Подписаться на обновления
19 январяВоскресенье

usd цб 61.5333

eur цб 68.5358

днём
ночью

Восх.
Зах.

18+

ОбществоЭкономикаВ миреКультураМедиаТехнологииЗдоровьеЭкзотикаКнигиКорреспонденция
Литература  Кино  Музыка  Масскульт  Драматический театр  Музыкальный театр  Изобразительное искусство  В контексте  Андеграунд  Открытая библиотека 
Вячеслав Шадронов   вторник, 7 декабря 2010 года, 17:30

Палата № NET
Обзор фестивальной программы, кажется лучшей за всю историю смотра «Нового европейского театра»


Сцена из спектакля режиссера Кирилла Серебрянникова "Мертвые души" // Итар-Тасс
   увеличить размер шрифта уменьшить размер шрифта распечатать отправить ссылку добавить в избранное код для вставки в блог





Дойчес театр, Д. Гочев. Национальный театр Латвии, К. Серебренников. Театр «Народовы», Польша, И. Вырыпаев. Театр Оскараса Коршуноваса, Вильнюс, Э. Лакаскад. «Каммершпиле», А. Херманис. Театр Граца, В. Бодо. Видеоинсталляция К. Смедса.

Никогда так не было жалко, что заканчивается театральный фестиваль NET, — обычно в его программе есть ну один, ну два спектакля-события, остальное всё — в лучшем случае фон. А в этом году, не считая более чем сомнительной «видеоинсталляции» в Актовом зале и довольно средней «Палаты № 6» на открытии, всё просто один к одному выдающиеся проекты.

Иностранцы в театре наносят второй удар по нашей национальной гордости. Первым был британский драматург Том Стоппард, реабилитировавший в пьесе «Берег утопии» культурную фронду середины XIX века — либеральную интеллигенцию круга Александра Герцена, безответственно брошенную в мусорку истории в одну кучу с теоретиками русской коммунистической утопии.

Причём имена режиссёров — все вроде бы знакомые, родные: Серебренников, Вырыпаев, даже Херманис — считай, что свой, а театры — и для нас, и для них чужие, и возможность увидеть то, что они сотворили там, — уникальная.

И даже чеховскую тему в юбилейный год фестивалю удалось представить как никогда широко.

«Палата № 6» по А. Чехову, Дойчес театр, реж. Дмитрий Гочев Сначала чудик фальшиво дудел в трубу мелодии вальса Шостаковича и другую популярную классику, затем тётенька в синем халатике (её звали Никита — это женское воплощение одноимённого персонажа из чеховской повести) вышла и начал описывать больницу, предлагая заглянуть внутрь психиатрического отделения.

Вслед за ней подтянулись и остальные действующие лица, один в майке и шортах, другая — в платье невесты и резиновых сапогах, во время физических упражнений и прочих медпроцедур говорящие словно в бреду цитатами из «Чайки», «Трёх сестёр» и «Вишнёвого сада», а также скандирущие хором в порядке аутотренинга: «Как хорошо здесь жить!»

К авансцене подходят как к краю пропасти, а на заднике с грохотом отворяются и затворяются створки металлических ворот. Доктор Рагин, который и сам себя, похоже, ассоциирует с Чебутыкиным, нервный и как будто испуганный чем-то, говорит: «Теперь сумасшедшим не льют воду на голову — им показывают спектакли».

Через кресло от меня как раз хихикал Коля-дурачок, лишний раз подтверждая правоту болгарского режиссёра, поставившего в немецком театре фантазию на чеховские темы.

Обитатели этой «Палаты № 6» — то ли бывшие актёры, то ли собственно персонажи чеховских пьес, а может, игра в театр для них — своего рода арт-терапия или даже нечто большее, хотя, казалось бы, эта тема для немецкого театра закрыта Петером Вайсом и его пьесой «Марат/Сад».

Надо сказать, партитура нынешнего текста расписана отлично, актёры — великолепные, следить за их мимикой было интереснее, чем за русскоязычными субтитрами.

Правда, коль скоро здесь важен принцип и приём, а за каждой отдельной фразой самостоятельного значения не числится, необязательно, чтобы спектакль шёл час пятьдесят пять, как заявлено, ни даже час сорок пять — фактически.

И ездить так далеко за подобными постановками тоже непрактично (хотя на месте тех, кто ездит, я бы, несомненно, рассуждал иначе). Взять хотя бы «инфернальную комедию «Чехов. Женский взгляд» в частном театральном классе Игната Мазоха — подозреваю, фестивальная публика ни о чём таком и не слышала.

Да и в самом деле, откуда пафос, и световая партитура попроще, чем у немцев (хотя Игорь Неведров в главной и единственной мужской роли как актёр вряд ли уступит замечательному безусловно Гарольду Баумгартнеру).

Но принцип тот же — Чехов-микс. А микс, даже удачный, — это ни для европейского, ни для какого другого театра уже не новость.

«Мёртвые души» Н.Гоголя, Национальный театр Латвии, реж. Кирилл СеребренниковМиндаугас Карбаускис в своей постановке «Мёртвых душ» в «Табакерке» запер птицу-тройку в стойло, но Кириллс Серебренниковс (на пресс-конференции НЕТа он рассказывал, как боролся, чтобы, вопреки латвийским законам, его имя на афишах писалось без окончания «s», но добился того, что оно лишь дублировалось в двух вариантах) пошёл гораздо дальше.

У него от птицы-тройки осталось лишь три лошадиных черепа, да и сами персонажи «Мёртвых душ» заперты в деревянную коробку с изнанкой из ДСП, очевидно символизирующую гроб.

Хотя внутри этой большой коробки есть ещё, как в китайской шкатулке, три маленьких кривоватых ящичка похожей формы и, надо полагать, назначения.

При этом, судя по наличию столика, перед нами какое-то инфернальное питейное заведение, «последний кабак у заставы», где пьют водку, занюхивая шинной резиной и попутно оценивая по вкусу резины, доедет ли колесо до Москвы али до Казани.

Обстановочка скорее достоевская, нежели гоголевская, хотя Серебренников уточняет, что «формат» инсценировки заимствовал из «Игроков».

Вокруг татуированного Чичикова постоянно вьётся кордебалет нечисти, принимая обличья разных персонажей поэмы, тем более что структурно один эпизод-визит нахлёстывается на другой, артисты едва успевают переодеваться, в том числе в женщин и даже в собак.

Женщин-актрис в ансамбле нет (что-то похожее, но в уродливом и бессмысленном варианте можно было видеть, кстати, в бесславно забытых «Игроках» Юрия Ерёмина — спектакль назывался «Дама, дама, ещё дама!»), так что парни играют и жену Манилова, и Коробочку, и свору ноздрёвских кобелей в масках — впрочем, сам Гоголь отмечает насчёт Плюшкина, что это существо неопределённого пола, похожее на бабу.

Собакевич пытается шантажировать Чичикова, записав их разговор о купле-продаже мёртвых душ на старый кассетный магнитофон, а данные о новых приобретениях Чичиков сразу заносит в ноутбук, который у него всегда под рукой в чемодане.

Полуголый Ноздрёв в трениках «Адидас»; Плюшкин, страдающий раздвоением личности и разговаривающий сам с собой, словно с Маврой, напомнил похожее решение в Серебренниковском «Фигаро» (там оно казалось неуместным, а здесь — в самую точку).

Великолепно по режиссуре сделаны и сцены с Ноздрёвым, с Собакевичем, замечательно придуман монолог Чичикова, где он наедине с собой разливает выпивку по десяткам пластиковых стаканчиков, «обмывая» таким образом покупку, а заодно и «поминая» мёртвые души.

Отличная идея — «сеанс одновременной игры» в шашки с ноздрёвской сворой — несомненно, осознанная реминисценция к истории про последователя Чичикова, другого «великого комбинатора».

Явление фантасмагорической «невесты» (тоже, понятно, ряженой) в балахоне из перины или одеяла, которой к тому же оказывается переодетый Ноздрёв, — апофеоз бесовского хоровода.

В то же время фарсовые сценки перебиваются зонгами на русском языке (спектакль играется, разумеется, на латышском), написанными Маноцковым, замечательно использующим приёмы стилизации, в частности обыгрывающим в одном из номеров тему «быдла» из «Картинок с выставки» Мусоргского.

«Быдло», стоит иметь в виду, у Мусоргского имеет не современное толкование, а означает всего лишь «скот», тягловую животную силу, но у Серебренникова свою роль играет как историческое значение слова, так и сегодняшнее.

А в финале вместо привычного «Русь, куда ж несёшься ты?» (что было бы странно — куда ей нестись, в гробу-то? Приехали уже, конечная станция) звучит душещипательное «Русь, чего ты хочешь от меня?», причём по-русски, исключая потери в переводе.

«Танец Дели» И. Вырыпаева, театр «Народовы», Польша, реж. Иван ВырыпаевВырыпаев с польским акцентом — это совсем уже не новость. Причём ещё до появления на горизонте Каролины Грушки в рамках почившего ныне фестиваля «Новая драма» на сцене Театра.doc можно было увидеть польский кукольный (!) спектакль «Сны» по его текстам — сами тексты, правда, на тот момент показались мне убогими, но зрелище произвело неизгладимое впечатление.

Не знаю, настолько ли качественно отличается литературная основа «Танца Дели» и «Снов», или мои собственные взгляды так сильно изменились за четыре года, но, притом что я снова и совершенно бессознательно отметил структурно-композиционное сходство вырыпаевской пьесы с драматургией Беккета, этот спектакль я воспринимал абсолютно иначе, уже со второй части — в состоянии, близком к эйфории.

Всего «частей» в «Танце Дели» семь, хотя автор настаивает, что это «семь одноактных пьес», объединённых общим местом действия (приёмным покоем больницы) и кругом сквозных персонажей, но сюжетно самодостаточных.

Для пущей убедительности каждый (правда, этот принцип не строго соблюдается ближе к концу) эпизод «отбивается» выходом артистов на поклон в финале «пьесы», подчёркнуто медленным и старомодным занавесом и даже записанными на фонограмму зрительскими аплодисментами, хотя с каждой следующей «пьесой» настоящие, живые овации всё вернее заглушают фонограммные.

И чем навязчивее Вырыпаев «убеждает», что играется семь маленьких пьес, а не одна большая, тем меньше ему веры — к чему он, собственно, и стремится на самом деле.

Дополнительный стереоэффект возникает при просмотре в наушниках, из которых поверх польской речи актёров слушаешь русскоязычный первоисточник в исполнении автора — разумеется, интонационно ничего общего со спектаклем не имеющий.

Семь «пьес» представляют собой вариации на одну тему, в которой выделяются несколько мотивов, и все они так или иначе развиваются в каждом последующем «приведении темы».

Соответственно, и в сценическом воплощении пространство за старомодным занавесом меняется, оставаясь неизменным, — в приёмном покое больницы перемещаются в перерывах между «пьесами» предметы мебели.

За исключением финальной, седьмой «пьесы», которая разыгрывается перед закрытым занавесом, разница не бросается в глаза, хотя из сюжетов, разыгранных как будто в параллельных реальностях, понятно, что события в разных пьесах относятся к разному времени и реализуют различный расклад между стабильным набором персонажей.

В этом наборе — умирающая от рака женщина; девушка Катя, её дочь; парень Андрей, возлюбленный Кати, разрывающийся между ней и женой с двумя детьми; подруга матери и дочери Лера, балетный критик; жена Андрея (появляется только в седьмой «пьесе»); медсестра, за мзду сообщающая раньше положенного срока о состоянии, то есть о смерти, пациентов их родственникам.

Каждая «пьеса» имеет собственный подзаголовок, вполне абстрактный и либо трудный для разгадки, либо не подлежащий таковой, — ещё одна «обманка».

В каждой сюжетно-характерологический расклад при точном повторении или варьировании отдельных реплик и монологов меняется, иногда на прямо противоположный.

В одном из вариантов умирает от рака мать, в другом — жена Андрея травится, узнав об измене, в третьем «жертвой» безжалостного драматурга становится совсем уж ни в чём не повинная Лера, балетный критик, — перечисляю не по хронологии следования эпизодов.

Корыстолюбивая медсестра в финальной, седьмой «пьесе» неожиданно оказывается бескорыстной. Андрей либо предпочитает остаться с женой, либо готов уйти к Кате и т.д.

Что меня в «Танце Дели» по-настоящему подкупило — не вторичный, хотя и симпатичный по-своему философизм, но ироническая дистанция по отношению к нему, в которой, по счастью, находится место и элементам сатиры.

Они и превращают текст, при всём изяществе и изощрённости композиционной конструкции представляющий набор ординарных интеллигентских благоглупостей, в достаточно жёсткую, оригинальную и местами ну просто очень смешную на такие благоглупости пародию.

Сатирическая линия связана в первую очередь с образом балетного критика Леры, немолодой дамы.

В одной из «пьес» оказывается, что она умерла два года назад (работа с временем и пространством у Вырыпаева в «Танце Дели» заслуживает отдельного разговора, для которого хорошо бы иметь под рукой текст в печатном виде).

Но даже по поверхностному ощущению такого виртуозного владения формой я не замечал ни за каким ныне живущим и творящим драматургом (не считая, конечно, Стоппарда, с «Отражениями» которого у Вырыпаева тоже имеются вольные или невольные переклички), но в предыдущей именно Лере отводится главная роль, или, коль скоро речь идёт о «вариациях», партия, в музыкальной терминологии.

Она, размышляя о том, что лучше плохо прожить свою жизнь, чем хорошо — чужую, упоминает о танцевальном проекте, который на скотобойне поставил некий балетмейстер в знак протеста против войны в Ираке.

Пошло, бездарно, фальшиво — так характеризует этот проект критикесса, но главное, что на возражение медсестры, так ли уж плохо сочувствовать иракцам, критикесса, в пояснение своей мысли о чужой и своей жизни, парирует: в интеллектуальном концепте нет сочувствия, это всё фальшь и спекуляция.

Такой же спекуляцией, и это, пожалуй, самый формально смелый момент пьесы, оказывается и постоянное болезненное упоминание в качестве «последнего аргумента» Освенцима и еврейских детей, пущенных на мыло.

Ключевой в этом сатирическом плане монолог Леры связан с напоминанием, что правозащитники слишком тщательно моют руки с мылом, руки от этого чище не становятся, а мыла требуется всё больше.

Мифический, умозрительный, фантасмагорический танец Дели потому и невозможно описать, что он воплощает в себе всё подлинное, не стороннее, наблюдательское, но включённое в процесс присутствие человека в Бытие и приятие Бытия.

Приятие благодарное и осознанное, основанное на понимании неизбежной смерти отдельного человека (этого или другого — в каждой из семи пьес по-разному) и неизменности, непрерывности жизни как таковой (что и делает «семь одноактных пьес» целостным произведением — литературным и в особенности театральным).

«Вишнёвый сад live», видеоинсталляция по мотивам спектакля Кристиана СмедсаНа фестивальной пресс-конференции про «Вишнёвый сад» говорилось особо, подчёркивалось, что это не просто запись спектакля, а совершенно самостоятельное произведение.

Для эстетики спектаклей Кирилла Серебренникова очень важна живая музыка, написанная современными композиторами, — ей, степенью её настоящести, Кирилл проверяет правду происходящего на сцене. Музыка почти никогда не врёт (настоящая музыка), поэтому рядом с ней в театре образуется территория, на которой можно быть только правдивым. Что такое музыка? Где с музыкой интереснее работать, в театре или в кино? Как ставить задачу композитору? Режиссёр, сочиняя спектакль, ближе к композитору или к дирижёру? Как настроить уши на актуальный звукоряд?

Так и оказалось, но, пожалуй, я бы предпочёл запись. Некоторое представление о творчестве Смедса, и в частности о его работе с пьесами Чехова, имеется — в прошлом году на «Сезон Станиславского» привозили его «Чайку», где Аркадину играл Лембит Ульфсак.

А «Вишнёвый сад» — это проект, основанный на импровизации актёров, при содействии, конечно, режиссёра, на тему пьесы Чехова, после двух недель репетиций, в обстановке Старой Дачи — некоего места под Вильнюсом, где сейчас престижно и находится президентская резиденция, а когда-то был дачный посёлок, судя по всему, для «творческих работников».

Об этом, по крайней мере, свидетельствует присутствие в интерьере обложек с фамилиями Высоцкого и Тарковского.

Оператор зафиксировал, как Аня и Петя катаются на велосипедах, а Яша возит Дуняшу в тележке по лесным тропинкам. Является ли это частью спектакля или репетиционного процесса, я не понял, — скорее всё-таки второе.

80-минутное видео в основном состоит из монологов актёров, исполняющих роли в «Вишнёвом саде», среди которых немало известных — это и Юозас Будрайтис, и актриса, которая, если я не обознался, играла у Смедса в «Грустных песнях из сердца Европы» по «Преступлению и наказанию» Достоевского (три года назад привозили на NET).

Будрайтис, например, размышляет небезынтересно, отмечая, что, с одной стороны, природа «Вишнёвого сада» Чехова настолько зыбкая, что даже заглавие можно читать по-разному, с ударением на второй слог или, как подчёркивал Чехов в разговоре с Немировичем-Данченко, на первый.

А с другой, это автобиографическая история о предстоящей смерти, и дата продажи «Вишнёвого сада», 22 августа, совпадает с датой кончины Тургенева.

Свой монолог есть почти у каждого исполнителя и персонажа, только Раневская, которая (по случайности, как я уточнил) в титрах обозначена Равенской, как будто отсутствует, мельком появляясь лишь в самом конце.

Как бы подчёркивая (ну мне так потом объясняли), что это образ абстрактный, загадочный, присутствующий во всех остальных действующих лицах, но сам по себе неуловимый.

«Поздние соседи» по И.Б. Зингеру, «Каммершпиле», Мюнхен, реж. Алвис ХерманисДве истории — два стариковских дуэта — разыгрываются в разных декорациях и основаны на сюжетно самостоятельных новеллах Зингера.

Одна из них, «Поздняя любовь», настолько популярна, что в настоящий момент на московских сценах идут одновременно две её инсценировки — в филиале Театра им. Пушкина и на Малой Бронной, рассказывает о еврейском старике, который, трижды овдовев, доживал в одиночестве, пока не встретил еврейскую старушку, которая, однако, вскоре покончила с собой.

Другая, «Сеанс», менее известная — про двух других еврейских старичков, один прежде проповедовал философию космического эротизма, другая на дому практикует спиритуализм, оба шарлатаны и понимают это, однако ничего кроме у них в жизни всё равно не осталось.

Из замечательно написанных, но внешне несложных новелл Херманис вытаскивает такие вещи, что можно только руками развести от изумления.

Если недавняя его «Вечеринка на кладбище» была исполнена в минималистском духе, то «Поздние соседи» внешне ближе к формату «Сони».

Херманис добивается парадоксального соединения предельного бытового и физиологического натурализма (в обстановке квартиры, в поведении персонажей) с предельной же театральной условностью.

В «Поздних соседях», как и в «Соне», актёры существуют параллельно в дух измерениях, одновременно и перевоплощаясь в своих персонажей, и сохраняя дистанцию между ними, за счёт того, что произносят не только собственные реплики, но и авторский текст.

Первое действие, по «Поздней любви», делится на три части, в том числе и чисто формально. Первая вписана в обстановку квартиры Гарри, где он, едва передвигая ноги, поминутно таскается в туалет, пердит (но у Херманиса в спектаклях и пердят как-то изящно, не мерзко), жрёт корнфлекс, рассыпая его по полу, пьёт странный коктейль из молока, разбавленного кока-колой.

Заодно он проверяет, целы ли деньги в пачке из-под хлопьев, смотрит по чёрно-белому телевизору «Тома и Джерри», прохлаждается, отклячив дряблую задницу поглубже в раскрытый холодильник.

Неожиданно появляется новая соседка, Этель, миловидная и моложавая для своих неюных лет особа, ветреная и кокетливая, увлекает его к себе, и тут, во второй части, пространство расширяется.

Причём буквально: выходят рабочие сцены, снимают и уносят стенки-перегородки и квартиры персонажей объединяются, а кровать Гарри на какой-то момент становится для них общей, на ней старички, как дети, прыгают, бросаясь корнфлексом и обувью.

Но после проведённой в бешеном темпе искромётной и гротескной дуэтной сцены Гарри возвращается к себе — и узнаёт, что Этель покончила с собой.

Пространство снова сворачивается и замыкается, время опять замедляется. Гарри покрепче запирает двери — входную и на балкон. Гарри ложится обратно в свою кровать, и только записка Этель, а ещё туфля, в предыдущей сцене брошенная на его половину, напоминают о том, что их встреча не была сном.

Второе действие начинается с того, что рабочие сцены опять-таки выходят и снимают дверцы со шкафов, выставленных прямо по авансцене, и внутри шкафов, целой галереи разных шкафов, шифоньеров, буфетов и т.п., за дверцами обнаруживается квартирка Лотти Копицкой, больше похожая на лавку старьёвщика или на салон домашней магии.

Приятель Копицкой, вдовец Калишер, потерявший в Польше и семью, и любовницу Нелли, делает вид, что верит, будто Копицкая вызывает дух его возлюбленной, хотя прекрасно понимает, что «привидение» — подстава.

И всё-таки, случайно столкнувшись с «призраком» в тёмном коридоре, он, не сумев удержаться, обмочился в штаны (но у Херманиса в спектаклях и в штаны мочатся как-то изящно, не противно).

Миссис Копицкая достаёт из чемодана под кроватью огромные, на много размеров больше, штаны своего покойного мужа. Собственно, сюжет новеллы-анекдота на этом исчерпывается.

Обе «Поздние любви», что идут на сценах Москвы, по жанру — мелодрамы. Херманис же поставил трагикомедию, которая во втором действии переходит в философский фарс.

