Политеха» человек — Игнатий Фокич Рягин, друг семьи Колеватовых, обстоятельно поговоривший с Александром о предстоявшем походе в середине января. Рягин по памяти воссоздал маршрут группы, и 19 февраля Римма Колеватова, сестра Александра, передала карту полковнику Георгию Семеновичу Ортюкову, преподавателю тактики с военной кафедры УПИ, возглавившему в те февральские дни розыск группы и в дальнейшем приложившему много сил для выяснения истории похода.

ГЛАВА 2

Начало поисковой операции. Общая хронология розысков.

Обнаружение первых тел

погибших туристов

20

февраля 1959 г. туристическая секция УПИ провела экстренное собрание, на повестке которого стоял один вопрос: «ЧП с группой Дятлова!». Открыли собрание заведующий кафедрой физического воспитания «Политеха» А. М. Вишневский и председатель студенческого профсоюзного комитета В. Е. Слободин. Они официально сообщили, что задержка группы Игоря Дятлова не санкционирована и рождает беспокойство относительно судьбы ее участников. Решение собрания было единогласным: срочно организовать поисково-спасательную операцию и cформировать группы добровольцев из числа студентов института, готовых принять в ней участие. Также было решено обратиться за помощью к туристическим секциям других вузов и учреждений Свердловска. В тот же день профком выделил деньги, необходимые для закупки продуктов и всего необходимого группам поисковиков. Заработала круглосуточная телефонная линия, призванная координировать деятельность в рамках разворачиваемой операции. Отдельным пунктом проходило решение о создании при студенческом профкоме штаба спасательных работ.

На следующий день, 21 февраля, в район поисков стали выдвигаться туристические группы Юрия Блинова и Сергея Согрина, только что возвратившиеся в Свердловск из плановых походов. Третья группа туристов под руководством Владислава Карелина, по стечению обстоятельств уже находившаяся на Северном Урале, также заявила о готовности действовать в интересах спасательной операции. В тот же день спецрейсом на самолете Ан-2 из Свердловска в Ивдель вылетели председатель спортклуба УПИ Лев Гордо и упомянутый выше член бюро туристической секции Юрий Блинов. С этого дня они начали облет на самолете района предстоящих поисков, двигаясь по маршруту пропавшей группы в надежде увидеть с воздуха либо самих туристов, либо оставленные ими знаки. Забегая вперед, можно сказать, что ни в этот, ни в последующие дни облеты результата не дали.

22 февраля штаб спасательной операции провел в главном корпусе УПИ смотр сформированных групп. Таковых оказалось три, их возглавили дипломник УПИ Моисей Аксельрод, студент 4-го курса Олег Гребенник и третьекурсник Борис Слобцов. К этому времени дала результаты и активность областной власти. Стало известно о подключении к розыскам группы военнослужащих МВД под командованием капитана А. А. Чернышева (это были конвойные ИвдельЛАГа), а также группы курсантов школы сержантов МВД под командованием старшего лейтенанта Потапова (7 чел.). Местные силовики пообещали (и впоследствии сдержали свое обещание) предоставить для поисковой операции кинологов с собаками, саперов с миноискателями и радиста с рацией. От областного Управления лесного хозяйства в распоряжение штаба были откомандированы двое лесничих. Предполагалось, что они примут на себя роль проводников. С аналогичной целью в Ивдель были направлены и два охотника-манси. Территория, на которой предстояло проводить поисковую операцию, являлась их традиционным ареалом (т. е. местом проживания и промысла).

В те же самые дни из Москвы с целью экспертной оценки складывавшейся ситуации и оперативных консультаций стали прибывать признанные специалисты по туризму и альпинизму — Бардин, Шулешко, Баскин. Оперативное руководство розыском непосредственно на месте — т. е. в горах Северного Урала — осуществлял самый, пожалуй, опытный и авторитетный в Свердловске специалист по туризму мастер спорта

Е. П. Масленников.

По общему замыслу спасательной операции, группы добровольцев-поисковиков предполагалось высадить с вертолетов в разных точках маршрута группы Дятлова. Они должны были осуществить поиск на местности следов пребывания группы и установить ее возможную судьбу (интерес для спасателей представляли места стоянок, лыжня, специально оставленные знаки и т. п.). Особо подчеркнем, что к поискам привлекались не только студенты из «Политеха», но и туристы из некоторых других вузов и организаций Свердловска. Выдвижение лыжных групп в район операции началось 23 февраля 1959 г.

Группа под руководством студента «Политеха» Бориса Слобцова в количестве 11 человек 23 февраля была высажена на горе Отортен, в том самом месте, которое являлось основной целью похода Игоря Дятлова и его товарищей. Если исчезнувшие туристы побывали на вершине, они должны были оставить там следы своего пребывания — хорошо видимую «закладку» с запиской (такие «закладки» обычно устраивались под грудой камней, и их обнаружение не было проблемой). Из-за ошибки пилота группа высадилась не на самой высокой из трех вершин Отортена, а на одной из соседних, что несколько задержало поисковиков. На следующий день — 24 февраля — лыжники приступили к активному поиску, перешли на нужную вершину и убедились, что дятловцы там не бывали.

Далее группа сначала спустилась в долину реки Лозьва, а затем перешла в долину реки Ауспия. Приказ о переходе туда содержался в записке полковника Ортюкова, сброшенной с пролетавшего самолета вымпелом. В районе Ауспии поисковиков Слобцова ждала первая удача — 25 февраля они наткнулись на старый лыжный след, который, по их мнению, должен был принадлежать группе Дятлова. Впоследствии это предположение подтвердилось — Слобцов и его поисковики действительно отыскали лыжню пропавшей группы. Стало ясно, что она находится где-то неподалеку, буквально в считанных километрах (поскольку до Отортена было не более 15 км, а там пропавшие туристы не побывали).

Необходимо подчеркнуть, что никто из студентов-поисковиков не верил в трагический исход похода Дятлова. Все склонялись к тому, что в составе пропавшей группы имеются травмированные или заболевшие, поэтому Дятлов и его товарищи сидят в хорошо оборудованном лагере и дожидаются помощи. Местные жители, которые также привлекались к поисковым работам, были настроены более скептически, но их мнение в тот момент игнорировалось.

Уже во второй половине дня 25 февраля Слобцов попытался определить, в каком направлении двигалась группа Дятлова, для чего, несмотря на сумерки, разделил свою команду и направил ее вверх и вниз по течению Ауспии. Та часть, что шла вверх по течению реки, лыжню дятловцев быстро потеряла, другая же часть наткнулась на давнюю туристскую стоянку. По общему мнению, она должна была принадлежать разыскиваемой группе Дятлова, однако датировать стоянку не удалось, так что открытие это ничего не дало.

На следующий день поиск развернулся с удвоенной энергией. Ощущение того, что объект поисков где-то неподалеку, придавал силы. Утром 26 февраля группа Слобцова разбилась на три части: одной необходимо было отыскать продуктовый склад, который дятловцы обязательно должны были оставить перед началом подъема в горы, другой следовало найти место их выхода из долины р. Ауспия, третьей надлежало пройти по старой лыжне, дабы проверить версию о возможном ЧП в пути.

Итак, поисковики разделились и приступили к выполнению полученных задач. Та группа, что должна была искать следы выхода дятловцев из долины р. Ауспии, поднялась на перевал, игравший роль водораздела. Он представлял собою седловину направо и налево, от которой шли с заметным понижением долины двух рек — Ауспии и Лозьвы. В составе этой группы были три человека — студенты УПИ Борис Слобцов и Михаил Шаравин, а также местный лесничий Иван Пашин, самый обычный 50-летний русский мужик, всю жизнь проживший в поселке Вижай и проработавший в местном лесничестве.

Гребень перевала, на который вышли трое лыжников, соединял гору Холат-Сяхыл (русифицированное название «Холатчахль») и безымянную высоту 905,4. (В этом месте необходимо сделать вынужденное объяснение. Картография в 1959 г. была не так точна, как теперь, поэтому высоты многих вершин на картах того времени отличаются от тех, что указываются сейчас. Высота горы Холат-Сяхыл считалась тогда равной 1079 м, теперь же она «подросла» до 1096,7 м. Несколько отличались и высоты других гор. В этом исследовании мы придерживаемся современных данных.) Проводник Иван, утомленный подъемом на перевал, несколько отстал, а потом и вообще сел отдыхать, отказавшись сопровождать студентов. Слобцов и Шаравин двинулись вперед одни. Через некоторое время их внимание привлекла черная точка на северо-восточном склоне Холат-Сяхыл. Приглядевшись, студенты поняли, что видят частично засыпанную снегом палатку.

Приблизившись к ней, Слобцов и Шаравин догадались, что наконец-то отыскали палатку группы Дятлова и никакую другую. Дело в том, что палатка эта была весьма нестандартна и хорошо узнаваема — ее сшили из двух 4-местных палаток, удлинив в 2 раза, отчего размеры ее составили 1,8 x 4 м. Борис Слобцов лично принимал участие в изготовлении палатки в 1956 г., так что не мог ошибиться при опознании.

Палатка была ориентирована входом на юг. Северная ее часть оказалась завалена, ее присыпал снег толщиной 15–20 см. Общий вид и плотность снега говорили о том, что он появился здесь не в результате схода лавины, а наметен ветром. Рядом с палаткой находилась пара воткнутых в снег лыж, а непосредственно у входа из снега торчал ледоруб. На ледорубе лежала куртка-штормовка, принадлежавшая Игорю Дятлову (впрочем, в разное время Слобцов и Шаравин рассказывали об обнаружении этой штормовки по-разному: то она лежала на ледорубе у входа, то прямо в снегу у входа, то ее рукав выглядывал из палатки. Полной точности в этом вопросе добиться уже невозможно, но главное во всех этих воспоминаниях заключается в том, что штормовку Дятлова поисковики увидели сразу же, как только приблизились к палатке). Две нижние пуговицы на входе в палатку были расстегнуты, из образовавшейся щели наружу торчала простыня, служившая пологом. По общему виду найденной стоянки сразу можно было заключить, что живых людей в палатке нет. На ее крыше лежал карманный фонарик китайского производства, слой снега под корпусом фонарика составлял 5–10 см, в то время как на самом фонарике снега не было вообще. Впоследствии фонарик был идентифицирован как принадлежавший Игорю Дятлову. Борис Слобцов взял его в руки и включил — фонарик зажегся.

Сбросив лыжи, Шаравин и Слобцов попытались обследовать палатку. Первый принялся разгребать наваленный на нее снег, а второй, вооружившись найденным ледорубом, стал наносить удары по скату крыши, рассчитывая получить быстрый доступ в центральную часть палатки. Разорвать брезент ледорубом оказалось совсем несложно, тем более что полотнище уже было в нескольких местах рассечено. В процессе разрубания палатки лезвие ледоруба (как выяснилось чуть позже) угодило в мешок с сухарями и пробило его.

Отбросив разорванное ледорубом полотнище, Слобцов и Шаравин получили доступ к внутренностям палатки. С облегчением они увидели, что трупов там нет — это открытие укрепляло надежду отыскать товарищей живыми и здоровыми где-то в другом месте.

Тщательного обыска поисковики не проводили — на это не было времени, так как портилась погода и начиналась метель. Захватив ледоруб, фонарик, штормовку Дятлова, а также 3 фотоаппарата и флягу со спиртом, найденные при беглом осмотре палатки, Слобцов и Шаравин направились обратно в лагерь. Около 16:00 к группе Бориса Слобцова присоединились мансийские охотники, которым предстояло принять на себя роль проводников, и радист Егор Семенович Неволин. Этот человек оказался, пожалуй, единственным действующим лицом, непосредственно наблюдавшим ход поисковой операции от начала до конца. Неволин имел при себе рацию, так что группа Слобцова получила устойчивую связь с руководством. В 18:00 (время сеанса известно точно) Неволин передал в штаб операции радиограмму, в которой сообщалось об обнаружении палатки. В скором времени был получен ответ с поручением подготовить место для приема большой поисковой группы. Для ее размещения предполагалось поставить две 50-местные армейские палатки. Помимо этого в радиограмме говорилось о вылете в расположение группы Слобцова работника прокуратуры, которому предстояло на месте провести нужные следственные действия, а также полковника Ортюкова. Последний должен был возглавить поиск на месте.

Дневник похода группы Игоря Дятлова, подобранный Слобцовым при осмотре палатки, был внимательно изучен поисковиками. Последняя запись датировалась 31 января, из нее следовало, что в тот день туристы предприняли попытку покинуть долину р. Ауспия и за пару суток совершить быстрый переход к Отортену, главной цели своего похода. Для максимальной разгрузки они решили устроить лабаз — склад вещей и продуктов, потребности в которых в ближайшее время не предвиделось. Другими словами, восхождение на гору планировалось налегке, с минимальным грузом. При возвращении с Отортена им предстояло забрать оставленный в лабазе груз. Судя по записям в дневнике, по состоянию на 31 января все члены группы пребывали в добром здравии и настроении. И это была хорошая новость.

Другой хорошей новостью можно было счесть то, что в куртке-ветровке, принесенной Слобцовым и Шаравиным в лагерь, оказалась металлическая коробка, в которой находились паспорт Игоря Дятлова, деньги в сумме 710 руб. и железнодорожные билеты членов группы. Тот факт, что значительная часть денег оказалась нетронутой, по общему мнению членов поисковой группы, свидетельствовал о том, что пропавшие туристы не подвергались нападению бежавших уголовников, а посему причина их отсутствия не имеет криминальной подоплеки.

За ужином поисковики решили распить спирт, найденный в палатке Дятлова, что и было проделано с немалым (и притом вполне понятным) энтузиазмом. На этот эпизод необходимо обратить внимание, поскольку к нему еще придется возвратиться в ходе дальнейшего повествования. Тогда произошел весьма любопытный обмен репликами, о котором нельзя не упомянуть. Борис Слобцов предложил выпить за здоровье разыскиваемых ребят, на что лесничий Иван Пашин весьма мрачно отозвался: «Вы бы лучше выпили за упокой!» Студенты пришли в ярость, посчитав реплику местного жителя циничной и неуместной, дело едва не дошло до драки. Даже тогда, уже после обнаружения брошенной палатки, никто из них не хотел верить в плохое...

На следующий день — 27 февраля 1959 г. — предстоял перенос лагеря спасателей из долины р. Ауспия в долину Лозьвы. Поскольку из дневника похода стало известно, что группа Дятлова решила уходить от Ауспии, логично было подумать, что именно так пропавшие туристы и поступили. А стало быть, поиск надо было переносить дальше по предполагаемому пути их следования, т. е. ближе к Отортену.

Группа Слобцова снова разделилась: часть сил была направлена на розыск лабаза, кто-то стал собирать палатку, а два человека — Юрий Коптелов и Михаил Шаравин — отправились в долину Лозьвы для поиска нового места для лагеря. Они поднялись на перевал и стали таким образом, что гора Холат-Сяхыл оказалась у них по левую руку, долина Ауспии — за спиной, а долина реки Лозьвы — прямо перед ними. Их внимание привлек высокий кедр, стоявший на высоком пригорке над ручьем, несколько ниже перевала. Ручей этот являлся одним из многочисленных притоков Лозьвы, в тот зимний день он, разумеется, был полностью скован льдом и занесен снегом. Кедр находился на крутом берегу ручья, и чтобы подняться к нему, следовало преодолеть примерно 5–7 м склона. Ровная площадка, на которой располагалось дерево, служила отличным местом обзора склона Холат-Сяхыл, и поисковики, не сговариваясь, направились к нему.

Не доезжая до дерева примерно 10–15 м, они остановились, потому что увидели два трупа, лежавшие непосредственно под кедром. Рядом без труда можно было разглядеть следы старого костра.

Снега было немного — всего 5–10 см, поскольку дерево росло на довольно продуваемом ветрами месте. Юрий и Михаил решили не приближаться к телам, они лишь обошли кедр по кругу, рассчитывая увидеть тела других людей, однако ничего не обнаружили. Зато они сделали другое открытие — в окрестностях кедра оказалось довольно много, примерно с десяток, пеньков обрезанных ножом пихточек. Причем самих деревьев нигде не было заметно, поэтому поисковики сделали вывод, что срезанные деревца пошли в костер. Это выглядело довольно странно, поскольку вокруг хватало сухостоя и тратить время и силы на срезание ножами живых деревьев казалось неразумным. Лишь много позже загадочное срезание молоденьких пихточек получит объяснение, и мы еще коснемся этого вопроса.

После этого поисковики двинулись обратно к лагерю, дабы сообщить товарищам о страшной находке. На перевале Шаравин и Коптелов разделились — первый остался поджидать вертолет, который как раз кружил над головою, заходя на посадку, а второй продолжил движение в лагерь.

В течение дня 27 февраля на место операции прибыли поисковые группы Карелина, капитана Чернышова, а также охотники Моисеев и Мостовой с двумя собаками. Также в районе поисков появились упоминавшиеся выше Евгений Петрович Масленников и прокурор г. Ивделя Василий Иванович Темпалов (они прилетели вертолетом примерно в 13–14 часов). Помимо этого началась доставка грузов для предстоящего расширения лагеря поисковиков, с учетом того, что в ближайшие дни ожидалось дальнейшее увеличение числа людей, занятых розыском. По воспоминаниям участников тех событий, весь перевал между долинами Ауспии и Лозьвы в тот день был завален рюкзаками и всевозможными грузами, доставляемыми вертолетами.

Из долины Ауспии лагерь поисковиков было решено пока не переносить. Поскольку в долине Лозьвы оказались найдены тела погибших туристов, там требовалось осуществить необходимые следственные действия, и присутствие посторонних в силу понятных причин могло этому мешать.

Между тем события продолжали развиваться неумолимо (27 февраля вообще оказался днем, богатым на трагические открытия). Во время обследования склона горы Холатчахль на пути от брошенной палатки к кедру был обнаружен еще один — третий по счету — мужской труп. Следователь прокуратуры г. Ивделя В. И. Темпалов, прибывший к этому времени в район поисков, лично осмотрел тело и определил расстояние от него до кедра, под которым находились два других тела, в 400 м. Найденный труп лежал на спине за кривой карликовой березой, головою он был ориентирован вверх по склону, в сторону палатки. Слой снега в этом месте был сравнительно невелик и не скрывал полностью тела.

Погибший был опознан как Игорь Дятлов, руководитель похода.

После этого обследование склона горы продолжилось, и через некоторое время собака охотника Моисеева обнаружила под слоем снега толщиною около 10 см четвертый труп, на этот раз женский. Расстояние между этим телом и трупом Дятлова, найденным несколькими часами ранее, прокурор Темпалов определил в 500 м. Женское тело также было ориентировано головою по направлению к вершине горы, т. е. в сторону палатки. Погибшая была опознана как Зина Колмогорова. Бросалось в глаза, что палатка на склоне, трупы Колмогоровой, Дятлова и кедр у ручья находились практически на одной линии в зоне прямой видимости.

Тела, обнаруженные под кедром, первоначально были идентифицированы как принадлежавшие Юрию Кривонищенко и Семену Золотареву. Лишь по прошествии нескольких дней стало ясно, что последний был опознан ошибочно и труп принадлежит Юрию Дорошенко. Тела оказались проморожены и мало походили на людей при жизни. Все, кому доводилось видеть этих погибших туристов, отмечали бросавшееся в глаза изменение цвета кожи, причем разные рассказчики описывают этот цвет по-разному — от желто-оранжевого до буро-коричневого. Слова одного из свидетелей похорон погибших студентов кратко и емко передают это ощущение странности: «В гробах словно лежали негры». На субъективное восприятие цвета влияла как освещенность, так и эмоциональное состояние очевидцев, но не подлежит сомнению, что вид погибших был очень необычен. Кроме того, на открытых частях найденных 27 февраля тел были заметны разного рода ссадины, раны, непонятные потеки, похожие то ли на синяки, то ли на трупные пятна, — в общем, выглядели погибшие действительно пугающе. Ощущение неестественности их облика усиливалось оттого, что трупы были одеты лишь частично, не имели головных уборов и обуви, а тела, найденные под кедром, оказались, кроме того... в кальсонах. Можно было только догадываться, какая угроза выгнала людей из палатки в носках и кальсонах на мороз в дикой ненаселенной местности.

27 февраля поисковики начали прощупывать снег на склоне при помощи лыжных палок, рассчитывая обнаружить новые трупы. В скором времени лыжные палки сменили лавинные зонды, этакие заостренные металлические штыри длиною 3 м, «уколами» которых надлежало проверить места возможного нахождения под снегом тел. Поисковики вставали цепью и начинали двигаться в выбранном направлении, не допуская разрыва цепи, делая на каждый квадратный метр снежной поверхности не менее 5 «уколов» зондом. Это был не просто тяжелый, а по-настоящему изматывающий труд, требующий не только физических, но и нравственных сил. Ведь искали-то они погибших людей!

