Нет, ребята. Это уже до конца. Какая модернизация, какие реформы?.. С этим народом? Андрон Сергеич Кончаловский говорят, что во всём виновато православие. Из-за православия у нас народ такой. Андрон Сергеич знают. У них брат Никита Сергеич православный. Так что Андрону Сергеичу доподлинно известно, откуда в нас в России всё зло есть быть себя пошло.
Так что народ у нас от православия такой. А не от Никиты Сергеича. Ленивый, охочий на всякую подлость. Раб от рождения. Да чего там от рождения — от века! Да, это я о народе говорю. Говно-народ. И сущность у него звериная. Это не я сказал, это Его Святейшество Патриарх Московский и всея Руси Кирилл сказали. И даже непонятно, как такое говно с такой звериной сущностью построило великую Россию? И мнится мне, господа, что что-то тут не так. Кто-то нас в чём-то накалывает... И вот решил я в этом деле разобраться. Чтобы дать интеллектуальный окорот внутренним врагам России и всей мировой закулисе: от англичанки (сейчас американке), которая нам всегда гадит, до Ливийской Джамахирии с её паскудным, омерзительным, мерзким названием. И нырнул в глубь веков. Поначалу всё было даже по-людски. Татаро-монголов погнали, земли укрепили, жили по божеским законам, Судебникам. Были сыты, в меру пьяны. Только табака для носа не было. Его Пётр позже вместе с немцами и картошкой завёз. И все в России прижились. Во какая была страна. И табак, и картошка, и немцы. И никто картошке, табаку и немцам не говорил: «Понаехали тут... Россия — для русских и для репы!»
И были в ней монастыри. Где жили монахи. Удалившиеся от мира. Чтобы молиться за спасение этого мира. Отдельные монахи жили аскетами и пропитание добывали себе своими руками, как в евангельские времена. Либо тем, что им приносил окрестный люд на безвозмездной основе (в крайнем случае), то есть в обмен на духовную пищу. Эти монахи считали грехом иметь в собственности других людей. Они считали, что человек — образ и подобие Божие, то есть свободен по праву рождения, чист, склонен к любви к ближнему своему. «Бог сотворил человека вполне способным к достижению установленной Им цели, то есть совершенным, как по душе, в умственном и нравственном отношении, так и совершенным по телу» (Пророк Иезекииль. Глава 18—20).
И выступали против собственности монастырей на людей и земли. Их называли нестяжателями. И их возглавлял инок по имени Нил Сорский.
А другие, наоборот, говорили, что человек сильно повреждён первобытным грехом. «Все люди пошли от Адама, и его грех есть грех всех людей» (изложение догматов православного догматического богословия), и его, скотину такую, надо держать в узде, и без церкви и государства он сгинет окончательно. Они игнорировали слова пророка Иезекииля «душа согрешающая, она умрёт; сын не понесёт вины отца, и отец не понесёт вины сына, правда праведного при нём и остаётся, и беззаконие беззаконного при нём и остаётся» (Иезекииль, 18—20). А также «дети не должны быть наказываемы смертью за отцов» (Второзаконие, 24—16).
А потому монастырям нужны и земли, и крестьяне, чтобы монахи могли только молиться, готовиться к руководящей и направляющей и вместе с государством управлять скурвившимся при рождении русским народом, именуемым на польский лад быдлом. И прочие пся крев, Матка Боска Ченстоховска. И их стали называть иосифлянами. По имени вожака — игумена Иосифа Волоцкого.
