Подписаться на обновления
22 маяВторник

usd цб 62.5327

eur цб 73.3321

днём
ночью

Восх.
Зах.

18+

ОбществоЭкономикаВ миреКультураМедиаТехнологииЗдоровьеЭкзотикаКнигиКорреспонденция
Литература  Кино  Музыка  Масскульт  Драматический театр  Музыкальный театр  Изобразительное искусство  В контексте  Андеграунд  Открытая библиотека 
Ирина Лукьянова, писательница, журналист, преподаватель литературы   четверг, 26 апреля 2018 года, 19:00

«Обломов»: ради чего вставать с дивана
Русская душа в контексте русской литературы


   увеличить размер шрифта уменьшить размер шрифта распечатать отправить ссылку добавить в избранное код для вставки в блог




Что нам за дело до ленивого помещика, жившего полтораста лет назад? Вроде бы никакого, если бы чуть ли не каждый из нас не обнаруживал в глубине своей души Обломова, не мечтал бы лежать на диване и покрикивать: «Захаааар!» Сейчас уже не говорят об обломовщине, зато говорят о прокрастинации. А старшеклассники считают, что Обломов — типичный хикикомори и был бы счастлив, если бы у него был компьютер. Может, это такая русская душа? Вечный Емеля, лежащий на самоходной печи? Или русский Гамлет, и «сойти с дивана иль не сойти» — наш вечный вопрос?

Сонная немощь

Помню, когда после школы первый раз начала перечитывать «Обломова» Гончарова, шли новогодние каникулы, мне не надо было никуда идти, я лежала на диване и читала о том, как другой человек лежит на диване. Но уже через 4 часа этого удовольствия мне захотелось бешено вскочить, бегать вокруг дома и хоть что-то активно делать, чтобы стряхнуть ту сонную немощь, которую на меня так усердно нагнал Гончаров.

Когда «Обломова» прочитал Салтыков-Щедрин, он довольно жестко описал свои впечатления в одном личном письме: «я обломал об него весь мозг». «Если нам, читателям, было тяжко провести с Обломовым 2 часа, то каково же было автору провести с ним 9 лет?» — восклицает он.

Действительно, роман очень нединамичный, очень медленный. Зачем Гончаров «насыпал столько маку», по словам того же Салтыкова-Щедрина? Зачем он будто повязывает читателя по рукам и ногам, парализует волю? А ведь он сознательно это делает. В Обломовке нет романтических пейзажей, морей, гор, и почему-то нам полстраницы рассказывают о том, чего там нет. Там нет моря, над которым носятся чайки, нет того, нет сего… Это как релаксационная запись с легким гипнозом, где спокойный голос говорит «вообразите море, его волны медленно накатывают на берег», и человек убаюкивается и засыпает. И вот когда читатель романа Гончарова уже тоже готов всхрапнуть, его погружают в мир Обломовки — спокойный, мирный, круглый, где все идет по заповеданному распорядку, где даже грозы гремят только в Ильин день. И само название «Ооблоомоов» — такое кругленькое, с тремя кругленькими «о».

Английский сплин или русская хандра

Как-то я провела опрос у своего 11-го класса, почему «Обломов» интересен современному человеку. Ответы были довольно любопытны: «Потому что каждый из нас — Обломов», «Все мы прокрастинируем и не знаем, как себя стащить с дивана», «В каком-то смысле Обломов прав: а зачем нужны все эти телодвижения?», «Обломов — это такой японский хикикомори, если ему дать компьютер и подставлять тарелку с едой под дверь — он будет счастлив». И действительно, виртуальный мир Обломова, в который он погружен, намного лучше реального!

«Обломов» был одним из первых русских романов. На тот момент в литературе стояла задача произвести великий русский роман, которого еще не было. У французов и англичан сколько угодно, у нас — великолепная поэзия Пушкина и Лермонтова, а романа нет. Что мы хотим показать в «великом русском романе»? Об этом задумывались все литераторы.

Об эпидемии хандры — или английского сплина — все уже к тому моменту слышали. Хандра гонит Печорина неизвестно куда, хандра не дает остановиться на чем-либо конкретном Онегину. Что с ними такое, может быть, это Байрон навеял такую вот иностранную заразу? Романтические герои во всем разочарованы, они бегут в леса, поля, глушь, экзотические страны. Там предаются мечтаниям, снам, сказкам, как гофмановские персонажи. Может быть, действительно это все — просто романтика?

Но разве Обломов — романтический герой? Это большой вопрос.

На момент выхода романа Гончарова уже вовсю правил бал реализм, романтика становится никому не интересна. Но Обломов продолжает пребывать в своем зачарованном мире, из которого не в состоянии выйти. Может быть, все-таки это наша национальная черта? Гончаров едет к себе на родину в Симбирск и видит совершенно застывшую русскую провинцию, про которую Герцен потом писал, что только в Петербурге 19 век, а за околицей — уже 17-й. И вот это сонное царство и 17 век Гончаров действительно наблюдает в провинции.

А какие сказки рассказывают в русской деревне? О том, как скатерть-самобранка сама приносит прекрасную еду. О том, как Емеля, не вставая с печи, завоевывает мир. И вот возникает Обломовка — совершенный русский рай. Где ничего не надо делать, где молочные реки и кисельные берега. Детские симбирские воспоминания Гончарова встраиваются сюда совершенно логично.

Но при этом оказывается, что роман не столько о русском духе, а сколько о самом герое, который Гончарову, между прочим, дался очень трудно. Гончаров, рисуя Обломова, ориентировался на то вечное, что есть в каждом человеке, — и потому, видно, его Обломов получился именно таким. А что в человеке вечное? Красота, душевный покой, стабильность, неизменность, тяга к гармоничным отношениям и желание мира. Кому из нас не хочется мира, покоя? Еще Пушкин писал: «На свете счастья нет, а есть покой и воля». Покой сам по себе — это неплохо, особенно когда живешь такой сумасшедшей жизнью, как сейчас. Наверное, у всех есть такая мечта: пожить в Обломовке, отдохнуть там душой, остановиться… И у каждого, думаю, есть такое абсолютно безмятежное место из детства — золотое, неизменное, где ты был совершенно счастлив и защищен со всех сторон: родительская дача, бабушкина деревня. Это место счастья и место силы. Свою стойкость мы черпаем из таких вот детских воспоминаний. И очень часто эта Обломовка нами утрачивается, как и самим Ильей Ильичом.

