Олег Киреев, автор «Поваренной книги медиаактивиста» и издатель книги «Против всех П», известный арт-критик, перформансист и историк, расстался с жизнью в четверг, 2 апреля. Он был найдет под окнами своей квартиры в доме напротив Дарвиновского музея мёртвым. Ему было 33 года. «Частный корреспондент» публикует подборку высказываний, в которых друзья скорбят и подводят итоги жизни этого яркого человека, успевшего сделать очень много…

В 1990-е годы Олег Киреев стал известен как журналист и художник, а его квартира была чем-то средним между европейским сквотом и художественным салоном. Его художественные и политические проекты сделали его заметной фигурой в артистической среде, а стремление к прямому, четкому высказыванию привело к забрасыванию Госдумы банками с красной краской и «экранизации» фильма «Матрица», который был переснят на крыше недостроенного торгового центра в Чертанове. Олег был, безусловно, лидером, активным и независимым человеком, который делал всё, что ему приходило в голову. Однако при этом он оставался любопытным исследователем и ценителем знания во всех его формах. Утрата, которую понесли его семья, друзья и близкие, невосполнима.

delphinov.livejournal.com:
«Сегодня в Москве выбрал иную сторону Олег Киреев, мой бывший соученик по РГГУ, в течение короткого времени — близкий товарищ, а затем — уйдя по своим путям — активист левого движения, автор и издатель, альтернативный искусствовед. В последнее время он работал над книгой о 50-х годах ХХ века, это, уверен, было бы интересное исследование, потому что у Олега был свой особый взгляд на вещи, своеобычный, хотя и совсем не близкий мне. Но есть идейная или идеологическая близость, есть общность интересов или каких-то обстоятельств, а есть просто симпатия или нечто надбытийное, просто — человеческое, и оно нас объединяло. Пару лет назад он заезжал в Берлин, и мы вполне светло и спокойно общались, оказалось, что, несмотря на всю разницу, мы вполне понимаем друг друга. В тот момент барьеры были не важны. Когда-то, в конце 90-х, Олег за пивом в московской «Пропаганде» сказал мне с улыбкой: «В моей жизни было два человека, повлиявших на меня ключевым образом, — это ты и Осмоловский!» Я не знал тогда, что и подумать, комплимент это или скорее наоборот :) Когда-то, в середине 90-х, мы вместе были гастштудентами в Рурском университете Бохума, я там усиленно учил немецкий, да и он тоже, хотя тогда я уже говорил, а он — только по-английски. Ночи напролет мы трещали о том о сем, гуляли по парку, спорили о «Коллективных действиях» и Студенческом театре МГУ, спорили, что лучше: «Гражданская оборона» или «Несчастный случай». Однажды Олег стал моим соседом — ему досталась огромная квартира напротив Музея Дарвина в Москве, от меня 15 минут пешком. Я помогал Олегу разбирать завалы в квартире, а потом не раз заходил к нему в гости...

Светлая память Олегу, человеку, который стремился, искал и думал».

oleo-press.livejournal.com:
«Все, кто его знал, в шоке — все согласны, что Олег одновременно был проявлением твердости и стойкости в невероятном сочетании с ощущением хрупкости и несовпадения с той реальностью, которая нас окружает.

Здесь, видимо, места таким ребятам, как Олег, нет...

Олега знали как острого и яркого человека, активиста, художника, публициста. Он автор «Поваренной книги медиаактивиста» (премия «Инновация», 2007), «Образа жизни», проекта «Против всех партий», автор значительного активистского медиапроекта Ghetto. Олег жестко и громко цитировал наизусть огромные куски из Керуака, Высоцкого, тринидадских уличных поэтов. Очень много знал, невероятно много читал, остро и четко писал. Последние два года готовил большую книгу о 50-х годах. Судя по записям в ЖЖ krishnakireev.livejournal.com, книга почти закончена...

Олег — гений места, легендарного места — коммуны на улице Вавилова в Москве, места, которое все хорошо знали, а те, кто не знал, — слышали о нем миллионы историй, связанных с активистскими вылазками конца 90-х («Против всех партий», «Движение ультрарадикальных анархо-краеведов», «Свои 2000»), с творческими процессами (ЗАиБИ).