Пока на склоне Холат-Сяхыл (Холатчахля) велись поиски погибших туристов, другая группа приступила к разбору палатки дятловцев. Не совсем понятно, почему это исключительно важное мероприятие проводилось без участия прокурора и никак не фиксировалось — ни протоколом, ни на фотопленку. Что бы ни произошло с группой Игоря Дятлова, это событие начиналось возле палатки и все, что было связано с окружающей обстановкой и расположением вещей внутри, имело исключительно важное значение для понимания случившегося. Между тем работа с палаткой, разбор сложенных в ней предметов, их перенос вниз по склону был практически оставлен на самотек. Один из участников пресловутого «разбора палатки» (фактически — уничтожения следов) поисковик В. Д. Брусницын впоследствии так описал этот процесс на допросе: «Снег выбирали при помощи лыж и лыжных палок. Работали человек десять без всякой системы. В большинстве все вытаскивали прямо из-под снега, поэтому установить, где и как лежала каждая вещь, было очень трудно».

Чтобы читатель яснее представил, сколь хаотичен был процесс осмотра вещей в палатке и небрежно отношение к потенциально важным уликам, можно упомянуть о рулоне кинопленки, укатившемся по склону горы вниз и обнаруженном лишь на следующие сутки. Спасатель Георгий Атманаки на официальном допросе в прокуратуре в апреле 1959 г. сказал, что тот находился «метрах в 15 ниже палатки <....> выкатился оттуда во время предварительного осмотра палатки накануне». Понятно, что ни о каком фиксировании следов при такой организации деятельности и речи быть не могло. Поэтому работникам прокуратуры впоследствии пришлось восстанавливать обстановку внутри и вокруг палатки по рассказам участников этого действа.

Склон горы Холат-Сяхыл в целом довольно полог и крутизна его в среднем равна 10–12 градусам. Местами угол возрастает до 20 градусов, но попадаются и горизонтальные площадки. На одной из таких площадок и была поставлена палатка группы Дятлова. О следах вокруг палатки толком ничего не известно; существуют свидетельства, что лыжный след из долины Ауспии к месту установки палатки оставался виден вплоть до 6 марта. Но есть и иные версии, согласно которым никаких значимых следов ни на подходе к палатке, ни вокруг нее обнаружено не было; вернее всего будет предположить, что на следы в свое время просто никто не обратил должного внимания. Тем не менее все поисковики, побывавшие в районе палатки 27 и 28 февраля 1959 г., сходились в том, что «подозрительных следов» (т. е. крупного зверя) на площадке вокруг не было однозначно. За пределами горизонтальной площадки начинались цепочки хорошо различимых следов, ведущие вниз по склону. Это были не обычные следы ног в сугробах, а столбики уплотненного снега, которые остались после того, как сильный ветер раздул сугробы. Может показаться удивительным, но эти следы прекрасно сохранились и по ним можно было судить не только о направлении движения и перестроениях внутри группы, но и о том, какой ногой (в носке или валенке) след был оставлен. Все видевшие эти следы на склоне утверждали, что оставлены они были 8–9 парами ног, т. е. несомненно принадлежали туристам из группы Дятлова. Отход их от палатки имел характер упорядоченный, люди не бежали хаотично, а шли сплоченной группой.

На расстоянии 80–90 м от палатки было заметно расхождение следов, от основной группы словно бы отделились два человека (две пары ног), но они не ушли далеко и продолжали движение параллельно основной группе, сохранив с нею, видимо, голосовой контакт. Следы хорошо прослеживались на склоне на протяжении более полукилометра. Судя по следовым дорожкам, движение группы осуществлялось в направлении долины р. Лозьва и было практически прямолинейным (Борис Ефимович Слобцов в своих официальных показаниях во время следствия так описал обстановку возле палатки и следовую дорожку: «От палатки <...> на расстоянии около 0,5–1 метра обнаружили несколько тапочек от разных пар, а также были разбросаны лыжные шапочки и другие мелкие предметы. Я не помню и не обратил внимание, скольких человек были следы, но следует отметить, что следы вначале оставлены кучно, рядом друг с другом, а дальние следы расходились, но как расходились, я теперь не помню»).

Во время изучения следовых дорожек внимание поисковиков привлек след ноги в ботинке с каблуком. К сожалению, он оказался единичным и его ценность никем по достоинству оценена не была, по крайней мере в тот момент. Никто не задумался над тем, почему следов ног в носках и валенках много, а след в ботинке — всего один. По общему мнению, в ботинке спускался кто-то из членов тургруппы, и это предположение устроило всех. Лишь много позже выяснилось, что никто из девяти туристов не имел на ногах ботинок... След не был должным образом зафиксирован, его даже не измерили линейкой. Остался лишь единственный фотоснимок, объективно подтверждающий существование отпечатка ноги в ботинке рядом с дорожкой отхода туристов.

У палатки находилась пара лыж, причем мнения о том, в каком именно виде их нашли, впоследствии разделились: кто-то говорил, что лыжи стояли вертикально, воткнутые в снег у входа в палатку, но известно также свидетельство, согласно которому лыжи были связаны и лежали на снегу. В стороне от палатки, на удалении примерно 10 м, в снегу были найдены вещи, принадлежавшие, как выяснилось позже, Игорю Дятлову — пара носков и матерчатые тапочки, завернутые в рубашку-ковбойку.

Этот сверток словно бы кто-то отбросил в сторону. Палатка группы Дятлова была установлена штатно, однако дальние от входа растяжки были сорваны, отчего северную часть палатки некоторое время, видимо, трепало ветром. Впрочем, к моменту появления поисковиков она уже была присыпана слоем снега толщиною 20–30 см. Под днищем палатки оказались умещены 8 пар лыж, внутрь были внесены 9 рюкзаков, уложенные для придания большей устойчивости на дно.

Южный конек палатки (тот, где находился вход) был закреплен на лыжной палке, северный конек был завален и лыжной палкой не фиксировался. Поверх рюкзаков были расстелены 2 одеяла, еще 7 одеял оказались либо сложены, либо скомканы, и образовали смерзшуюся груду. На одеяла были беспорядочно навалены шесть ватных курток-телогреек.

У самого входа по левую руку (если смотреть от входа) оказалась найдена практически вся обувь, имевшаяся в распоряжении группы: 7 валенок (т. е. 3,5 пары) и 6 пар лыжных ботинок.

Обувь выглядела беспорядочно сваленной. Еще 2 пары ботинок лежали в центральной части палатки по правую руку. Также по правую руку, но ближе к входу, помещались вещи, которые условно можно назвать хозинвентарем, — топоры (два больших и один маленький), пила в чехле, два ведра (внутри одного из них первоначально находилась фляга со спиртом, которую прихватил накануне Борис Слобцов), два котелка, а также цилиндрическая печка. Состояние печки разные свидетели описывали по-разному: одни утверждали, что та была набита щепками и наколотыми дровами, другие же говорили, будто внутри находились части разобранного дымохода. Для нас важно сейчас отметить, что печка в момент ЧП явно не использовалась группой по назначению. Здесь же, рядом с хозинвентарем, лежали 2 или 3 мешочка с сухарями.

