Недавно вышедшая в телевизионный эфир короткометражка от команды The Tracers под названием «Настоящая история» демонстрирует искусство перемещения в шести коротких историях, снятых в Москве, Крыму, Тунисе и Магнитогорске. «Частный корреспондент» решил задать несколько вопросов режиссёру и оператору фильма Олегу Краснянскому.
— О чём эта история?
— Фильм является сборником из шести историй, которые нельзя рассматривать по отдельности. Именно шесть историй составляют цельный и гармоничный образ.
— То есть истории следуют друг за другом в определённой последовательности?
— Каждая из историй является лишь одной чертой характера единого персонажа, а к концу фильма все истории, одна дополняя другую, составляют цельную картину.
— Почему «настоящая» история?— Название «Настоящая история» фильму было дано потому, что то, что происходило с нами, было запечатлено в кадре. Фактически фильм не имел сценария, были лишь определённые задумки и ощущения, которыми мы захотели поделиться. Приезжая на новое место для съёмок, мы осматривались, и место само давало нам картину того, как будет выглядеть эпизод, определённые ощущения и пищу для сюжета. Можно сказать, что это и в некотором роде документальный фильм.
— Какое из мест съёмок стало наиболее интересным или сложным?
— Труднее всего было в начале, когда мы приехали в Крым и несли некоторую ответственность перед собой, перед фильмом. Если, снимая эту первую историю, мы бы не получили результат, это означало бы, что дальнейшие съёмки бессмысленны. Было сложно объективно оценить, насколько успешно всё продвигается и насколько мы вписываемся в график, поэтому именно первые съёмки в Крыму оказались наиболее сложными. А о наиболее интересном месте сложно говорить, потому что каждое из них дало какое-то ощущение, переживание и мы, находясь на каждом из мест, всегда получали что-то новое для себя. Каждое из них было специфическое, и каждое из них давало что-то своё.
В Крыму был снят прыжок со скалы в воду, для которого был выделен лишь один день, потому что герою было необходимо на следующий день уезжать. Но в день съёмок нас ожидал шторм и ураганный ветер, и, поняв, что в тот день съёмка невозможна, мы воспользовались ситуацией и сняли кадры с героем на скале в центре стихии во время ураганных порывов и бушующего моря. Таким образом мы получили кадры, осуществить постановку которых было невозможно. Так погода дала нам развязку сюжета одной из историй, где герой находится на скале в самом центре стихии.
Интересными также стали съёмки в Магнитогорске, которые частично проходили на Магнитогорском металлургическом комбинате. На территорию было решено проходить по трубе, которая находилась на высоте 20 метров от земли, и в тот момент, когда мы оказались на одном из центральных цехов комбината, нас заметили рабочие и объявили тревогу, после чего нам пришлось бежать по этой же трубе обратно, обозримыми со всех сторон, но недосягаемыми. На протяжении всего этого пути по земле за нами следовали милицейские автомобили. Поймав машину с рабочими, мы смогли выбраться с территории комбината, хотя рабочие прекрасно понимали, что тревога была поднята именно в связи с нами… Позже, там же, на Урале, для съёмок кадра длительностью чуть меньше минуты мы добирались до места около двух часов на машине и два часа пешком в гору. Нам пришлось повторить этот маршрут три раза: первый раз мы не нашли то место, которое искали, второй раз место было найдено, необходимые кадры сняты, но позже они оказались непригодными, и третий раз, чтобы сделать новую съёмку. Переезжая в Магнитогорске с одного берега реки на другой, мы каждый раз пересекали границу Европы и Азии, выезжая утром из одной части света и приезжая в другую.
Были и такие случаи, когда до места съёмки мы добирались целый день, оставаясь ночевать там, где повезёт. Так, в Крыму нам сдали комнату в местечке в горах, которое оказалось свинофермой. Дом был построен на скале, часть которой торчала прямо из стены. В другой раз мы жили в татарском кафе, снимая столик, вдоль которого и спали. Часто в горах приходилось подолгу искать «переговорочные пункты», где бы ловили мобильные телефоны, мы находили их между камнями и деревьями и запоминали их местоположение.
После всех съёмок количество дублей одного из заключительных кадров последней истории, где герой подходит к краю крыши и смотрит на город, нас совершенно не удивило. Кадр был снят только с 70-го раза.
— Были и задержания?
— При съёмках в Москве нас снимали пять раз с крыши здания на Пушкинской, а в Тунисе нас задерживали всего около семи раз. На Пушкинской мы залезали по опорными конструкциям для большого рекламного плаката, однако кадр был снят только с шестого подъёма.
— Сколько человек принимало участие в съёмках и каким образом были выбраны герои фильма?
— В съёмках принимало участие около 10 человек, которые были в кадре, и два человеке съёмочной группы: я и Слава Замыслов. Героев для съёмок отбирали на специальной встрече-отборе, которая проводилась заранее, куда приехали ребята из самых разных городов России и ближнего зарубежья. Там и познакомились и устроили некий отбор, чтобы выявить необходимые атлетические, физические способности помимо качеств человеческих, того содержания, которое мы пытались увидеть в каждом из людей. Таким образом собралась команда, которая участвовала в проекте и снималась.
— В будущем планируются новые съёмки?
— Этот фильм стал переходным моментом между тем, что мы делали раньше, и тем, что, я думаю, мы будем делать в будущем. Мы иначе чувствовали окружающий мир, и я надеюсь с каждым проектом дальше углубляться именно в содержании и, что самое главное, вдохновении, потому что то, что мы получаем от мест съёмок, от событий, происходящих во время съёмок, мы вкладываем в кадр. Вдохновение, которое мы испытываем, мы стремимся вложить по максимуму в картинку, в звук, в конечный продукт. Я надеюсь, что дальше мы будем просто в этом развиваться, следующие вещи будут ещё более наполнены теми самыми ощущениями вдохновения, которое зритель сможет испытать, соприкоснувшись с этим фильмом.
— Что можно посоветовать человеку, увидевшему фильм и заинтересовавшемуся паркуром?
— Советовать сложно, но в общем я бы хотел сказать, что если человек не способен вдохновиться от чего-либо, то это проблема восприятия человека. Даже самый плохой фильм способен многое дать, для этого человек должен быть открыт и способен воспринимать. Самое главное — это развитие восприятия в человеке, его открытость миру, способность впитывать. Будь то фильм плохой или хороший, это не важно, хотя, конечно, произведение искусства или какая-то ситуация в жизни даст больше, если она сама по себе хорошая, но здесь должен быть обоюдный процесс, не может быть очень хороший фильм и по другую сторону экрана — закрытый зритель, не способный воспринимать. Должна быть взаимная расположенность: уважение зрителя к фильму и уважение создателей фильма, которые вкладывают в него душу и стараются передать свои ощущения и переживания, к зрителю. А что касается желания развиваться в паркуре, то в любом деле для начала человеку следует оставить себя и открыться внешнему. Если он сможет все свои знания стереть, то в этот момент он будет наиболее способен воспринимать, и тогда его развитие пойдёт быстрее, а чем больше у человека будет самомнения и ощущения, что он всё знает, тем сложнее будет идти процесс для него самого.
Сам фильм доступен для скачивания на сайте команды The Tracers по адресу: www.tracers.ru
Беседовал Андрей Никифоров
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