Книга осталась не закончена.

Место остается пустым.

* * *

Олег, я еще в прошлом году привез тебе маленький привет из коммунистической Кералы, где я был буквально через пару месяцев после тебя, пузырек местного рома, завернутый в газету на малаяламе. Он так и стоит у меня на столе. Что мне с ним теперь делать?»

tactic-media.livejournal.com:
«Олег Киреев, автор «Поваренной книги медиаактивиста» и издатель книги «Против всех П», известный арт-критик и перформансист расстался с жизнью в четверг, 2 апреля. Он был найдет под окнами своей квартиры в доме напротив Дарвиновского музея мертвым. Ему было 33 года.

В 90-е годы Олег Киреев стал известен как журналист и художник, а его квартира была чем-то средним между европейским сквотом и художественным салоном. Его художественные и политические проекты сделали его заметной фигурой в артистической среде, а стремление к прямому четкому высказыванию привело к забрасыванию Госдумы банками с красной краской и «экранизации» фильма «Матрица», который был переснят на крыше недостроенного торгового центра в Чертаново. Олег был, безусловно, лидером, активным и независимым человеком, который делал всё, что ему приходило в голову. Однако при этом он оставался любопытным исследователем и ценителем знания во всех его формах».

om-namah-shivay.livejournal.com:
«Вчера были на поминках по Олегу Кирееву, моему старинному приятелю. Он был отличный человек, умный, веселый и гостеприимный, но вспыльчивый. Как-то он с моим мужем поссорился, да так, что мы потеряли его из виду на несколько лет. И вот — выбросился из окна. Иногда кажется, что жизнь вокруг идет очень медленно, любое изменение занимает время, а потом случится что-то такое — и думаешь: как за секунду могло произойти что-то, что так много меняет? Вчера вечером собрались все друзья Олега, жильцы, которые в разное время жили в двух свободных комнатах его квартиры. Мы смотрели телепередачи с участием нашего друга, и всё было совершенно по-старому, как раньше, иногда я забывалась, и мне казалось, что Олег сейчас войдет в комнату, что он просто вышел в магазин за угощением для гостей.

В соседней комнате братья Олега рассказывали о его последних годах. Похоже, безумие вошло в его жизнь: он побывал в больнице, его лечили от приступов агрессии. Когда его в первый раз привели к врачу, он стал на него бросаться и кричать, но время от времени приходил в себя, удивленно оглядывался по сторонам и говорил: «Может, пойдем домой?» Я не специалист, но похоже на одержимость. Интересно, что думает по этому поводу его отец, православный священник? Впрочем, многие психотерапевты признают существование внутри человеческой личности некоего образования, которое называют «тело боли». У каждого человека есть больные места, и иногда даже легкого ненамеренного касания собеседником опасной темы достаточно для того, чтобы это тело активизировалось и завладело своим хозяином. В такие моменты человек исчезает под натиском внутреннего монстра, который питается болью — своей и чужой. Многие ошибки и преступления совершаются в этом состоянии аффекта, может быть, его поступок — один из них? Говорят, он не был удачлив в личной жизни в последнее время, не было денег, постоянно болела голова…

Стемнело, и в этой темноте Вадим, пожилой, вечно болезный интеллектуал и большой друг Олега, с виду исключительно мрачная личность, предавался воспоминаниям в кругу грустных слушателей в той самой комнате у того самого окна, в темноте. И тут пошли такие хтонические глубины с использованием психиатрических терминов, что я решила сбежать на кухню. Здесь поминали квартиру — прибежище прогрессивной мысли, молодых и небогатых ее носителей. Эта квартира — эпоха в жизни любого ее частого визитера. Здесь устраивались концерты Псоя Короленко, читались лекции об авангардном кино. Честно говоря, были времена, когда каждый вечер здесь можно было найти приятную компанию и интересное дело. Несмотря на вспыльчивость, Олег был необыкновенно терпелив и пускал к себе жить самых разнообразных и в разной степени социально адаптированных людей. Кроме периодически возникающего Вадима, здесь проживали: анархисты, художники, журналисты, негр, сибирский шаман-алкоголик, автор песни «Деньги — это придуманный способ обмана», мелкий дилер, девушки и т.д. Иногда бывали наркотики, но не в последние годы. Олег понимал тяжелые последствия употребления инъекционных наркотиков — его бывшая подруга, мать его дочери, увлекалась этим делом. Однажды Олег поехал в Киев, где подруга жила с новым бойфрендом, чтобы проведать дочь. Он застал всё семейство в таком состоянии, что вышел из себя и выкинул в окно баночку с винтом. Естественно, был немедленно проклят хозяевами винта. Так что наркотики вряд ли замешаны. Честно говоря, всё время, пока мы не общались, я улавливала отголоски его странностей от общих знакомых, но он же занимается йогой, думала я, значит, с ним всё будет хорошо. Такая слепая вера в метод. Ведь он ездил в Индию, нашел учителя. А теперь думаю: среди индийских учителей встречаются и те, кто уходил из жизни сам, покидал тело, иногда на глазах изумленных зрителей, может быть, все-таки здесь тайна, а не трагедия?

Когда стоишь перед окном, в которое он вышел, возникает чувство подъема… Говорят, каждое действие и мысль оставляют следы в материальном мире и чуткий человек может их найти. И там, перед окном, действительно хочется подняться в воздух, кажется, это будет легко, как во сне. А упал Олег странно — перелетел тротуар, перелетел куст и упал на землю. Я опять-таки не специалист, но мне кажется, чтобы удалиться от дома на такое расстояние, необходим толчок. То есть, возможно, все-таки это был взлет, пусть даже вызванный восторгом от того, что может быть простой выход из этой сложной жизни.

Иван Иванович, мой муж, сильно переживал. Ведь он пытался помириться с Олегом, они даже переписывались. Если бы Олег хотя бы дал знать нам всем, его друзьям, о том, как ему тяжело! Но безумие, наоборот, толкало его в одиночное плаванье. Братья с опущенными глазами рассказывали о том, что примерно год назад он даже с ними видеться не захотел, попросил не приезжать. Так вот, Иван Иванович считает, что Олег посмертно может стать героем молодежи, ведь он зажигательно жил и умер молодым. «Его будут сравнивать с Че Геварой!» — сказал Иван Иванович, и тут у меня в голове щелкнуло: вот что реально понравилось бы Олегу! Он всегда боготворил молодых борцов за справедливость, особенно тех, кто сражался с оружием в руках… И ему хотелось походить на них: быть твердым, мужественным, неподкупным и обаятельным. И если к ним в компанию можно попасть с помощью ранней смерти, может быть, это лучше, чем невыносимая жизнь?

И нельзя не думать о том, почему это произошло, хотя теперь это пустые спекуляции. И нельзя открутить время на несколько дней назад, чтобы что-то сделать, успеть к нему.

Моя мачеха часто проведывает пожилых людей, отчасти по работе, отчасти из дружеских чувств. Одна пожилая дама страдала подозрительностью и однажды обвинила мачеху в краже сумочки. Сумочка через некоторое время нашлась, а мачеха, несмотря ни на что, продолжает навещать эту старушку. Может быть, надо было терпеть эти приступы? Быть где-то рядом, хотя бы иногда. В общем, мысль моя кружит вокруг двух вопросов: почему он сделал это? Почему меня не было рядом?

Теперь уже поздно, но все-таки. Олег, мы любим тебя.

Ом, намах Шивайя».

zasursky.livejournal.com:
«Открыл для себя ЖЖ Олега — krishnakireev . Начал читать, почувствовал знакомое появление интереса, потом из него сложилась реплика, на автомате стал лезть ставить комментарий... Какое все-таки это свинство с твоей стороны, Олег, уйти без повода и не попрощавшись и вообще оставить столько интересных тем для обсуждения. И ощущение, что больше ни с кем и не удастся.