Комизм ситуации обострён в том числе и за счёт физиологических подробностей стариковского житья-бытья, а в «Сеансе» доведён до карикатуры.

И одновременно режиссёр выводит это житьё-бытьё персонажей Зингера, старых пердунов, из их квартир-шкафов в такой запредельный космос, что провести грань между анекдотом и мистерией оказывается невозможно.

Тленное и вечное одинаково зримы и даже ощутимы, материальны, смерть и бессмертие неразрывны, а шарлатанские теории и практики, основанные на бесхитростном жульничестве, всё равно не сводят человеческую жизнь, долгую ли, короткую ли, к примитивной физиологии.

В конце первого действия «Поздних соседей» Гарри, вновь замыкаясь и даже, в нарушение заведённого распорядка, не спускаясь на улицу за газетой, задаётся вопросом, зачем люди живут и зачем умирают.

В конце второго действия, где речь идёт уже совсем про других персонажей, этот вопрос получает ответ простой и ясный, как в детском саду, когда — не знаю как сейчас, а во времена моего детства на любое неуместное «Зачем?» говорили: «За шкафом».

«Дядя Ваня» А. Чехова, Театр Оскараса Коршуноваса, Вильнюс, реж. Эрик ЛакаскадДраматургию Чехова так легко представить как некий метатекст, что в этом направлении, мягко говоря, искать уже нечего.

Эрик Лакаскад, соединяя «Дядю Ваню» с «Лешим», «подселяя» к Войницким и Серебряковым ещё и Желтухина с сестрой, и отца с сыном Орловских, а место и время действия первого акта «Дяди Вани» перенося на праздник к Желтухину, плетётся в хвосте не только у многочисленных «авангардистов», но даже у Н.С. Михалкова с его «Неоконченной пьесой» (там, правда, использовался другой селекционный материал, но принцип был аналогичный).

И делалось бы это решительно, радикально — тогда, может, было бы понятно, для чего это режиссёру нужно. Но Лакаскад — не радикал, а совсем наоборот, в Европе он будто бы признан тонким интерпретатором Чехова.

Он его уже практически всего проинтерпретировал, и «Иванова», и «Трёх сестёр», и «Вишнёвый сад». Так что, может, «Дядю Ваню» с «Лешим» он объединил просто чтоб заодно, чтоб, значит, два раза не вставать.

Между тем в спектакле есть, благодаря в значительной степени превосходным литовским актёрам, пронзительные, удивительные моменты.

Например, когда Войницкий — Вайдотас Мартинайтис берёт бутыль водки и выливает себе в отчаянии на голову, разговаривая с Еленой (этот момент эффектно воспроизведён в фестивальном буклете).

Или эпизод в третьем акте, когда Астров показывает Елене свои картинки — он это делает с помощью проектора, но не просто оптического аппарата с глазком, как в спектакле Туминаса, а электрического, выводящего изображение на экран.

Для чего гасит весь верхний свет, и их объяснение происходит в темноте, при свете лишь проекторных ламп.

Астров Даиниуса Гавеноиса, впрочем, вообще великолепный, один из лучших на моей памяти. Интереснейший Телегин — Йонас Верекас, соединяющий почти анекдотическую внешность и необычайную глубину, — большая редкость, про Телегина часто забывают (как случилось, например, в александринской постановке Щербана, где Илью Ильича играет лучший артист труппы Дмитрий Лысенков, но персонаж всё равно выходит плоским).

Сильный момент — появление Войницкого с букетом посреди импровизированного «свидания» Елены и Астрова, он остаётся с цветами и на обсуждение продажи имения и к этому моменту уже на взводе, а речь Серебрякова лишь служит катализатором к эмоциональному прорыву — в истерике дядя Ваня начинает хлестать букетом, как банным веником, по столу, и вся сцена оказывается усыпана лепестками.

Любопытно, что Елена и Соня — Ирина Лавринович и Раса Самуолите — примерно одного типажа. Откровенная красота первой и некрасивость, в некоторых постановках доходящая до уродства, второй в спектакле Лакаскада сглажены, и подчёркнуто таким образом, что проблема той и другой не во внешности.

Изумительной нежности отношения Сони и дяди Вани тоже редко увидишь даже в самых тонких русскоязычных постановках.

Все эти прекрасные моменты, однако, не отменяют главного вопроса — за каким лешим французскому режиссёру понадобилось вводить в спектакль персонажей из другой пьесы, а из «Дяди Вани» исключать няньку, распределяя её реплики между Орловским-старшим, Телегиным и маман Войницкой?

Если праздник у Желтухина, где обозначаются все конфликты спектакля, ещё можно оправдать как яркий пролог, какого лишён «Дядя Ваня», в отличие от всех остальных главных пьес Чехова, начинающихся с некоего предположительно радостного, но оборачивающегося драмой, то в присутствии посторонних лиц, пусть даже Орловский и считается потенциальным покупателем, на семейном совете по поводу задуманной Серебряковым продажи имения нет вовсе никакой логики.

Порой ставит в тупик и редакция текста, использованная французским режиссёром в литовской постановке. Скажем, вильнюсский дядя Ваня презрительно называет профессора «ревматиком» — но тем самым он, выходит, поддерживает Серебрякова в его ипохондрических капризах, поскольку Астров поставил диагноз — подагра.

Или весьма странное замечание по поводу сестры Желтухина Юлии: «За кого ей замуж идти? Дарвин умер, Эйнштейн умер, Леви-Стросс во Франции...», за которое поневоле цепляешься помимо всего прочего ещё и потому, что, может, француз литовцам не успел или забыл сказать, но Леви-Стросс, вообще-то, тоже умер, так положение чеховской героини совершенно безнадёжно.

«Час, когда мы ничего не знали друг о друге», театр Граца, Австрия, реж. Виктор БодоАвстрийский спектакль в постановке венгерского режиссёра тоже оказался намного выразительнее, чем немецкий в постановке болгарского.

Хотя «Час, когда мы ничего не знали...» — образец жанра сегодня слишком модного и уже выходящего в тираж. Я так и не посмотрел «Комнаты» Олега Глушкова, к сожалению, но представляю, что это примерно то же самое, только в «Часе...» реконструируется пространство целого города или как минимум крупного его района.

В основе либретто — новелла Петера Хандке 1992 года, на русский, видимо, не переводившаяся, но, зная творчество Хандке в других его ипостасях довольно неплохо, выбор режиссёра уважаю — этот автор как мало кто из современных писателей умеет не только повествовательную, но и эссеистическую прозу организовать по закону и на уровне поэтического текста.

Однако собственно текста в спектакле практически нет, хотя «Час...» — это и не балет, и не танцевальный перформанс, и даже не пример так называемого физического театра (очень не люблю это понятие), это драма, но невербальная, из того, что приходилось видеть раньше, больше всего напоминающая «Пьесу без слов» Мэтью Боурна, а по использованным сценографическим и прочим формальным приёмам — спектакли Робера Лепажа.

Другое дело, что у Боурна хореография побогаче (надо полагать, и у Глушкова тоже, но почему-то «Комнаты» в Москве больше не идут), а у Лепажа и драматургия поинтереснее, мягко говоря, и сами приёмы поразнообразнее.

Бодо, оставляя справа у авансцены пятачок для инструментального трио (фортепиано, скрипка, виолончель, саундтрек — чудесный), выстраивает по краям сценической площадки коробки-закутки на подвижных платформах, в каждой из которых воссоздан тот или иной фрагмент пространства спектакля — кафе, куда сходятся все сюжетные линии, офисная комнатушка, квартирная кухня, вагонное купе и т.д.

Начинается действие с того, что на уличной лавке просыпается потёртый паренёк не первой молодости и сразу оказывается в центре переплетения разных микросюжетов.

Среди них есть и драматичные — так, одна из героинь обнаруживает после смерти матери записку о том, что у отца была вторая семья и она может познакомиться со сводной сестрой, и комичные — эксцентричный электрик постоянно колдует с проводами, в связи с чем на сцене временами вырубается свет; серьёзное может в любой момент обернуться смешным, а смешное — серьёзным.

Бандюган на мотоцикле совершает наезд, а ревнивый муж выбрасывает жену из окна, обнаружив любовника в холодильнике, — всё это достаточно банальные сюжетные ходы, но решены они именно в духе нового европейского театра.

Через использование видеокамер, изображение с которых выводится на экран в режиме реального времени, и за счёт того, что можно наблюдать технологическую подоплёку тех или иных оптических эффектов (как в «Обратной стороне Луны» и особенно в «Липсинке» Лепажа), режиссёр добивается нужного результата.

Сами по себе приёмы нехитрые — теннисный мячик на спице, которую держит в руках ассистент, но на экране можно видеть, как, размахнувшись, персонажи наносят удар ракеткой по мячу и этот мяч отправляется в чуть ли не эпическое странствие, задевая большую часть действующих лиц представления.

В какой-то момент появляется персонаж совсем иного плана и как будто из иного измерения — с оперной арией выходит дама в кринолине и пышном старинном парике, увенчанном макетом каравеллы, — когда она отбросит юбку, окажется, что у неё козлиные ноги с золотыми копытцами.




ОТПРАВИТЬ:       



 




Статьи по теме:



Над пропастью во лжи

«Кошка на раскаленной крыше» в Московском театре юного зрителя

«В чем она — победа кошки на раскаленной крыше?» На этот вопрос герои пьесы Теннесси Уильямса отвечают по-разному. Для большинства из них залог успеха в том, чтобы держаться до последнего: за наследство умирающего отца, как Гупер (Дмитрий Супонин) и Мэй (Алена Стебунова). За иллюзию семейного благополучия, как Мама Поллитт (Виктория Верберг). За тлеющую обреченную страсть, как Мэгги (София Сливина), или за угасающую жизнь, как несгибаемый Папа (Валерий Баринов). О том, что победа может быть в отказе от добровольной пытки (а заодно от самой жгучей мечты), догадывается только Брик (Андрей Максимов), но это знание он предпочитает топить в виски.

07.01.2020 16:00, Татьяна Ратькина


Клоунесса

Актриса Евдокия Германова — о тех отчаянных моментах, которые подстёгивают менять жизнь к лучшему

Спрашиваю: «Первые воспоминания — какие?» Отвечает: «Мне нет и года. Самолёт. Летим с мамой к папе в экспедицию. Взлёт. Всех придавливает к земле. И вдруг в этот момент на глазах у изумлённых пассажиров из люльки появляется голова и тельце девочки! Вопреки закону притяжения я впервые встала на ноги! С тех пор это ощущение сопровождало меня всю жизнь. Чем хуже, тем я сильнее».

08.12.2019 19:00, Мария Сперанская, story.ru


Хозяйка красного дома

Гундареву боялись за острый язык

Наталья Гундарева производила впечатление человека, который может всё, и оно было недалеко от истины. Но как ей удавалось делать больше, чем другие?

04.11.2019 19:00, Ирина Кравченко, story.ru


Смертельные игры

«Король Лир» в Мастерской Петра Фоменко

«О том мы плачем, что пришли на сцену этого Всемирного театра дураков». Эта цитата из «Короля Лира» не так растиражирована и популярна, как классическое «Весь мир — театр», но не менее интересна и точна. Дело тут не только в философской глубине, но и в том, что в этом емком высказывании Шекспир если и не раскрывает секрет своих пьес, то, по крайней мере, называет главные ингредиенты художественной смеси, которая не теряет силы на протяжении веков.

11.05.2019 16:00, Татьяна Ратькина


Я без других

«Обломов» в Театре имени Вл. Маяковского

«Что такое обломовщина?» — этот вопрос, задаваемый с гневной или трагически серьезной интонацией, смутно припоминают даже те, кому ничего не говорят фамилии Добролюбова и Гончарова. Звучное слово, емкое понятие разрослось до стереотипа и заслонило породившие его тексты. Обломовщина пережила и главного героя произведения, и сам роман Ивана Александровича Гончарова. Работая над собственным «Обломовым», Миндаугас Карбаускис едва ли стремился исправить эту историческую несправедливость. Тем не менее, в его постановке нашлось место и для характера, и для типажа, и для лиризма, и для социальной критики.

02.03.2019 16:00, Татьяна Ратькина


Триумф «Славы»

Петербургский Большой драматический театр им. Г. Товстоногова показал в Москве спектакль Константина Богомолова «Слава» по пьесе сталинского лауреата 1930-х годов Виктора Гусева. Сенсационная постановка спустя несколько месяцев после премьеры вызвала новую волну восторгов и споров, при этом мало кто знает, что почти одновременно с Богомоловым в Москве на Новой сцене МХТ свою эскизную версию той же пьесы представил режиссер Михаил Рахлин.

01.02.2019 18:00, Вячеслав Шадронов


Осторожно, гештальты закрываются

Премьерный спектакль Бутусова

Премьерой, которой откроется в сентября новый сезон МХТ им. Чехова, станет первая после многолетнего перерыва постановка на сцене Художественного театра режиссера Юрия Бутусова «Человек из рыбы» по пьесе современного автора Аси Волошиной.

16.07.2018 16:00, Вячеслав Шадронов


В пространстве ожидания

«В ожидании Годо» в Театре имени Вахтангова

Сэмюэл Беккет по праву считается родоначальником театра абсурда. Самое известное его произведение – пьеса «В ожидании Годо» – описывает схематичных персонажей в искусственной ситуации. И полностью состоит из бессвязных диалогов. Но в этом нагромождении неясностей и нелепостей можно без труда различить реалистичную, почти будничную картину человеческой жизни, подчиненной привычкам и страху.

14.06.2018 16:00, Татьяна Ратькина


О божьем даре и яичнице

Премьера в Театре Российской Армии

«Омлет» — вещь, обманчивая в своей простоте, как, собственно, и сам омлет «по фирменному рецепту», который в самом деле готовят актеры в процессе спектакля. Можно элементарно получить удовольствие от «вкусно» закрученной истории и актерского куража, с которым эта история разыгрывается, а можно попытаться всмотреться вглубь, ловя и складывая реминисценции и многочисленные авторские подсказки в объемный пазл.

17.05.2018 16:00, Светлана Остужева


Проще сложного

Гарольд Пинтер в постановке Сергея Газарова

На премьере театра Современник «Не становись чужим» мне больше всего запомнилась реакция публики. Пустые места появились в зале уже после антракта; во время второго действия зрители устремились к выходу почти непрерывным потоком; а на поклонах решительный и демонстративный исход «некультурных» посетителей было не остановить.

18.03.2018 16:00, Татьяна Ратькина






 

Новости

Умер художественный руководитель Ленкома Марк Захаров
Умер художественный руководитель московского театра Ленком, народный артист СССР Марк Захаров.
«Викимедиа РУ» подготовила рекомендации по «Открытому наследию»
В рамках проекта «Открытое наследие», выполняемого с использованием гранта Президента Российской Федерации на развитие гражданского общества, предоставленного Фондом президентских грантов, в 2018—2019 годах НП «Викимедиа РУ» совместно с Ассоциацией интернет-издателей проведено исследование причин, препятствующих публикации в открытом доступе культурного наследия России.
Подведены итоги второго этапа конкурса «Общественное достояние — 2019»
Подведены итоги и награждены победители и призёры второго этапа конкурса «Общественное достояние — 2019», проходившего с 1 июня по 14 июля 2019 года. Призовой фонд мероприятия, проводившегося некоммерческим партнёрством «Викимедия РУ» в рамках проекта Ресурсный центр «Открытое наследие» за счёт средств гранта Президента РФ на развитие гражданского общества, составил 201 000 рублей.
Вышел трейлер документального фильма «Сорокин трип» про писателя Владимира Сорокина
Вышел трейлер документального фильма «Сорокин трип» — о русском писателе, драматурге и художнике Владимире Сорокине. Картина появится в прокате с 12 сентября.
Ресурсный центр «Открытое наследие» в Анапе
1 августа 2019 года в стенах Центральной библиотеки города Анапа прошла презентация ресурсного центра «Открытое наследие» для представителей библиотечного сообщества муниципального образования города-курорта Анапа. Пред представителями 29 филиалов Централизованной библиотечной системы выступили представители НП Викимедиа РУ Станислав Александрович Козловский и Дмитрий Александрович Жуков.

 

 

Мнения

Иван Засурский

Мать природа = Родина-Мать

О происходящем в Сибири в контексте глобального экологического кризиса

Мать природа — Родина-мать: отныне это будет нашей национальной идеей. А предателем будет тот, кто делает то, что вредит природе.

Сергей Васильев

«Так проходит мирская слава…»

О ситуации вокруг бывшего министра Михаила Абызова

Есть в этом что-то глобально несправедливое… Абызов считался высококлассным системным менеджером. Именно за его системные менеджерские навыки его дважды призывали на самые высокие должности.

Сергей Васильев, facebook.com

Каких денег нам не хватает?

Нужны ли сейчас инвестиции в малый бизнес и что действительно требует вложений

За последние десятилетия наш рынок насытился множеством современных площадей для торговли, развлечений и сферы услуг. Если посмотреть наши цифры насыщенности торговых площадей для продуктового, одёжного, мебельного, строительного ритейла, то мы увидим, что давно уже обогнали ведущие страны мира. Причём среди наших городов по этому показателю лидирует совсем не Москва, как могло бы показаться, а Самара, Екатеринбург, Казань. Москва лишь на 3-4-ом месте.

Иван Засурский

Пост-Трамп, или Калифорния в эпоху ранней Ноосферы

Длинная и запутанная история одной поездки со слов путешественника

Сидя в моём кабинете на журфаке, Лоуренс Лессиг долго и с интересом слушал рассказ про попытки реформы авторского права — от красивой попытки Дмитрия Медведева зайти через G20, погубленной кризисом Еврозоны из-за Греции, до уже не такой красивой второй попытки Медведева зайти через G7 (даже говорить отказались). Теперь, убеждал я его, мы точно сможем — через БРИКС — главное сделать правильные предложения! Лоуренс, как ни странно, согласился. «Приезжай на Grand Re-Opening of Public Domain, — сказал он, — там все будут, вот и обсудим».

Иван Бегтин

Слабость и ошибки

Выйти из ситуации без репутационных потерь не удастся

Сейчас блокировки и иные ограничения невозможно осуществлять без снижения качества жизни миллионов людей. Информационное потребление стало частью ежедневных потребностей, и сила государственного воздействия на эти потребности резко выросла, вызывая активное противодействие.

Владимир Яковлев

Зло не должно пройти дальше меня

Самое страшное зло в этом мире было совершено людьми уверенными, что они совершают добро

Зло не должно пройти дальше меня. Я очень люблю этот принцип. И давно стараюсь ему следовать. Но с этим принципом есть одна большая проблема.

Мария Баронова

Эпохальный вопрос

Кто за кого платит в ресторане, и почему в любой ситуации важно оставаться людьми

В комментариях возник вопрос: "Маша, ты платишь за мужчин в ресторанах?!". Кажется, настал момент залезть на броневичок и по этому вопросу.

Николай Подосокорский

Виртуальная дружба

Тенденции коммуникации в Facebook

Дружба в фейсбуке – вещь относительная. Вчера человек тебе писал, что восторгается тобой и твоей «сетевой деятельностью» (не спрашивайте меня, что это такое), а сегодня пишет, что ты ватник, мерзавец, «расчехлился» и вообще «с тобой все ясно» (стоит тебе написать то, что ты реально думаешь про Крым, Украину, США или Запад).

Дмитрий Волошин

Три типа трудоустройства

Почему следует попробовать себя в разных типах работы и найти свой

Мне повезло. За свою жизнь я попробовал все виды трудоустройства. Знаю, что не все считают это везением: мол, надо работать в одном месте, и долбить в одну точку. Что же, у меня и такой опыт есть. Двенадцать лет работал и долбил, был винтиком. Но сегодня хотелось бы порассуждать именно о видах трудоустройства. Глобально их три: найм, фриланс и свой бизнес.

«Этим занимаются контрабандисты, этим занимаются налетчики, этим занимаются воры»

Обращение Анатолия Карпова к участникам пресс-конференции «Музею Рериха грозит уничтожение»

Обращение Анатолия Карпова, председателя Совета Попечителей общественного Музея имени Н. К. Рериха Международного Центра Рерихов, президента Международной ассоциации фондов мира к участникам пресс-конференции, посвященной спасению наследия Рерихов в России.

Марат Гельман

Пособие по материализму

«О чем я думаю? Пытаюсь взрастить в себе материалиста. Но не получается»

Сегодня на пляж высыпало много людей. С точки зрения материалиста-исследователя, это было какое-то количество двуногих тел, предположим, тридцать мужчин и тридцать женщин. Высоких было больше, чем низких. Худых — больше, чем толстых. Блондинок мало. Половина — после пятидесяти, по восьмой части стариков и детей. Четверть — молодежь. Пытливый ученый, быть может, мог бы узнать объем мозга каждого из нас, цвет глаз, взял бы сорок анализов крови и как-то разделил бы всех по каким-то признакам. И даже сделал бы каждому за тысячу баксов генетический анализ.

Владимир Шахиджанян

Заново научиться писать

Как овладеть десятипальцевым методом набора на компьютере

Это удивительно и поразительно. Мы разбазариваем своё рабочее время и всё время жалуемся, мол, его не хватает, ничего не успеваем сделать. Вспомнилось почему-то, как на заре советской власти был популярен лозунг «Даёшь повсеместную грамотность!». Людей учили читать и писать. Вот и сегодня надо учить людей писать.