Под влиянием социума Обломов — и современный человек — съеживается, сдувается, впадает в апатию. Он лежит такой, скукожившись, натянув капюшончик или закутавшись в халатик и плед, в позе эмбриона, на диване. Это защита от агрессивных всех. Вроде бы, получается, роман Гончарова — социальный? По крайней мере, современники его именно так трактовали. Социальный роман был тогда на повестке дня, было важно говорить о несправедливости, о крепостном праве и прочее. Но действительно ли он социальный? Обломов ведь не о судьбах мира размышляет и не в аскетическое житие уходит. Обломов — барин, бездельник: у него есть триста захаров, которые на него работают.

Правда, у самого Захара нет вот таких триста «маленьких захаров», но он ничуть не меньше Обломов, чем сам Обломов. У него тоже все круглое, спокойное, по определенному плану: родились, крестились, свадьба, новые крестины, смерть — по вечному кругу. Окна мыть к Пасхе, яблоки собирать к Спасу и так далее. Он не делает лишних движений, чтобы не выйти из покоя. «Что, клоп? Ну, клоп. Его не я создал, и мне за каждым клопом в норку не налазиться». Он просто не впускает неприятности в свое сердце.

Нет, все-таки не совсем это о социальных отношениях и рабстве.

Печной богатырь

Что же такого в Обломове, что он воспринимается сразу как «наш, русский», даже вразрез с Печориным и Онегиным, которые с «иностранной заразой», сплином? Возьмем самое начало. Лежит в кровати прекрасный молодой человек, которого зовут Илья и которому 33 года. Кого при этом мы все вспоминаем? Конечно, Илью Муромца, наделенного богатырской силушкой. Который сойти с печи не может: ножки у него не ходят. И нет такого, из-за чего бы стоило встать, победить, защитить, изменить. Зато есть печь или уютный халат — и Обломов во все это очень хорошо закопался. У него столько слоев защиты от внешнего мира, что ему очень трудно туда выйти: халат, уют, дом, Захар, Обломовка. И в этом внешнем мире тоже ничего не происходит такого, что заставило бы его преодолеть все эти слои.

Посмотрим на то, в какой комнате лежит Обломов. Все русские писатели к тому времени уже хорошо научились показывать характер героя через интерьер его жилища. И лучше всего это сделал Гоголь в «Мертвых душах». Описание жилища Обломова как раз к «Мертвым душам» нас и отсылает. При этом комната Ильи Ильича похожа на все интерьеры в «Мертвых душах» сразу. И финтифлюшки, как у Манилова, и грубые стулья, как у Собакевича, и все покрыто пылью, как у Плюшкина.

Что это говорит об Обломове? Да ничего. Он сам не знает, зачем ему все это нужно. Ему нужен только диван и халат. И человек, продолжая читать, уже начинает принюхиваться — а не помер ли он? Штольц как раз думает то же — и бесконечно теребит Обломова. «Теперь или никогда!» Да и все посетители Обломова стараются его вывести из состояния летаргического сна. Кстати, все приходящие хорошо перекликаются с каликами перехожими, которые посещают Илью Муромца на печи. А приходят к Илье Ильичу люди с говорящими фамилиями: Волков зовет развлекаться в свет, Судьбинский, с которым они начинали делать карьеру, говорит о трудоустройстве, журналист Пенкин предлагает новейшие романы. И тут, в разговоре с Пенкиным, Обломов говорит: «Человека-то вы не видите, только высмеиваете! Дайте мне человека!» И мы начинаем понимать, что не так уж все просто с якобы погибающей душой Обломова, его сонностью и вялостью.

Не видит он ни в одной из предлагаемых друзьями дорог ни смысла, ни гармонии. «Фу-фу, отойди, ты с мороза!» — только говорит Обломов. Идти в свет? Разве можно в толпе серьезно поговорить… Сидеть в департаменте — а жить-то когда? Это все суета. Тут натуральный Экклезиаст на диване вырисовывается. Он все проверил, и все для него суета сует и томление духа. Вроде бы, даже кажется, что он взыскует горнего. Но туда не вписывается «Захаааар!» по каждому поводу. Аскет, который ищет большего и не может жить без Захара, — какой-то неправильный.

Обломов предается не посту и молитвам, а мечтам. И жить ему в мечтах гораздо интересней, чем в реальной жизни. Опять не могу не вернуться к идее компьютерных игр. Там тоже можно за два часа спасти цивилизацию или раскрыть сложное преступление и почувствовать себя замечательным героем. Так и в снах и мечтах Обломова.

Еще мне Обломов напоминает Винни-Пуха. Когда ему приходит «страшное известие» о том, что с квартиры надо съезжать, он реагирует совершенно по-виннипуховски: «У-у-у, морока». Может, само рассосется? Обломов тоже стремится к похожей идеальной жизни: нора, горшочек с медом, прекрасная погода. Правда, когда в мечтах появляется окрошка и десерт, возникает вопрос: а откуда они должны взяться? Ах, да — скатерть-самобранка, как всегда в сказках, чтобы особенно не зацикливаться на житейских проблемах.

Обломов таким вырос, его опекали с детства. Сейчас это назовут гиперопекой. И сегодня из таких гиперопекаемых вырастают мальчики и девочки, которые сидят за компьютером и им ничего не надо. И мать стоит над ними и вопиет: «Ну захоти уже чего-нибудь! Вот посмотри, сколько курсов!» Ребенок еще не успел захотеть, но мать его уже записала. Как Штольц. Обломов еще не успел захотеть, а Штольц его уже куда-то тащит.