Ну мы, конечно, еще увидимся».

community.livejournal.com/leftfront:
«Наш товарищ — Олег Киреев (Йонас) — покончил с собой сегодня, выбросившись из окна. Олег Киреев — журналист, социолог, публицист, арт- и медиакритик, редактор журнала «Радек» и проекта «Гетто.ру», ветеран анархистского движения, наш товарищ по «Студенческой защите», в 2006 году написал «Поваренную книгу медиаактивиста» (УльтраКультура, 2006), посвященную борьбе интернациональных активистов за пиратские радио и ТВ, свободное программное обеспечение, книгу «Земля, пятидесятые» и много других замечательных книг. С 1991 года в рядах активной оппозиции. Творческий человек, поэт.

Да, таким мы его и запомним. Борец с капитализмом — боролся всеми подручными средствами: медиаактивизмом, концептуализмом, ситуационизмом, вон с костылями акцию в 2006-м в Афинах какую выдал... Я тогда-то подтрунивал, а зря. Не всегда оно уместно, хихиканье.

Олег тогда предельно серьезно орал: «Я ненавижу капитализм!!!», потрясая костылями Алёны, что ему доверили нести просто... Это была акция, это было прямое действие, а я-то хихикал, как на постмодерн...

Глубокое непонимание этого ха-ха было в глазах Олега, ха-ха и комментарий «Инвалиды против капитала» портили акцию. Каюсь. Возможно, это же предельное непонимание мирового взаимонепонимания было в глазах его в последние минуты.

«Весенний дождик поливал гастроном...» Куда вы, поколение мое? Кто будет держать фланги?! Ровесники? Есть такая народная теория: мол, от смерти отделяют друг друга поколения, как только редеет внешнее кольцо (деды) — твоя очередь близится. Да куда же без очереди?!

Нет, не понимаю. Как Маяковский Есенина. Но как Маяковский с продолжением, понятно».

plucer.livejournal.com:
«Позавчера мне приснился жуткий сон. Что на моих глазах падает какой-то старик и умирает. А сегодня я узнал, что мой друг Олег Киреев, левый активист, автор «Поваренной книги медиаактивиста», участник проекта «Против всех партий», редактор журнала «Радек», автор медиапроекта «Гетто.ру», ветеран анархистского движения, член «Студенческой защиты», участник акции по забрасыванию Госдумы пузырьками с красной краской, 2 апреля был найден мертвым под окнами своей квартиры на улице Вавилова. Тело лежало на значительном расстоянии от окна. Олегу было 33 года».

oulenspiegel.livejournal.com:
«2 апреля ушел из жизни один из ярких мыслителей нашего времени — Олег Киреев. Около 7:20 утра он шагнул в распахнутое окно квартиры своей квартиры под номером 237.

Два года назад мы несколько часов спорили на кухне общих друзей: о политике, культуре, науке, медиа. Я обещал Олегу написать рецензию на «Поваренную книгу медиаактивиста» — обещание, которое я, увы, при его жизни так и не выполнил.

Олег был умным, тонким и добрым человеком — редкое в наши дни сочетание. А еще немного грустным.

В субботу в небольшом помещении при морге на ул. Цурюпы я снова встретился с ним, чтобы положить в его гроб две желтые гвоздики и в последний раз взглянуть на его лицо, которому неизвестные мне люди умелыми руками придали выражение величественного спокойствия...»

maria-mirabella.livejournal.com:
«Отец Олега в субботу сказал, что, мол, нет, конечно, никаких перерождений, а есть только жизнь вечная души ,и ему было, конечно, очень больно, но он как будто ставил тем самым точку в этой истории, в их споре, и было немного обидно за Олега, чье тело было как бы доказательством собственной неправоты, и было безумно жалко отца, который, казалось, винил себя в том, что позволил Олегу «заблуждаться». А с другой стороны, хотелось просто всё стряхнуть и сделать так, чтобы всё оказалось по-другому. И каждый думал, что он мог позвонить, зайти, сделать что-то месяц назад, неделю назад, год назад, два дня…, мог зайти, увидеть, поговорить, помочь убраться на кухне хотя бы, просто подключиться и т.д. И так странно, что уже ничего сделать нельзя, хотя этот момент так близко.

