Город Лисхаута ― это совсем уж кризис гуманизма: расчленёнка, тощие полутрупы, белёсые манекены, подобные сигаловским, с выпущенными кишками, какие-то ублюдочные строения. Главное, помнить: чем хуже прогноз, тем светлее будущее.
Вообще-то, на «Винзаводе» интересно. Даже для тех, кто вовсе не поклонник искусства, находящегося на пике современности.
Я, к примеру, не поклонник, признаюсь честно. Некоторые друзья-художники пытались, иногда даже на повышенных тонах, приобщить меня к искусству сегодняшнему.
Но я выстоял, так и остался верен дню вчерашнему или даже позавчерашнему. Такой уж я консерватор и мракобес.
Из современных художников отчего-то питаю симпатию именно к тем, кто не только по старинке малюет себе красками, но и преследует традиционные цели художественного творчества.
Что касается форм выражения, стилей, я всеяден, однако, на мой непросвещённый взгляд, некоторые течения в искусстве как бы и не предполагают развития.
Зелёный восьмиугольник не есть для меня новация в сравнении с чёрным квадратом, который можно воспринять и как своего рода запретительный знак: мол, всё, дальше хода нет, этот путь исчерпан. Ведь поздний Казимир Малевич далёк от супрематизма.
Вспомним: Марсель Дюшан когда-то выставил писсуар в качестве художественного объекта. Замечательная, можно сказать, даже эпохальная акция, ироничная и одновременно с глубоким подтекстом.
Однако наивно со стороны тех, кто потом выставлял и унитаз, и просто кусок дерьма, считать себя авангарднее Дюшана. На мой дилетантский вкус, это просто унылое эпигонство, нисколько не расширяющее как моё личное эстетическое зрение, так и миропонимание.
А недавние бесчинства Олега Кулика или уже наконец-то забытого Александра Бренера — не думаю, чтобы шаг вперёд после стародавних дебошей сюрреалистов и дадаистов.
Всё это я к тому, что перформансы, инсталляции, а также иные творческие эксцессы современных — даже не знаю, каково их общее наименование, — скажем, постнеоавангардистов, как правило, не вызывают у меня никаких сильных чувств; не только возвышенно эстетических, но даже и резко негативных, таких как отвращение и возмущение (попадаются, правда, среди них весёлые, симпатичные мне ребята вроде небезызвестной группы «Синие носы»). Любопытство, однако, вызывают.
Потому я и счёл необходимым посетить Московскую (или всё-таки среднего рода, как нынешнее кофе?) биеннале.
Нельзя всё ж отставать от жизни.
Описывать все открывшиеся мне там чудеса не буду сознательно. Это и интересно, и поучительно. Даёт представление не только о новейшей эстетике, главное — о нынешнем состоянии человеческого духа.
Современный мир предстаёт в изображении современных художников мрачнейшим: абсурдным, жестоким, бездушным, да попросту катящимся в пропасть.
Это я им не в упрёк: на зеркало-то нечего пенять…
Современность и во мне подчас вызывает довольно поганое чувство.
Не сомневаюсь, что иные художники руководствуются гуманным стремлением нас, слепцов, предостеречь. Мол, люди, опомнитесь, ведь вовсе уж отупели, озверели, вконец деградировали!
А может, и нет никакой такой цели, а это просто чистосердечный вопль ужаса пред разверзшейся бездной.
В некоторых же угадывается инфантильное упоенье страхом, подобно тому, как мы в пионерском лагере по ночам драматическим шёпотом рассказывали наивные страшилки типа про женщину с чёрным чемоданчиком.
Другие же, по-моему, и вовсе готовы торговать отчаяньем как ходким товаром.
Да и бог с ними, пусть торгуют, коль находят спрос.
Но я-то, собственно, даже не о самой биеннале, о которой много уже чего написано и ещё будет.
Хочу поделиться неожиданно оптимистичными мыслями, которые навеяло современное искусство, и в первую очередь самый яркий на «Винзаводе» проект — «Город рабов» голландца ван Лисхаута.
Он-то как раз впечатляет. Иные пугают, а тебе не страшно. Город Лисхаута и впрямь страхолюден. Просто совсем уж кризис гуманизма: расчленёнка, тощие полутрупы, белёсые манекены, подобные сигаловским, с выпущенными кишками, какие-то ублюдочные строения…
Короче говоря, мрачнейшая антиутопия. Или даже обобщение современного города, который уже готов, сбросив личину благопристойности, к нам обернуться таким вот своим инфернальным ликом.
Я б сказал, это своего рода концентрация общественного пессимизма.
Побродив улицами лисхаутовского поселенья, я было загрустил всерьёз. Выходит, совсем кранты? Все мы уроды, ублюдки, монстры, рабы, а мир наш катится в тартарары?
Но вскоре явилась мысль утешительная. Дело в том, что социальные прогнозы редко когда сбываются. Даже обычно всё выходит прямо наоборот.
Вспомним интеллигентскую, иначе не назовёшь, истерику 60-х по поводу якобы фашизации западного мира. Европейским интеллектуалам тогда мерещились будущие диктатуры, неминуемый крах капитализма, короче говоря, социальный коллапс. Настолько очумели, что маоистский Китай им виделся чуть ли не раем.
Настоящий психоз с его сопровождавшим буйством. Имею в виду парижские погромы и зверства «красных бригад». И что? Где она, диктатура, где фашизация?
Под эти панические вопли западный мир расцвёл как никогда.
Признаю, что слишком, наверно, жёстко выразился о тогдашних умниках.
Те из них, кто, с тех пор помудрев, занялся каким-нибудь мирным делом вроде охраны окружающей среды, теперь утверждают: коль мы б не предупредили о грозящей опасности, пускай и с некоторым эмоциональным перехлёстом, то западный мир и впрямь бы скатился к фашизму.
Не знаю, может быть, и так.
Теперь возьмём советское общество, где оптимизм был не только лишь казённым. Свидетельствую, что у нас в ту же эпоху и не самые глупые люди ещё верили в конечное торжество коммунизма.
Каков результат, знаем. Да что далеко ходить за примерами? Ещё лет двадцать не только у меня одного было чувство, что всё у нас рухнет к чёртовой матери.
А ведь, надо признать, кое-как выкрутились, вывернулись, пусть как-то боком, юзом.
Ну да, да, согласен, хреново, и то плохо, и сё плохо. Сам ворчу, ругаю властей предержащих. Опасаюсь и диктатуры, и фашизации.
Но, может, вновь обойдётся? Может, мы вовсе и не катимся в тартарары, а просто живём как умеем, какие уж есть, прям скажем, не ангелы.
Человеческая история и вообще мрачновата.
Бывали времена куда как хуже.
Ну вот, теперь, зарядившись моим оптимизмом, вы можете безбоязненно отправляться на встречу с современным искусством. Главное, помнить: чем хуже прогноз, тем светлее будущее. Но и от предостережений всё ж не будем отмахиваться.