Тут же, у входа, была найдена лыжная палка, брошенная поверх прочих вещей. Палка выглядела так, словно кто-то пытался обстругивать ее ножом. С этой палкой связана одна из многих серьезных неопределенностей, существующих вокруг гибели группы Дятлова. Дело в том, что туристы не имели запасных лыжных палок и повреждение хотя бы одной из них могло самым серьезным образом затруднить движение всей группы. Совершенно непонятно, кто и для чего мог заняться столь бессмысленным и прямо вредительским делом, как обстругивание палки ножом. Кроме того, не совсем ясно, как вообще можно было резать ножом бамбук (а по уверению Юдина, в распоряжении группы имелись только бамбуковые лыжные палки). Существует предположение, что найденная в палатке палка была не бамбуковой, но ни подтвердить, ни опровергнуть это сейчас невозможно — никто палку не фотографировал и ее дальнейшая судьба вообще неизвестна.

Внимание спасателей, разбиравших палатку, привлек большой, килограмма на три, кусок ветчины-«корейки», извлеченный из мешка, и лежавшая на одеяле полоска свиной кожи, оторванная от ветчины. В момент, когда с группой Дятлова произошло чрезвычайное происшествие, туристы явно намеревались резать эту «корейку» для приема в пищу.

Также где-то здесь, в ближайшей к выходу части палатки, оказался найден «Вечерний Отортен», шуточная самодельная стенгазета туристов, написанная на тетрадном листе бумаги. Уместно процитировать ее содержание, поскольку с ним окажутся связаны некоторые версии случившейся трагедии:

«ВЕЧЕРНИЙ ОТОРТЕН». № 1. 1 февраля 1959 г.

Передовица. Встретим 21 съезд увеличением туристорождаемости!

Наука. В последнее время в научных кругах идет оживленная дискуссия о существовании снежного человека. По последним данным, снежные человеки обитают на Северном Урале, в районе горы Отортен.

Философский семинар «Любовь и туризм» — проводится ежедневно в помещении палатки (гл. корпус). Лекции читают доктор Тибо и кандидат любовных наук Дубинина.

Армянская загадка. Можно ли одной печкой и одним одеялом обогреть 9 туристов?

Новости техники. Туристские сани. Хороши при езде в поезде, на машине и на лошади. Для перевозки груза по снегу не рекомендуются. За консультацией обращаться к гл. конструктору тов. Колеватову.

Спорт. Команда радиотехников в составе тов. Дорошенко и Колмогоровой установила новый мировой рекорд в соревнованиях по сборке печки — 1 час 02 мин. 27,4 сек.

              Орган издания профсоюзной организации группы «Хибина».

Примечательно, что оригинала этой стенгазеты в материалах дела нет, есть только машинописная копия, поэтому невозможно сказать, кем она была написана (и вообще, одним ли человеком или несколькими). Кроме того, не совсем ясно, где именно в палатке находился этот листок; есть свидетельства, будто его нашли приколотым булавкой к внутреннему пологу, но это неточно.

В дальней от входа части палатки находились продукты (сахар, соль, крупа, сгущенное молоко) и ничем не примечательное полено. Последнее, видимо, предполагалось использовать для растопки.

Поисковики разобрали палатку, извлекли из нее вещи и перенесли их ниже по склону для удобства последующей эвакуации. Из-под палатки извлекли 3 пары лыж, две из которых отдали охотникам Моисееву и Мостовому, а одну использовали в качестве вешек для обозначения на склоне мест обнаружения тел Колмогоровой и Дятлова.

28 февраля 1959 г. прокурор Василий Иванович Темпалов возбудил предварительное расследование по факту обнаружения трупов четырех туристов из группы Дятлова.

1 марта палатка и найденное в ней имущество без описи было вывезено вертолетом в Ивдель. Опознание вещей и установление их принадлежности членам группы при участии Юрия Юдина проводилось уже там.

В тот же самый день — 1 марта — в лагерь поисковиков прибыл единственный в свердловской областной прокуратуре прокурор-криминалист Лев Никитович Иванов, который возглавил расследование по факту гибели группы Дятлова. С этого времени поисковики приступили к прощупыванию склона Холат-Сяхыл доставленными в лагерь лавинными зондами. Работы велись с полной самоотдачей участников, за день каждый из них прощупывал зондом до 1 тыс. кв. м, передвигаясь порой в снегу глубиною 1,5 м.

Работа была проделана огромная. В течение недели (со 2 по 9 марта) поисковики планомерно «прощупали» склон Холат-Сяхыл от места расположения палатки Дятлова в долину Лозьвы, осуществили методичное прочесывание леса в районе кедра, под которым были найдены первые два тела, и совершили кольцевой обход высоты 905,4. Далее они проверили спуск от этой высоты к Лозьве и длинный овраг в 50 м от кедра. «Прощупывание» оврага проводилось на протяжении 300 м, но работу эту вряд ли можно было считать эффективной, поскольку глубина снега там превышала 3 м и длина зондов оказалась явно недостаточной.

В ходе этой операции был найден исправный китайский фонарик с разряженной батареей, находившийся во включенном состоянии. Он был обнаружен на 3-й каменной гряде на удалении примерно 400 м от палатки. (Склон Холат-Сяхыл пересекают три длинные каменные гряды, расположенные почти горизонтально. Самая верхняя, условно 1-я, удалена от палатки примерно на 200 м, следующая — на 250–280 м, и, наконец, 3-я, последняя, находится на расстоянии около 400 м. Членам группы Дятлова при спуске к кедру неизбежно пришлось бы преодолевать каждую из них.) Местоположение фонарика — на линии «палатка — кедр» — соответствовало версии об отходе дятловцев (или их части) в направлении дерева, под которым были найдены тела двух туристов.

2 марта 1959 г. группа в составе трех студентов-поисковиков и двух охотников-манси отыскала лабаз, оставленный дятловцами перед подъемом на Холат-Сяхыл. Находился он, как и предполагалось, в долине р. Ауспия, примерно в 300 м от лагеря поисковиков. Дятловцы устроили лабаз на земле, огородили его лапником и обозначили вертикально стоящей парой лыж, на которые натянули разорванные гетры. Лабаз производил впечатление непотревоженного. Он располагался примерно в 100 м от берега Ауспии и в полукилометре от границы леса. В нем оказались различные продукты (крупы, сахар и пр., в общей сложности 19 наименований суммарным весом 55 кг), заготовленные дрова, а также вещи, в которых туристы могли не испытывать нужды в течение тех нескольких дней, что были им необходимы для подъема на Отортен и возвращения обратно в долину Ауспии. В числе таковых оказались мандолина, упомянутая пара лыж, использованная как ориентир, 2 пары ботинок (лыжные и теплые), ледоруб, а также шапочка, маска и ковбойка (по 1 шт.). Лабаз, с обнаружением которого связывались надежды на прояснение судьбы группы, ничего нового к известной поисковикам информации не добавил. Стало лишь ясно, что после экстренного покидания палатки никто из участников похода к лабазу не вернулся.

На следующий день — 3 марта 1959 г. — в аэропорту города Ивделя было разобрано и запротоколировано имущество пропавшей группы, доставленное туда из района поиска вертолетом. Перечислим наиболее значимые в контексте настоящего исследования предметы и личные вещи, обнаруженные в палатке: 9 курток-штормовок, 8 ватных курток-телогреек (в просторечии «ватников»), 1 меховая куртка, 2 меховых безрукавки, 4 штуки штормовых штанов, 1 хлопчатобумажные штаны, 4 шарфа, 13 пар рукавиц (меховых, суконных и кожаных), 8 пар лыжных ботинок, 7 валенок, 2 пары тапочек, 8 пар гетр, 3 конькобежные шапочки, 1 меховая шапка, 2 фетровых берета, 3 компаса, 1 карманные часы, 1 финский нож, 3 топора (2 больших и 1 маленький в кожаном чехле), 19 чехлов на ботинки, 2 ведра, 2 котелка, 2 фляги, 1 аптечка. Имелось также значительное число мелких предметов — носков, портянок, масок, зубных щеток, — извлеченных из рюкзаков, что затруднило определение их принадлежности конкретным участникам похода.

Какие выводы можно сделать из анализа состава предметов, брошенных дятловцами в палатке? Прежде всего, они покинули свое убежище, оставив верхнюю одежду — ватники, куртки-штормовки, ботинки, валенки и головные уборы. Только исключительно серьезная угроза могла побудить группу из 9 молодых и физически крепких людей экстренно уходить из лагеря в зимнюю пору вечером в совершенно необжитом лесном регионе. Вопрос, видимо, стоял так: либо отход вниз по склону, либо немедленная и неминуемая смерть на месте установки платки. При этом нельзя сказать, что группа была полностью безоружна — туристы бросили в палатке три топора и один финский нож, кроме того, скорее всего, какие-то ножи имелись у них при себе, ведь пихты и березки у кедра они срезали ножами. Однако опасность, с которой столкнулись дятловцы, была такова, что топоры и ножи не могли помочь ей противостоять.

Помимо этого, в общем-то очевидного вывода, следователи сделали и другой: кризисная ситуация стала развиваться в момент переодевания группы (подготовки ко сну). Именно этим можно было объяснить тот факт, что практически вся обувь и верхняя одежда оказались сняты и брошены в палатке. Этот вывод стал своего рода аксиомой, принимаемой на веру подавляющим большинством исследователей этой трагедии.

В тот же самый день, 3 марта 1959 г., группа Бориса Слобцова, состоявшая из студентов свердловского «Политеха», покинула район поисков. Причинами, в силу которых группу пришлось отозвать, явились как крайнее утомление ее членов, так и необходимость скорейшего возвращения к учебе. Никто в руководстве института не стал бы ради участия студентов в поисковой операции переносить сессию или прощать академические «долги». В тот же день в поисковом лагере появились руководители туристического движения общесоюзного масштаба — речь идет об уже упоминавшихся выше московских экспертах Бардине, Шулешко и Баскине. Им предстояло на месте оценить организацию поисковой операции и сделать предварительные выводы о характере происшествия, повлекшего гибель части группы Игоря Дятлова. Бардин и Баскин пробыли на месте поисковой операции вплоть до 8 марта, а Шулешко улетел на следующий день после них.

По итогам пребывания в лагере и изучения ситуации «на месте» «москвичи» подготовили доклад, своего рода экспертное заключение, в котором предприняли попытку взглянуть на случившееся с группой Дятлова непредвзято и трезво. Уход дятловцев от палатки к кедру они объяснили продолжительным характером опасности, имевшей место на склоне и побудившей туристов экстренно искать спасения в долине Лозьвы. Поскольку одежда погибших явно не соответствовала погодным условиям, эксперты предположили, что опасность застигла тех в момент переодевания. Это предположение на многие годы сделалось своеобразной аксиомой, от которой отталкивались создатели большинства версий случившегося. В целом доклад московских специалистов был составлен в выражениях весьма осторожных, если не сказать уклончивых; они никого не обвиняли в случившейся трагедии и воздержались от резких оценок. В формулировках этого документа чувствуется рука искушенного канцеляриста, стремящегося дистанцироваться от потенциально опасного содержания документа.




ОТПРАВИТЬ:       



 




Статьи по теме:



Великий перебежчик

125 лет назад, 16 апреля 1889 года, родился Чарли Чаплин

В книге Валерия Головского «Перебежчики и лицедеи» (Нижний Новгород: Деком, 2006) речь идёт о далеко не всем известных сторонах жизни таких людей, как Рудольф Нуриев, Михаил Калатозов, Аркадий Шевченко, Мэрилин Монро. В этом же списке и Чарли Чаплин. Книга выстроена на базе материалов Федерального бюро расследований США и других американских архивов.

16.04.2014 08:00, Валерий Головской


На перепутье контекстов на букву «П»

Валери Стил. Фетиш: мода, секс и власть / Пер. с англ. Е. Демидовой. М.: НЛО, 2014. 224 стр. Серия «Библиотека журнала “Теория моды”»

Серия «Библиотека журнала “Теория моды”» радовала и до этого любопытными изданиями вроде «Готика. Мрачный гламур» или «Людей в черном». И сейчас книга интригует названием, завлекает обложкой…

11.04.2014 14:00, Александр Чанцев


Только Венеция. Образы Италии XXI

Отрывок из новой книги

Уникальная книга о невероятном городе. Венецианское прошлое не исчезло, вечная красота свежа, как «высокая вода», с моста Риальто слышны голоса куртизанок и крики николотти, дерущихся с кастеллани. Здесь масок больше, чем лиц, а скелетов больше, чем шкафов, здесь меняет карту мира слепой дож Дандоло и царит неистребимое византийство, которым навеки заразилась Венеция, грабя Константинополь. Здесь толпы туристов и мёртвое безлюдье, рослые рабы-славяне и бандиты-крестоносцы, Вивальди и Тициан, Гоцци и Тинторетто, Дягилев и Бродский, венецианский авангард XV века, старинные небоскребы венецианского гетто, мерцающее золото смальт, разноцветный звон муранского стекла, зеленый запах моря в Каннареджо и рио. И неизбывное, неутолимое желание возвращаться в город, равного которому в мире нет.

09.04.2014 16:30, Аркадий Ипполитов


Бодлер. Цветы зла и двойное поражение

9 апреля 1821 года родился поэт Шарль Пьер Бодлер

Ко дню рождения великого поэта «Частный корреспондент» публикует главы из книги «Бодлер». Речь пойдет о самом знаменитом произведении Бодлера, стихотворном сборнике «Цветы зла», а также о плачевных последствиях, которые постигли автора после выхода этой книги.

09.04.2014 08:00, Жан-Баптист Баронян


«Кот доступа» в финале конкурса Международной гильдии писателей

Новый жанр в современной литературе

Все величайшие шедевры мировой культуры существуют не на холстах, не в нотах и не на киноплёнке. Они заложены в души людей от рождения, как способность чувствовать и переживать. Просто некоторые авторы получили возможность напоминать об этом своими произведениями.

08.04.2014 16:45, Лина Ван Ортон


Как Пруст может изменить вашу жизнь

Глава из книги

Когда вы в последний раз внимательно оглядывались по сторонам? Неторопливо прогуливались по хорошо знакомому бульвару? Или сидели в кафе за чашкой чая с любимым пирожным, разглядывая из-за стекла бегущих по делам прохожих? Сегодня для многих из нас эти мелочи – роскошь, почти непозволительная. Оценить их и понять, что именно из таких пустяков складывается само время, на взгляд швейцарского писателя Алена де Боттона, получается у немногих. Точнее всего это удалось едва ли не самому загадочному и многогранному писателю ХХ века – Марселю Прусту. Его книги вовсе не бездонный омут или многоэтажный лабиринт, а напоминание о том, как найти счастье. Нужно только правильно их прочесть – и тогда они смогут изменить вашу жизнь.