И я всё время думаю про то, что, кажется, нет никакого смысла проживать жизнь один раз.

Первый раз это какой-то сумбурный лабиринт, и только ретроспективно начинаешь понимать, что к чему, куда надо было пойти, что из чего состояло и т.д.

Только во второй раз можно было бы не просто метаться и лаять на стены, но с любопытством изучать путь. Только во второй раз можно было бы ощутить ценность жизни. Поэтому, если бог есть и он, как говорится, всемилостив, мне кажется, он в самом деле должен предоставлять такую возможность, — рождаться еще раз. То есть жизнь вечная — это, конечно, неплохо для кого-то, но мне лично не подошло бы, потому что для меня нет большей каторги, чем оставаться собой навсегда, зная и наблюдая «все свои трещинки» и вечно наступая на всё новые и новые грабли.

И это глупейшая мысль, но безумно хочется пройти все сначала. По узловым моментам, но с расставленными акцентами, зная, что в этот конкретный момент важно, а что туфта. Хотелось оказаться обратно в 99-м и прожить, может, даже то же самое, но с другим отношением и поступая чуть-чуть иначе. Хотелось бы оказаться обратно в 97, 95, 94, 85-м... чтобы лучше разглядеть и запомнить какие-то моменты, а на какие-то не заострять внимание. Потому что не знаю как для кого, а для меня обычно происходит куда меньше, чем есть, и потом кажется, что, как слепой, ты пробирался по коридору сквозь годы и ничего не видел.

Так что идея перерождения видится мне более оптимистичной, чем просто бесконечная жизнь души где-то «на небесах». А если предположить, что проживание собственной жизни в той же приблизительно хронологии тоже может утомлять и нагонять скуку (хотя мне нравится именно возможность осмысленного повторного прохождения), то перерождение в новой ипостаси, да еще и мудро запрограммированное, так чтобы всякий раз тебе доставался именно нужный конкретно твоей душе участок вечности, — это яркая и оптимистичная мысль. Мы могли бы встретиться бабочками и птичками, мы могли бы встретиться менеджерами среднего звена, мы могли бы лететь вместе на космолете в другую галактику где-то в 2370-м, мы могли бы делать то же самое, но при других обстоятельствах и будучи кем-то другим, да и делать-то на самом деле всё куда лучше. Страшно даже представить, как много мы бы всего могли и в каком-то смысле и можем, если наши частицы движутся в бесконечность вместе со всей Вселенной. В этом, бесспорно, куда больше свободы, чем в этой идее вечной запертости в себе, которая так тоскливо отображается в феномене спиритических сеансов. Когда вызываются души усопших родственников и соседей и те предсказывают бытовые мелочи, словно бы на том свете они уже ничего не делают, а только смотрят бесконечный кретинический сериал о жизни ангелов и живых».

widerkunst.livejournal.com:
«Не могу прийти в себя от чудовищных новостей.

Только что узнал, что Олег Киреев выбросился из окна своей квартиры в Москве.

Я уже лет десять, наверное, мечтал познакомиться с Олегом.

Старался следить за всеми его проектами.

В гнилой отвратительной мракобесной Москве Олег был редчайшим исключением.

Светлым, прогрессивным, умным человеком.

Мне всегда казалось, что я очень понимаю его работы. Может быть, потому, что он мой ровесник. Может быть, просто ментальное родство.

Я бы очень хотел, чтобы мы были друзьями. А мы даже и не успели познакомиться. И я совсем ничего не знаю о нем лично.

Не могу сказать, что я горячо разделял все его взгляды, но его целеустремленность, идеализм мне всегда очень импонировали.

Одиноко становится жить. Тоскливо. И даже как-то стыдно жить дальше».

community.livejournal.com/anarchia_ru:
«2 апреля 2009 года в Москве ушел из жизни Олег Киреев, критик и теоретик современного искусства, человек, пропагандировавший в российском культурном и политическом пространстве медиаактивизм, много переводивший и писавший на эту тему. Человек, на которого еще в самом начале 2000-х я возлагал надежды как на одного из возможных будущих теоретиков анархизма. Человек, из-за которого я дрался с Осмоловским.

