Наша сборная по футболу настолько часто не попадает в финальную стадию Чемпионата мира, что стоит относиться к этому скорее как к правилу. Тогда в понимании места нашей страны на мировом футбольном глобусе появляется логика. Россия в футболе — эпизод. Неяркий, неброский, но — некий северный оттеночек. Вроде нынешнего Гондураса, получившего право прислать своих футболистов в страну, победившую апартеид. Именно — Гондураса. Права называться, скажем, сибирским Уругваем мы не заслуживаем. По футбольным меркам, а не углеводородным.
Финал чемпионата мира по футболу — абсолютно философская часть жизни любого мужчины. В эпоху стирания граней между полами, футбол остаётся единственной мальчиковой забавой.
Психологи, со свойственной им склонностью к терминолизации желаний, объяснят это мудрёно и путано. На бытовом, «печниковском» уровне, отдельные эпизоды, отдельные картинки с различных чемпионатов мира, становятся своеобразными реперными точками в жизни каждого мальчугана. В России, по крайней мере.
Более того — интерес к самой популярной игре с мячом в нашей стране совершенно не связан с присутствием нашей команды на том или ином мировом футбольном фестивале.
Вот мне например, отчётливо запомнился чемпионат мира в 1978 году, когда победили аргентинцы без Марадоны. И наших там не было. А в 1982 наши были. Но помню я этот чемпионат отнюдь не из-за того, что команда Бескова — Лобановского — Ахалкаци выступила там едва ли не лучшим образом в истории отечественного футбола. Наши, сыграв вничью с поляками, заняли 5 место. И лучше сборная СССР играла лишь однажды, когда проиграла бронзовые медали португальцам во главе с Эусебио.
При этом, вспоминая Испанию-82, я поминутно зафиксировал в сознании эпизоды полуфинального матча Франция-ФРГ, когда несчастные французы были повержены динамичной машиной немцев. Та игра — не просто золотой архив футбола. Та игра — это первое отчётливое впечатление юноши, понимающего, что не всегда добро побеждает зло. Даже на футбольном поле, где у добра и зла вообще размыты границы.
Просто с тех самых пор стало понятно, что игры отечественных сборных, будь то команды Лобановского или сборные более поздних периодов, вообще не живут в одной плоскости с теми, кто конструирует футбол в его мировом, чистом понимании.
Положа руку на сердце, можно сказать, что все старания вклиниться с нашими командами в гармоничную модель мировых футбольных форумов — это попытка внедрить хоровое пение в балетный конкурс. У Стравинского это вышло в «Пламени Парижа», но — не более чем эпизод.
Чемпионат мира по футболу — это искусство в чистом виде. Когда эмоция болельщика из России абсолютно не зависит от его патриотизма. Когда в матче наших с бразильцами (как в том же 1982-м или 1994-м) не стоит отвлекаться на мысль: «А вдруг?..» Более того, успех наших становится раздражающим фактором. Накануне нынешнего футбольного открытия, все телевизионные каналы демонстрировали стенд России, претендующей на проведение чемпионата мира в 2018 или 2022 году. Я впервые поймал себя на мысли, что можно и не дожить. Это и тихонькое тренькание звоночка старости. И раздражение от того, что опять нас отвлекают. Привнося в размеренность симфонического концерта номер Николая Расторгуева. Ну, любит его творчество руководство — только это вовсе не повод быть со своим творчеством настолько всепроникающим.
Раньше презентации во время чемпионатов мира никогда не проводили до их начала. Напротив, будущие проекты ждали своей очереди показаться почти до конца чемпионата. В технологии работы СМИ на чемпионатах мира присутствовали два дня простоя — после полуфинальных матчей. Именно их и использовали те, кто хотел представить себя, как будущих хозяев тех или иных чемпионатов. Проще говоря, например, в 1994-м журналисты завтракали в роскошном отеле Пасадены на презентации чемпионата мира в Японии-2002, а ужинали на Беверли-Хиллз в особняке у французского посла — ужин был посвящён чемпионату мира-1998.
Русские решили, что можно пиариться до начала чемпионата мира, презрев условности. Это глупо и нерасчётливо. Просто потому, что тем, кто сегодня уже рассаживается у экранов телевизоров совершенно всё равно, что вчера показали русские. От журналистов ждут информации, кто из игроков команд заболел. Как чувствуют себя травмированные, кто наскандалил. Кто ушёл на встречу с женой. Журналисты, конечно в русский павильон зайдут. Икры поесть, водочки махнуть. Сувенир прибрать в вещмешок. Но — скорее для порядка.
Мы же выставили перед телекамерами (в основном наших телеканалов) вице-премьера Шувалова, министра спорта Мутко, молчаливого Абрамовича и ехидного вне футбольного поля Аршавина. Вопрос — зачем? Затем, чтобы создать иллюзию того, что наш футбол на мировом чемпионате интересен. Кому-то кроме тех, кто приехал его представлять.
Более того, он, наш футбол, наши футбольные амбиции в данный конкретный момент даже болельщикам из России не интересен. Когда там ещё Адвокат создаст свою сборную — а тут вполне конкретные команды уже созданы и завоевали место в эпицентре внимания планеты.Но списать под это дело значительные суммы из бюджета — реально. Что блистательно умеют делать наши околофутбольные функционеры.
Вообще, присутствие России даже в виде чужих на празднике жизни откровенно портит предвкушение месяца футбола без русских. С их вечными проблемами, хитростями и подковёрными интригами. Чемпионат мира уникален тем, что только в этом турнире сталкиваются две цивилизации — той, где футбол используется, как раскрученный коммерческий продукт. И той цивилизации, где футбол — единственная радость небогатого населения.
Взять хотя бы матчи первых дней Мундиаля. Лишь раз в четыре года мы можем увидеть, как южноафриканцы сыграют с мексиканцами. А одновременно увидеть как минимум 11 футболистов из загадочного Уругвая — такой шанс бывает лишь раз в 4 года. Французов, итальянцев, безусловных фаворитов — испанцев, мы, живущие на периферии, но — Европы, видим в Лиге Чемпионов раз в две недели. А вот уругвайцев…
Когда так называемые футбольные специалисты всерьёз рассуждают о претензиях России на роль мировой футбольной державы, рассуждая о шансах, мне смешно. И, когда глава футбола Фурсенко говорит о претензиях на первенство — веселит это не меньше.
Виталию Мутко в своё время поставили задачу — сборная России должна присутствовать во всех финальных стадиях мировых форумов. Советники Мутко тогда решили переписать Россию из зоны европейского отбора в азиатскую. Ну, чтобы не со Словенией в «стыках» сходиться, а спокойно обыгрывать узбеков и монголов. Тогда, на заре правления Мутко, наши функционеры едва такое решение не приняли.
Сегодня, остаётся лишь жалеть, что мы — не Уругвай. Который, между прочим, в отличии от нас, дважды становился чемпионом мира. К слову, примерно в те же годы, когда блистали Яшин и Бобров при сидевшем в тюрьме Стрельцове.
За эти 50—60 лет и мы и Уругвай занимались примерно одними делами. Поддерживали хунту, потом с ней боролись, потом опять поддерживали. Кто-то нищал, кто-то богател.
Только в Уругвае стремились играть в футбол. А мы стремились доказать, что в футбол играть уже умеем.
Потому и против французов в первый вечер чемпионата мира будут играть уругвайцы. Что нам, сидящим у телевизоров, принесёт куда больше эмоций футбольных. А не переживаний за неумёх в форме с двуглавым орлом, купленной вскладчину Абрамовичем и «Газпромом».
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
Статьи по теме:
- Как Россия получила чемпионат мира по футболу–2018.
Спортивно-политическое расследование. - Синдром второй лиги.
В 2010 году спортсмены России снизили планку донельзя. - Перебор в линии компромата.
Россия стала хозяйкой чемпионата мира по футболу. - Где пройдёт футбольный ЧМ-2018?
- «Зенит» — это наше футбольное всё.
- Проверки на футбольной поляне.
Приравнен ли сегодня закон о футболе к закону о полиции и пробках? - Трагическая логика бессмысленной игры.
- Все грани неразумного.
Спортивный принцип непредсказуемости результата работает даже в России. - Везучие пижоны с английским акцентом.
«Игра забывается, результат остаётся». - В России появился конкурент осьминога Пауля.