04.04.2014 16:30, Ален де Боттон


Русалка

Рассказ из нового сборника Владимира Любарова «Праздник без повода»

В начале 1990-х, когда россияне, открывая для себя мир, принялись путешествовать по земному шару, столичный художник Владимир Любаров открыл для себя чудесный и парадоксальный мир глухой деревеньки Перемилово на краю Владимирской области. Здесь же родилась его большая живописная серия «Деревня Перемилово», которую Любаров продолжает пополнять новыми работами уже более двадцати лет. Поселившись в деревне Перемилово, художник Любаров примкнул к народной традиции ежедневного отмечания главного праздника здешних мест, в чем немало преуспел. Тому свидетельством стала его новая книга «Праздник без повода».

03.04.2014 16:30, Владимир Любаров


Карта мира

Кристиан Крахт родился 29 декабря 1966 года в Швейцарии в семье управляющего ИД «Аксель Шпрингер АГ», получил превосходное образование в закрытых школах Германии и США, жил в Таиланде, Непале, Парагвае, Аргентине, Танзании, ЮАР. В 2001 году по приглашению издательства Ad Marginem посетил Москву и Санкт-Петербург. «Частный корреспондент» публикует фрагменты сборника «Карта мира», вышедшего в издательстве Ad Marginem, в который вошли путевые заметки Кристиана Крахта, написанные по заказу газеты Welt am Sontag, а также эссе из книги New Wave.

02.04.2014 16:30, Кристиан Крахт


Другой процесс

Франц Кафка в письмах к Фелиции. Отрывок из книги

Это история переписки Ф.Кафки с его невестой Фелицией Бауэр, включающая две расторгнутые помолвки и болезненные метания Кафки, не умевшего, да и не желавшего жить как все...
Для Канетти — это лишь отправная точка, отталкиваясь от которой он выстраивает свою, отнюдь не во всем бесспорную, но бесспорно увлекательную интерпретацию творчества Кафки и толкование его судьбы. За каждой строкой этой книги стоят любовь, увлеченность — и да, сострадание. Сострадание единомышленника и собрата, который знает, каково нести в себе все боли и невзгоды своего века, а вдобавок к ним — еще и свои личные трагедии и тайны...

01.04.2014 15:30, Элиас Канетти


Ньютон. Столп общества

31 марта 1727 года (по григорианскому календарю) умер Исаак Ньютон

К этой дате мы публикуем фрагмент книги Питера Акройда «Исаак Ньютон. Биография» (М.: Издательство КоЛибри, Азбука-Аттикус). Книги англичанина Питера Акройда популярны во всём мире. Он автор более четырёх десятков книг. Рассказывая о Ньютоне, Акройд создаёт образ истинного учёного, человека противоречивого, честолюбивого, но при этом безгранично преданного науке. Человека, вся жизнь которого, наполненная трудом и неустанной работой мысли, была посвящена познанию Истины.

31.03.2014 08:00, Питер Акройд






 
 

Новости

Британский совет объявляет конкурс для молодых творческих предпринимателей в области электронного книгоиздания
В состав жюри конкурса вошёл основатель и издатель «Частного Корреспондента», президент Ассоциации интернет-Издателей Иван Засурский.
Опережая всех в пути
В Германии выпустили юбилейное издание «Маленького принца» - к 70-летию книги.
Полный абзац…
Литературная антипремия выбрала худшую книгу в России.
«140 символов самовыражения»
Выпущена первая русскоязычная практическая книга про «Твиттер».
Два дня на то, чтобы всесторонне исследовать современное прочтение мира
В Москве состоится книжный мультимедийный фестиваль под открытым небом BookMarket.

 

 

Мнения

Сергей Митрофанов

Индульгенция бессилием

Ответственность наблюдателя и муки причастности

Понятно, что представления о некой многократной отраженности исторических событий друг в друге восходят, скорее, к поэтическому восприятию истории, нежели к политическим и научным фактам. Ничто в Истории не обязано точно повторяться в зависимости от круглых дат или неких мистических циклов. И то, что большевики во многом скопировали эстетику Великой французской революции (назвав себя комиссарами, учредив коммуны и представляя свои карающие органы «целомудренной секирой»), по-видимому, больше говорит о великой популярности образа, нежели о том, что все должно повториться в точности. Вплоть до буквальной реализации сентенции «революция пожирает своих детей». Хотя, по правде, она и действительно всех их тогда пожрала.

Марк Сандомирский

Об уСМИрении блогеров

Можно достаточно найти в рунете виртуальных клинических случаев блогофрении с исходом в резидуальный посткомментный блогидиотизм. Но для того, чтобы с сей эпидемией бороться, нужно идти не медийным путем, а клиническим.

Александр Чанцев

Новое протестное кино

Как нет нормального социального протеста, так нет и кино

Протестное кино было, слава богам кинематографа, всегда. Нельзя сказать, что в последнее время его стало больше – гайки закручиваются (у нас), давно конвенционально закручены (на Западе). Но некоторые тенденции и фильмы достойны, кажется, упоминания в силу своей симптоматичности.

Артур Гранд

Жизнь как ставка на зеро

«Отель “Гранд Будапешт”», режиссер: Уэс Андерсон

Любой из героев Уэса Андерсона мог бы сказать о себе “Я качался в далеком саду На простой деревянной качели”. Все его персонажи – взрослые дети, эскаписты, очаровательные придурки, неудачники, идеалисты, одиночества. Символично, что фамилия режиссера совпадает с фамилией одного из самых известных сказочников в мире: в киномире Андерсона, хрупком и неизменном, скрываются от реальности – в себе, в мифе, в дороге. Герои, которых играют практически всегда одни и те же актеры, побывали в Индии (“Поезд на Дарджилинг”), освоили океанические глубины (“Водная жизнь”), стали бойскаутами и, кажется, слегка повзрослели (“Королевство полной луны”). В новом фильме “Гранд “Отель Будапешт” они гурьбой ворвались в Восточную Европу.

Артемий Лебедев

Про Крым и любовь к Украине

Многие люди обиделись на мой пост про Крым, где я писал, что это идеальная операция, которой можно гордиться

Друзья мои, я весьма далек от восхваления любых правителей, включая правителей моей собственной страны. Я восхищаюсь исключительно управленческими и менеджерскими способностями, потому что имею некоторое представление о том, как тяжело дается управление и достижение каких-либо результатов в наших широтах.

Антон Носик

О заслуженном рейтинге Путина

ВЦИОМ рапортует, что рейтинг Путина после присоединения Крыма достиг рекордных значений, даже в традиционно «протестных» Москве и Питере он разом перевалил за 71%

По данным исследования, проведенного 15 - 16 марта, рейтинг одобрения Путина составил 75,7%. Неделей ранее, во время аналогичного опроса 8 - 9 марта, этот показатель был на уровне 71,6%. Социологи добавили, что столь высокий уровень одобрения работы президента зафиксирован в первую очередь в связи с ситуацией на Украине и подготовкой референдума в Крыму (эти события назвали главными за прошедшую неделю 63% респондентов), на волне триумфального выступления российской паралимпийской сборной в Сочи (32%).

Владимир Познер

Чума на оба ваши дома

Владимир Познер о воссоединении Крыма с Россией и не только

Невероятная активность Запада во всем происходящем не имеет ничего общего ни со стремлением защищать права человека на Украине, ни с благородным желанием помочь «бедным украинцам», ни с заботой о сохранении целостности Украины. Она имеет отношение к геополитическим стратегическим интересам. И действия России – на мой взгляд – вовсе не продиктованы стремлением «защитить русских, украинцев и крымских татар», а продиктованы все тем же самым: геополитическими и национальными интересами.

Михаил Эпштейн

Буква «Ы» как выражение народного духа

"Депутат Государственной думы Владимир Жириновский предложил отменить букву «ы». «Убрать эту букву гадкую, это азиатчина, нас за это не любят в Европе Это от монгол к нам пришло, ни в одном европейском языке буквы «ы» нет», — заявил член парламента" (из новостей).

Денис Драгунский

Два тела вождя

О том, как личность у нас становится важнее должности

Король как политическое тело трансцендентен. Когда реальный земной король умирает, это всего лишь означает, что политический король переселяется в земное тело нового короля. Вот второй, глубинный и главный, смысл восклицания «Король умер — да здравствует Король!» Не просто на престол в ту же секунду заступил новый король, и нет никакого перерыва власти, а умер король (с маленькой буквы), а Король (с большой буквы) всегда в полном порядке, ура! Что и является лучшей гарантией непрерывности власти.

 

Календарь

Ольга Балла

Наследник Просвещения

15 апреля 1920 года родился Томас Сас, основатель антипсихиатрии

Патриарх социальной мысли ХХ века не считает себя принадлежащим ни психиатрии, ни антипсихиатрии и отвергает в их настоящем состоянии обе. Тем не менее психиатрия — именно официальная, институциональная, как он по сей день обзывает её, стоящая на службе у государства и на страже его интересов — очень высоко оценивает вклад Саса в своё развитие.

Александр Головков

Герой несбывшейся России

14 апреля 1862 года родился Пётр Аркадьевич Столыпин, возглавлявший правительство Российской империи в 1906—1911 годах, погибший от руки террориста 18 сентября 1911 года

По итогам проводившегося в 2008 году конкурса «Имя России» Пётр Столыпин занял второе место после Александра Невского (третьим стал Иосиф Сталин). В эту странную триаду, отображающую некий вневременной виртуальный образ правоверно-самодержавно-народной Руси (а может быть, повторяемость мучительных циклов русской истории), последний паладин великой империи вошёл вполне заслуженно.

Виктория Шохина

СМОГ на площади: «Мы будем быть»

14 апреля 1965 года у памятника Маяковскому прошла первая демонстрация смогистов

Розовощёкий мальчик объявил программу СМОГа, закончив призывом идти к Дому литераторов. Они хотели, чтобы СМОГ признали самостоятельной творческой организацией, дали помещение для выступлений и т.д. А ещё они требовали свободы творческого слова и освобождения Михаила Нарицы, Владимира Буковского, Владимира Осипова, Иосифа Бродского...

Евгений Мещеряков

Сэмюэль Беккет. Невозможность

13 апреля 1906 года родился ирландский писатель Сэмюэль Беккет

В творчестве Сэмюэля Беккета можно копаться бесконечно, обнаруживая все новые грани смыслов или полное отсутствие таковых, но важно совсем другое, а именно: насколько то, что открыл Беккет, может быть актуальным для сегодняшнего дня и для современной литературы, а вовсе не для событий более, чем полувековой давности.

Олег Давыдов

Боевые пилигримы

Сколько их, куда их гонит…

13 апреля 1204 года крестоносцы взяли Константинополь. И немедленно приступили к массовым убийствам православных христиан. Было убито порядка двух тысяч человек, в пожарах погибли памятники архитектуры, произведения искусства, древние книги. Вообще-то воины Христовы направлялись в Святую землю. История отклонения вооружённых пилигримов от истинного пути до сих пор вызывает множество споров.

Анна Александровская

«Так тонко имя Черубины…»

12 апреля (по новому стилю 31 марта) 1887 года родилась Черубина де Габриак (Елизавета Дмитриева)

История русской литературы – скорее мартиролог: писателей преследовали, казнили, отправляли на каторгу, высылали за границу… Игровая эпоха в ней, пожалуй, была только одна – Серебряный век. Тогда и появилась единственная известная русская литературная мистификация – Черубина де Габриак.

Александр Головков

Тогда мы сделали ракеты

12 апреля 1961 года Юрий Гагарин первым из жителей Земли поднялся в Космос. Год спустя был учреждён День космонавтики

12 апреля 1961 года Юрий Гагарин совершил облёт нашей планеты на космическом корабле «Восток», созданном творческим коллективом учёных, инженеров и конструкторов во главе с Сергеем Королёвым.

Виктория Шохина

Война и мир Курта Воннегута

11 апреля 2007 года не стало Курта Воннегута

Он знал всё про четвёртое измерение и про одиночество, ненавидел социал-дарвинизм, шутил по серьёзным и страшным поводам (так называемый чёрный юмор) и часто говорил «такие дела» и «такова структура момента».


 

Интервью

Олег Харченко: «Хочется, чтобы Сочи повторил судьбу Барселоны»

Главный архитектор ГК «Олимпстрой» поделился впечатлениями о подготовке объектов к Играм-2014 и будущем Олимпийского парка

«Барселона - город, который получил сильнейший импульс для развития после проведения в нем летних Олимпийских игр 1992 года. Сочи получил точно такой же импульс. Здесь полностью обновлена транспортная, инженерная инфраструктура. Город получил много объектов, которые могут выгодно его отличать от других городов России, создают ему благоприятные условия для интенсивного развития. Так же как в Барселоне, жители должны воспользоваться этим шансом и запустить механизм саморазвития. Очень хочется, чтобы Сочи повторил судьбу Барселоны, которая расцвела и стала одним из великолепных городов Европы».

Альберт Плутник: «Обмануть цензуру в принципе было нельзя. Она чутка, неглупа и многоступенчата»

Как говорить правду, будучи журналистом

C целью узнать, как поступать в случае «закручивания гаек», и была затеяна эта статья: мы обратились к тем, кто осмелился писать острые, проблемные тексты в условиях жесточайшей советской цензуры.

Вадим Михайлин: «Я вообще не считаю философию наукой, «философские науки» для меня - оксюморонное сочетание…»

Ключ и его двери: беседа с руководителем Саратовской лаборатории исторической, социальной и культурной антропологии (ЛИСКА)

Четверо интеллигентных пятидесятилетних людей отправляются на рыбалку. В какой момент они начнут говорить на мате? Это будет вскоре или в точности после того, как лодка отчалит от берега. Вот - граница, чётко маркируемая, обозначенная даже чисто телесно, материально. Граница стихий, если угодно.