В новом году очередной страной — председателем Евросоюза стала Испания. Эту норму вступивший в силу Лиссабонский договор не отменил. Но поскольку тот же Лиссабонский договор ввёл пост постоянного президента Совета Европы, в ЕС впервые сложилась некая похожая на треногу конструкция, своеобразный властный триумвират из президента Хермана Ван Ромпёя, председателя Еврокомиссии Жозе Мануэла Баррозу и премьера Испании Хосе Луиса Родригеса Сапатеро.
Испания председательствует в Евросоюзе уже в четвёртый раз, но теперь правила изменились и она должна опробовать новый порядок функционирования европейских государственных институтов. Мадриду придётся вырабатывать его методом проб и ошибок. Тут речь идёт о разделении ответственности с европейским правительством.
Начать с того, что впервые испанский премьер не является главой ЕС. Сапатеро уступил лидерство президенту ЕС бельгийцу Ван Ромпёю. Ему на 2,5 года полагаются почёт и обязанности главы страны-председателя — вести заседания Совета Европы, совершать официальные визиты, встречаться с прессой. Министр иностранных дел Швеции Бильдт передал свой мандат британке Эштон, а не испанскому коллеге Моратиносу. Правда, испанский премьер будет хозяином на тех саммитах ЕС, которые пройдут в его стране, к примеру саммит ЕС — США.
В начале января в Мадриде на презентации председательства Испании в Евросоюзе Сапатеро встретился с Ван Ромпёем, Баррозу и верховным представителем ЕС по внешней политике и безопасности Кэтрин Эштон. Обсуждались договорённости, которые должны помочь избежать конфликтных ситуаций между постоянным президентом и главой страны-председателя. Было продекларировано, что задача председательства Испании — интегрировать сложные функции Лиссабонского договора. Глава МИД Испании Моратинос заверил: «Это будет не соперничество, а координация и дополняемость. Мы окажем поддержку новым чиновникам», отметив, что президент Ван Ромпёй и верховный представитель ЕС «должны дать новый импульс развитию ЕС в период председательства Испании».
Сапатеро хочет, чтобы это председательство имело «переходный характер», итогом которого должна стать «институциональная консолидация» Евросоюза. «Я заверил Ван Ромпёя в полной поддержке Испании. Мы вместе оценили, как наилучшим образом осуществлять эффективное сотрудничество», — заявил испанский премьер. В свою очередь известный мастер компромисса Ван Ромпёй отметил, что для него «большая честь работать с таким опытным политиком, как премьер Сапатеро», и подчеркнул важность выработки «общего голоса единой Европы».
Таковы протокольные заявления по случаю праздничных мероприятий. Но что имеет Евросоюз на практике? Глава МИД Испании Моратинес обозначил очень амбициозные цели страны как лидера евросообщества, чья роль должна стать определяющей «во всех секторах — политике, экономике, государственном строительстве и безопасности».
Однако в реальности у Испании ныне меньше прав в ЕС не только из-за наличия президента Евросовета и председателя Еврокомиссии. Авторитет Испании не бесспорен, во-первых, потому, что перед принятием Лиссабонского договора она частенько поддерживала требования восточноевропейских стран типа Польши. Во-вторых, неизбежно сравнение с весьма успешным председательством Швеции, оставившим большой объём наработок по проблемам ЕС.
Но главное, Испания приняла председательство в судьбоносный для Европы период максимума экономического кризиса. Сапатеро предлагает странам ЕС закрепить экономические цели в плане развития до 2020 года. Испания декларирует не просто желание противостоять экономическим вызовам, но обозначить новые цели роста и выработать новую европейскую стратегию. По заявлению вице-премьера Испании Мануэля Чавеса Гонсалеса, «мы попытаемся предпринять качественные и количественные усилия для выхода ЕС из кризиса. Для этого мы должны принять более адекватную и конкурентоспособную модель Евросоюза в экономическом, социальном и экологическом плане». Но как подобную политику может вырабатывать страна, чья экономика ещё не факт что переживёт экономический кризис?
Действительно, в экономическом плане руководящую роль Испании в Евросоюзе можно воспринимать лишь комически. Страна с пятой по величине экономикой в ЕС с 2008 года попала в первую за последние 15 лет рецессию. А по экономическим показателям с 2009 года вошла в четвёрку так называемых стран PIGS (Португалия, Ирландия, Греция, Испания) со свински огромным дефицитом бюджета и внешним долгом в 10% ВВП. Правда, ситуация в Испании не так трагична, как в Греции, вероятность государственного дефолта которой и вывода её из зоны евро всерьёз обсуждают министры финансов Евросоюза, или Португалии, предупреждённой о таком же развитии событий.
Однако испанский экономический сценарий тревожен: падение ВВП, рост безработицы, инфляция. С учётом малоподвижного рынка труда страны и удельного веса самых кризисных секторов, потребуется немало времени для изменения ситуации. В 2009 году рынок недвижимости и строительный сектор, бывший в последние 10 лет движущей силой экономического роста, стагнировали. Производство автомобилей уменьшилось на 12%, что вернуло автомобильную промышленность к показателям 10-летней давности, фактически в Испании исчезла половина прежнего авторынка.
Число безработных в Испании в марте 2009 года достигло 17,4%. Национальный институт статистики поставил страну на первое место в ЕС по уровню безработицы. По прогнозу Центрального банка Испании, в 2010 году количество безработных вырастет до 19,4%. В феврале прошлого года правительство Сапатеро планировало уменьшить на 1,5 млрд евро государственные затраты, чтобы направить средства на преодоление кризиса, не сокращая зарплат госслужащих и объёмов помощи по безработице.
Кризис увеличил недовольство испанцев правительством Сапатеро. Когда в 2008 году его соцпартия повторно победила на парламентских выборах, сохранив ему пост премьера, Сапатеро обещал укрепить вес Испании в Евросоюзе, прекратить теракты баскских экстремистов и расширить социальную политику государства. Хотя сейчас он предложил план стабилизации экономики на 10,7 млрд евро, предусматривающий создание 400 тыс. временных рабочих мест, Народная партия Мариано Рахоя, чей рейтинг в последнее время растёт, не намерена поддерживать этот план. А по декабрьским опросам, лидеру Народной партии отдали бы свои голоса 43% испанцев против 38% голосов за Сапатеро.
Напомним, победе социалистов в 2004 году способствовала благоприятная экономическая ситуация. Испания в тот момент даже обогнала Италию по уровню дохода на душу населения. Сапатеро считался социальным либералом, весьма мягким и умеренным, не собиравшимся предпринимать радикальных изменений во внешней и внутренней политике страны. Но неожиданно подкрался кризис, начала расти безработица, падать покупательная способность населения. И испанцы вспомнили правого Хосе Марию Аснара, чьим преемником по Народной партии является Рахой. Аснар в ЕС добивался для Испании права проводить свою политику и входить в группу лидеров наряду с Францией, Германией и Великобританией.
Социалист Сапатеро, в отличие от своего предшественника, стремившегося реформировать экономику Испании, озабочен другими проблемами. Он верит, что в Испании следует позволить всё, чего раньше было нельзя, включая аборты и однополые браки, ибо любой запрет вредит обществу и экономике. Однополые браки на экономику, скорее всего, не влияют, но вот другие его шаги вызывали озабоченность у главной европейской тройки.
Например, неоднозначным шагом, с точки зрения Евросоюза, стала миграционная политика социалистов — амнистия нелегальных иммигрантов, 700 тысяч которых получили разрешения на работу в Испании. Испания и Италия стали основными перевалочными пунктами африканских иммигрантов, ежегодно прибывающих туда тысячами. Семь лет назад иммигранты составляли всего 2% населения, а после амнистии их количество достигло почти 12% от общего числа жителей Испании. У правительства Сапатеро нет впечатляющих планов спасения испанской экономики, потому иммигранты стали серьёзной проблемой. Как утверждают правые, приток иммигрантов способствует росту преступности (по неофициальным данным, около половины всех правонарушений в стране совершают мигранты), нехватке школ и больниц. Но самое страшное последствие шага Сапатеро для всего ЕС в том, что приток иммигрантов из Африки стал долгосрочной тенденцией.
Сапатеро поддерживает идею децентрализации государства и предоставления регионам большей самостоятельности. Согласно опросам, эту политику не одобряют 70% испанского населения, но премьер таким способом хочет снять напряжённость в обществе, где проблема сепаратизма очень остра. Сапатеро вёл переговоры с террористической организацией басков «ЭTA». Но летом она возобновила теракты, опровергнув его теорию. После провала переговоров с ЭТА Сапатеро прозвали Сеньор Слабак, а президент Франции Саркози по его поводу сказал, что интеллект для политика не главное.
Ключевое слово и испанского председательства, и введённых Лиссабонским договором должностей и норм — реализация равновесия властей. Испания же для евросообщества должна исполнить роль своеобразного моста, облегчающего переход на новый уровень, «Соединённых Штатов Европы». По оценкам аналитиков, именно от успехов Испании в запуске основных механизмов Лиссабона в период её председательства во многом будет зависеть и действенность самого этого договора. В какой-то мере определит этот успех и премьер Сапатеро.
Если же оценивать новый властный триумвират Евросоюза в целом, то наиболее легитимным в этой тройке можно считать председателя Еврокомиссии португальского социал-демократа Жозе Мануэла Баррозу — его выбирали депутаты Европарламента, за которых голосовали европейцы. Правда, именно по этой причине он фигура компромиссная. Как говорил о Баррозу председатель группы социалистов в Европарламенте Мартин Шульц, «когда он говорит с социалистами, он социалист. Когда он говорит с либералами, он либерал. Баррозу отличает удивительная способность приспосабливаться к текущей политической ситуации». В общем, всем сестрам по серьгам и по возможности никаких конфликтов.
Ещё одна новая схема Лиссабонского договора в том, что Испания должна координировать ещё одно трио, официально в нём прописанное. Мадрид будет плотно сотрудничать с правительствами Бельгии и Венгрии, которые встанут во главу ЕС после Испании, соответственно во второй половине 2010 года и в первой половине 2011-го. Как заявил Сапатеро, «такой позитивный опыт позволит придать последовательность и единство всем трём председательствам».
Сможет ли этот триумвират консолидировать Евросоюз и использовать инструменты Лиссабонского договора, чтобы заговорить с миром собственным голосом?
Древнеримские конструкции, как подсказывают нам аналогии с российским дуумвиратом, несмотря на заманчивое удобство, не всегда оказываются успешными.
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
Статьи по теме:
- Рука Руси.
ФМС России позаботится о мигрантах. - Европу и евро спасли на пороге кризиса.
Для этого пришлось для начала спасти Грецию. - Британия может выйти из ЕС.
Евроскептики королевства настаивают на референдуме. - ПРО раздора.
Что препятствует реализации российского варианта новой архитектуры системы? - Миграция — условие социальной эволюции.
Эксперты из России и Евросоюза обсудили проблемы социального многообразия современных государств в рамках подготовки к Мировому политическому форуму. - Маленькая победоносная война в ЕС.
Вся власть Парижу и Берлину. - Долго мучилась, но умерла.
Памяти мульти-культи. - Европа переписывает свою конституцию.
- Защитим нашу венскую кровь! .
Свобода от чадры и минаретов. - Цыган цыгана из Франции выгнал.
Об этнических корнях Николя Саркози.