Дмитрий Волошин, facebook.com/DAVoloshin

Теория самоневерия

О том, почему мы боимся реальных действий

Мы живем в интересное время. Время открытых дискуссий, быстрых перемещений и медленных действий. Кажется, что все есть для принятия решений. Информация, много структурированной информации, масса, и средства ее анализа. Среда, открытая полемичная среда, наработанный навык высказывать свое мнение. Люди, много толковых людей, честных и деятельных, мечтающих изменить хоть что-то, мыслящих категориями целей, уходящих за пределы жизни.

facebook.com/ivan.usachev

Немая любовь

«Мы познакомились после концерта. Я закончил работу поздно, за полночь, оборудование собирал, вышел, смотрю, сидит на улице, одинокая такая. Я её узнал — видел на сцене. Я к ней подошёл, начал разговаривать, а она мне "ыыы". Потом блокнот достала, написала своё имя, и добавила, что ехать ей некуда, с парнем поссорилась, а родители в другом городе. Ну, я её и пригласил к себе. На тот момент жена уже съехала. Так и живём вместе полгода».

Александр Чанцев

Вскоре похолодало

Уикэндовое кино от Александра Чанцева

Радость и разочарование от новинок, маргинальные фильмы прошлых лет и вечное сияние классики.

Ясен Засурский

Одна история, разные школы

Президент журфака МГУ Ясен Засурский том, как добиться единства подходов к прошлому

В последнее время много говорилось о том, что учебник истории должен быть единым. Хотя очевидно, что в итоге один учебник превратится во множество разных. И вот почему.

Ивар Максутов

Необратимые процессы

Тяжелый и мучительный путь общества к равенству

Любая дискриминация одного человека другим недопустима. Какой бы причиной или критерием это не было бы обусловлено. Способностью решать квадратные уравнения, пониманием различия между трансцендентным и трансцендентальным или предпочтениям в еде, вине или сексуальных удовольствиях.

Александр Феденко

Алексей Толстой, призраки на кончике носа

Александр Феденко о скрытых смыслах в сказке «Буратино»

Вы задумывались, что заставило известного писателя Алексея Толстого взять произведение другого писателя, тоже вполне известного, пересказать его и опубликовать под своим именем?

Игорь Фунт

Черноморские хроники: «Подогнал чёрт работёнку»...

Записки вятского лоха. Июнь, 2015

Невероятно красивая и молодая, размазанная тушью баба выла благим матом на всю курортную округу. Вряд ли это был её муж – что, впрочем, только догадки. Просто она очень напоминала человека, у которого рухнули мечты. Причём все разом и навсегда. Жёны же, как правило, прикрыты нерушимым штампом в серпасто-молоткастом: в нём недвижимость, машины, дачи благоверного etc.

Марат Гельман

Четыре способа как можно дольше не исчезнуть

Почему такая естественная вещь как смерть воспринимается нами как трагедия?

Надо просто прожить свою жизнь, исполнить то что предначертано, придет время - умереть, но не исчезнуть. Иначе чистая химия. Иначе ничего кроме удовольствий значения не имеет.

Андрей Мирошниченко, медиа-футурист, автор «Human as media. The emancipation of authorship»

О роли дефицита и избытка в медиа и не только

В презентации швейцарского футуриста Герда Леонарда (Gerd Leonhard) о будущем медиа есть замечательный слайд: кролик окружен обступающей его морковью. Надпись гласит: «Будь готов к избытку. Распространение, то есть доступ к информации, больше не будет проблемой…».

Михаил Эпштейн

Симпсихоз. Душа - госпожа и рабыня

Природе известно такое явление, как симбиоз - совместное существование организмов разных видов, их биологическая взаимозависимость. Это явление во многом остается загадкой для науки, хотя было обнаружено швейцарским ученым С. Швенденером еще в 1877 г. при изучении лишайников, которые, как выяснилось, представляют собой комплексные организмы, состоящие из водоросли и гриба. Такая же сила нерасторжимости может действовать и между людьми - на психическом, а не биологическом уровне.

Игорь Фунт

Евровидение, тверкинг и Винни-Пух

«Простаквашинское» уныние Полины Гагариной

Полина Гагарина с её интернациональной авторской бригадой (Габриэль Аларес, Иоаким Бьёрнберг, Катрина Нурберген, Леонид Гуткин, Владимир Матецкий) решили взять Евровидение-2015 непревзойдённой напевностью и ласковым образным месседжем ко всему миру, на разум и благодатность которого мы полагаемся.

Петр Щедровицкий

Социальная мечтательность

Истоки и смысл русского коммунизма

«Pyccкиe вce cклoнны вocпpинимaть тoтaлитapнo, им чyжд cкeптичecкий кpитицизм эaпaдныx людeй. Этo ecть нeдocтaтoк, npивoдящий к cмeшeнияи и пoдмeнaм, нo этo тaкжe дocтoинcтвo и yкaзyeт нa peлигиoзнyю цeлocтнocть pyccкoй дyши».
Н.А. Бердяев

Лев Симкин

Человек из наградного листа

На сайте «Подвиг народа» висят наградные листы на Симкина Семена Исааковича. Моего отца. Он сам их не так давно увидел впервые. Все четыре. Последний, 1985 года, не в счет, тогда Черненко наградил всех ветеранов орденами Отечественной войны. А остальные, те, что датированы сорок третьим, сорок четвертым и сорок пятым годами, выслушал с большим интересом. Выслушал, потому что самому читать ему трудновато, шрифт мелковат. Все же девяносто.

 

Календарь

Олег Давыдов

Колесо Екатерины

Ток страданий, текущий сквозь время

7 декабря православная церковь отмечает день памяти великомученицы Екатерины Александрийской. Эта святая считалась на Руси покровительницей свадеб и беременных женщин. В её день девушки гадали о суженом, а парни устраивали гонки на санках (и потому Екатерину называли Санницей). В общем, это был один из самых весёлых праздников в году. Однако в истории Екатерины нет ничего весёлого.

Ив Фэрбенкс

Нельсон Мандела, 1918-2013

5 декабря 2013 года в Йоханнесбурге в возрасте 95 лет скончался Нельсон Мандела. Когда он болел, Ив Фэрбенкс написала эту статью о его жизни и наследии

Достижения Нельсона Ролилахлы Манделы, первого избранного демократическим путем президента Южной Африки, поставили его в один ряд с такими людьми, как Джордж Вашингтон и Авраам Линкольн, и ввели в пантеон редких личностей, которые своей глубокой проницательностью и четким видением будущего преобразовывали целые страны. Брошенный на 27 лет за решетку белым меньшинством ЮАР, Мандела в 1990 году вышел из заточения, готовый простить своих угнетателей и применить свою власть не для мщения, а для создания новой страны, основанной на расовом примирении.

Молот ведьм. Существует ли колдовство?

5 декабря 1484 года началась охота на ведьм

5 декабря 1484 года была издана знаменитая «ведовская булла» папы Иннокентия VIII — Summis desiderantes. С этого дня святая инквизиция, до сих пор увлечённо следившая за чистотой христианской веры и соблюдением догматов, взялась за то, чтобы уничтожить всех ведьм и вообще задушить колдовство. А в 1486 году свет увидела книга «Молот ведьм». И вскоре обогнала по тиражам даже Библию.

Максим Медведев

Фриц Ланг. Апология усталой смерти

125 лет назад, 5 декабря 1890 года, родился режиссёр великих фильмов «Доктор Мабузе…», «Нибелунги», «Метрополис» и «М»

Фриц Ланг являет собой редкий пример классика мирового кино, к работам которого мало применимы собственно кинематографические понятия. Его фильмы имеют гораздо больше параллелей в старых искусствах — опере, балете, литературе, архитектуре и живописи — нежели в пространстве относительно молодой десятой музы.

Игорь Фунт

А портрет был замечателен!

5 декабря 1911 года скончался русский живописец и график Валентин Серов

…Судьба с детства свела Валентина Серова с семьёй Симонович, с сёстрами Ниной, Марией, Надеждой и Аделаидой (Лялей). Он бесконечно любил их, часто рисовал. Однажды Маша и Надя самозабвенно играли на фортепьяно в четыре руки. Увлеклись и не заметили, как братик Антоша-Валентоша подкрался сзади и связал их длинные косы. Ох и посмеялся Антон, когда сёстры попробовали встать!

Юлия Макарова, Мария Русакова

Попробуй, обними!

4 декабря - Всемирный день объятий

В последнее время появляется всё больше сообщений о международном движении Обнимающих — людей, которые регулярно встречаются, чтобы тепло обнять друг друга, а также проводят уличные акции: предлагают обняться прохожим. Акции «Обнимемся?» проходят в Москве, Санкт-Петербурге и других городах России.

Илья Миллер

Благодаря Годара

85 лет назад, 3 декабря 1930 года, родился великий кинорежиссёр, стоявший у истоков французской новой волны

Имя Жан-Люка Годара окутано анекдотами, как ни одно другое имя в кинематографе. И это логично — ведь и фильмы его зачастую представляют собой не что иное, как связки анекдотов и виньеток, иногда даже не скреплённые единым сюжетом.

Денис Драгунский

Революционер де Сад

2 декабря 1814 года скончался философ и писатель, от чьего имени происходит слово «садизм»

Говорят, в штурме Бастилии был виноват маркиз де Сад. Говорят, он там как раз сидел, в июле месяце 1789 года, в компании примерно десятка заключённых.

Александр Головков

Царствование несбывшихся надежд

190 лет назад, 1 декабря 1825 года, умер император Александра I, правивший Россией с 1801 по 1825 год

Александр I стал первым и последним правителем России, обходившимся без органов, охраняющих государственную безопасность методами тайного сыска. Четверть века так прожили, и государство не погибло. Кроме того, он вплотную подошёл к черте, за которой страна могла бы избавиться от рабства. А также, одержав победу над Наполеоном, возглавил коалицию европейских монархов.

Александр Головков

Зигзаги судьбы Маршала Победы

1 декабря 1896 года родился Георгий Константинович Жуков

Его заслуги перед отечеством были признаны официально и всенародно, отмечены высочайшими наградами, которых не имел никто другой. Потом эти заслуги замалчивались, оспаривались, отрицались и снова признавались полностью или частично.


 

Интервью

Энрико Диндо: «Главное – оставаться собой»

20 ноября в Большом зале Московской консерватории в рамках IХ Международного фестиваля Vivacello выступил Камерный оркестр «Солисты Павии» во главе с виолончелистом-виртуозом Энрико Диндо.

В 1997 году он стал победителем конкурса Ростроповича в Париже, маэстро сказал тогда о нем: «Диндо – виолончелист исключительных качеств, настоящий артист и сформировавшийся музыкант с экстраординарным звуком, льющимся, как великолепный итальянский голос». С 2001 года до последних дней Мстислав Ростропович был почетным президентом оркестра I Solisti di Pavia. Благодаря таланту и энтузиазму Энрико Диндо ансамбль добился огромных успехов и завоевал признание на родине в Италии и за ее пределами. Перед концертом нам удалось немного поговорить.

«Музыка Земли» нашей

Пианист Борис Березовский не перестает удивлять своих поклонников: то Прокофьева сыграет словно Шопена – нежно и лирично, то предстанет за роялем как деликатный и изысканный концертмейстер – это он-то, привыкший быть солистом. Теперь вот выступил в роли художественного руководителя фестиваля-конкурса «Музыка Земли», где объединил фольклор и классику. О концепции фестиваля и его участниках «Частному корреспонденту» рассказал сам Борис Березовский.

Александр Привалов: «Школа умерла – никто не заметил»

Покуда школой не озаботится общество, она так и будет деградировать под уверенным руководством реформаторов

Конец учебного года на короткое время поднял на первые полосы школьную тему. Мы воспользовались этим для того, чтобы побеседовать о судьбе российского образования с научным редактором журнала «Эксперт» Александром Николаевичем Приваловым. Разговор шёл о подлинных целях реформы образования, о том, какими знаниями и способностями обладают в реальности выпускники последних лет, бесправных учителях, заинтересованных и незаинтересованных родителях. А также о том, что нужно, чтобы возродить российскую среднюю школу.

Василий Голованов: «Путешествие начинается с готовности сердца отозваться»

С писателем и путешественником Василием Головановым мы поговорили о едва ли не самых важных вещах в жизни – литературе, путешествиях и изменении сознания. Исламский радикализм и математическая формула языка Платонова, анархизм и Хлебников – беседа заводила далеко.

Дик Свааб: «Мы — это наш мозг»

Всемирно известный нейробиолог о том, какие значимые открытия произошли в нейронауке в последнее время, почему сексуальную ориентацию не выбирают, куда смотреть молодым ученым и что не так с рациональностью

Плод осознанного мыслительного процесса ни в коем случае нельзя считать продуктом заведомо более высокого качества, чем неосознанный выбор. Иногда рациональное мышление мешает принять правильное решение.

«Триатлон – это новый ответ на кризис среднего возраста»

Михаил Иванов – тот самый Иванов, основатель и руководитель издательства «Манн, Иванов и Фербер». В 2014 году он продал свою долю в бизнесе и теперь живет в США, открыл новый бизнес: онлайн-библиотеку саммари на максимально полезные книги – Smart Reading.

Андрей Яхимович: «Играть спинным мозгом, развивать анти-деньги»

Беседа с Андреем Яхимовичем (группа «Цемент»), одним из тех, кто создавал не только латвийский, но и советский рок, основателем Рижского рок-клуба, мудрым контркультурщиком и настоящим рижанином – как хороший кофе с черным бальзамом с интересным собеседником в Старом городе Риги. Неожиданно, обреченно весело и парадоксально.

«Каждая собака – личность»

Интервью со специалистом по поведению собак

Антуан Наджарян — известный на всю Россию специалист по поведению собак. Когда его сравнивают с кинологами, он утверждает, что его работа — нечто совсем другое, и просит не путать. Владельцы собак недаром обращаются к Наджаряну со всей страны: то, что от творит с животными, поразительно и кажется невозможным.

«Самое большое зло, которое может быть в нашей профессии — участие в создании пропаганды»

Правила журналистов

При написании любого текста я исхожу из того, что никому не интересно мое мнение о происходящем. Читателям нужно само происходящее, моя же задача - максимально корректно отзеркалить им картинку. Безусловно, у меня есть свои личные пристрастия и политические взгляды, но я оставлю их при себе. Ведь ни один врач не сообщает вам с порога, что он - член ЛДПР.

Юрий Арабов: «Как только я найду Бога – умру, но для меня это будет счастьем»

Юрий Арабов – один из самых успешных и известных российских сценаристов. Он работает с очень разными по мировоззрению и стилистике режиссёрами. Последние работы Арабова – «Фауст» Александра Сокурова, «Юрьев день» Кирилла Серебренникова, «Полторы комнаты» Андрея Хржановского, «Чудо» Александра Прошкина, «Орда» Андрея Прошкина. Все эти фильмы были встречены критикой и зрителями с большим интересом, все стали событиями. Трудно поверить, что эти сюжеты придуманы и написаны одним человеком. Наш корреспондент поговорила с Юрием Арабовым о его детстве и Москве 60-х годов, о героях его сценариев и религиозном поиске.