Массовый приход к власти левых в странах Латинской Америки становится очередным испытанием жизнеспособности социалистической идеи и серьезным геополитическим вызовом для США. «Задний двор» может стать для них проблемой более сложной, чем нынешние войны в Азии.
Латинская Америка в последние годы вошла в число ключевых в геополитическом смысле регионов планеты. Именно здесь, а не в Азии, Вашингтон может потерпеть самое тяжелое поражение. Либо, наоборот, именно здесь окончательное поражение потерпит социалистическая идея.
Массированное вторжение левых на «задний двор» США, имевшее место в 60-е годы, казалось, захлебнулось. Коммунисты взяли лишь Кубу, в 1979-м добавили еще Никарагуа, но потеряли эту страну еще при живом СССР. После краха последнего в Вашингтоне были уверены, что проблема снята навсегда, Куба никуда не денется, умрет Кастро – она автоматически вернется в «лоно демократии». В итоге «задний двор» был просто забыт. И это стало, возможно, роковой ошибкой Вашингтона.
Унизительная концепция «заднего двора» породила в Латинской Америке ненависть к гринго, которая здесь, пожалуй, даже сильнее, нежели в исламском мире. Эта ненависть очень схожа с восточноевропейской русофобией. Стаж американцев в качестве оккупантов на Ближнем Востоке, по сути, ограничивается, к примеру, в Ираке лишь тремя годами, а в Латинской Америке с это целый век косвенной оккупации на всем континенте. На этой ненависти и оказался замешан новый латиноамериканский социализм.
Бороться с этим социализмом Штатам гораздо сложнее, чем в годы холодной войны с советским, поскольку он не навязан силой, как частично в СССР и в большей степени в Восточной Европе, а является отражением взглядов очень значительной части населения латиноамериканских стран, поэтому приходит вполне демократическим путем. Это поистине «народный», в значительной степени люмпенский социализм с огромной примесью национализма. К тому же этот социализм чаще всего не подразумевает абсурдных идеологических ограничений в повседневной жизни людей и не отменяет рыночные отношения, что значительно повышает его устойчивость.
Ситуация для Вашингтона усугубляется тем, что в населении самих Штатов стремительно растет доля латиносов – выходцев из Латинской Америки. До сих пор казалось, что этот факт особой угрозы для США не представляет. Латиносы более европеизированы, ближе к западной культуре и традициям, чем, например, ближневосточные и африканские мигранты в Европе или китайцы в России. Однако в связи с новым тенденциями в «мягком подбрюшье» США можно ожидать, что немалая часть латиносов станет своеобразной «пятой колонной» на территории самих Штатов.
Под контролем левых на сегодняшний день оказались Куба, Венесуэла, Бразилия, Аргентина, Уругвай, Боливия, Чили, Эквадор и Никарагуа. Близки к этому – Перу и Мексика, ведь там левые проиграли выборы с очень небольшим отрывом от соперников. Левые, конечно, разные – радикалы на Кубе, в Венесуэле, Боливии, Эквадоре, Никарагуа, умеренные – в остальных странах. Тем не менее тенденция очевидна.
Перспективы развития ситуации в Латинской Америке будут определяться несколькими ключевыми моментами. В первую очередь речь идет о действиях неформального лидера антиамериканских радикалов Уго Чавеса. Венесуэльский президент чрезвычайно активно эксплуатирует тему искусственной разделенности Латинской Америки, апеллируя к объединительным идеям «местночтимого святого» Симона Боливара. В принципе Чавес прав, континент действительно поделен на страны совершенно искусственно. Вопрос в том, насколько радикален и насколько успешен он будет в своих объединительных прожектах.
По крайней мере Чавесу удалось сохранить в своей сфере влияния Кубу, она не перешла под контроль Вашингтона, несмотря на уже свершившийся уход от власти Фиделя. Под прямым покровительством Венесуэлы находятся Боливия и Никарагуа. Впрочем, гораздо важнее для Чавеса было бы взятие под контроль Бразилии и Мексики.
Важность Бразилии для континента переоценить невозможно. Эта страна очень похожа на нашу – огромная территория, значительная часть которой не освоена из-за крайне сложных природных условий, очень большое социальное расслоение, достаточно мощная, хотя и отстающая от Запада в качественном отношении промышленность, теоретически способная производить почти всё. Без участия Бразилии любые латиноамериканские интеграционные проекты практически бессмысленны. Президент Бразилии Лулу да Сильва хоть и левый, но весьма умеренный. Он не готов идти на Вашингтон «в лоб». Будет ли Чавес его к этому подталкивать? Или попытается искать в стране более радикальных левых, которые, кстати, там есть...
Мексика обладает очень мощной по латиноамериканским меркам экономикой, а главное, граничит с США и является важнейшим поставщиком в Штаты мигрантов и нефти. Дестабилизация ситуации в этой стране или переход ее под контроль левых стал бы для Штатов настоящей катастрофой. Америка не готова воевать на своих южных границах, имея «пятую колонну» латиносов внутри собственной страны.
Разумеется, любую латиноамериканскую армию ВС США разгромят без проблем, но при попытке оккупировать территорию американцы получат партизанскую войну, сравнимую с вьетнамской, но намного более жестокую, чем иракская. Латиноамериканцы имеют отличный опыт партизанской войны, гораздо более квалифицированы в обращении с оружием, чем арабы и персы, и несут вышеупомянутый заряд ненависти к гринго. Кстати, в американской армии, особенно в сухопутных войсках, которые и осуществляют оккупационные функции, доля латиносов гораздо выше, чем в среднем в населении США. Не факт, что посылать латиносов в бой против латиносов было бы мудрым решением. Можно с большой долей уверенности сказать, что в случае наземной противопартизанской войны против любой латиноамериканской страны ВС США ждет коллапс.
После президентских выборов 2006 года Мексика стояла в шаге от полной дестабилизации, переходящей в гражданскую войну. Тогда ситуацию удалось удержать, но нет гарантий, что она не повторится в будущем.
Дополнительное влияние на ситуацию может оказать недавно начавшееся проникновение в Латинскую Америку Китая. Пекин уже обратил внимания на «задний двор» США, где есть венесуэльская нефть, кубинский никель и общая ненависть к северному соседу. В итоге уже сегодня Китай уже контролирует такой важнейший узел морских коммуникаций, как Панамский канал. С 2000 года портами канала управляет гонконгская (то есть фактически китайская) фирма Hutchison Whampoa. Ее владельцем является один из богатейших людей мира, гонконгский бизнесмен Ли Цзячен, известный хорошими отношениями с китайским генералитетом. Канал будут расширять, чтобы возить венесуэльскую нефть в Китай было удобнее (через него получится гораздо ближе, чем вокруг Африки, как сейчас).
Самой большой проблемой латиноамериканского, как, впрочем, и любого другого социализма является его экономическая неэффективность. И Венесуэла, и Боливия уже вполне ее на себе ощущают. Именно поэтому левый эксперимент здесь может закончиться раньше, чем создаст по-настоящему серьезные проблемы для США.
Москва в настоящем активно заигрывает с латиноамериканскими левыми на почве противостояния гринго. Мы получаем от этого доходы от экспорта вооружений в Венесуэлу, признание Абхазии и Южной Осетии со стороны Никарагуа, возможность напрячь Штаты, направляя флот и стратегическую авиацию в этот регион. Однако, содержание в Венесуэле или на Кубе постоянной военной базы потребует огромных финансовых затрат, при этом в случае реального обострения обстановки США легко и наглухо ее блокируют. А вышеупомянутая низкая эффективность латиноамериканского социализма резко ограничивает возможность экономического сотрудничества с данными странами. Если только Россия по примеру СССР не хочет стать их чистым донором. Но тогда надо четко понимать, ради чего это делается.
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
