Как известно, братья Коэн делают кино не для всех. Разумеется, сами они уверяют публику в обратном. Но, какой бы дурой та ни была, её не сильно проведёшь — большинство их картин собрали улов фестивальных наград, а коммерческого успеха не имели.
Кино для всех
Последнее время ситуация начала меняться и изменилась настолько, что новый фильм братьев «Железная хватка» не только стал их самым кассовым проектом, но попал в лидеры американского проката. В чём же дело?
В сюжете? Да, пожалуй, сюжет беспроигрышный — девочка, 14-летняя Мэтти Росс, мстит за отца, вероломно убитого и ограбленного неким Чейни. Для того чтобы отыскать негодяя, находит человека с железной хваткой, маршала (это что-то вроде шерифа) Рустера Когберна. За деньги тот готов доставить убийцу на виселицу. Вместе они отправляются в путешествие в дикие индейские земли, ещё более дикие, чем американский Дикий Запад XIX века. По дороге к ним присоединяется техасский рейнджер Лабеф, разыскивающий убийцу в связи с другим делом, — в Техасе можно получить награду за его голову. По ходу роуд-муви между ними возникает крепкая разновозрастная дружба.
Или это не роуд-муви, а скорее вестерн. Во всяком случае, первая экранизация романа Чарльза Портиса «Настоящее мужество» (эта — вторая) была вестерном, и Джон Уэйн лет сорок назад получил за неё «Оскар».
Но ведь для Коэнов содержание фильма далеко не самое главное. Больше того, как считается, они всегда пародируют тот жанр, который избирают для очередной картины, будь то гангстерский боевик, полицейский детектив или даже рождественская история. Стилизация, и только. Правда, они так в ней насобачились, что постепенно стали мастерами жанрового кино. Уже, кажется, не Коэны используют чужие жанровые клише, а остальные, те, кто идут за ними, начинают подделываться под них. Хотя повторить их трудно, может быть, даже невозможно.
Что же так затронуло в фильме не только поклонников братьев, преданных любителей кино, но и обычных зрителей, любителей просто посмотреть фильм, скоротав вечерок в кинозале или у видео? Может, секрет успеха в актёрах? И правда, звёзды самого первого ряда, то есть те, которые для всех, любят сниматься у Коэнов. На этот раз с ними Джефф Бриджес, вернувшийся впервые после «Большого Лебовски», и Мэтт Деймон. Роли яркие, заметные, особенно у Бриджеса. Кто же он, федеральный маршал и меткий стрелок Рустер Когберн?
Немолодой, вечно пьяный
Вечно пьяный, не очень молодой, одноглазый, в молодости ограбивший банк — странноватый бэкграунд для служителя закона. Что ж, в американской истории маршальскую звезду получали разные люди, лишь бы были готовы ловить беглых преступников. Там маршал — всего лишь одна из федеральных государственных должностей, правда старейшая, возникшая задолго до образования ФБР. Между прочим, сохранилась по сей день.
Нынче маршальская служба США состоит из 94 маршалов с многочисленными подчинёнными. В числе прочего они отвечают за знаменитую программу защиты свидетелей, когда тем меняют документы и внешность в обмен на показания против мафии. Эта служба по-прежнему необычайно популярна, о маршалах пишут книги и снимают кино.
Американцы всегда были готовы идти на службу своему правительству. Это их свойство отметил ещё Алексис де Токвиль, француз, побывавший за океаном в 1831 году и написавший читаемую до сих пор книгу «Демократия в Америке». В Новом Свете он не раз был свидетелем того, как люди стихийно организовывались для помощи государству в поимке преступника.
«Административной полиции здесь не существует, о паспортах никто понятия не имеет, — пишет Токвиль. — Однако я сомневаюсь, что в какой-либо другой стране преступление столь же редко остаётся безнаказанным». В Европе, по его мнению, всё обстояло иначе, чем на окраине цивилизации, европейцы, «даже если их собственная безопасность или безопасность их детей подвергается угрозе, вместо того чтобы отвратить эту угрозу, складывают руки и ждут, когда же вся страна целиком придёт к ним на помощь». Всё дело в том, что «зачастую европеец видит в государственном чиновнике лишь силу; американец же видит в нём право». (Невозможно поверить, что это сказано французом. О том, кого видим в чиновнике мы, лучше умолчу.)
С самой зари американской истории в людях каким-то непонятным образом сошлись два несочетаемых, казалось бы, начала — любовь к свободе и стремление к праву, к тому, что на языке сериалов именуется «закон и порядок». Вот и Мэтти Росс обратилась к Забияке Когберну, потому что у него было одно замечательное качество — он не убивал тех, кто этого не заслуживал.
Американский характер
Он не в том, что девочка проводит ночь в похоронной конторе с тремя покойниками и, обуздав лошадь, мчится в компании одноглазого пьяницы по прерии, а потом снимает с дерева труп повешенного — ведь в тех местах даже трупы чего-то стоят. Национальный характер по-американски совсем в другом. Четырнадцатилетняя девочка с косичками и наивным, но твёрдым взглядом (в исполнении ровесницы героини Хэйли Стайнфелд ) твёрдо знает и внушает свою уверенность другим: «Будешь соблюдать закон, и всё будет хорошо». Даже оставшись наедине с безжалостным убийцей Чейни, убеждает его сдаться правосудию: «Ты поймёшь, что я права. Отпустишь меня — это на суде будет смягчающим обстоятельством». Она не боится зла в доме смерти, так как знает, что Всевышний следит за ней и к тому же у неё отличная лошадь.
А вот как Мэтти добывает деньги на наём маршала. Она требует у торговца выкупить назад пони, которого купил её отец перед смертью; лошадь ему больше не надобна. Когда тот отказывается («Так мы не договоримся»), девочка-подросток угрожает взрослому тёртому калачу судом присяжных, который в случае судебного спора наверняка станет на сторону вдовы с тремя сиротами, ссылается на своего несуществующего адвоката и в конце концов добивается своего. И в опасную экспедицию отправляется, дабы проверить, на что пойдут её деньги, — ведь платит-то она не за разговоры. Отношение к деньгам вполне американское — за всё надо платить, но нельзя переплачивать.
Пусть кто-то посчитает, что Коэны в очередной раз смеются над Америкой и американским мифом. Мне же кажется, всё обстоит с точностью до наоборот, братья, пусть не прозвучит это высокопарно, объясняются в любви к своей стране, разумеется в свойственной им ироничной манере. Может, американский зритель распознал их своеобразный патриотизм и оттого так полюбил новое творение?
У кого там железная хватка?
В своих интервью Коэны любят подчеркнуть, что каждая их работа — не более чем «просто фильм», что они не закладывают никаких политических смыслов в истории, которые сочиняют.
На это ведутся критики и с пафосом, если не сказать с надрывом покрикивают на нас, зрителей, — не вздумайте искать какой-то общий смысл в их картинах, разве это имеет значение? Мир братьев Коэн, объясняют нам критики, позволяет каждому находить в их фильмах свой индивидуальный смысл. В крайнем случае нам позволяется оценить кинематографические изыски и ухищрения. Вот только ради чего они предприняты? А кто его знает.
Конечно, специалисты по кино пишут ещё какие-то слова. Обычно о показанной режиссёрами жестокости и абсурде этого мира. Не менее популярны размышлизмы и гадания, идёт ли в картине речь о дороге в буквальном смысле слова или же о метафизическом вояже.
Не будучи сведущ в метафизике, попробую, никому ничего не навязывая, предложить своё доморощенное объяснение. Навело меня на него то, что, по общему признанию, актёрская работа Хэйли Стайнфелд — лучшая женская роль у Коэнов со времён Фрэнсис Макдорманд в «Фарго». Похоже, Мэтти в той же степени представляет американскую мифологию, как и та беременная полицейская, что разъезжала по заснеженным полям на старом автомобиле и в одиночку обезвредила целую банду.
В одном из последующих фильмов Коэнов («Сжечь после прочтения») Фрэнсис Макдорманд играет совсем другую роль. Ради пластической операции, в оплате которой её персонажу отказывает страховая компания, она, наткнувшись на диск с секретными материалами, готова продать родину (кому же ещё, русским, конечно). Да и сама американская родина, о которой напоминает маячащий в каждом втором кадре её символ — Washington Monument, выглядит непривлекательно, как и чиновники на его фоне, пребывающие в вечном рассуждении, с кем бы потрахаться. Заканчивается тот фильм словами: «И что мы из всего этого вынесли? Ничего!» Это «ничего» — не что иное, как разочарование, апатия.
Героине последнего фильма эти чувства вовсе незнакомы. Железной хваткой вроде бы обладает нанятый ею маршал, тогда как на самом деле ещё неизвестно, у кого она по-настоящему железная из них, и не только из них. Речь идёт явно о чём-то большем, иначе фильм не затронул бы чувства стольких людей. Во всяком случае, тех, кого преследует ощущение, что их страна постепенно теряет былую хватку, если уже не потеряла. То ли дело раньше.
Обращение к истории вообще-то нехороший симптом. По Юлии Латыниной, на прошлом фиксируются страны, у которых дела идут плохо, именно они любят вспоминать, что происходило «во времена динозавров или во времена халифов». Общества, у которых дела идут хорошо, никогда не сосредотачиваются на прошлом.
Боюсь, прошлое у Коэнов использовано в качестве аргумента за что-то или против чего-то. А иначе зачем напоминать о том, как американцы когда-то защищали собственные ценности? Скоро узнаем, совсем скоро, через пару недель. Прогнозы — дело неблагодарное, и всё же рискну предположить, что картину не минует как минимум пара «Оскаров».
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
Статьи по теме:
- Шапито должно продолжаться.
«Есть много ремиксов, а песня одна». - Монтаж аттракционов.
Минский кинофестиваль «Листопад» показал такой запредельно высокий уровень, какой и не снился ни Московскому, ни Токийскому, ни многим другим. - Альмодовар такой Альмодовар...
На предпремьерном кинопоказе посмотрела новый фильм Альмодовара «Кожа, в которой я живу». - Королевство спасли, спасите кассу!
«К сожалению, в фильме ещё и поют». - Узкая бордовая тетрадь.
Из дневников 1975 года, посвящённых фильмам «Приключения Буратино», «Автомобиль, скрипка и собака Клякса», «Деревня Утка» и выходящих в издательстве «АСТ». - Такой одинокий воробей.
Единственный русский фильм на Московском кинофестивале. «Воробей» Юрия Шиллера. - Культура Артёмовна умерла.
Что мне понравилось в фильме Мизгирёва. - Утомлённые солнцем-2: отечество в большом долгу.
«Михалков достиг того градуса остервенения, когда осаждать себя уже нельзя». - Том и Джерри возвращаются.
Кинопремьеры недели. «На крючке», «Мальчикам это нравится», «Тот, кто гасит свет».