Надежды не оправдались, Олег удалился от анархистского движения в сторону теории медиа, теории искусства, впрочем, он всегда ходил на грани, и анархистом в полном смысле слова многие его не признавали.

Сегодня он выбросился из окна. Видимо, из окна той самой своей квартиры напротив Дарвиновского музея, в которой на рубеже 90-х и нулевых существовала коммуна активистов и художников из движения «За анонимное и бесплатное искусство».

Остались книжки, которые он написал или инициировал, и прежде всего довольно спорный «Образ жизни», но также: «Против всех партий», «Поваренная книга медиаактивиста», где-то в Сети, наверное, есть остатки его многолетнего медиапроекта «Мэйлгетто/Гетто», что-то еще наверняка осталось. Уже лет пять, как я за работой Олега не следил, а в последний раз видел его, когда мы с Леной БМД вернулись из Киева в декабре 2004-го и показывали в «Джерри Рубине» свежеотснятый черновой материал об «оранжевой революции», материал, который так и не стал основой никакого фильма. Олег тогда молча смотрел, молча слушал, в разговор не вступал, в споры не лез. А потом как-то незаметно ушел, мы даже не попрощались.

Главные слова о нем скажут, конечно, люди, которые знали его лучше, его друзья. Я же к их числу никоим образом не принадлежал. Но дрался тогда за него с Осмоловским все-таки не зря. Киреев был интересным человеком.

Прощай, Олег».

indymedia-ua.livejournal.com:
«Погиб Олег Киреев. Выбросился из окна. Как Башлачев. И многие другие.

Понять его я не могу, хотя в последнее время сам бы сиганул. Впрочем, я вряд ли сигану. А вот Киреев выпрыгнул.

Я его лично не знал. Знакомы заочно через моего замечательного друга Л. Храмовника. Когда Киреев бывал в Киеве, я про***л все встречи по медиапроектам, думал, что это чепуха. Хотя именно Киреев подвигнул Д.Х. заняться индимедией, и именно из-за Киреева и индимедии-Москва Д.Х. на индимедию забил (что было с его стороны справедливо). Люди, осознав, что попали в низменность с болотами и малярийным комаром, пытаются оттуда выбраться. Это нормально. Тем не менее Киреев говорил ему (да и мне, заочному, приветы, кста, передавал), ребята, парьтесь, каждый идет своей дорогой и они могут не повторяться.

Спасибо ему за «Гетто», «Поваренную книгу».

agentkireev.livejournal.com:
«Мы играли в настольный теннис. Олежка (мы с детства его так называли) подавал только подачи справа, очень удобные для соперника. Он всегда говорил, что подавать по-другому как-то не по-рыцарски, как-то нечестно. Он всё время проигрывал, но своему принципу не изменял никогда.

А еще помню, что, когда я был еще совсем маленький, он меня часто катал на спине. Мало чего помню, но это очень хорошо. Ведь мне это всегда так нравилось!

И таких разных историй я помню много. Очень много.

Мы очень любили друг друга, но пару раз когда-то с ним повздорили. Больше этого не произойдет.

Теперь только два белых цветочка перед подъездом.

Я ему собирался позвонить в день его смерти. Не успел.

02.04.09 около 07:30 Олежка погиб трагической смертью. Мне из милиции позвонили примерно через час, сообщили о случившемся.

В интернете уже прочитал о нем все отзывы. Написано много хороших, добрых слов о нем самом, о его творчестве, о его деятельности. Но для меня он был и остается в первую очередь братом. Таким родным и близким.

Олежка, светлая память!»

v-x.livejournal.com:
«Взял и ушел.

Человек он был деликатный, но страшно принципиальный. Может, поэтому. Таким больнее.

Последний раз звонил года полтора назад про свою книжку с индийскими впечатлениями. Ничем я ему помочь не смог тогда. Блин».

ОТПРАВИТЬ: