Джин Вулф. Пират. СПб.: Домино. М.: Эксмо, 2009.
Ветер, солнце, брызги солёной пены на губах, бескрайняя гладь океана, смыкающаяся на горизонте с таким же безбрежным небом, тяжесть пистоля на поясе, пиастры в надёжно запертом сундуке — и ощущение бесконечной, ничем не скованной свободы в груди... Примерно так представляет себе пиратскую вольницу большинство современных авторов и режиссёров, наперегонки романтизирующих образ «джентльмена удачи» золотого века пиратства.
Американский фантаст Джин Вулф, неоднократный лауреат престижных «жанровых» премий «Хьюго», «Локус» и World Fantasy Award, не вполне разделяет эту точку зрения. Да, жизнь пирата XVII века имела много несомненных плюсов, особенно по сравнению с безрадостным уделом матроса торгового флота. Работаешь меньше, получаешь больше, да и карьерный рост вполне возможен — если не получишь заряд картечи в пузо и не попадёшь в руки вешателям-испанцам. «Здесь нет ни наставников-послушников, ни федералов, чтобы действовать с оглядкой на них. Почти все на свете закованы в цепи, даже если они не видят своих цепей, но я — нет. Я могу дышать свободно, как большинство людей не дышит никогда в жизни», — размышляет главный герой книги, наш современник, попавший из школы на Кубе прямиком в семнадцатое столетие. Всё это, разумеется, так. Однако доля моряка в любом случае — изматывающий потогонный труд, а пиратская свобода неразрывно связана с жестокими пытками, зверскими убийствами, насилием всех мастей, и автор этого, прямо скажем, не скрывает. Кристофер, главный герой романа, прошедший путь от портового нищего до адмирала небольшой флотилии, как человек набожный, не одобряет излишнюю жестокость. Но в водах Карибского моря, которыми всё ещё правят испанцы, сочетающие благородство идальго с жестокостью конкистадоров, самый простой способ обрести свободу — примкнуть к морским разбойникам, закрыв глаза на присущие им недостатки.
Позже, став священником, «капитан Крис» не раз устыдится поступков, совершённых в юности. Однако возвращение в те края и в те времена, где только от его личного выбора зависело, кем стать — святым мучеником или злодеем, которым пугают детей — для него неизбежно. Вулф описывает приключения юноши, впервые вдохнувшего пропахший океаном воздух свободы, суховато, сдержано, стилизуя текст под воспоминания приходского священника, но яркие краски всё равно прорываются на страницы романа — ведь именно под чёрным пиратским флагом главный герой испытал самые пылкие, самые необузданные чувства в своей жизни... Чем не квинтэссенция «пиратской» романтики, пропитывающей лучшие произведения жанра, от «Острова сокровищ» и «Одиссеи капитана Блада» до «Пиратов Карибского моря»?
* * *
Критика:
Владимир Пузий (Книжный клуб «Фантастика»):
«Повседневная жизнь пиратов. Именно так, в принципе, мог бы называться новый роман Джина Вулфа — и выйти он мог бы в научно-популярной серии издательства «Молодая гвардия». Если до сих пор вы знакомы с пиратской тематикой лишь по фильмам о Джеке-Воробье и мульту Давида Черкасского, то «Пират» откроет вам глаза на множество любопытнейших вещей. Вы узнаете, как и почему становились пиратами; чем жизнь на пиратском паруснике отличалась от жизни на военном судне или на «купце»; как строились взаимоотношения в команде; были ли пираты в самом деле такими жестокими...
И вот здесь-то мы сталкиваемся с тем самым «но», из-за которого роману Вулфа всё же не место в «молодогвардейской» «Повседневной жизни...». Дело даже не в наличии сюжета, а в морально-этической составляющей романа. По этой же причине, кстати, «Пират» не попал бы ни в одну из развлекательных серий издательства «Крылов», хотя формально зачин романа просто идеально ложится в концепцию какой-нибудь «Исторической авантюры».
Блогеры:
Kalvin (Лаборатория фантастики):
«Это роман о пиратах с точки зрения современного человека. Наверное, так можно было бы описать всю сюжетную канву Пирата. И это оказалось бы совершенно неверно. Да, это роман о пиратах. Да, главный герой — человек из нашего времени. Но Вулф совершенно не акцентирует тот культурный шок, который является обычно главным предметом внимания в романах о путешествии во времени. Обыденность — вот каким словом можно охарактеризовать атмосферу романа. Вулф живописует мир, в котором пиратство является частью повседневной жизни, столь же заурядной, как каботажные торговые плавания и работорговля. И все персонажи именно так это и воспринимают. При этом роман оснащён всем тем, что характерно для подобной литературы: абордажи, перестрелки, индейцы, страстные женщины, дуэли, необитаемые острова... Список можно продолжать и продолжать, по насыщенности приключениями Вулф может дать фору любым классикам типа Сабатини. Несмотря на целенаправленное противопоставление своего текста другим романам пиратской тематики, Вулф подчёркивает, что романтика свободы, равенства, братства независимых мореплавателей действительно существовала, и именно она столь привлекательна в подобном образе жизни, и именно к ней стремится главный герой, простой и не слишком склонный к рефлексии парень. Недаром в оригинале роман называется Пиратская Свобода. И жизнь героя, который в каждом своём поступке следует только собственным принципам и убеждениям, в наилучшей мере выражает и иллюстрирует идеал экзистенциального бунта. Поэтому мне представляется, что данный роман Вулфа более глубок, нежели кажется на первый взгляд».
ALLEGORY (Лаборатория фантастики):
«Ещё более красиво, изящно и умно то, как Вулф показывает эпоху, регион, котёл страстей, в котором смешались национальности, кровь, языки. Показывает, что pirate freedom — это, скорей, жестокая, но скучная экономика, нежели романтика. Что пиратская армада — это не «беспечные ездоки», а люди, занятые занудной работой. Это люди, которые убивают по необходимости. Люди, которые захватывают корабли «противника», но делают это нежно... ведь корабль надо потом продать. Это бизнес, господа, это почти что «коза ностра», которая делает своё общее дело более на «мусорном бизнесе» или «профсоюзных деньгах», нежели «в плащах и шляпах» и при помощи «томми-ганов», как любят изображать в кино. Не забываем сейчас ещё и о том, что показано всё это читателю, чьё сознание замусорено в лучшем случае читанным в детстве Сабатини, а в худшем — диснеевским аттракционом. Ценю. Так же высоко ценю, что хорошо знакомый поклонникам фирменный вулфовский стиль изложения — бесстрастный, полностью лишённый эмоций монолог от первого лица — дивно работает именно в этом романе, делая жуткое — обыденным, а страшное — смешным. Не менее высоко ценю сквозной линией проходящие по тексту размышления о христианских ценностях, о сути силы, об искуплении.. нет, дальше перечислять не буду, ни к чему это)».
Статьи по теме:
