Оперная прима Елена Образцова оказалась главным музыкальным ньюсмейкером начала осени. Сначала она провела в Санкт-Петербурге международный конкурс теноров имени Паваротти, придумав его, осуществив и став председателем жюри, а на этой неделе попав в центр внимания прессы из-за своего ухода с поста художественного руководителя оперы Михайловского театра.
Несколько лет назад, когда меценат, "банановый король" и директор Михайловского театра Владимир Кехман затеял перестройку бывшего в упадке Малого Музыкального театра имени Мусоргского, именно Елена Образцова должна была придать блеск и статус этим преобразованиям.
Теперь Образцова уходит из петербургского театра без шума и особого скандала. Она спокойно говорит об отменах премьер, которые связывались с ее именем как худрука оперы Михайловского. Хотя, возможно, именно они и являются причиной того, что с начала октября Образцова формально больше не работает у Кехмана.
Тигрица на авансцене
Возможно, тандем Образцова-Кехман сложился бы более удачно и просуществовал много лет, если бы Народная артистка СССР довольствовалась ролью "свадебной генеральши" при театре.
Однако не в правилах Образцовой находиться на заднем плане. Фактически переехав из Москвы в Петербург (свой родной город, где она провела детство и пережила почти всю блокаду), она непосредственно контролировала и репертуарную политику, и работу над конкретными спектаклями.
С ее деятельностью связан выпуск таких премьер, как "Сельская честь" Масканьи и "Любовный напиток" Доницетти. В обоих случаях театру удалось заполучить итальянские постановочные группы.
"Сельскую честь" в постановке Лилианы Кавани, стилизованной под итальянский неореализм середины ХХ века, перенесли на петербургскую сцену в готовом виде. Работа над "Любовным напитком" шла на базе Михайловского театра, но режиссер, дирижер, художник и практически все исполнители основных партий также были выписаны из Италии - во многом стараниями лично Образцовой.
Не чуждая, в отличие от многих своих коллег-ровесниц, современным театральным веяниям, но и не сторонница "авангардистской" оперной режиссуры, она способствовала появлению на свет одного из самых успешных проектов в российском музыкальном театре.
Русско-итальянский "Любовный напиток" решен как уважительно-ироничная игра в классическую оперу, на сцене находится место и для велосипедов, и для мотороллеров, заезжий торговец-шарлатан превращается в странствующего клоуна и показывает фокусы, но в остальном чистенькие пейзане валяются в сене, как и сто пятьдесят лет назад. А поют при этом так, как давно уже не поют ни в авангардистских, ни в традиционных оперных постановках.
Без непосредственного влияния Образцовой, но надо думать, не без ее ведома была радикально переработана для постановки "Спартака" партитура Хачатуряна: к балетной музыке были дописаны монументальные хоровые партии на латинском языке, превратив танцевальную музыку фактически в масштабную ораторию.
Михайловский "Спартак" стал самым громким и отчасти скандальным событием в мире российского музыкального театра в уходящем году, разделив публику на противников, отказывающихся видеть в новом "Спартаке" даже подобие балетного искусства, и ярых сторонников.
Действительно, "большой" стиль "Спартака" Григоровича - и тот в сравнении с "блокбастером" Михайловского театра выглядит скромным и независимым арт-проектом: пятимилионный (в евро!) бюджет, 400 человек массовки, живые тигры...
До поры до времени все это только радовало Елену Васильевну, особенно тигрица на авансцене - Образцова известна как любительница животных. Две ее собачки, Кармен и Мюзетта, неотлучно находятся при ней во всех гастрольных поездках, а о задействованной в "Спартаке" тигрице, которую, между прочим, за немалые деньги арендовали в Москве и каждый раз специально ради спектакля вывозили в Петербург, отзывалась однозначно: "Она прелесть!"
"Нет повода раздувать скандал..."
Еще весной, когда Михайловский театр привез в Москву "Сельскую честь" в рамках фестиваля "Черешневый лес", в отношениях между Образцовой и Кехманом наблюдалась полная идиллия.
На роскошном банкете, устроенном "Боско ди Чильеджи" по поводу гастролей Михайловского, Образцова и Кехман являли собой образец взаимопонимания между директором и художественным руководителем театра.
Но уже летом начались неприятности. Одна за другой отменялись намеченные оперные премьеры. Сначала был "прикрыт" на стадии полуготовности "Евгений Онегин". Затем стало известно, что не появится в репертуаре театра "Орестея".
Комментируя по нашей просьбе эти истории, Образцова высказалась дипломатично: - Тут нет повода раздувать скандал, как это сейчас для чего-то пытаются делать. С "Евгением Онегиным" получилось следующее. Дирекция театра и я как художественный руководитель оперы "купились" на то, что это будет "как у Станиславского". Но потом я пришла на один из просмотров, посмотрела, что получилось. Например, когда Ленский после выстрела падает, в этом спектакле громко каркают вороны. Что это такое? И подобных моментов было много. Разумеется, выпускать это было нельзя. С "Орестеей" Танеева получилось иначе. Я сразу была против, говорила, что публика не знает эту оперу и ходить на нее не будет. А я уважаю публику и вообще считаю, что если опера столько лет не шла, не была востребована театром, значит, что-то с ней не так…»
Тем не менее сотрудничество Образцовой с Михайловским театром в качестве худрука оперы официально завершилось. Правда, это не значит, что творческие отношения с коллективом разорваны окончательно.
Тем более не собирается Образцова покидать родной Петербург. Она остается солисткой Большого театра, время от времени поет в Москве сольные камерные программы, но вся ее основная деятельность и дальше будет протекать в городе на Неве.
Ведь там находится офис ее Культурного центра, там проходят организованные ею конкурсы молодых оперных исполнителей, следующий из которых должен состояться уже будущим летом.
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
Статьи по теме:
