Распад СССР Владимир Путин назвал «крупнейшей геополитической катастрофой» ХХ столетия. Однако в истории не раз случались катастрофы — крушения крупных континентальных империй. Даже если забыть об очень давнем распаде Священной Римской империи, всего лишь век назад исчезла Австро-Венгрия.
Австро-Венгрия — не совсем удачная аналогия с СССР: империя Габсбургов создавалась в течение нескольких веков практически с нуля, с маленького княжества в Альпах, и, в отличие от Советского Союза, в её основе лежал династический, а не идеологический принцип. Но обе многонациональные империи были противниками национализма — он означал их исчезновение, что в конце концов и произошло. Потому и в СССР, и в Австро-Венгрии действовал «инкубатор народов», где были созданы весьма благоприятные условия для культурного, экономического, политического развития множества этносов и постепенного превращения их в современные нации. К началу ХХ века габсбургский «инкубатор» стал тесным для «цыплят», и его разрушила Первая мировая война, как большевики разрушили Российскую империю. В 1918 году Австро-Венгрия распалась на три государства — Австрию, Чехословакию, Венгрию, а часть земель вошла в состав Румынии, Югославии и Польши. Но в каждом из осколков континентальных империй притаился вирус национализма.
История Австрии во многом обусловлена её географическим положением, не зря же это название происходит от древненемецкого Ostarrichi — «восточная страна». Австрия расположилась на пересечении трёх культурных областей: романской, германской и славянской. Австрийская этническая общность формировалась из германских племён баваров и алеманов, слившихся со славянскими и остатками кельтских племён. В Средние века земли нынешней Австрии входили в различные европейские государства: западные и северные (с германским населением) — в Баварское герцогство, восточные (со славянским населением) — в славянское государство Карантанию, затем были включены в состав империи Карла Великого, а после её раздела стали частью германского Восточнофранкского королевства.
После распада Австро-Венгрии в составе Австрии остались исторические словенские земли — Каринтия и Южная Штирия. На Парижской мирной конференции делегация Королевства сербов, хорватов и словенцев безуспешно пыталась оспорить их у Австрии. Окончательно тему закрыл проведённый в 1920 году в Словенской Каринтии плебисцит о её государственной принадлежности. Большинство населения этой зоны с преобладанием словенцев высказалось за сохранение Каринтии в составе Австрии.
В 1938 году Австрия была аннексирована фашистской Германией, а после освобождения в 1945 году советскими войсками поделена на четыре зоны ответственности союзников. Государственный суверенитет страны был восстановлен в 1955 году, когда страны-победительницы подписали договор о политическом нейтралитете Австрии, а парламент принял закон о постоянном нейтралитете республики. Ныне страна входит в десятку экономически наиболее развитых государств Европы, является одним из основных доноров европейского бюджета и одним из лидеров среди стран ЕС по качеству жизни.
По численности населения почти девятимиллионная Австрия сейчас занимает 90-е место в мире. По официальным данным, основную его часть (98,5%) составляют немецкоязычные австрийцы. В земле Каринтия живут хорваты, словенцы и немногочисленные венгры, а в Вене с давних пор обосновались чехи и словаки. И если Австрия существует на стыке романской, германской и славянской цивилизаций, то в её границах Каринтия играла роль пограничного шва между славянским и германским мирами. Это самая южная федеральная земля Австрии с населением 550 тыс. человек, где веками рядом с немецкоязычными жителями проживают граждане словенского происхождения. Словенцы вплоть до IX века были единственной этнической группой, населявшей этот край. Следующие 10 веков они подвергались усиленной германизации, однако сохранили свою культуру, обычаи, язык. Теперь их партия «Энотна Листа» принимает участие в Европейском свободном альянсе. По официальным данным, процент словенского населения в Каринтии слишком незначителен, чтобы они играли какую-либо заметную роль. Признаётся, что город Цель — единственная община с мажоритарно словенским населением — 89,6%. Так ли это на самом деле, неясно…
При этом в истории Австрии роль словенской общины велика, считает историк Шаусбергер из Университета Клагенфурта: когда на референдуме 1920 года словенцы, составляющие абсолютное этническое большинство в крае, сделали выбор в пользу Австрии, это была их «первая услуга Австрийской Республике». «Вторая услуга» была оказана в 1955 году, когда при обсуждении проекта договора Австрии с союзниками по антигитлеровской коалиции экс-министру иностранных дел Груберу предложили информировать их о вкладе Австрии в разгром фашизма. Вся информация свелась к докладу о патриотическом движении словенцев, поэтому в Государственный договор 1955 года, восстановивший суверенитет Австрии и ставший основой её «постоянного нейтралитета», вписана гарантия защиты прав словенцев как национального меньшинства Австрийской Республики.
Но уже спустя три года после принятия Государственного договора двуязычное обучение было изгнано из школ. До сих пор школьная реформа до конца так и не доведена: существует мизерное количество двуязычных школ, а словенцы вроде бы уже сами предпочитают говорить, учиться и думать по-немецки. В 1976 году во время демографической переписи в Каринтии раздавались заявления: «Словенцы? Их осталось депортировать не больше чем три вагона». Словенская община перепись бойкотировала, но государственная политика не изменилась, что доказывает доклад швейцарской общественной организации, которая несколько лет исследовала «конфликт наций» в Каринтии (его разослали всем парламентам Европы): «В коммуне Сан-Стефан (1494 жителя) 53,4% являются словенцами, а официальная статистика насчитывает 0,7%; в коммуне Леденитцен (1472 жителя) 52,8% словенцев, а официально их всего 16,2%...» Корреспонденту газеты Le Monde Лукасу Делаттру в Клагенфурте официально заявили, что в Каринтии проживает... 2% словенцев. Что же тогда произошло в Каринтии с 1945 по 2000 год и чем вызвана такая ситуация?
Видимо, корни этого явления следует искать в огромной популярности в земле Каринтия харизматичного ультраправого популиста Хайдера и его Австрийской партии свободы (АПС). Самый одиозный в послевоенной истории Австрии политик, Хайдер в 1986 году возглавил АПС, изменив лицо партии. Если раньше в ней преобладали либеральные политики, то теперь АПС стала националистической, а значит, ультранемецкой. Вот почему депутат от Каринтии Хайдер завоевал популярность своими выступлениями против лингвистических привилегий словенского меньшинства. Он призывал, чтобы в школах количество детей, для которых немецкий язык не является родным, не превышало 30%, и провёл кампанию по замене двуязычных немецко-словенских табличек населённых пунктов на немецкие. Культурным советником Хайдера был Андреас Мозлер, автор брошюры о вырождении австрийской нации, самую большую угрозу которой создают живущие в Австрии турецкие и славянские элементы.
Кстати, а почему все кампании АПС против национальных меньшинств в своей стране позже превращались в кампании против иммигрантов? Впервые столкнувшись с проблемой нелегальной иммиграции после краха коммунизма в Восточной Европе, Австрия в 1990 году ввела ограничения на въезд гастарбайтеров. Но в 1995 году страна вступила в ЕС, и тут на её территорию хлынул поток новых иммигрантов, к которому прибавились ещё и выходцы из Азии и Африки, численность которых превысила 10% населения страны. Сегодня иностранцы, «понаехавшие» в Австрию на заработки, составляют значительную прослойку — в некоторых местах около трети населения. И в новом веке в результате военных действий на Балканах и открытия границ сотни тысяч людей из стран Центральной Европы бросились через границу в Австрию. В стране резко вырос уровень преступности, усилилось недоброжелательное отношение к иммигрантам.
На этой волне, естественно, укрепились ультраправые. А победа на выборах в парламент ультраправой Австрийской партии свободы заставила Европу заговорить об «австрофашизме» и «феномене Хайдера». «Берегитесь иностранцев!» — вот слоган нового лидера, требовавшего резко ограничить приток иммигрантов. Но рейтинг АПС рос: на выборах 1990 года партия получила 16%, а в 1994-м — 22% голосов. Предвыборную кампанию 1999 года Хайдер провёл под лозунгом «Нет расширению ЕС!», пугая соотечественников наплывом гастарбайтеров из принятых в Евросоюз бывших соцстран. АПС завоевала 27% голосов и вошла в правящую коалицию, а Хайдер вернулся в кресло губернатора Каринтии.
В 2005 году Йорг Хайдер вышел из АПС и основал новую партию — «Союз за будущее Австрии». Её лозунги остались неизменными: борьба с засильем иммигрантов, которые тогда составляли уже 15% населения страны. На выборах 2008 года его партия получила 11%, а бывшие соратники Хайдера из Партии свободы набрали ещё 18%. Сообща ультраправые оказались второй крупнейшей силой в Австрии после социал-демократов, однако из-за вражды лидеров их союз был невозможен. После гибели Хайдера в автокатастрофе обезглавленный Альянс за будущее Австрии объединился с Партией свободы под началом Ганса Христиана Штрахе.
Известный австрийский политолог Михаэль Юнгвирт назвал Хайдера прототипом всех европейских правых популистов, таких как француз Жан-Мари Ле Пен, немец Рональд Барабас Шиль, итальянец Умберто Босси. Это явление переросло австрийские рамки, и, похоже, иммунитета от этой болезни нет ни у кого. Феномен Хайдера привлёк внимание к нацистским призракам Австрии (вопреки её желанию) — в отличие от Германии, родина Гитлера в течение десятилетий отрицала свою ответственность за преступления Третьего рейха, австрийцы предпочитали рисовать свою страну эдакой идиллической альпийской республикой, которая стала жертвой нацистской оккупации. А вирус национализма дремал… Хотя пережитое нами самими кажется нам уникальным, но история то и дело опровергает эти иллюзии циничным дежавю.
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
