Лекарства с кодеином — это прежде всего не лекарства от кашля для детей, а лекарства городских жителей с постоянной работой, которым надо срочно купировать тот или иной симптом (головная боль, невралгия и т.п.). Как будет выглядеть ситуация, если принимается запрет на свободную продажу кодеиновых препаратов?
Давно заявленную меру — запрет безрецептурного отпуска кодеин-содержащих препаратов — обещают всё-таки ввести. Это очень опасное и глупое решение.
Собственно, известно, что в России крайне «либеральные» правила отпуска лекарств. Хотя многие лекарства являются рецептурными, их можно без проблем купить, в том числе транквилизаторы, антибиотики и т.п. Эта либеральность выполняет простую функцию — делает медицину и лечение доступными в обход существующей официальной медицинской (как платной, так и бесплатной) системы.
Фактически все знают, с какими сложностями связаны достаточно банальные медицинские процедуры в условиях, где, с одной стороны, бесплатная медицина разрушена, а платная — всегда предлагает не то, что тебе нужно. Большинство больных, но не крайне больных людей (то есть хроников), знают, как именно им лечиться в рутинной ситуации, не тратя время и деньги на общение с врачами, обычно занятыми либо отрабатыванием своего собственного бюрократического графика, либо разводом пациента на деньги.
В результате степень стихийной медикализации населения неизвестна, но легко предположить, что она носит сейчас не только медицинской, но и экономический, политический характер. Лекарства с кодеином — это прежде всего не лекарства от кашля для детей, а лекарства городских жителей с постоянной работой, которым надо срочно купировать тот или иной симптом (головная боль, невралгия и т.п.). Как будет выглядеть ситуация, если принимается запрет на свободную продажу кодеиновых препаратов? Вместо того, чтобы по дороге на работу купить пенталгин, человек должен будет бежать к какому-то врачу и покупать рецепт.
Поскольку, разумеется, торговать будут именно рецептами, а не собственно рекомендациями (последнее у нас недоступно ни платным, ни бесплатным врачам). Поскольку огромное количество врачей у нас давно стали дистрибьюторами разных препаратов (в основном бесполезной нутрицевтической фигни), государство в данном случае даёт им ещё одну серьёзную фору, обеспечивая новым источником доходов за счёт тех, кто, по большей части, не попадал в приёмные и не ходил к врачам (или делал это редко и давно), то есть предлагает им эдакую средневековую «лицензию», позволяющую контролировать объёмный рынок, на котором уже есть постоянный спрос. В итоге человек с больной головой, или ещё чем, не попадёт на работу, а будет отдавать двойные деньги, и не факт, что эффективно.
Другой опасный момент заключается в криминализации «рутинно больных». То есть те, кто раньше запросто принимали пенталгин, вдруг попали в категорию скрытых наркоманов или наркопроизводителей. Произойдёт перекодирование. Оказывается, покупка кодеинового препарата — не более, чем этап в производстве наркотиков. Конечно, даже после введения запрета, скорее всего, в аптеках что-то и можно будет купить (как сейчас можно купить рецептурные препараты), однако придётся, во-первых, унижаться и просить (поскольку, могут и не продать), а, во-вторых, тень наркоконтролирующих органов и полиции будет висеть над каждой такой покупкой: купил нелегально солпадеин — изволь пройти в участок.
То есть таким запретом, с одной стороны, будет взиматься дополнительная мзда с граждан (причём экономически активных) в пользу сословия врачей, а с другой — произойдёт криминализация не только больных, но и самого этого рынка (пенталгин перейдёт на чёрный рынок наравне с, например, психотропными препаратами). В принципе, запрет кодеина — это очень близко к запрету, скажем, кофе. Непонятно, на каком основании граждане по утрам имеют право на безрецептурную чашку эспрессо. Непорядок.
Поскольку кодеиновые препараты по статусу для больших городов и его активного населения (работников офисов и т.п.) во многом аналогичны алкоголю и сигаретам советских времён (как средство быстрой реабилитации), последствия таких шагов, скорее всего, будут плачевны.
Текст публикуется с сохранением авторской стилистики и орфографии. С другими материалами автора и с их обсуждением вы можете ознакомиться в его блоге.
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
Статьи по теме:
- Дайте, дайте мне это….
Помните «Морфий» у Булгакова? - Зачем наркополиция запрещает книги.
Издательства боятся издавать, а магазины — продавать книги, в которых речь идёт о наркотиках. - У них такая практика.
В копилку историй о профпригодности сотрудников опасной и трудной службы. - ФСКН против Фонда Рылькова.
Чем же так насолила скромная НГО такой большой и могущественной госструктуре? - Почему нас травят? .
Россия не только отмахивается от наркозависимых, она преследует тех, кто им пытается помочь. - Как попасть в тюрьму в России.
В Екатеринбурге продолжился суд над Евгением Конышевым - активистом-правозащитником, представителем сообщества наркопотребителей и волонтером программы «снижения вреда». - Пропаганда не его, он просто разместил….
Госнаркоконтроль преследует пользователя за перевод и размещение статьи. - Метадоновый крючок.
«Таблетка никого не интересовала, им было важно знать, чем я занимаюсь, куда езжу и зачем». - Право изгоя.
Права наркоманов оказались столь острой темой, что «Частный корреспондент» посчитал необходимым продолжить её обсуждение. - Война с баночкой трамадола.
Ольга Жук: «В России мне рекомендовали не появляться».