Меж ними были и другие несогласки. По поводу ересей. К примеру, жидовствующей, господствовавшей, как ни странно, среди православного духовенства. Нестяжатели утверждали, что искоренять ересь следует увещеванием, а иосифляне предлагали их сжигать живьём. Даже раскаявшихся. Благо леса в России ещё не были вырублены и энергетического кризиса не существовало. Да и опыт католической церкви был не то чтобы под рукой, но рядышком. Ежели в первом Риме людишек жгут, то в Третьем сам Бог велел. Правда, кому он велел, никому доподлинно не известно. Но иосифляне решили, что им. Что Богу нравится запах палёных еретиков. Вслед за католическими инквизиторами Иосиф учил, что в борьбе с еретиками допустимы все средства — обман, хитрость, ложь, предательство. Одно лишь сомнение в законности сожжения противников этот инквизитор считал «неправославным». Канонизован в 1579 году. (Справедливости ради сообщаем, что сам Иосиф Волоцкий жил в строгой аскезе и человек был приличный. Но вот такая вот у него была, мать её, идеология.) И башли были иосифлянам нужны. Для «социальных» целей. Накормить голодных, напоить жаждущих, подлечить болящих. Но на это денежек по большей части не хватало. Сами понимаете: откаты в епархию, домишко пристойный, ну и там рясы шёлковые, облачение парчовой, иконы в золотом окладе и драгоценных каменьях. А то без золота и драгоценных каменьев икона вовсе даже и не икона. Без золота, считали они, богатых одёжек и церковного убранства до Бога достучаться было тяжелее. Потому как не подмажешь — не поедешь. Да и не будем упускать из внимания, что кагор хорош не только в качестве крови Иисусовой, но и в качестве кагора. А кагорец, между прочим, сам с неба не капал. И русский народ, выпиваючи до положения риз, приговаривал: «Его и монаси приемлют». А отдельные просвещённые миряне добавляли: «Как говорил один старец…» С тех пор отдельные просвещённые миряне, неся какую-нибудь хрень, всенепременно предваряли её вышеуказанным текстом, и проверить этих мирян не было никакой возможности. Старцев на Руси было до хрена, и наговорили они до хрена, а свидетелей тому не было ни хрена.
Вот и денежек нужно было, как говорил один старец, «до хрена, братие».
И в 1504 году иосифляне на церковном толковище победили нестяжателей. И стали множиться монастыри по Руси, землями стали владеть огромнейшими и кое-где стали класть с прибором на мирские власти. Воцарился «цезарепопизм». Что царям было обидно. С годами и веками церковь они укоротили. Но! Самое главное из иосифлянства сохранили. Идеологию! Которую в разных обличьях на протяжении веков употребляет русский народ.
Народ — сосуд, полный греха, а из баб его грех вообще плещет через край. А также воруют, прелюбодействуют, приносят ложные свидетельства, не почитают отца и мать свою и всё прочее непотребное, скоты эдакие, себе позволяют.
Вот такой вот у нас народ, решило государство с победившим иосифлянством.
И победить это похабство можно только страхом Божьим. И до того запугали народишко строгим Христом, что тот стал больше Богородице молиться. Называя её Заступницей. Перед гневом Сына её. Во как! И страх Божий укоротить можно только страхом перед властью и церковью.
И государство оставило народу свободу лишь во времени посещения отхожих мест. Ходи когда припрёт. И даже помереть народ мог только по воле Божьей. И то не полностью. А лишь когда власть своим вердиктом волю Божью подтвердит. А то по паскудству характера и ЗВЕРИНОЙ СУЩНОСТИ ЧЕЛОВЕКА возьмут и поубивают друг друга все разом. Оставив государство без защиты, а церковь — без средств к существованию. Насчёт «звериной сущности человека» — это не я сказал. Это Его Святейшество Патриарх Московский и всея Руси Кирилл сказали.
Так вот, к чему я всю эту хрень нёс, нырнув в тёмные глубины русской истории? А вот почему. Государство и церковь на основе исторически победившего иосифлянства закабалили народ так, что, как говорил один мудрый старец, «ни бзднуть, ни пёрнуть». Правда, говорил он эти слова, мучаясь геморроем, но слова мудрых старцев пригодны в любых случаях жизни. Даже когда речь идёт всего-навсего о жопе.
