Подписаться на обновления
24 мартаПятница

usd цб 57.5228

eur цб 62.0959

днём
ночью

Восх.
Зах.

18+

ОбществоЭкономикаВ миреКультураМедиаТехнологииЗдоровьеЭкзотикаКнигиКорреспонденция
Энергетика и экология  Компьютеры  Сеть  Мобильные технологии  Наука  Космонавтика  Военные технологии  Биотехнологии  Ноосфера  Транспорт  Краудфандинг  Эко-программа утилизации  Электронная
наука
 
  вторник, 23 апреля 2013 года, 14.39

Наука странствий: корни и перспективы
Учение о путешествиях обречено на возникновение


Фото: vandan desai/ Flickr.com
   увеличить размер шрифта уменьшить размер шрифта распечатать отправить ссылку добавить в избранное код для вставки в блог




«Нет науки о путешествиях, - заметил в своё время И.А. Гончаров, - авторитеты, начиная с Аристотеля до Ломоносова включительно, молчат…» С тех пор прошло уже более полутора веков – но авторитеты, вы не поверите, молчат и по сей день. Науки о путешествиях – целостной, связной системы представлений, набора проблем, методов, вопросов и вариантов ответов - по-прежнему нет. Что же, о путешествии как особом явлении с его собственными возможностями и смыслами учёным до сих пор нечего сказать?

Разумеется, есть. И разработка такой науки идёт уже не первый год.

Это направление (или уже дисциплина?) ещё не получило даже названия. Тем не менее наш сегодняшний собеседник – который, кстати, и сам обладает многодесятилетним опытом разнообразных путешествий – занимается не просто теоретическим осмыслением этого опыта. Он обсуждает свой предмет с профессионалами разных специальностей, а тринадцать лет назад, в 2000-м, стал одним из организаторов первой в мире специализированной конференции «Мир путешествий. Мастерство путешествий» в Знаменке близ Петергофа (1) biospace.nw.ru, 2) biospace.nw.ru). Наконец, он читает разработанный им самим курс – тоже впервые - «Теория и техника познавательных путешествий», который сопровождается семинарами (2012–2013 гг., Русский фонд содействию образованию и науке, Москва). Он опубликовал десятки очерков посещенных им мест (archipelag.ru, russ.ru, identityworld.ru ) и сейчас завершает большую книгу «Путешествия теоретика», где будет и теория путешествия, и многообразные результаты самих путешествий.

О том, для чего нужна наука о путешествиях, почему её до сих пор нет и что нужно для её возникновения, наш корреспондент говорит с географом, методологом, культурологом и путешественником, кандидатом географических наук, ведущим научным сотрудником Института географии РАН Владимиром Каганским.

— Какова сейчас, Владимир Леопольдович, культурная ситуация вокруг предмета ваших исследований? Вправду ли налицо бум интереса к путешествиям, о котором постоянно приходится слышать?
— Я склонен понимать путешествие вполне определенно, может быть, и узко – чуть дальше скажу, как именно, – но могу утверждать, что, по крайней мере, в античности – и это можно фиксировать по текстам - путешествия в современном их значении уже были. Именно в том смысле, который вкладываю в них я. Путешествовали Геродот и Страбон; у римлян были воспитательные путешествия: юношей посылали в Грецию – подобно тому, как молодых англичан в XVIII веке отправляли в Швейцарию. Так и наших великих князей возили по России, чтобы те составили себе представление об отечестве. Хорошая, кстати, была традиция. Наследнику показывали будущие владения, и в результате императоры знали Россию куда лучше, чем последующие правители, которые страны не знали и не знают вообще.

По-моему, путешествия разделяют общую ситуацию в культурологии: культура была всегда, но обратили внимание на это явление исторически очень поздно – первым его наличие осознал вроде бы Вильгельм Гумбольдт, - кстати, брат выдающегося путешественника Александра Гумбольдта. Культурология возникает фактически на наших глазах, и что только не называют этим словом! Так и здесь: «путешествиями» называют едва ли не всё, что угодно – и учение о путешествии возникает прямо сейчас.

«Движение в среде без взаимодействия с ней, с внешней утилитарной целью, хаотические, случайные, стандартные, дискретные перемещения – не путешествия. Путешествие - не пассивное отражение мест: перемещение исключительно ради поглощения или спонтанного порождения потока образов – не путешествие, как и туризм.»
В. Каганский

В каком смысле сейчас можно говорить о «буме» путешествий? Прежде всего: очень много народу перемещается. По крайней мере, сотни миллионов людей движутся с места на место и считают, что они путешествуют – или им это внушают. Но перемещаются они весьма по-разному. В истории человечества ещё не было такого огромного объема невынужденных перемещений (большие вынужденные перемещения - были: во времена работорговли, Великого переселения народов и т.д.). Поиск в Гугле на русское слово «путешествие» выдает 70 000 000 ссылок (семьдесят миллионов), на английское «travel» - более 3 000 000 000 (трех миллиардов), а есть и иные эквиваленты.

В моду входят разного рода дорожные записки, интернет пухнет от миллиардов дорожных фотографий. Растет и интерес к паломничеству - его изучают целые школы, существует уже огромная литература на эту тему.

Интерес же к путешествиям обозначился прежде всего, как это ни странно, в России.

Тут стоит вспомнить большую традицию, теперь почти исчезнувшую, самодеятельного («неорганизованного» - хотя он-то и был в высшей степени внутренне организован) походного туризма советского послесталинского времени, имевшего и вполне рафинированные формы. С его помощью люди сами для себя заново открывали пространство ландшафт, подлинную страну. Так был культурно переоткрыт, например, русский Север. За этим последовали путеводители – была так называемая «жёлтая серия», по цвету обложки, карманных путеводителей, написанных искусствоведами – как сейчас сказали бы, культурологами. Там почти нет природного ландшафта, но культурный ландшафт представлен фрагментами, но ярко.

В советское время для подлинной, нестатусной элиты, для лиц с крупным размером личности путешествия были весьма важным – незаменимым - средством приобщения к полноценной среде, значимым способом обустройства полноценной жизни. Понятно, что спальные районы больших городов – это среда неполноценная. Что оставалось в условиях закрытых границ? – природный ландшафт и остатки культурного ландшафта. Не только Золотое кольцо, которое было чрезмерно музеефицировано, но и, например, Каргополь, настолько далекий от Москвы, что в Золотое кольцо его не включили; Вязьма, которая по потенциалу вряд ли хуже Суздаля, - с ней связана анекдотическая история о том, что кончились лимиты динамита на подрыв церковных зданий, а сил разобрать вручную не было, и поэтому там многое сохранилось. Урал, Крым, Алтай, Байкал… Хорошие путешествия совмещали и природный, и культурный ландшафт; важны были и походы-путешествия по Средней России, где еще недавно – до московской дачно-коттдежной колонизации – было немало мест с ярким природно-культурным ландшафтов. Путешествия позволяли внести в жизнь важный недостающий компонент.

Интерес к самостоятельному передвижению сохраняется и сейчас, но принимает технологически новые формы. Например, возникло движение автостопщиков, которые прошли все материки, кроме Антарктиды – и написали массу интересного. Для них принципиально, что путешествовать нужно по возможности бесплатно. Они тоже делали интересные вещи. Сами они, кажется, никогда ничего не читали, но тем не менее, независимо от учёных, обнаружили многие особенности российского пространства. Например, то, что доминирующее направление у нас – центр-периферия, а в другом направлении двигаться сложно (то есть, пространство анизотропно, централизовано и поляризовано). И если тебе нужно попасть, скажем, из Твери в Смоленск, который не так уж далеко, - то либо ты минуешь Москву, но зато тратишь много времени и сил и проходишь много отрезков пути, - либо просто добираешься через Москву двумя поездами. Прямого пути нет, хотя ещё в XIX веке он был. Автостопщики стихийно переоткрыли те особенности нашего пространства, что давно изучила теоретическая география.

Кстати, первые в мире посвящённые путешествиям конференции прошли именно у нас, в России. Первую – публичную, многодневную – провели мы с С.В. Чебановым в 2000 году. За ней последовала конференция «Культурное пространство путешествий»; тезисы её интересны, хотя и изданы крошечным тиражом (Культурное пространство путешествий. 8-10 апреля 2003 г. Тезисы форума. – СПб., Центр изучения культуры: 2003 г.). А потом пошла череда конференций и круглых столов, последняя из которых – конференция в Русской Антропологической Школе РГГУ (kogni.ru, russ.ru); она называлась «Власть маршрута», хотя – строго говоря - путешествие есть власть НАД маршрутом. Совсем недавно – и, кстати, в день моего рождения - на конференции «Поэтический фактор в культуре. Синкретические тенденции и инновации» прошла секция «Геопоэтика и смыслы путешествий». И если бы я не заболел (кстати, в путешествиях все болеют на порядок реже, чем в обычной жизни), то обсуждал бы ландшафт как незаменимый креативный ресурс, который постижим и актуализируем именно путешествиями. На 0чередном российском конгрессе этнологов и антропологов будет секция «Антропология путешествий: мотивы, персонажи, трансграничье». И так далее.

Так вот: на конференциях, в обсуждениях, в статьях неожиданно выяснилось, что если мы будем рассматривать как «путешествие» всё, что называется этим словом в массовой культуре, мы не сможем построить представление о нём. Потому что таким образом получится понятие настолько широкое, что, по существу, пустое и ненужное. Немногочисленные реальные путешественники, кстати, тоже не могут смириться с тем, что они и те, кто ездит на стандартные экскурсии, на заграничные пляжи или на сексуальные туры в Таиланд, называются одним словом, и их деятельность рассматривается как одинаковая.

В то же время мы осознаём, что, когда, скажем, путешествовали Геродот или Пржевальский, - это было нечто совершенно другое. И в русской науке XIX века, благодаря трудам Географического общества, путешествия имели не только поддержку, но и высокий культурный статус.

— И всё-таки - откуда это культурное возбуждение вокруг путешествий, со всеми его преувеличениями, смешениями, снижениями и неточностями?
— Видимо, это происходит в общем русле смены культурных эпох, наступления эпохи постмодерна и характерного для неё пространственного поворота в социогуманитарных науках, и главное – культурной реабилитации пространства и вообще многообразий.

Дело в том, что для постренессансной культуры пространство существовало в ситуациях двух типов: либо в физико-математических науках – как пространство вырожденное, тощее, формальное, - Аристотель ужаснулся бы от такого, он не признал бы этого пространством, - либо в политике. Постренессансная культура – это культура времени. Отсюда – весь характерный для её мышления эволюционизм, генетизм, историзм; отсюда и главный вопрос, с которым я и сам как автор постоянно сталкиваюсь: «Почему вы не пишете, - говорят мне историки, - как возникло то, о чём вы рассуждаете?». Для Аристотеля это был бы лишь один из нескольких вопросов. Он спросил бы: «Какова финальная причина этого – causa finalis?» Или: «Из какой материи это состоит?» А к XIX веку эволюционизм и историзм стали господствующей парадигмой.

На упрёки же в неисторичности я отвечаю своим оппонентам-историкам так: вы рассматриваете историю России в основном как историю огромной точки - а я занимаюсь структурой этой «точки». Такая дискуссия была у меня и с покойным А.С. Ахиезером, - он был человек очень рефлектирующий, но и для него Россия всё-таки оставалась огромной точкой.

Пришла пора понять, что социальные и культурные объекты не точечны. И для того, чтобы постижение их неточечности было живым, по ним надо путешествовать.

Открытие пространства – это преодоление однобокости исторического, временнóго подхода. Не будем забывать и о том, что социогуманитарные науки на Западе с некоторых пор стали хорошо финансироваться, и исследователи получили возможность искать новые направления, новые ниши. Но и на Западе пока нет такой традиции изучения путешествий, какая есть у паломничества – разве что в литературоведении. Путешествию в этом смысле не повезло. Тут есть и чисто филологическое объяснение. В основных европейских языках эквивалент слова «путешествие» не несёт такой сверхценностной нагрузки, как в русском, где «путь» и «шествие» - две базовые категории национальной культуры. Ну что такое «travel» по сравнению с «путём»? Эта исходная смысловая база может не осознаваться, но она, конечно, ощущается.

У интереса к путешествиям есть и ещё одна фундаментальная причина. В условиях, когда визуальностью можно сколько угодно манипулировать – я имею в виду даже не разные процедуры с фотоснимками‚ но просто установку на видение чего-то одного и невидение чего-то другого, - с тех пор, как статистика становится предметом разного рода социальных игр во всех странах, когда существует одновременно несколько оценок одного и того же явления, получается, что только путешественник может увидеть что-то на самом деле. Я не боюсь старомодных слов «на самом деле», хотя разные путешественники будут видеть, конечно, разное. Но очень многие вещи невозможно постичь, не увидев своими глазами.

Например, в нашем пространстве есть закрытые зоны, закрытые города, острова советского материка. Представить себе полностью, что такое Арзамас-16 (Саров), до путешествия туда я не мог, хотя у меня уже была разработана концепция советского пространства. Увиденное там превосходило мою теоретическую и идеологическую, даже эсхатологическую фантазию. Я мог ожидать, что увижу людей, согласных с ограничением свободы ради реализации творческого импульса, или высокого статуса, или чего-то ещё. Но то, что я увижу людей, которые любят несвободу – как таковую, как именно несвободу, как ограничения, - любят жить за колючей проволокой и быть отгороженными от всего остального мира, то есть фундаментальную инверсию человеческого бытия – на это фантазии у меня уже не хватило, как и готовности представить в буквальном и прямом смысле культ атомной бомбы, сакрализацию этого оружия (magazines.russ.ru).

Я не мог себе представить, пока не увидел, как население Прибайкалья, которому досталось чудо природы Байкал, – со смаком, с наслаждением, с огромным размахом уничтожает этот ландшафт. И дело здесь не отнюдь не только в целлюлозно-бумажном комбинате в Байкальске или в фирмах, которые наживаются на строительстве баз отдыха, - а в десятках и даже сотнях тысяч обычных людей, которые просто приезжают на берега Байкала и мусорят, гадят, галдят, рубят ценнейшие прибрежные леса. Местные экологи об этом стыдливо умалчивают, - они больше про целлюлозно-бумажный комбинат, про то, что государство не проводит экологической политики… А прямо сказать, что мы, жители Прибайкалья, занимаемся экоцидом планетарного уровня, – у них язык не поворачивается.

— И всё-таки: что такое путешествие?
— Мне кажется, его суть в том, что человек движется сразу в нескольких пространствах: в реальном – например, в пространстве земной поверхности; в личностном и в когнитивном. Перемещается он ради постижения разнообразия этого пространства. Центр понятия «путешествие» - там, где узловые моменты этих трёх перемещений совпадают. Когда человек сталкивается с ярким ландшафтом – ярким хотя бы в содержательном отношении. В частности – в научном отношении; таков, например, Арзамас-16, где туристу делать нечего. Когда это перемещение сопровождается трансформацией его личности, когда возникают новые знания – хотя бы в виде образов, гипотез, метафор, озарений. Такие путешествия могут быть и большими, и маленькими. Кроме того, для путешествия требуется крупная личность.

«Путешествие - активное включенное постижение разнообразия ландшафта путем движения в трех сопряженных пространствах: ландшафта, личностном и когнитивном, имеющих общие узловые точки».
В. Каганский

В отличие от туризма, путешествие возможно на любой местности. Туристу нужны места яркие, выделенные, причём часто культурно выделенные, престижные. Вот сейчас престижно быть альпинистом и залезать на горы. Но это же исторически недавно, так было не всегда. Когда Петрарка залез на гору и зафиксировал вид с неё, это было огромным культурным новшеством – он сделал это впервые; Петрарка вообще любил путешествовать. Когда крестьяне залезали на ту же гору, они были как бы вне тогдашней культуры и своих впечатлений не фиксировали.

А путешествие культурно или природно выделенного ландшафта не требует. Оно возможно везде, даже в среде, которая кажется однообразной: однообразие и разнообразие – это ещё и функция оптики, тонкости различений. Путешествия позволяют продуктивно осваивать любую территорию. В курсе, который я сейчас читаю, на семинаре по разбору конкретных путешествий одна дама рассказала, как она сумела превратить унылую дорогу от дома до остановки общественного транспорта в интересный большой цикл путешествий – три километра пешком от Матвеевского до Можайского шоссе (запад Москвы). Она все время варьировала маршруты; в этих хорошо, казалось бы, известных местах её ждали открытия – например, она первая обнаружила в реке Сетунь бобровую плотину, у неё были соответствующие переживания (и, кстати, кое-какое снаряжение и походная амуниция), и представление о месте, в котором она живёт, от этого очень обогащалось. Ландшафт ожил и заговорил!

Если доминанта туризма – удовольствие, пусть даже опасное, то в путешествии главное – чувство полноценной жизни и освоения нового ландшафта. Удовольствие это приносит далеко не всегда, особенно если речь идёт о путешествиях по России ради постижения её разнообразия. Туристу нужны места, где ландшафт приятен, а путешественник озабочен тем, чтобы ландшафт стал понятен.

Путешествовать можно и в социальном пространстве, перемещаясь между социальными, культурными, профессиональными группами.

Междисциплинарные исследования – бум которых относится к нашему времени – это тоже перемещения и даже иногда путешествия: в содержательном, смысловом и персональном пространстве науки. Мне, к счастью, довелось путешествовать и в таком пространстве. На конференции 2000 года в Знаменке географы, которых было довольно много, все, кроме меня, заняли позицию «ландшафтного гетто»: путешествуем только в ландшафте, всё остальное – метафора. Я с ними не согласился. Тем более, что там был замечательный доклад нарколога о психоделических путешествиях, которые по своей структуре оказываются очень похожими на земное путешествие. А если учесть, что организм некоторых людей сам вырабатывает наркотические вещества, - получается, что мы попадаем в поле, где есть и наркология, и филология, и культурология, и фольклористика, и все полевые дисциплины.

Даже виртуальные интернет-сообщества работают в очень высокоорганизованном и сложном пространстве. Структура его совершенно не изучена – ещё менее, чем структура пространства физического или пространства ландшафта. Но путешествовать можно и в нём! Только телесность при этом будет другая, а все остальные атрибуты путешествия там есть: постижения, личностные переживания, разнообразие… Перемещение по интернету тоже способно быть путешествием, как и нетривиальные компьютерные игры. Это совсем не изучено и даже не осознано, но тем не менее это так. Ведь мало кто лазает по интернету – насколько я знаю – исключительно в поиске однотипных или однообразных сайтов: здесь тоже ценится разнообразие. Природа человека ведь не может радикально измениться от того, путешествует он по ландшафту России или по ландшафту интернета. Да, путешествие в реальном пространстве – это использование всех органов чувств, звуков, запахов и т.д., телесных ощущений, чего в интернет-практиках пока нет, - но, может быть, со временем появятся имитаторы.

Тексты в этом смысле – тоже живой объект. Можно путешествовать и по личности – и по своей, и по чужой. Чем занимается психоаналитик или психотерапевт? – он не только путешествует по личности другого человека, но и оказывает там определённое воздействие; впрочем, всякий путешественник, коль скоро он взаимодействует с пространством, воздействует на него, оставляет след.

В научной же географии к слову «путешествие» вообще относятся плохо (его к тому же принижают до туризма, а слово «турист» для полевого исследователя – бранное), предпочитая говорить об «экспедиционном исследовании». Но это разные вещи. У путешествия, особенно познавательного – открытая программа, открытые интерпретации. Экспедиция – это, грубо говоря, замена или даже вариант экспериментального метода: у вас есть список вопросов, есть разрешённые ответы, и с этим вы работаете. А в путешествии надо быть готовым к неожиданному. Например, к тому, что на Среднем и Южном Урале при объяснении дороги люди очень редко пользуются понятиями «левое» и «правое». Те, кому я об этом рассказываю, вначале не верят, но если попадают на Урал, немедленно убеждаются – так и есть. Такие вещи можно узнать только на местности.

Или как ещё обнаружить закономерности ксенофобии, адресованной не неграм, не таджикам, а чужакам вообще? – и что при движении с севера на юг эта ксенофобия резко нарастает? Она была и в советское время, кстати. По степи малоинтересно путешествовать не только потому, что она однообразна, но и потому, что население этих краёв очень враждебно к чужакам.

Не могу не припомнить мысль, высказанную 40 лет назад В.Ю. Милитарёвым, когда он ещё был не странно-радикальным публицистом, а просто Витей, - о том, что культурное наследие –Новгородско-Псковских земель живо до сих пор. Не знаю, откуда он, тогда ещё, в сущности, подросток, эту мысль почерпнул, но я её эмпирически подтверждаю – и на этой территории культурная почва частью сохранна и путешествовать легко. Вернее – легче, чем в других зонах культурного ландшафта; но путешествие вообще – тяжелое, а иногда и опасное занятие. Там люди более толерантно воспринимают и чужаков, и их передвижение в непонятном направлении с непонятными целями.

Не случайно туризм ориентирован, отчасти поэтому, на север, а не на юг. Не говоря уже о том, что именно эта, северная, зона – Новгородско-Псковские земли – дала тех русских путешественников, которые прошли Сибирь, открыли Аляску, и т.д.

Жители древнего Новгорода много путешествовали по Европе, Новгород входил в Ганзу, было открытое общество. Это известно. Но обнаружить, что эта культурная почва сохранна по сей день – другим способом, помимо личного там присутствия (разумеется, применяя особые маршруты, техники наблюдения, коммуникации, интерпретации и прочее), на мой взгляд, нельзя. Никакие опросы общественного мнения здесь ничего не дают.

Путешествуют, конечно, отнюдь не только географы. Блестяще путешествуют фольклористы – они без этого не могут. В какой мере этим занимаются культурологи, не знаю. Но вот когда начинает путешествовать социолог, - у него сразу возникает культурный шок: это, как правило, радикально меняют картину, которая успела сложиться. Не могу не вспомнить рассказ Алексея Левинсона о том, как в «Левада-Центре» решили изучить малые города. Зрелый человек, искушённый социолог, много читающий, с изумлением рассказывал, как он с коллегами приехал в малый город и обнаружил в нём культурные сообщества и вообще полноценную социальную жизнь. «Более полноценную, чем в Москве?» – удивились его собеседники. Левинсон отвечал: «Ну, наверно».

Путешествуют археологи. Хороший археолог обладает даром мысленной реконструкции исторического ландшафта, который он раскапывает. Л.С. Клейн говорил, что он иногда может такое делать. Но почему-то он об этом не написал, - видимо, решил, что это уже чересчур, сочтут за фантазии. А Г.С. Лебедев – замечательный питерский археолог, ныне покойный, - говорил, что в его профессии это необходимо: если ты не умеешь этого делать – ты не профессионал.

В этом смысле путешествуют представители многих, если не всех профессий - с учетом путешествий в фазовых пространствах. Но, конечно, это путешествия профессионализированные, иногда – узко. Скажем, специалист по лишайникам может целый день ползти вдоль камня с лупой, изучая, как меняются лишайники – он совершает путешествие по скале или даже по камню. Я такое видел. Это – настоящее профессионализированное путешествие, все его атрибуты здесь налицо. Путешествием может быть даже чтение.

Путешествия по природному ландшафту с технической точки зрения описаны давно. Есть знаменитый «Справочник путешественника и краеведа» Обручева-сына, где описано, какую выбирать палатку, как разбивать лагерь относительно ветров, лавин и т.д., как устроить походный туалет… Сейчас палатки другие, но задачи прежние. – Вопрос же в том, как сформировать установку на путешествие.

Путешествие – деятельность напряжённая, внешне и внутренне опасная. Это – своего рода аскеза: потому что нужно отказываться от экзотики. С каким умонастроением в него отправляться? Как готовить личность к перемещению в пространстве, чтобы оно было продуктивно? В каком состоянии себя поддерживать? Как вести полевой дневник, чтобы он был достоверным документом? Установки типа «что вижу, о том пишу, чего не вижу – о том не пишу», как выразился кто-то из классиков – недостаточно. Если вы, скажем, не выспались ночью или получили из дома тяжёлое известие – ваш взгляд не может не измениться. И это надо зафиксировать - хотя бы для того, чтобы это преодолеть и нормировать. Или, скажем, у вас возник какой-то походный, дорожный, но очень яркий роман – и ваш взгляд на ландшафт опять-таки не может не измениться. Кстати, хорошие свадебные путешествия – это полноценные путешествия.

«Путешествие возвратно, в отличие от эмиграции, бегства, исхода. Путешествие неповторимо даже чисто маршрутно, в отличие от экскурсии и туристского похода, экспедиции, маятниковой миграции, утилитарной поездки. Путешествие маршрутно, в отличие от бродяжничества и странничества, где цепочка мест перемещения не связана со средой, случайна для нее и уж по крайней мере не мотивирована связкой состояния личности и среды перемещения. В отличие от гастролей или бизнес-путешествий маршрут путешествия мотивирован внутренними - а не внешними - особенностями ландшафта и личности.»
В. Каганский

Учение о путешествиях можно рассматривать и как филологическую задачу. Филология – исторически не что иное, как метод критики источников. Её задача – понимать, что сообщают люди, перемещающиеся в пространстве, в какой степени этому можно доверять, как это интерпретировать. Ведь потоки фантазий при перемещении в пространстве – вещь вполне обычная. Особенно, если человек не может двигаться в пространстве физическом и движется в пространстве образов, как это делал покойный Г. Гачев, чьи фантазии – его личное дело, но его образы мест кажутся мне, увы, произвольными.

Кроме того, сейчас, в условиях смены познавательной модели, точнее, плюрализма таких моделей (наука в эпоху постмодерна – это наука множественности норм) возникает задача обучения путешествованию. Но обучение путешествию, как деятельности, прямо скажем, элитарной, как и всякая экспертиза (путешествие – это динамическая экспертиза со сменой позиций) невозможно ни очень массово, ни очень быстро. Конечно, это обучение происходит непосредственно в путешествии. Другого пути нет. Но всё-таки уже накопленный опыт путешествий и их теоретическая и методологическая рефлексия позволяет довольно многое осознать, оценить и транслировать.

Реабилитация пространства часто поверхностна. Такова мода на визуальную социологию, визуальную антропологию и т.д.: люди идут, снимают и потом комментируют снятое. Пока это носит – во всяком случае, в отечественных образцах – довольно жалкий характер. Люди даже не знают, как проложить маршрут, чтобы репрезентировать многообразие ландшафта.

Учение о путешествии могло бы выполнять в таких случаях методологические функции: вопрос об адекватных и неадекватных маршрутах достаточно прояснён.

Так, обычная ошибка при построении маршрута – помещение в начало, вольно или невольно, очень яркого – личностно, эмоционально, содержательно – объекта. Начинать с такого объекта – значит сбить себе оптику: он уникализирует зрение, и все остальные различия оказываются в тени. Если такое случается, преодолеть это очень трудно.

Многие жаждут познать собственную страну - но просто не знают, как. Им кажется, что, если посетить Камчатку, Байкал, Петербург, Москву, Золотое Кольцо, Кавказ, то получишь представление о стране. То есть, массовое познавательство сдвинуто в сторону уникальных, экзотических объектов. Да, без них не обойтись, но драгоценному камню нужна оправа. Уникальный объект можно оценить только на фоне. А обычный ландшафт, по которому трудно путешествовать даже технически, не привлекает ровным счётом никакого внимания.

Когда я узнаю, что первая практика студентов моего знакомого, российского профессора-географа проходит в Калифорнии, я понимаю: после этого в различиях российского ландшафта они не разберутся уже никогда – по сравнению с Калифорнией он будет казаться им однообразным, унылым, содержательно бедным; тем более, что Калифорния ещё и сама сложна и внутренне разнородна. Кстати, Солженицын свой въезд в Россию построил именно как методически правильное путешествие: от малоизвестного – к более известному, от тусклого – к яркому, от фонового – к уникальному.

Без постижения обычного ландшафта не выяснить ландшафтной, культурной, социальной и прочей специфики нашей страны. А без выявления такой специфики, в частности, невозможно адекватное усвоение иного культурного и социального опыта.

Именно путешествия открыли для меня в ландшафте России:
• массовость спонтанной ренатурализации ландшафта,
• специфику, массивность и рост Внутренней Периферии;
• природные заповедники - фокусы культурного ландшафта;
• реальный бум и специфику приграничных территорий;
• бум «вторых городов»;
• разностороннюю сакрализацию,
• бурную мифологизацию ландшафта,
• и уже его клерикализацию;
• дачный бум и новый пригородный ландшафт;
• реальное – острое и бурное - самоопределение мест;
• поведение в ландшафте массовых групп населения;
• важные черты бытования культуры современной России.
В. Каганский

Отсюда – и огромный поток работ, которые строятся на формально корректной методологии западного мейнстрима, не релевантной, однако, материалу России: там – другой культурный ландшафт. Все социогуманитарные науки этим переполнены. А сказать: «Бросьте всё и отправляйтесь в путешествие» - нельзя, потому что обучение путешествию, как деятельности, прямо скажем, элитарной, невозможно ни очень массово, ни очень быстро.

Но некоторые наработки в этой области – по крайней мере, как проложить сеть маршрутов – передать уже можно. Кроме того, нужно проектировать не отдельные маршруты, а целые сети маршрутов – в литературе же на этот счет просто ничего нет; уже многое известно и о том, как реализовывать путешествия как определенные культурные практики, как обозначить культурный статус путешественника и т.д. Немало уже понято.

То есть, у не возникшего пока направления уже есть определённый эвристический задел и методологический потенциал. Будет ли он востребован, не знаю.

— На перекрёстке каких наук должно возникнуть учение о путешествиях?
— Семиотика, герменевтика, методология, филология, культурология (особенно если сложится полевая культурология), теоретическая география, теоретическая биология, культурная или социальная антропология, этнология (по-старосоветски – этнография), фольклористика… Пока это – область их первоначального взаимодействия. Уже сейчас явно или неявно запрос на учение о путешествии, его выводы и рекомендации предъявляют и уже упоминавшиеся визуальные дисциплины. Не исключено, что возможно взаимодействие с когнитивными дисциплинами – с путешествиями их роднит неизбежность работы с картами, хотя бы и негеографическими - и интерес к когнитивным компонентам и аспектам поведения. Само путешествие – важная когнитивная практика (но к этому не сводится).

Мне кажется, что если учение о путешествиях станет складываться как направление теоретического внимания, – это будет поразительное сочетание (сейчас оно кажется непривычным и нетипичным) интереса к природе человека, к специфике особых психологических состояний – и, одновременно, к конкретным картинам, привозимым из конкретных путешествий.

Пока сложно сказать, какой именно будет эта наука – самостоятельной, в ряду других гуманитарных наук, или методической, вспомогательной, вроде сфрагистики – учения о печатях. Вот ведь: о печатях – есть, а о путешествиях - нет! Скажем, дневник путешественника, дорожные записки – он вообще никем не изучен. Ни в документалистике, ни в семиотике – нигде.

При этом, скажем, на той же конференции в РАШ, если географы проявляли интерес к филологическим работам, то филологов не интересовало, что такое путешествие, - даже если речь идёт о путешествии героя. Даже тогда, когда путешествие трактуется как культурная практика, феномен культуры – таких работ все больше – специфика самого путешествия как жанра жизни практически не рассматривается (Пример – недавняя книга Золотой век grand tour. Путешествие как феномен культуры. Составление и общая редакция В.П. Шестакова. – СПб.: Алетейя, 2012. – 304 с.). Те, кто занимается паломничеством, не очень интересуются его географией. География как наука здесь очередной раз оказывается в ситуации, когда она предлагает на интеллектуальный рынок интересный товар – но с неизвестным брендом: он может оказаться невостребованным.

Ну, поживём – увидим. Не исключаю, что представители гуманитарных дисциплин, опираясь на семиотику или герменевтику, сами попытаются все переоткрыть заново – но тогда им понадобится и переоткрыть ландшафт… А вот это уже крайне маловероятно.

Увы, я не знаю ни одного человека, для которого путешествие было бы, теоретически, в центре внимания. Вот Борис Родоман построил оригинальное учение о туристическом путешествии. Для него путешествие, может быть, в центре жизни – но не в центре теоретического внимания. Или, скажем, Игорь Сид, поэт и путешественник, - для него путешествия важны, но тоже не в центре внимания. Я занимаюсь культурным ландшафтом, теоретической географией, – а путешествие не в центре внимания и для меня. И это не случайно и не печально – путешествием как феноменом можно заниматься только в широком контексте – и нельзя заниматься только путешествием. Да и представить себе ландшафт или нашу с Родоманом теоретическую географию и теоретически и практически без путешествий нельзя! Нельзя ни понять, ни представить современную Россию без путешествий.

Может быть, учение о путешествии способно стать центром профессионального интереса для литературоведов, которые занимаются травелогами? Разве можно изучать повествование о перемещении в пространстве, не интересуясь самим этим пространством и его структурой?

Конкретных наработок много, но непонятно, как их соединить, а если понятно, как, то непонятно, кто это будет делать. Сами задачи сейчас в стадии постановки.

Это, как выразилась бы Р.М. Фрумкина, - сфера огромного когнитивного диссонанса: оказывается, в знакомой вроде бы практике мы не понимаем многого или почти всего. Прежде всего - невероятную эффективность путешествий!

Именно поэтому учение о путешествиях обречено на возникновение.

Беседовала Ольга Балла




ОТПРАВИТЬ:       



 




Статьи по теме:



Хватит умничать

Как алкоголь, сквернословие и рок-музыка связаны с уровнем вашего интеллекта

Уже много лет исследователи пытаются понять, какие особенности присущи умным людям. Иногда ученым удается найти связь между интеллектом и некоторыми весьма неожиданными характеристиками, например волосатостью. В нашем материале мы расскажем, какие необычные качества ученым удалось связать с развитыми умственными способностями. Внимание, спойлер: корреляция не означает причинно-следственную зависимость, поэтому если вы левша -атеист , который на досуге любит съесть шоколадку, не обольщайтесь слишком сильно.

01.03.2017 15:00, Кристина Уласович, nplus1.ru


Синдром Снежаны

Как социальные сети повышают самооценку

Несколько лет назад в прессе была шумиха по поводу случая Снежаны Павлович из Белграда, попавшей в психиатрическую больницу после того, как ее заметка в соцсети Facebook не вызвала интереса ее друзей. Врачи назвали этот случай «синдромом Снежаны».

21.01.2017 14:00, Ольга Фадеева


Сердечные чувства

На что обращают внимание в своих возлюбленных жители разных стран

Прописная истина: в любви важны и голос, и запах, и, конечно, внешность партнера. Вооружившись опросами и статистикой, ученые из США, России, Португалии, Грузии и Франции попытались разобраться в этих словах подробнее и выяснить, на что больше всего обращают внимание жители разных стран в своих романтических отношениях.

19.01.2017 16:00, Михаил Петров


«Я послушался Романа Абрамовича»

Интервью с Генрихом Штейнбергом, российским вулканологом, директором Института вулканологии и геодинамики РАЕН

Вулканологов в мире – не больше, чем космонавтов, и один из них – Генрих Штейнберг, испытатель первых луноходов и владелец крупного месторождения рения внутри вулкана Кудрявый. В интервью Jewish.ru он рассказал, за что был под следствием в СССР, как стать свободным в несвободной стране и чем ему помог Роман Абрамович.

22.11.2016 16:00, Алена Городецкая


Наука женского рода

Вклад женщин-ученых в развитиe научных исследований

Несмотря на то, что женская эмансипация началась в начале 20 века (с движения суфражисток, выступающих за предоставление избирательных прав), до сих пор во многих областях науки заметна дискриминация по половому признаку, отодвигающая наше общество на пару веков назад. Это повод вспомнить о том, какой вклад в развитие науки внесли женщины, и поговорить об открытии структуры ДНК, появлении ядерного оружия и создании лекарства против лейкемии.

12.09.2016 16:00, Антон Шахов


Грибы как разумные существа

Необычные исследования, происхождение антибиотиков и интеллект мицелия

В 2000-м году профессор Тошиюки Накагаки, биолог и физик из японского университета Хоккайдо, взял образец желтого плесневого гриба и положил его у входа в лабиринт, который используется для проверки интеллекта и памяти мышей. В другой конец лабиринта он поместил кубик сахара. Гриб не только нашел путь к сахару, но и использовал для этого кратчайший путь.

03.08.2016 16:00, Игнат Гвоздик‎ для mayday.rocks


Учеба и генетика

Как наследственность влияет на выбор предметов в школе

Наследственность влияет на выбор дополнительных предметов в школе больше, чем среда, когда речь идет о точных, технических и естественных науках. Об этом «Чердаку» рассказала Юлия Ковас, профессор генетики и психологии Голдсмитс-колледжа Университета Лондона и содиректор Международного центра исследований развития человека ТГУ.

05.07.2016 13:00, Екатерина Боровикова


Васаби вместо будильника и сыр с запахом ног

Слава приходит к учёным не только после престижных научных наград, но и благодаря антипремиям. Самая известная среди них Игнобелевская (Ig Nobel Prize) — пафосная и остроумная пародия на Нобель. Согласно официальной формулировке, она вручается «за достижения, которые сначала вызывают смех, а затем заставляют задуматься». И это не совсем шутка. Действительно, некоторые исследователи и научные коллективы, взявшие «позорную награду», позже успешно развивают свои проекты и создают важные и полезные для общества технологии.

26.04.2016 17:19, Анастасия Журба для kot.sh


Внуки стволовой клетки

Биологи научились выращивать сперматозоиды «в пробирке»

С момента открытия стволовых клеток и их универсальной способности развиваться в любые другие клетки организма ученые думали над получением из них половых клеток. Такое открытие произвело бы революцию в лечении бесплодия — любой человек, независимо от возраста, состояния здоровья и даже наличия половых органов, мог бы иметь своего в генетическом отношении ребенка. Однако половые клетки настолько отличаются от всех остальных, что даже теоретическая возможность их получения «в пробирке» вызывала обоснованные сомнения.

02.03.2016 13:00, Олег Лищук


Невеселые прогнозы

«Россия пока еще заметна на научной карте мира»

Мы рискуем выпасть из группы стран-лидеров научной сферы, если российская наука не будет реформирована в ближайшие несколько лет. Подробнее – в разговоре с экспертом по инновационному и научно-технологическому развитию, Председателем Правления Фонда "ЦСР "Северо-Запад", Владимиром Княгининым.

01.02.2016 13:00, Зоя Милославская






 

Новости

Выборы президента РАН перенесли на осень
Общее собрание Российской академии наук проголосовало за перенос выборов президента с 22 марта на осень, после того как все претенденты сняли свои кандидатуры.
20 мая пройдет конференция фронтенд разработчиков FrontDays
Спикеры конференции — крутейшие разработчики и тимлиды с огромным опытом, которые поделятся с вами рабочими кейсами из проектов своих компаний и расскажут, как внедряли новые технологии, ускоряли фронт, налаживали автоматическое тестирование.
Проект ФРС представлен студентам юрфака ВШЭ
28 февраля 2017 года на юридическом факультете Высшей школы экономики состоялось мероприятие, на котором президент Ассоциации интернет-издателей Иван Засурский представил старшекурсникам юридического факультета проект Федеральной резервной системы банков знания, рассказал об открытых лицензиях Creative Commons и новых принципах работы с информацией в сфере науки и образования.
Билл Гейтс предложил ввести налоги для роботов, занимающих рабочие места людей
Сооснователь Microsoft Билл Гейтс в разговоре с изданием Quartz предположил, что роботы, которые будут выполнять работу вместо людей, тоже должны облагаться налогами. По его мнению, это позволит профинансировать другие виды труда, которые практически невозможно автоматизировать.
Ученые установили максимальный возраст, до которого может дожить человек
Ян Вейг, генетик медицинского колледжа Альберта Эйнштейна в Нью-Йорке, совместно с коллегами проанализировал базу данных человеческой смертности из 38 стран. Ученые установили, что рост продолжительности жизни, наблюдавшийся с начала XX века, остановился в середине 1990-х годов на возрасте 114,9 лет.

 

 

Мнения

Дмитрий Волошин, facebook.com/DAVoloshin

Теория самоневерия

О том, почему мы боимся реальных действий

Мы живем в интересное время. Время открытых дискуссий, быстрых перемещений и медленных действий. Кажется, что все есть для принятия решений. Информация, много структурированной информации, масса, и средства ее анализа. Среда, открытая полемичная среда, наработанный навык высказывать свое мнение. Люди, много толковых людей, честных и деятельных, мечтающих изменить хоть что-то, мыслящих категориями целей, уходящих за пределы жизни.

facebook.com/ivan.usachev

Немая любовь

«Мы познакомились после концерта. Я закончил работу поздно, за полночь, оборудование собирал, вышел, смотрю, сидит на улице, одинокая такая. Я её узнал — видел на сцене. Я к ней подошёл, начал разговаривать, а она мне "ыыы". Потом блокнот достала, написала своё имя, и добавила, что ехать ей некуда, с парнем поссорилась, а родители в другом городе. Ну, я её и пригласил к себе. На тот момент жена уже съехала. Так и живём вместе полгода».

Александр Чанцев

Вскоре похолодало

Уикэндовое кино от Александра Чанцева

Радость и разочарование от новинок, маргинальные фильмы прошлых лет и вечное сияние классики.

Ясен Засурский

Одна история, разные школы

Президент журфака МГУ Ясен Засурский том, как добиться единства подходов к прошлому

В последнее время много говорилось о том, что учебник истории должен быть единым. Хотя очевидно, что в итоге один учебник превратится во множество разных. И вот почему.

Александр Чанцев

Ходячая медитация

Уикэндовое кино от Александра Чанцева

Радость и разочарование от новинок, маргинальные фильмы прошлых лет и вечное сияние классики.

Ивар Максутов

Необратимые процессы

Тяжелый и мучительный путь общества к равенству

Любая дискриминация одного человека другим недопустима. Какой бы причиной или критерием это не было бы обусловлено. Способностью решать квадратные уравнения, пониманием различия между трансцендентным и трансцендентальным или предпочтениям в еде, вине или сексуальных удовольствиях.

Александр Феденко

Алексей Толстой, призраки на кончике носа

Александр Феденко о скрытых смыслах в сказке «Буратино»

Вы задумывались, что заставило известного писателя Алексея Толстого взять произведение другого писателя, тоже вполне известного, пересказать его и опубликовать под своим именем?

Игорь Фунт

Черноморские хроники: «Подогнал чёрт работёнку»...

Записки вятского лоха. Июнь, 2015

Невероятно красивая и молодая, размазанная тушью баба выла благим матом на всю курортную округу. Вряд ли это был её муж – что, впрочем, только догадки. Просто она очень напоминала человека, у которого рухнули мечты. Причём все разом и навсегда. Жёны же, как правило, прикрыты нерушимым штампом в серпасто-молоткастом: в нём недвижимость, машины, дачи благоверного etc.

Александр Феденко

Проклятие Колобка

Александр Феденко об антропологии национального бессилия

Отбушевали страсти над выпотрошенным трупом волка из «Красной Шапочки» - поминки прошли в праздничной и торжественной атмосфере. И я приглашаю вас поучаствовать в еще одном ритуальном вскрытии – на этот раз Колобка. Выходит, у нас будет не просто вскрытие, а настоящая трепанация.

Марат Гельман

Четыре способа как можно дольше не исчезнуть

Почему такая естественная вещь как смерть воспринимается нами как трагедия?

Надо просто прожить свою жизнь, исполнить то что предначертано, придет время - умереть, но не исчезнуть. Иначе чистая химия. Иначе ничего кроме удовольствий значения не имеет.

Андрей Мирошниченко, медиа-футурист, автор «Human as media. The emancipation of authorship»

О роли дефицита и избытка в медиа и не только

В презентации швейцарского футуриста Герда Леонарда (Gerd Leonhard) о будущем медиа есть замечательный слайд: кролик окружен обступающей его морковью. Надпись гласит: «Будь готов к избытку. Распространение, то есть доступ к информации, больше не будет проблемой…».

Михаил Эпштейн

Симпсихоз. Душа - госпожа и рабыня

Природе известно такое явление, как симбиоз - совместное существование организмов разных видов, их биологическая взаимозависимость. Это явление во многом остается загадкой для науки, хотя было обнаружено швейцарским ученым С. Швенденером еще в 1877 г. при изучении лишайников, которые, как выяснилось, представляют собой комплексные организмы, состоящие из водоросли и гриба. Такая же сила нерасторжимости может действовать и между людьми - на психическом, а не биологическом уровне.

Игорь Фунт

Евровидение, тверкинг и Винни-Пух

«Простаквашинское» уныние Полины Гагариной

Полина Гагарина с её интернациональной авторской бригадой (Габриэль Аларес, Иоаким Бьёрнберг, Катрина Нурберген, Леонид Гуткин, Владимир Матецкий) решили взять Евровидение-2015 непревзойдённой напевностью и ласковым образным месседжем ко всему миру, на разум и благодатность которого мы полагаемся.

Петр Щедровицкий

Социальная мечтательность

Истоки и смысл русского коммунизма

«Pyccкиe вce cклoнны вocпpинимaть тoтaлитapнo, им чyжд cкeптичecкий кpитицизм эaпaдныx людeй. Этo ecть нeдocтaтoк, npивoдящий к cмeшeнияи и пoдмeнaм, нo этo тaкжe дocтoинcтвo и yкaзyeт нa peлигиoзнyю цeлocтнocть pyccкoй дyши».
Н.А. Бердяев

Лев Симкин

Человек из наградного листа

На сайте «Подвиг народа» висят наградные листы на Симкина Семена Исааковича. Моего отца. Он сам их не так давно увидел впервые. Все четыре. Последний, 1985 года, не в счет, тогда Черненко наградил всех ветеранов орденами Отечественной войны. А остальные, те, что датированы сорок третьим, сорок четвертым и сорок пятым годами, выслушал с большим интересом. Выслушал, потому что самому читать ему трудновато, шрифт мелковат. Все же девяносто.

Александр Чанцев

Кровь и малокровие, телефонные человечки и лунные девочки

Уикэндовое кино от Александра Чанцева

Радость и разочарование от новинок, маргинальные фильмы прошлых лет и вечное сияние классики.

 

Календарь

Олег Давыдов

Колесо Екатерины

Ток страданий, текущий сквозь время

7 декабря православная церковь отмечает день памяти великомученицы Екатерины Александрийской. Эта святая считалась на Руси покровительницей свадеб и беременных женщин. В её день девушки гадали о суженом, а парни устраивали гонки на санках (и потому Екатерину называли Санницей). В общем, это был один из самых весёлых праздников в году. Однако в истории Екатерины нет ничего весёлого.

Ив Фэрбенкс

Нельсон Мандела, 1918-2013

5 декабря 2013 года в Йоханнесбурге в возрасте 95 лет скончался Нельсон Мандела. Когда он болел, Ив Фэрбенкс написала эту статью о его жизни и наследии

Достижения Нельсона Ролилахлы Манделы, первого избранного демократическим путем президента Южной Африки, поставили его в один ряд с такими людьми, как Джордж Вашингтон и Авраам Линкольн, и ввели в пантеон редких личностей, которые своей глубокой проницательностью и четким видением будущего преобразовывали целые страны. Брошенный на 27 лет за решетку белым меньшинством ЮАР, Мандела в 1990 году вышел из заточения, готовый простить своих угнетателей и применить свою власть не для мщения, а для создания новой страны, основанной на расовом примирении.

Молот ведьм. Существует ли колдовство?

5 декабря 1484 года началась охота на ведьм

5 декабря 1484 года была издана знаменитая «ведовская булла» папы Иннокентия VIII — Summis desiderantes. С этого дня святая инквизиция, до сих пор увлечённо следившая за чистотой христианской веры и соблюдением догматов, взялась за то, чтобы уничтожить всех ведьм и вообще задушить колдовство. А в 1486 году свет увидела книга «Молот ведьм». И вскоре обогнала по тиражам даже Библию.

Максим Медведев

Фриц Ланг. Апология усталой смерти

125 лет назад, 5 декабря 1890 года, родился режиссёр великих фильмов «Доктор Мабузе…», «Нибелунги», «Метрополис» и «М»

Фриц Ланг являет собой редкий пример классика мирового кино, к работам которого мало применимы собственно кинематографические понятия. Его фильмы имеют гораздо больше параллелей в старых искусствах — опере, балете, литературе, архитектуре и живописи — нежели в пространстве относительно молодой десятой музы.

Игорь Фунт

А портрет был замечателен!

5 декабря 1911 года скончался русский живописец и график Валентин Серов

…Судьба с детства свела Валентина Серова с семьёй Симонович, с сёстрами Ниной, Марией, Надеждой и Аделаидой (Лялей). Он бесконечно любил их, часто рисовал. Однажды Маша и Надя самозабвенно играли на фортепьяно в четыре руки. Увлеклись и не заметили, как братик Антоша-Валентоша подкрался сзади и связал их длинные косы. Ох и посмеялся Антон, когда сёстры попробовали встать!

Юлия Макарова, Мария Русакова

Попробуй, обними!

4 декабря - Всемирный день объятий

В последнее время появляется всё больше сообщений о международном движении Обнимающих — людей, которые регулярно встречаются, чтобы тепло обнять друг друга, а также проводят уличные акции: предлагают обняться прохожим. Акции «Обнимемся?» проходят в Москве, Санкт-Петербурге и других городах России.

Илья Миллер

Благодаря Годара

85 лет назад, 3 декабря 1930 года, родился великий кинорежиссёр, стоявший у истоков французской новой волны

Имя Жан-Люка Годара окутано анекдотами, как ни одно другое имя в кинематографе. И это логично — ведь и фильмы его зачастую представляют собой не что иное, как связки анекдотов и виньеток, иногда даже не скреплённые единым сюжетом.

Денис Драгунский

Революционер де Сад

2 декабря 1814 года скончался философ и писатель, от чьего имени происходит слово «садизм»

Говорят, в штурме Бастилии был виноват маркиз де Сад. Говорят, он там как раз сидел, в июле месяце 1789 года, в компании примерно десятка заключённых.

Александр Головков

Царствование несбывшихся надежд

190 лет назад, 1 декабря 1825 года, умер император Александра I, правивший Россией с 1801 по 1825 год

Александр I стал первым и последним правителем России, обходившимся без органов, охраняющих государственную безопасность методами тайного сыска. Четверть века так прожили, и государство не погибло. Кроме того, он вплотную подошёл к черте, за которой страна могла бы избавиться от рабства. А также, одержав победу над Наполеоном, возглавил коалицию европейских монархов.

Александр Головков

Зигзаги судьбы Маршала Победы

1 декабря 1896 года родился Георгий Константинович Жуков

Его заслуги перед отечеством были признаны официально и всенародно, отмечены высочайшими наградами, которых не имел никто другой. Потом эти заслуги замалчивались, оспаривались, отрицались и снова признавались полностью или частично.


 

Интервью

«Музыка Земли» нашей

Пианист Борис Березовский не перестает удивлять своих поклонников: то Прокофьева сыграет словно Шопена – нежно и лирично, то предстанет за роялем как деликатный и изысканный концертмейстер – это он-то, привыкший быть солистом. Теперь вот выступил в роли художественного руководителя фестиваля-конкурса «Музыка Земли», где объединил фольклор и классику. О концепции фестиваля и его участниках «Частному корреспонденту» рассказал сам Борис Березовский.

Александр Привалов: «Школа умерла – никто не заметил»

Покуда школой не озаботится общество, она так и будет деградировать под уверенным руководством реформаторов

Конец учебного года на короткое время поднял на первые полосы школьную тему. Мы воспользовались этим для того, чтобы побеседовать о судьбе российского образования с научным редактором журнала «Эксперт» Александром Николаевичем Приваловым. Разговор шёл о подлинных целях реформы образования, о том, какими знаниями и способностями обладают в реальности выпускники последних лет, бесправных учителях, заинтересованных и незаинтересованных родителях. А также о том, что нужно, чтобы возродить российскую среднюю школу.

Василий Голованов: «Путешествие начинается с готовности сердца отозваться»

С писателем и путешественником Василием Головановым мы поговорили о едва ли не самых важных вещах в жизни – литературе, путешествиях и изменении сознания. Исламский радикализм и математическая формула языка Платонова, анархизм и Хлебников – беседа заводила далеко.

Дик Свааб: «Мы — это наш мозг»

Всемирно известный нейробиолог о том, какие значимые открытия произошли в нейронауке в последнее время, почему сексуальную ориентацию не выбирают, куда смотреть молодым ученым и что не так с рациональностью

Плод осознанного мыслительного процесса ни в коем случае нельзя считать продуктом заведомо более высокого качества, чем неосознанный выбор. Иногда рациональное мышление мешает принять правильное решение.

«Триатлон – это новый ответ на кризис среднего возраста»

Михаил Иванов – тот самый Иванов, основатель и руководитель издательства «Манн, Иванов и Фербер». В 2014 году он продал свою долю в бизнесе и теперь живет в США, открыл новый бизнес: онлайн-библиотеку саммари на максимально полезные книги – Smart Reading.

Андрей Яхимович: «Играть спинным мозгом, развивать анти-деньги»

Беседа с Андреем Яхимовичем (группа «Цемент»), одним из тех, кто создавал не только латвийский, но и советский рок, основателем Рижского рок-клуба, мудрым контркультурщиком и настоящим рижанином – как хороший кофе с черным бальзамом с интересным собеседником в Старом городе Риги. Неожиданно, обреченно весело и парадоксально.

«Каждая собака – личность»

Интервью со специалистом по поведению собак

Антуан Наджарян — известный на всю Россию специалист по поведению собак. Когда его сравнивают с кинологами, он утверждает, что его работа — нечто совсем другое, и просит не путать. Владельцы собак недаром обращаются к Наджаряну со всей страны: то, что от творит с животными, поразительно и кажется невозможным.

«Самое большое зло, которое может быть в нашей профессии — участие в создании пропаганды»

Правила журналистов

При написании любого текста я исхожу из того, что никому не интересно мое мнение о происходящем. Читателям нужно само происходящее, моя же задача - максимально корректно отзеркалить им картинку. Безусловно, у меня есть свои личные пристрастия и политические взгляды, но я оставлю их при себе. Ведь ни один врач не сообщает вам с порога, что он - член ЛДПР.

Юрий Арабов: «Как только я найду Бога – умру, но для меня это будет счастьем»

Юрий Арабов – один из самых успешных и известных российских сценаристов. Он работает с очень разными по мировоззрению и стилистике режиссёрами. Последние работы Арабова – «Фауст» Александра Сокурова, «Юрьев день» Кирилла Серебренникова, «Полторы комнаты» Андрея Хржановского, «Чудо» Александра Прошкина, «Орда» Андрея Прошкина. Все эти фильмы были встречены критикой и зрителями с большим интересом, все стали событиями. Трудно поверить, что эти сюжеты придуманы и написаны одним человеком. Наш корреспондент поговорила с Юрием Арабовым о его детстве и Москве 60-х годов, о героях его сценариев и религиозном поиске.