Что нужно Обломову

Можно ли считать, что он плохой? Он просто ленивый. Мы все ленивые. Он кроткий, смиренный, даже мудрый. И ведь всех этих приходящих людей что-то притягивает в Обломове. Что они находят в этом скучном человеке? Он содержателен, с ним интересно поговорить или хотя бы поспорить, он умный, глубокий, искренний и абсолютно неиспорченный. Это, в сущности, полная красоты человеческая душа.

В чем тогда проблема? Основное условие такой жизни, как намечталось Обломову, — это чтобы кто-то мог это состояние обеспечивать. Снова вспомню варианты ответов моих учеников на вопрос: «А кто так мог бы жить, как мечтает Обломов?» — «Тот, кто долго работал, заработал денег и отдыхает в пансионате», «Барин, на которого наработали поколения предков и у которого сейчас есть рабы», «Аскет, который свою духовную мудрость обменивает на приношения», «Инвалид». Вот как так получается, что вершиной мечтаний Обломова оказывается жизнь инвалида? Это хороший вопрос для ребенка, который хочет, чтобы от него все отстали, и сидеть целыми днями играть в закрытой комнате.

Обломов сознательно инвалидизирует себя, он не в состоянии прожить без того, чтобы за ним ухаживали другие люди. Гончаров очень ясно рисует это в самом начале: чернила засохли, везде пыль, а посреди этого лежит Илья Ильич, как новорожденный младенец. Чего он ждет от мира? Эта голубиная душа, невинная и чистая, которая тонко чувствует фальшь, которая честно привязывается к людям и любит, как дитя. Ждет, что накормят, убаюкают, приласкают — и вечно он будет пребывать в гармонии, как младенец в объятиях любящей матери. И от всех окружающих, и от любимой женщины он хочет, чтобы ему были мамой. Это, кстати, основной запрос, который сейчас многие люди посылают партнеру: а ты меня пойми, я тебе ничего не скажу, но ты мои мысли прочитай, ты должен был сам догадаться, подумать, предложил бы, позаботился, принес бы…

Ему и нужно такое понимание без слов. Слияние в каком-то безмолвном взаимопонимании. Он в мире ищет идеальную утробу. Он и Ольге Ильинской, которая его тормошит и тянет куда-то, говорит: «Прими меня таким, какой я есть».

Но и Ольга, и Штольц все время от него требуют: вставай, иди, займись руководством! А его никто не учил, как руководить имением. Знаете, это как ребенка учишь кататься на велосипеде: сначала поддерживаешь, потом отпускаешь и некоторое время, для подстраховки, рядом бежишь. И лишь потом уже он едет сам. А Штольц может Обломова либо пинать, либо за него это сделать. Никто не учит его, не идет рядом…

И ведь случилась страшная вещь: Обломовка уже не та, она совсем другая, нельзя вернуться в то место, где ты был счастлив. У Ильи Ильича остается Захар, у Захара — сюртук. А в Обломовке страшно, там недоимки, проблемы. Поэтому он и не едет туда, его Обломовка уже здесь, в его комнате, на его диване.

Укол в самое сердце

Но в мечтах у Обломова есть представление о какой-то невероятной красоте и печали, той гармонии, которая может пронзить душу насквозь хрустальной иглой и заставит вибрировать от счастья и замирать от жалости. У Ильи Ильича эти сильные чувства ассоциируются с арией Casta diva из оперы «Норма» Беллини. Вдруг он слышит эту арию в реальности, «живьем» — и ровно это с ним происходит: неземной красоты укол в самое сердце. И оказывается, что ради такой красоты жить-то и стоит. Он встает с дивана и распрямляется! Выбрасывает кучу хлама, надевает что-то новое. Его будто подключают к источнику энергии, он начинает ходить и читать. И вот и он, и Ольга — два незрелых человека — пытаются устроить какое-то будущее, о котором ни он, ни она не имеют ни малейшего представления. И никто не бежит рядом с их «велосипедом». В этом мире ужасно трудно, от Обломова все что-то требуют, и запала надолго у него не хватает.

Ему страшно. Мир вокруг полон суеты, дел, недобрых людей, мошенничества, — и он ему совсем неинтересен. Чтобы дойти до своей возлюбленной, как оказывается, надо стоптать 7 сапог, сгрызть 7 железных посохов. А Обломову совсем этого не хочется. И он начинает прятать голову в песок. Так себя ведут и наши дети: чем больше у них несданных зачетов, тем больше им хочется спрятаться под одеяло. Рано или поздно вся эта правда вылезает наружу в виде четвертной двойки или отчисления из вуза — а для Обломова в виде разорения, которое грозит ему неминуемой голодной смертью. Но он готов передать все это кому угодно. Ему все равно — пусть грабят, обманывают, главное, с него бы эту ношу сняли. Прочно спрятав голову в песок, он переезжает на Выборгскую сторону, в место, где его ждет Агафья Матвеевна и которое у Штольца означает окончательное разложение и верную смерть.

Обратный отсчет

Тут надо понимать, что любимую маму Гончарова звали Авдотья Матвеевна, и совершенно не просто так он отдает будущей жене Обломова имя мамы. Агафья Матвеевна дает ему эту совершенную материнскую помощь, которую Илья Ильич так искал. Не бездумную губящую любовь, а искреннюю, незаметную, живую.

Правда, со смыслом жизни ни у кого из героев так ничего и не вышло. Ни у Ольги, ни у Штольца, ни у самого Обломова. Роман движется к концу на полных парах. Обломов постепенно гибнет. Приехавший к нему Штольц приходит в ужас: «Что такое, Илья! Эта женщина! Этот ребенок!» — «Да, это моя жена, это мой сын», — совершенно спокойно отвечает Обломов. Он не пытается скрыться от досужих взглядов. Это те, кого он любит, к кому он привязан. В какой-то момент он даже находит силы встать с дивана и дать пощечину негодяю, который посмел оскорбить Штольца и Ольгу. То есть его внутренняя сила никуда не делась. И, кажется, в нем уже почти проснулся внутри взрослый человек, который принимает свою жизнь безо всяких иллюзий, хотя понимает, что, в общем-то, это не та жизнь, для которой он был рожден. И что он ее проиграл. Он закопал свой талант в землю — это абсолютно ясная мысль Гончарова.

Кто же в этом романе нашел смысл жизни? Об этом Гончаров пишет прямым текстом. Все хозяйство Агафьи Матвеевны обрело новый смысл: прежде она видела в этом обязанность, теперь это стало ее наслаждением. Она стала жить полно и разнообразно. Ее жизнь просияла, Бог вложил в ее жизнь душу — и лучей от пролетевших семи лет ей хватит до самой смерти.

Обломов подвигался к ней, как к огню, от которого все теплее и теплее, но который любить нельзя. И какая любовь тут оказывается возможной? Та самая беззаветная любовь, которую греки называли агапэ, — когда ты просто отдаешь, ничего не требуя для себя. Обломов нашел свою идеальную мать. Дальше ему двигаться было некуда — он вернулся в это лоно, свернулся в клубок, дальше остается только умирать, вернуться в свой гроб — и делает он это очень скоро.

Нашел ли он свою гармонию? Наверное. Не ту любовь, которая как божественный звук, как способность лететь, как ветка сирени, — что была у него с Ольгой. Этого нет. Остались покой, уют, память о том, что когда-то было. И Ольга прошла через этот опыт и стала взрослее — ей уже не хочется бежать, теребить, осталась лишь тоска по утраченному.

Хорошо ли Обломову? Нет, не очень. Он чувствует уколы совести, вскакивает с постели, иногда плачет. Потом взглянет на окружающих — и успокоится.

О том, что сильнее смерти

Свет, кротость, покой, чистота — вот, что у всех остается в памяти после смерти Обломова. Остается и Андрюша Обломов, которого берет к себе на воспитание Штольц. Агафья Матвеевна приходит навестить сына, голубит его и ласкает, и идет потом к Штольцам — ей ведь ничего от них не нужно: ни отчетов про Обломовку, ни денег, ни внимания. Она не умеет высказать ни горя, ни благодарности — а только бросится к Ольге, прильнет губами к ее рукам и зальется потоком таких горячих слез, что и та невольно заплачет с нею, а Андрей, взволнованный, поспешно уйдет из комнаты.

Вот странно: вроде грешник, поддался чревоугодию и лени — а как все его любят и горюют! Молятся и пребывают в светлой грусти. Что там, куда он ушел? Может, и покой, и небесная гармония — мы этого не знаем, Гончаров оставляет это на милосердие Божие.

А здесь остаются три человека, объединенные общими слезами и тем, что Михаил Отрадин, исследователь творчества Гончарова, называет катарсисом озарения. Действительно, это очищение души страданием, потому что у них был Обломов, который так нелепо себя погубил. И уже совершенно не важно, что есть Россия и есть Европа (соединенная в Андрее Ильиче Обломове: «Андрей» от Штольца, «Ильич» от Обломова), есть деятельность и есть бездеятельность, — все неважно. Потому что есть любовь.

И роман оказывается о том, что любовь сильнее смерти, — как и все хорошие романы в русской литературе.

Подготовила Анна Ершова

Источник: matrony.ru




ОТПРАВИТЬ:       



 




Статьи по теме:



Показать класс

Беседа с режиссером Светланой Астрецовой

«Класс». Так называется документальное кино о русском балете, премьера которого состоится 23 мая в Москве. Режиссеру фильма Светлане Астрецовой всего 27 лет, и это уже ее вторая документальная лента. Как стать уважаемым режиссером в столь молодом возрасте и при этом успевать писать стихи и выпускать книги, она рассказала в этом интервью.

21.05.2018 19:00, Данара Курманова


Сергей Довлатов и Светлана Меньшикова

Эпистолярный роман, который спас жизнь

Это была светлая и чистая история взаимоотношений неизвестного тогда Сергея Довлатова и девушки, чью фотографию он увидел в газете. Это были первые яркие чувства, наполненные надеждой. Девять месяцев и сотни писем, в которых заключались тогда ожидание, счастье и верность. Позже Сергей Довлатов, став знаменитым писателем, признается: в далёкие 60-е годы Светлана Меньшикова спасла ему жизнь.

19.05.2018 19:00, arov, kulturologia.ru


Канны-2018

«Золотая пальмовая ветвь» кинокритиков «Фигаро»

Фильм «Лето» Кирилла Серебренникова согласно рейтингу французских кинокритиков может получить «Золотую пальмовую ветвь» 71-го Каннского кинофестиваля.

18.05.2018 19:00, inosmi.ru


О божьем даре и яичнице

Премьера в Театре Российской Армии

«Омлет» — вещь, обманчивая в своей простоте, как, собственно, и сам омлет «по фирменному рецепту», который в самом деле готовят актеры в процессе спектакля. Можно элементарно получить удовольствие от «вкусно» закрученной истории и актерского куража, с которым эта история разыгрывается, а можно попытаться всмотреться вглубь, ловя и складывая реминисценции и многочисленные авторские подсказки в объемный пазл.

17.05.2018 16:00, Светлана Остужева


Андрей Тарковский: «Совокупность людей, стремящихся к одной цели — наесться, — обречена на гибель»

Запись из дневника режиссера Андрея Тарковского (1932-1986) от 9 сентября 1970 года

«Несмотря на то, что в душе каждого живет Бог, способность аккумулировать вечное и доброе, в совокупности своей человеки могут только разрушать. Ибо объединились они не вокруг идеала, а во имя материальной идеи. Человечество поспешило защитить свое тело».

16.05.2018 19:00


«Вятка сделала на меня самое печальное влияние»

Воспоминания известных деятелей о ссылках

Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин был сослан в Вятскую губернию 28 апреля 1848 года. Вольнодумца, чьи резкие политические высказывания не понравились властям, на новом месте определили канцелярским чиновником. Салтыкову-Щедрину жизнь в богом забытой губернии медом не казалась. «Надобно знать, что такое за город Вятка, чтобы понимать всю горечь моего положения», – сокрушался он в письме к брату. Что еще рассказывал о жизни в ссылке Салтыков-Щедрин, и какие воспоминания о подобных периодах биографии сохранились у других известных ссыльных?

13.05.2018 19:00, Дарья Пащенко, diletant.media


New York’s Photo League

Рождение американской фотодокументалистики

Фотолига официально начала свое существование в 1936 году. Она возникла из существовавшей прежде Лиги кино и фотографий, а также организации ARR (международная организация помощи рабочим). Эти образования занимались документацией интернациональной деятельности левой политической группы. В ее поддержку организации выпускали фильмы и фото, информирующие общественность о том, что происходит среди рабочих. Впрочем, некоторые считали, что для Лиги кино и ARR в приоритете была фотография, а не политика.

13.05.2018 16:00, Зоя Алексеева, syg.ma


15 фильмов 71-го Каннского кинофестиваля

Годар, Ноэ, фон Триер, Серебренников и другие

С 8 по 19 мая проходит Каннский кинофестиваль. По традиции знакомим с картинами, которые с наибольшей долей вероятности будут определять ландшафт мирового авторского кино на год вперед.

12.05.2018 19:00, Павел Орлов, tvkinoradio.ru


Анатолий Зверев и Оксана Асеева: «Старуха, я тебя люблю!»

Роман художника и его музы

В конце 1960-х в Москве по улице Горького шли два не очень трезвых художника: Дмитрий Плавинский и Анатолий Зверев. Внезапно Плавинский предложил: «Давай зайдем в гости к Асеевой!» И уже через несколько минут нежданные гости сидели за накрытым столом: хрусталь, столовое серебро, дорогие закуски. В доме антикварная мебель, хорошая библиотека, живопись в солидных рамах. Но 37-летний Зверев, одетый в какие-то лохмотья, ничуть не смущен тем, насколько его внешний вид контрастирует с обстановкой: он, не отрываясь, смотрит на хозяйку, благородную даму, которой уже за семьдесят. Внезапно он восклицает: «Старуха, я тебя люблю!» Так начался роман одного из самых ярких художников-авангардистов ХХ века и вдовы поэта Николая Асеева, знаменитой «музы русского футуризма».

11.05.2018 19:00, izbrannoe.com


Прекрасно и смешно

5 баек про Мстислава Ростроповича

Коллега Ростроповича, занимавшая ответственный пост в консерватории, обратилась к нему как к зав. кафедрой виолончели с просьбой: «Мстислав Леопольдович, нельзя ли и мне преподавать на кафедре, получить сольный класс?» Ростропович отвел ее в сторону и громким шепотом сказал: «Лапочка, еще не все умерли, кто тебя слышал». Прошли годы, эта дама решила провести мастер-класс в Париже, а Ростропович пришел и записался первым в список на класс. Она, конечно, узнала об этом и не рискнула приехать.

10.05.2018 17:00, izbrannoe.com






 

Новости

Суд по интеллектуальным правам заключил соглашение о партнерстве с IPChain
Две организации будут создавать первую интеллектуальную сеть блокчейн в России.
Ресурсный центр «Открытая библиотека» представлен на конференции в РГБ
24 апреля в Российской государственной библиотеке состоялась секция «Библиотеки и издатели: пути сотрудничества» в рамках Международной научно-практической конференции «Румянцевские чтения – 2018». Президент Ассоциации интернет-издателей Иван Засурский представил на мероприятии проект Ресурсный центр «Открытая библиотека», а также рассказал участникам о том, как издатели могут использовать контент, перешедший в общественное достояние.
МАМТ снял ролик о закулисье оперы
Над созданием ролика поработало 446 сотрудников Московского музыкального театра имени Станиславского и Немировича-Данченко.
Умерла Нина Дорошина

Артистка скончалась на 84-м году жизни
Народная артистка РСФСР Нина Дорошина, сыгравшая одну из главных ролей в фильме Владимира Меньшова "Любовь и голуби", скончалась на 84-м году жизни. Эту информацию ТАСС подтвердили в пресс-службе департамента культуры Москвы.

Ресурсный центр «Открытая библиотека» в Костроме
17 апреля 2018 года в Костромской областной научной универсальной библиотеки состоялась презентация проекта «Открытая библиотека». Гостями презентации стали представители библиотечного сообщества города Костромы и Костромской области. Представители НП «Викимедиа РУ» Дмитрий Жуков, Владимир Медейко и Дмитрий Рожков, во взаимодействии с руководством библиотеки, довели до собравшейся аудитории информацию о новых цифровых веяниях в библиотечном деле, а так же рассказали о целях и задачах проекта «Открытая библиотека».

 

 

Мнения

Иван Бегтин

Слабость и ошибки

Выйти из ситуации без репутационных потерь не удастся

Сейчас блокировки и иные ограничения невозможно осуществлять без снижения качества жизни миллионов людей. Информационное потребление стало частью ежедневных потребностей, и сила государственного воздействия на эти потребности резко выросла, вызывая активное противодействие.

Владимир Яковлев

Зло не должно пройти дальше меня

Самое страшное зло в этом мире было совершено людьми уверенными, что они совершают добро

Зло не должно пройти дальше меня. Я очень люблю этот принцип. И давно стараюсь ему следовать. Но с этим принципом есть одна большая проблема.

Мария Баронова

Эпохальный вопрос

Кто за кого платит в ресторане, и почему в любой ситуации важно оставаться людьми

В комментариях возник вопрос: "Маша, ты платишь за мужчин в ресторанах?!". Кажется, настал момент залезть на броневичок и по этому вопросу.

Николай Подосокорский

Виртуальная дружба

Тенденции коммуникации в Facebook

Дружба в фейсбуке – вещь относительная. Вчера человек тебе писал, что восторгается тобой и твоей «сетевой деятельностью» (не спрашивайте меня, что это такое), а сегодня пишет, что ты ватник, мерзавец, «расчехлился» и вообще «с тобой все ясно» (стоит тебе написать то, что ты реально думаешь про Крым, Украину, США или Запад).

Дмитрий Волошин

Три типа трудоустройства

Почему следует попробовать себя в разных типах работы и найти свой

Мне повезло. За свою жизнь я попробовал все виды трудоустройства. Знаю, что не все считают это везением: мол, надо работать в одном месте, и долбить в одну точку. Что же, у меня и такой опыт есть. Двенадцать лет работал и долбил, был винтиком. Но сегодня хотелось бы порассуждать именно о видах трудоустройства. Глобально их три: найм, фриланс и свой бизнес.

«Этим занимаются контрабандисты, этим занимаются налетчики, этим занимаются воры»

Обращение Анатолия Карпова к участникам пресс-конференции «Музею Рериха грозит уничтожение»

Обращение Анатолия Карпова, председателя Совета Попечителей общественного Музея имени Н. К. Рериха Международного Центра Рерихов, президента Международной ассоциации фондов мира к участникам пресс-конференции, посвященной спасению наследия Рерихов в России.

Марат Гельман

Пособие по материализму

«О чем я думаю? Пытаюсь взрастить в себе материалиста. Но не получается»

Сегодня на пляж высыпало много людей. С точки зрения материалиста-исследователя, это было какое-то количество двуногих тел, предположим, тридцать мужчин и тридцать женщин. Высоких было больше, чем низких. Худых — больше, чем толстых. Блондинок мало. Половина — после пятидесяти, по восьмой части стариков и детей. Четверть — молодежь. Пытливый ученый, быть может, мог бы узнать объем мозга каждого из нас, цвет глаз, взял бы сорок анализов крови и как-то разделил бы всех по каким-то признакам. И даже сделал бы каждому за тысячу баксов генетический анализ.

Владимир Шахиджанян

Заново научиться писать

Как овладеть десятипальцевым методом набора на компьютере

Это удивительно и поразительно. Мы разбазариваем своё рабочее время и всё время жалуемся, мол, его не хватает, ничего не успеваем сделать. Вспомнилось почему-то, как на заре советской власти был популярен лозунг «Даёшь повсеместную грамотность!». Людей учили читать и писать. Вот и сегодня надо учить людей писать.

Дмитрий Волошин, facebook.com/DAVoloshin

Теория самоневерия

О том, почему мы боимся реальных действий

Мы живем в интересное время. Время открытых дискуссий, быстрых перемещений и медленных действий. Кажется, что все есть для принятия решений. Информация, много структурированной информации, масса, и средства ее анализа. Среда, открытая полемичная среда, наработанный навык высказывать свое мнение. Люди, много толковых людей, честных и деятельных, мечтающих изменить хоть что-то, мыслящих категориями целей, уходящих за пределы жизни.

facebook.com/ivan.usachev

Немая любовь

«Мы познакомились после концерта. Я закончил работу поздно, за полночь, оборудование собирал, вышел, смотрю, сидит на улице, одинокая такая. Я её узнал — видел на сцене. Я к ней подошёл, начал разговаривать, а она мне "ыыы". Потом блокнот достала, написала своё имя, и добавила, что ехать ей некуда, с парнем поссорилась, а родители в другом городе. Ну, я её и пригласил к себе. На тот момент жена уже съехала. Так и живём вместе полгода».

Александр Чанцев

Вскоре похолодало

Уикэндовое кино от Александра Чанцева

Радость и разочарование от новинок, маргинальные фильмы прошлых лет и вечное сияние классики.

Ясен Засурский

Одна история, разные школы

Президент журфака МГУ Ясен Засурский том, как добиться единства подходов к прошлому

В последнее время много говорилось о том, что учебник истории должен быть единым. Хотя очевидно, что в итоге один учебник превратится во множество разных. И вот почему.

Ивар Максутов

Необратимые процессы

Тяжелый и мучительный путь общества к равенству

Любая дискриминация одного человека другим недопустима. Какой бы причиной или критерием это не было бы обусловлено. Способностью решать квадратные уравнения, пониманием различия между трансцендентным и трансцендентальным или предпочтениям в еде, вине или сексуальных удовольствиях.

Александр Феденко

Алексей Толстой, призраки на кончике носа

Александр Феденко о скрытых смыслах в сказке «Буратино»

Вы задумывались, что заставило известного писателя Алексея Толстого взять произведение другого писателя, тоже вполне известного, пересказать его и опубликовать под своим именем?

Игорь Фунт

Черноморские хроники: «Подогнал чёрт работёнку»...

Записки вятского лоха. Июнь, 2015

Невероятно красивая и молодая, размазанная тушью баба выла благим матом на всю курортную округу. Вряд ли это был её муж – что, впрочем, только догадки. Просто она очень напоминала человека, у которого рухнули мечты. Причём все разом и навсегда. Жёны же, как правило, прикрыты нерушимым штампом в серпасто-молоткастом: в нём недвижимость, машины, дачи благоверного etc.

Марат Гельман

Четыре способа как можно дольше не исчезнуть

Почему такая естественная вещь как смерть воспринимается нами как трагедия?

Надо просто прожить свою жизнь, исполнить то что предначертано, придет время - умереть, но не исчезнуть. Иначе чистая химия. Иначе ничего кроме удовольствий значения не имеет.

Андрей Мирошниченко, медиа-футурист, автор «Human as media. The emancipation of authorship»

О роли дефицита и избытка в медиа и не только

В презентации швейцарского футуриста Герда Леонарда (Gerd Leonhard) о будущем медиа есть замечательный слайд: кролик окружен обступающей его морковью. Надпись гласит: «Будь готов к избытку. Распространение, то есть доступ к информации, больше не будет проблемой…».

Михаил Эпштейн

Симпсихоз. Душа - госпожа и рабыня

Природе известно такое явление, как симбиоз - совместное существование организмов разных видов, их биологическая взаимозависимость. Это явление во многом остается загадкой для науки, хотя было обнаружено швейцарским ученым С. Швенденером еще в 1877 г. при изучении лишайников, которые, как выяснилось, представляют собой комплексные организмы, состоящие из водоросли и гриба. Такая же сила нерасторжимости может действовать и между людьми - на психическом, а не биологическом уровне.

Игорь Фунт

Евровидение, тверкинг и Винни-Пух

«Простаквашинское» уныние Полины Гагариной

Полина Гагарина с её интернациональной авторской бригадой (Габриэль Аларес, Иоаким Бьёрнберг, Катрина Нурберген, Леонид Гуткин, Владимир Матецкий) решили взять Евровидение-2015 непревзойдённой напевностью и ласковым образным месседжем ко всему миру, на разум и благодатность которого мы полагаемся.

Петр Щедровицкий

Социальная мечтательность

Истоки и смысл русского коммунизма

«Pyccкиe вce cклoнны вocпpинимaть тoтaлитapнo, им чyжд cкeптичecкий кpитицизм эaпaдныx людeй. Этo ecть нeдocтaтoк, npивoдящий к cмeшeнияи и пoдмeнaм, нo этo тaкжe дocтoинcтвo и yкaзyeт нa peлигиoзнyю цeлocтнocть pyccкoй дyши».
Н.А. Бердяев

Лев Симкин

Человек из наградного листа

На сайте «Подвиг народа» висят наградные листы на Симкина Семена Исааковича. Моего отца. Он сам их не так давно увидел впервые. Все четыре. Последний, 1985 года, не в счет, тогда Черненко наградил всех ветеранов орденами Отечественной войны. А остальные, те, что датированы сорок третьим, сорок четвертым и сорок пятым годами, выслушал с большим интересом. Выслушал, потому что самому читать ему трудновато, шрифт мелковат. Все же девяносто.

 

Календарь

Олег Давыдов

Колесо Екатерины

Ток страданий, текущий сквозь время

7 декабря православная церковь отмечает день памяти великомученицы Екатерины Александрийской. Эта святая считалась на Руси покровительницей свадеб и беременных женщин. В её день девушки гадали о суженом, а парни устраивали гонки на санках (и потому Екатерину называли Санницей). В общем, это был один из самых весёлых праздников в году. Однако в истории Екатерины нет ничего весёлого.

Ив Фэрбенкс

Нельсон Мандела, 1918-2013

5 декабря 2013 года в Йоханнесбурге в возрасте 95 лет скончался Нельсон Мандела. Когда он болел, Ив Фэрбенкс написала эту статью о его жизни и наследии

Достижения Нельсона Ролилахлы Манделы, первого избранного демократическим путем президента Южной Африки, поставили его в один ряд с такими людьми, как Джордж Вашингтон и Авраам Линкольн, и ввели в пантеон редких личностей, которые своей глубокой проницательностью и четким видением будущего преобразовывали целые страны. Брошенный на 27 лет за решетку белым меньшинством ЮАР, Мандела в 1990 году вышел из заточения, готовый простить своих угнетателей и применить свою власть не для мщения, а для создания новой страны, основанной на расовом примирении.

Молот ведьм. Существует ли колдовство?

5 декабря 1484 года началась охота на ведьм

5 декабря 1484 года была издана знаменитая «ведовская булла» папы Иннокентия VIII — Summis desiderantes. С этого дня святая инквизиция, до сих пор увлечённо следившая за чистотой христианской веры и соблюдением догматов, взялась за то, чтобы уничтожить всех ведьм и вообще задушить колдовство. А в 1486 году свет увидела книга «Молот ведьм». И вскоре обогнала по тиражам даже Библию.

Максим Медведев

Фриц Ланг. Апология усталой смерти

125 лет назад, 5 декабря 1890 года, родился режиссёр великих фильмов «Доктор Мабузе…», «Нибелунги», «Метрополис» и «М»

Фриц Ланг являет собой редкий пример классика мирового кино, к работам которого мало применимы собственно кинематографические понятия. Его фильмы имеют гораздо больше параллелей в старых искусствах — опере, балете, литературе, архитектуре и живописи — нежели в пространстве относительно молодой десятой музы.

Игорь Фунт

А портрет был замечателен!

5 декабря 1911 года скончался русский живописец и график Валентин Серов

…Судьба с детства свела Валентина Серова с семьёй Симонович, с сёстрами Ниной, Марией, Надеждой и Аделаидой (Лялей). Он бесконечно любил их, часто рисовал. Однажды Маша и Надя самозабвенно играли на фортепьяно в четыре руки. Увлеклись и не заметили, как братик Антоша-Валентоша подкрался сзади и связал их длинные косы. Ох и посмеялся Антон, когда сёстры попробовали встать!

Юлия Макарова, Мария Русакова

Попробуй, обними!

4 декабря - Всемирный день объятий

В последнее время появляется всё больше сообщений о международном движении Обнимающих — людей, которые регулярно встречаются, чтобы тепло обнять друг друга, а также проводят уличные акции: предлагают обняться прохожим. Акции «Обнимемся?» проходят в Москве, Санкт-Петербурге и других городах России.

Илья Миллер

Благодаря Годара

85 лет назад, 3 декабря 1930 года, родился великий кинорежиссёр, стоявший у истоков французской новой волны

Имя Жан-Люка Годара окутано анекдотами, как ни одно другое имя в кинематографе. И это логично — ведь и фильмы его зачастую представляют собой не что иное, как связки анекдотов и виньеток, иногда даже не скреплённые единым сюжетом.

Денис Драгунский

Революционер де Сад

2 декабря 1814 года скончался философ и писатель, от чьего имени происходит слово «садизм»

Говорят, в штурме Бастилии был виноват маркиз де Сад. Говорят, он там как раз сидел, в июле месяце 1789 года, в компании примерно десятка заключённых.

Александр Головков

Царствование несбывшихся надежд

190 лет назад, 1 декабря 1825 года, умер император Александра I, правивший Россией с 1801 по 1825 год

Александр I стал первым и последним правителем России, обходившимся без органов, охраняющих государственную безопасность методами тайного сыска. Четверть века так прожили, и государство не погибло. Кроме того, он вплотную подошёл к черте, за которой страна могла бы избавиться от рабства. А также, одержав победу над Наполеоном, возглавил коалицию европейских монархов.

Александр Головков

Зигзаги судьбы Маршала Победы

1 декабря 1896 года родился Георгий Константинович Жуков

Его заслуги перед отечеством были признаны официально и всенародно, отмечены высочайшими наградами, которых не имел никто другой. Потом эти заслуги замалчивались, оспаривались, отрицались и снова признавались полностью или частично.


 

Интервью

Энрико Диндо: «Главное – оставаться собой»

20 ноября в Большом зале Московской консерватории в рамках IХ Международного фестиваля Vivacello выступил Камерный оркестр «Солисты Павии» во главе с виолончелистом-виртуозом Энрико Диндо.

В 1997 году он стал победителем конкурса Ростроповича в Париже, маэстро сказал тогда о нем: «Диндо – виолончелист исключительных качеств, настоящий артист и сформировавшийся музыкант с экстраординарным звуком, льющимся, как великолепный итальянский голос». С 2001 года до последних дней Мстислав Ростропович был почетным президентом оркестра I Solisti di Pavia. Благодаря таланту и энтузиазму Энрико Диндо ансамбль добился огромных успехов и завоевал признание на родине в Италии и за ее пределами. Перед концертом нам удалось немного поговорить.

«Музыка Земли» нашей

Пианист Борис Березовский не перестает удивлять своих поклонников: то Прокофьева сыграет словно Шопена – нежно и лирично, то предстанет за роялем как деликатный и изысканный концертмейстер – это он-то, привыкший быть солистом. Теперь вот выступил в роли художественного руководителя фестиваля-конкурса «Музыка Земли», где объединил фольклор и классику. О концепции фестиваля и его участниках «Частному корреспонденту» рассказал сам Борис Березовский.

Александр Привалов: «Школа умерла – никто не заметил»

Покуда школой не озаботится общество, она так и будет деградировать под уверенным руководством реформаторов

Конец учебного года на короткое время поднял на первые полосы школьную тему. Мы воспользовались этим для того, чтобы побеседовать о судьбе российского образования с научным редактором журнала «Эксперт» Александром Николаевичем Приваловым. Разговор шёл о подлинных целях реформы образования, о том, какими знаниями и способностями обладают в реальности выпускники последних лет, бесправных учителях, заинтересованных и незаинтересованных родителях. А также о том, что нужно, чтобы возродить российскую среднюю школу.

Василий Голованов: «Путешествие начинается с готовности сердца отозваться»

С писателем и путешественником Василием Головановым мы поговорили о едва ли не самых важных вещах в жизни – литературе, путешествиях и изменении сознания. Исламский радикализм и математическая формула языка Платонова, анархизм и Хлебников – беседа заводила далеко.

Дик Свааб: «Мы — это наш мозг»

Всемирно известный нейробиолог о том, какие значимые открытия произошли в нейронауке в последнее время, почему сексуальную ориентацию не выбирают, куда смотреть молодым ученым и что не так с рациональностью

Плод осознанного мыслительного процесса ни в коем случае нельзя считать продуктом заведомо более высокого качества, чем неосознанный выбор. Иногда рациональное мышление мешает принять правильное решение.

«Триатлон – это новый ответ на кризис среднего возраста»

Михаил Иванов – тот самый Иванов, основатель и руководитель издательства «Манн, Иванов и Фербер». В 2014 году он продал свою долю в бизнесе и теперь живет в США, открыл новый бизнес: онлайн-библиотеку саммари на максимально полезные книги – Smart Reading.

Андрей Яхимович: «Играть спинным мозгом, развивать анти-деньги»

Беседа с Андреем Яхимовичем (группа «Цемент»), одним из тех, кто создавал не только латвийский, но и советский рок, основателем Рижского рок-клуба, мудрым контркультурщиком и настоящим рижанином – как хороший кофе с черным бальзамом с интересным собеседником в Старом городе Риги. Неожиданно, обреченно весело и парадоксально.

«Каждая собака – личность»

Интервью со специалистом по поведению собак

Антуан Наджарян — известный на всю Россию специалист по поведению собак. Когда его сравнивают с кинологами, он утверждает, что его работа — нечто совсем другое, и просит не путать. Владельцы собак недаром обращаются к Наджаряну со всей страны: то, что от творит с животными, поразительно и кажется невозможным.

«Самое большое зло, которое может быть в нашей профессии — участие в создании пропаганды»

Правила журналистов

При написании любого текста я исхожу из того, что никому не интересно мое мнение о происходящем. Читателям нужно само происходящее, моя же задача - максимально корректно отзеркалить им картинку. Безусловно, у меня есть свои личные пристрастия и политические взгляды, но я оставлю их при себе. Ведь ни один врач не сообщает вам с порога, что он - член ЛДПР.

Юрий Арабов: «Как только я найду Бога – умру, но для меня это будет счастьем»

Юрий Арабов – один из самых успешных и известных российских сценаристов. Он работает с очень разными по мировоззрению и стилистике режиссёрами. Последние работы Арабова – «Фауст» Александра Сокурова, «Юрьев день» Кирилла Серебренникова, «Полторы комнаты» Андрея Хржановского, «Чудо» Александра Прошкина, «Орда» Андрея Прошкина. Все эти фильмы были встречены критикой и зрителями с большим интересом, все стали событиями. Трудно поверить, что эти сюжеты придуманы и написаны одним человеком. Наш корреспондент поговорила с Юрием Арабовым о его детстве и Москве 60-х годов, о героях его сценариев и религиозном поиске.