И это закабаление крепостным правом называется. Которое довольно точно определяет взаимоположение народа и жопы. И ЗАКРЕПЛЁННОЕ В КАТЕХИЗИСЕ ПРАВОСЛАВНОЙ ВЕРЫ митрополита Московского Филарета. И по этому катехизису мы, православные, живём по сю пору. Не по слову Божьему, по которому человек свободен по праву рождения, а по слову митрополита Филарета, по которому человек — раб. Которому хлеба горбушку пополам, дорогое яичко к пасхальному дню и резиновых пиз...лей для вбивания куда попало православного катехизиса. Вот почему РПЦ отвергает формулу православной соборности славянофила Хомякова: «Православная соборность — свободное единство людей на основе любви к Богу, красоты, нравственной полноты жизни и свободы личности». Свобода личности! На фиг им наша свобода личности? Как тогда им нас гнобить? Вот и «не нужен нам либерализм с его бездуховностью и вседозволенностью». А либерализм, между прочим, — это «свобода личности, ограниченная свободой другого человека». Где тут бездуховность? Где тут вседозволенность? Кстати, основателя славянофильства И.С. Аксакова называли «либералом от земли».
И по традиции живём. Каждый руководящий пидор в стране без традиции шагу не шагнёт. Смотрит загоревшим после зимних каникул глазом в запотевший телеэкран, и «просвещённый консерватизм, настоянный на русских традициях. Потому что «Зубровка» и «Полынная»... Ах, это не отсюда... Поэтому в будущем бюджетном году по традиции будем любить народ больше на величину инфляции. Разными способами. Куда только можно. Наш народ любит, когда его любят. Традиционно».
«Нет таких форм рабства, деспотизма и обскурантизма, которые не были бы освящены традицией. Нет ничего ужаснее тех выводов, которые были сделаны в историческом православии из идеи смирения и послушания. Во имя смирения требовали послушания злу и неправде. Это превратилось в школу угодничества. Формировались рабьи души, лишённые всякого мужества, дрожащие перед силой и властью этого мира. Гражданское мужество и чувство чести были несовместимы с такого рода пониманием смирения и послушания» (Н.Бердяев. Существует ли в православии свобода мысли и совести?).
Нет, крепостное право со временем отменили. Какие-никакие свободы объявили.
Суды присяжных. Земство.
Дума-хуюма. Кадеты, октябристы, большевики. Ну, кой кого вешали — совсем без этого нельзя. Как можно, чтобы инвентарь простаивал.
Революции на революции, революциями погоняемые...
И обратно рабство. Потому как иосифлянство никто не отменял. Просто раньше был Иосиф Волоцкий, а теперь Виссарионович. Потом опять послабления. А потом опять снова-здорово. Опять народ говно. Потому что только под присмотром государственного и церковного можно сделать из говна конфетку. Для этой кондитерской операции церковное этому государственному придаёт сакральный характер. То есть от Бога оно. И происходит симфония между государством и церковью. Церковь занимается обожением государства. И его руководства. И это, ребята, первые два шага к фашизму. Остался третий шаг. И церковь вместе с государством уже задрали штаны для этого третьего шага.
Национализм. Просвещённый. Чем просвещённый отличается от неграмотного — это к Михалкову. У него наверняка в заначке найдётся мудрый старец. Иван Ильин, скажем. Который в 48-м году уже задолбал просвещённым национализмом, говоря при этом, что России нужно учесть уроки фашизма. Из чего я понял, что русский национализм — завсегда просвещённый, а всех остальных, б..., нерушимой стеной, обороной стальной! Но они, опять же, б...., ...! А мы — по ним... А мы — по ним...
А мы по ним — выборы губернаторов отменим! Потому что национализм, терроризм, коррупция, преступность и народ — говно! Страна великая, и нельзя, чтобы такое говно, как народ, её погубил. И тут уж ничего не поделаешь. Выборы по партийной линии, с которой народ един. Только столовые разные. Суды, отделённые от правосудия.
И вот эту х...ю народу вбивали в голову пять веков подряд. И народ поверил, что страна — великая. И народ поверил, что он — говно. (Не, в случае войны и он великий. Но щас-то у нас мир. Потому и говно.) В лучшем случае — быдло. И лёжа в говне за бокалом боярышника, повторяет:
— Не, мужики, с нашим народом иначе нельзя.
И отдельная часть интеллигенции, кормящаяся с рук власти, а потому уже и не интеллигенция вовсе, с народом полностью согласна.
— Не, судари мои, с нашим народом иначе нельзя.
А бизнесмены? Они же власть, они же партии. Элиты, одним словом. Тут я всё время пребываю в недоумении. Элиты — это со скольких скраденных миллионов начинается?.. Со скольких трупов?.. Со скольких оставленных нищих?
— Да вы что, братаны, какой народ? Сами всё порешаем. На свободных выборах.
А церковь?.. А чё церковь?.. Она тоже с государевых рук кормится. Она изо всех сил борется за отделение церковного имущества от государства в лице музеев, реставрационных мастерских, памятников истории, архитектуры. «Вернуть церкви церковное имущество, награбленное большевиками». И с народом, хоругвями, словом Божьим... Так духовность побеждает культуру. Только вот какая закавыка. У церкви никакого собственного имущества не было. Потому как церковь до проклятых большевиков был государственная! И возвращать ей ничего не надо! Да даже если и надо. Почему ей возвращать, а мне — нет? У одного моего деда была пятикомнатная квартира на Самотёке, а у другого — четырёхкомнатная на Петровском бульваре. А я живу с женой в двухкомнатной в Черкизове. Вроде по конституции мы с церковью равны... Ну, вот мне и конституция! А церкви — севрюжина с хреном.
И храмы за счёт государства. Пока 200 в Москве. И на каждый храм по батюшке. Которые из народа. Который... Что?.. Правда, подученное. «Вы жён в дискотеках ищите. Возьмите отмиссионерьте как следует...» Это слова протодьякона Андрея Кураева. Так он семинаристов учит. И вот это обученное говно, которое теперь батюшки, с матушками из дискотек будет нести необученному слово Божие! Будет посредником между мной и Богом!
Будет освящать. Всё! Пароходы, корабли, пушки, банки, жилые дома, синагоги, мечети.
Будет благословлять. Всё! Стройки, свадьбы, съёмки кина, походы на выборы, в сауны. Ни одного левого пистона без благословения! Блуд — под контроль церкви! Всё — под её контроль. Потому что, как нас учит традиция, народ — раб, греховен — от природы и сущность у него звериная. Это не я сказал. Это Его Святейшество сказали. Святейший сказали. Патриарх Кирилл сказали.
И что ж это получается?.. А получается вот что. Ваше Святейшество, по Вашим словам, Вы — не предстоятель православной России перед Господом нашим Иисусом Христом, а всего лишь заместитель (президента, лидера, генсека, кто там ещё будет) по религиозным вопросам в зверинце под названием Россия. И церковь Ваша — не православная. Потому что не может православная церковь называться по национальности. Не может православная церковь называться русской. (До 17-го года она называлась российской, а «русская» — это сталинская подачка русскому народу.) Это извращение духа и буквы Священного Писания. Русская православная церковь своим названием отменила «нет во Христе ни еллина и иудея». И что мне, крещённому в православии иудею, в ней делать? Идти на... Вместе со случайно забредшим еллином? Это чистейший национализм. А национализм, как говаривал Н.А. Бердяев, — «язычество в православии».
Так к чему я всё это говорил. Внутренний враг России и мировая закулиса находятся в одном месте. В симфонии государства российского и его церкви.
И вот я думаю, а не пора ли нам, мужики, вернуться к православию, где человек чист, свободен и склонен к благу? Перестать считать себя быдлом, перестать думать, что от нас ничего не зависит, перестать быть говном. Пора опять становиться венцом творения. Пора опять становиться свободными. А если государство и РПЦ «потребуют чего-либо противоречащего вере или закону Божию, тогда следует сказать им, как сказали апостолы начальникам иудейским: Судите, справедливо ли пред Богом — слушать вас более, нежели Бога?» (Деян. 4:19).
И мы справимся с этим похабным государством.
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
