«Концепция содействия развитию благотворительной деятельности и добровольчества в Российской Федерации», представленная общественности министерством экономического развития, вызвала споры в среде профессиональных благотворителей. Прокомментировать ее для «Частного корреспондента» согласились Ирина Прокопенко (Фонд Михаила Прохорова) и Анастасия Акрамовская («CAF Россия»).
В Общественной палате РФ в рамках II Всероссийского форума «Благотворительность в России: проблемы и перспективы развития» был представлен проект «Концепции содействия развитию благотворительной деятельности и добровольчества в Российской Федерации (до 2020 года)», разработанный Минэкономразвития России — министерством, известным своим лояльным отношением к некоммерческому сектору. Оценить эффективность предлагаемых законодательных изменений мы попросили людей, знающих ситуацию изнутри, — Анастасию Акрамовскую, директора по развитию и консультированию «CAF Россия», и Ирину Прокопенко, исполнительного директора Фонда Михаила Прохорова.
— Какие задачи должна в первую очередь решать концепция развития благотворительности?
Ирина Прокопенко:Cегодня одним из трендов государственной политики становится поощрение благотворительности и добровольчества. Однако для устойчивого развития благотворительности и интеграции ресурсов некоммерческого сектора в экономику государства требуется адекватное правовое поле. Обсуждаемая концепция претендует на роль именно такого ключевого документа, который, по сути дела, законодательно закрепит взаимоотношения между государством и участниками благотворительной деятельности.
— В чем основные узкие места действующего законодательства?
Анастасия Акрамовская: Прежде всего это само законодательное определение благотворительной деятельности. Сегодня оно не учитывает всех направлений нашей работы. Предложенная концепция предлагает расширить перечень определенных в законодательстве целей благотворительной деятельности, включив в него социальную реабилитацию детей-сирот, детей, оставшихся без попечения родителей, и детей из малообеспеченных семей. А кроме того — защиту прав граждан и организаций, юридическую помощь и правовое просвещение населения, профилактику социально опасных форм поведения… Всё это, безусловно, важно, однако такие точечные изменения не несут в себе принципиального решения проблемы. Мы предлагаем изменить сам подход к формированию этого списка — мне кажется, что правильнее всего было бы зафиксировать на законодательном уровне признаки благотворительных целей, но оставить сам их список открытым. Это даст возможность безболезненно расширять его в дальнейшем.
— А экономические и финансовые факторы?
Анастасия Акрамовская: Развитие благотворительности очень сильно тормозится необходимостью платить налоги — с денег, полученных некоммерческими организациями, взимается налог на прибыль. Эта проблема становится особенно актуальной в период кризиса, когда компании вместо денежных пожертвований предпочитают помогать в натуральной форме. То же относится к налогообложению труда добровольцев, который сегодня расценивается как внереализационный доход организации, также облагаемый налогом на прибыль. Эту явную правовую несправедливость необходимо устранить.
— На Западе заметную часть средств, аккумулируемых обществом на благотворительность, составляют пожертвования обычных граждан, в то время как в России люди жертвуют гораздо менее активно. Одна из центральных задач концепции — мотивировать простых благотворителей. Насколько эффективно она решается?
Анастасия Акрамовская: Концепция предусматривает целый ряд мер по развитию индивидуальной благотворительности и добровольчества, среди которых первым пунктом стоят налоговые стимулы для частных благотворителей. Так, в частности, предлагается значительно расширить перечень организаций, при перечислении пожертвований которым люди получают право на социальный налоговый вычет. Однако подобного рода налоговые послабления вряд ли окажут существенное стимулирующее воздействие на частную благотворительность. Как показывают результаты исследования ГУ-ВШЭ, лишь 3% частных жертвователей руководствуются при принятии решения о пожертвовании наличием социального вычета на благотворительность по НДФЛ.
— А какова же альтернатива?
Анастасия Акрамовская: Мы предлагаем воспользоваться британским опытом налоговых вычетов на благотворительность для частных доноров Gift Aid. Суть этого механизма в том, что, совершая благотворительное пожертвование, налогоплательщик может либо воспользоваться налоговым вычетом сам, либо передать это право организации-благополучателю. Во втором случае размер пожертвования увеличивается за счет возвращаемого из бюджета вычета, а бремя общения с налоговыми органами перекладывается с частного жертвователя на организацию-благополучателя.
— Существуют ли сегодня какие-то региональные льготы для благотворителей?
Анастасия Акрамовская: Действующее законодательство позволяет субъектам Федерации предоставлять благотворителям налоговые льготы. Однако пока что такой практики придерживаются только Самарская область и Москва. И причина здесь не только в том, что субъекты борются за каждую копейку. Многие субъекты Федерации просто опасаются уменьшать налогообложение благотворителей, так как на федеральном уровне это может быть воспринято как сигнал о благоприятной финансовой ситуации в регионе. А это в свою очередь может стать причиной урезания межбюджетных трансфертов…
—И как же реформирование системы налогообложения благотворительных организаций видится в идеале?
Анастасия Акрамовская: Оптимальным было бы введение специального налогового режима для некоммерческих, в том числе благотворительных, организаций. Этот режим должен предусматривать комплексное освобождение от трех налогов (НДС, налога на прибыль и на имущество организаций и, возможно, единого социального налога) тех некоммерческих организаций, которые возьмут на себя дополнительные ограничения на ведение коммерческой деятельности и будут готовы выполнять более жесткие требования по отчетности. К сожалению, данное предложение отражено в концепции лишь частично и нуждается в более детальной проработке.
— Из нашей беседы складывается впечатление, что нынешняя концепция грешит множеством недоработок. Нужна ли она в принципе?
Ирина Прокопенко: Нам, людям, активно занимающимся благотворительностью, как никому другому, очевидно, что законодательство в этой сфере устарело. Появление новой концепции открывает перед благотворителями более широкие возможности влияния на развитие социальной среды. Однако прописанные в концепции задачи в большинстве своем не подкреплены конкретными правовыми механизмами их реализации. Мы надеемся, что это будет откорректировано. В противном случае концепция рискует стать просто декларацией прав — без реальных, обеспеченных законом возможностей их реализовывать.
Анастасия Акрамовская: Несмотря на все недостатки концепции, ее появление свидетельствует о поддержке идеи благотворительности на государственном уровне. На фоне общего тренда налоговой реформы, допускающего введение налоговых льгот только в исключительных случаях, это обнадеживает. Идея концепции в целом правильная, так как, с одной стороны, она обязывает государство принимать меры и выполнять действия по поддержке благотворительной деятельности, а с другой стороны, такой документ дает право считать, что государство покровительствует этой деятельности, и ей хотя бы не страшно заниматься.
— Если концепция нуждается в доработке, как можно было бы оптимизировать этот процесс?
Ирина Прокопенко: Недавнее обсуждение текста концепции на заседании комиссии Общественной палаты РФ продемонстрировало участникам форума, насколько несогласованны еще позиции министерств, ответственных за разработку документа, и других участников благотворительного процесса. Мне кажется, что работа над документом требует объединения усилий экспертов из самых различных секторов общества. Оптимальным было бы создание некой согласительной комиссии в составе представителей министерства экономического развития, министерства юстиции и комиссии по благотворительности Общественной палаты РФ, а также экспертов донорского сообщества. В результате их совместной работы мы имеем шанс получить такую концепцию, которая будет более полно отражать основные тенденции развития благотворительной деятельности на современном этапе, а также учитывать позитивный мировой опыт.
Беседовала Анна Васильева
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
