Слышу вокруг и вижу в ленте один и тот же вопрос: политическая ситуация конкретно надоела, но идти и получать по голове от пентов, сидеть несколько суток, вылететь с работы, бросить дома детей/кошек/собак не могу; что делать? Сама еще вчера днем задавалась этим вопросом. И вчера же вечером получила ответ.
anna-smirnova:
По совету своих прекрасных друзей отправилась с подругой в отделение, извините, полиции номер девятнадцать. Там вторые сутки сидели задержанные у Гостинки.
Мы с моей подругой Светой взяли весьма нехитрый набор продуктов - бутерброды, печенье, сок, шоколадки. Пришли в отделение. У отделения стоят злые (очень, очень злые) милиционеры. Пытаются не пустить нас внутрь, мотивируя каким-то бредом: там и так много народу, стойте на улице; вы вообще кем будете задержанным?; отделение работает до двадцати двух, приходите завтра и пр. Один из милиционеров (ну привычнее мне так, простите, хочу вежливо, а «полицейский» все-таки пока ээээ) читает жуткую по степени своей отвратности лекцию на тему «если там ваши друзья, то вам должно быть стыдно за то, что не уберегли (!!), уговорили бы их сидеть дома и пить пиво, а не нарываться на приключения». Лекция, надо сказать, очень талантливая. Будь я какой-нибудь жуткой овцой, у которой в этом отделении мальчик, уже размазывала бы сопли и клялась, что послушаю товарища милиционера и приложу все усилия к тому, чтобы мальчик жрал больше пива и лежал на диване. Я не выдерживаю и спрашиваю, отчего автора лекции так волнуют чужие судьбы. У собеседника резко меняется выражение на лице и он очень по-человечески говорит: а потому что я мог бы сидеть дома со своим сыном, а стою тут, как идиот! У меня сыну четыре года! Знаете, какой классный пацан? Звонит и спрашивает «папа, ты когда придешь?», а я не знаю, что ему ответить! Потому что вы, мля, чем-то недовольны! И тут, вы знаете, я все поняла. Чуваку очень хочется домой к сыну, и это очень достойно уважения. Но из-за уважения к отцовским чувствам этого чувака и других ему подобных оставить все, как есть, утереться и пойти на диван пить пиво, как вы понимаете, не вариант.
Потом мы пробрались-таки в отделение, где вручили очень приятной и очень замученной женщине-милиционеру наши пакеты.
- Кому это? - Спросила она. - Скажите фамилии.
- Не знаю фамилий. - Ответила я. - Это просто тем, кто задержан у Гостиного двора.
- Что, без разницы, кому именно? - Глаза у нее стали в два раза больше. - Вы не знаете, кто тут у нас, но принесли им еду?
- Ну да. А что?
- Вот это да. А как же это организация называется, где у людей друг к другу такое отношение?
Мы со Светой хором засмеялись.
- Никак, - говорим, - Не называется. Мы не организация. Мы, простите за громкие слова, граждане государства Российская Федерация. Гражданское общество, типа. Люди, которые думают так же, как и мы, сидят у вас тут голодные, вот мы и пришли им помочь.
В этот момент на нас смотрела большими глазами не только собеседница, но и еще примерно дюжина сотрудников органов внутренних дел.
- Вот так, Ирина, - сказал один из них, - Полезно быть несогласным. Нам-то с тобой никто печенье не носит!
И тут я все поняла второй раз.
Тогда мы со Светой поблагодарили, вышли из отделения, зашли в ближайший магазин, собрали сдачу от покупки первой партии и купили на нее торт. Потом вернулись в отделение, увидели милиционера, который рассказывал про сына, и вручили его ему. Вот, сказали мы, это вам. Мы, сказали мы, понимаем, как вам тяжело. Мы, сказали мы, понимаем, что вам не нравится происходящее, потому что у вас и так стопицот проблем каждый день, и ваши служба и опасна, и трудна, а тут еще мы. Но сейчас по-другому нельзя, время такое. Простите нас, ладно? Вот вам, попейте чаю, чтобы вам тут было не так холодно и грустно. И знайте, что мы тоже нормальные люди, хоть и делаем вещи, которых вы пока не можете понять.
Сказали мы все это громко, так, что слышали все присутствующие. И с широкими улыбками. И совершенно от души. Вы знаете, таких лиц я не видела никогда в своей жизни. Но очень надеюсь, что увижу еще. Потому что это совершенно прекрасно. Пару минут стояла полная, полнейшая тишина, а потом чувак, которому мы протягивали торт, сказал:
- Ничего себе. Вот это люди. - И взял торт. - Вот это я понимаю!
Мы еще раз поблагодарили и ушли. На крыльце стояла еще группа грустных замерзших милиционеров, мы сказали им, что внутри чай и торт, тоже поблагодарили и ушли.
Это - люди. Это такие же люди, как мы с вами. У них есть работа. Вы любите сидеть на своей работе ночью? Наверное, нет. И они не любят. А тут те, из-за кого они сидят, представлены в лицах. А потом видим посты типа «суки, сволочи, садисты, они жестоко хватают на митингах бабушек!». Они жестоко хватают бабушек по двум причинам: они считают этих бабушек горсткой неадекватных маргиналов (потому что им долго внушали, что протестуют только неадекватные маргиналы, да и подтверждений этому тезису они насмотрелись пятьсот штук) и не видят из-за этих бабушек своих детей. Повернитесь к ним лицом. Поймите их. Скажите им «извините». Они просто делают свою работу, а она у них тяжелая. Конечно, есть жуткие уроды, они есть везде. Но в общем и целом это такие же люди, как мы с вами. И они тоже любят, когда с ними по-человечески.
Понимаете, это они, те, с кем мы сейчас боремся, хотят, чтобы мы были друг другу волками. А нам это не нужно. Мы должны быть друг другу людьми, изо всех, самых последних сил.
Если вы не можете идти на митинг, идите к отделению, отнесите печенье не только тем, кто задержан, но и тем, кто задержал. Потому что они это не по своей воле. Потому что многие из них с нами согласны, просто так же, как и вы, не хотят потерять работу. Потому что у них уже очень много дел, а в ближайшее время прибавится еще.
Понимаете, мы все, все мы должны сейчас объединиться. Не обязательно в том, чтобы где-то стоять. Вы - лично вы!, - тоже можете что-нибудь сделать. Заверить у нотариуса копии паспортов тем, кто стоит. Принести им чаю в термосе. Отвезти их домой на машине, когда их отпустят из отделения.
Да и почему только тем, кто стоит? У нас не борьба красных с белыми, зеленых с коричневыми, правых и виноватых. У нас борьба живых людей с манекенами. С гребаными человекоподобными роботами. С унылыми лицами и пустыми глазами. А вы такими не будьте. Будьте живыми людьми, сейчас нужно ими быть особенно яростно. Мы люди. Мы граждане нашей страны. Давайте хотя бы сейчас забудем, что мы устали, у нас нет сил, много проблем и мы всех ненавидим, давайте просто выйдем на улицу и пойдем если не на площади, то просто делать что-нибудь хорошее. Пусть будет такая организация. Такая организация, в которой люди помогают друг другу, даже если видят в первый раз. Эта организация будет называться «гражданское общество».
Я вас очень люблю, люди. Я знаю, что вы можете. И я вас очень прошу - перестаньте думать, прикидывать фиг к носу, бояться, перестаньте писать посты «ну вообще конечно так нельзя, но ведь все равно все бесполезно». Просто идите и купите тортик бабушке-соседке. И милиционеру купите. И тем, кого этот милиционер задержал. Пропустите пешехода. Пропустите его, он тоже торопится. Подвезите человека. Бесплатно. Сделайте что-нибудь. Я вот вчера пила кофе в Макдоналдсе, так там женщина стала ругать сына за то, что он не успел занять понравившийся ей столик, и я опередила их и села за него первой. И я подошла и сказала: извините, а давайте я вам уступлю этот столик? Я хочу, чтобы у вас было хорошее настроение! И у вашего сына тоже! Разве стоит какой-то столик вашего настроения? Садитесь, пожалуйста, а я найду, куда пересесть, тоже мне проблема!
Предложите этому миру свой столик. Предложите ему торт. Улыбнитесь ему. И поверьте, что для улучшения жизни в нашей стране это будет значить не меньше, чем если вы сходите на митинг. Вчера я своими глазами видела, что один несчастный торт способен изменить мир. Посмотрите на мир. Поймите его. Улыбнитесь ему. И достаньте свой торт. Он у вас какой-нибудь свой, совсем не такой, как у меня. Но он совершенно точно у вас есть.
Мы будем людьми и мы будем помогать друг другу. И каждый будет делать то, что может. И наши противники утонут в собственном вранье и дерьме. А мы посмотрим на это, улыбнемся довольными-довольными и улыбками и скажем: «вы спрашиваете, что случилось с Россией, какой мы ее знали, где хамят, воруют, врут и плюют друг на друга? очень просто: ОНА УТОНУЛА!».
И никто не будет поднимать ее со дна, как подводную лодку. Потому что она никому не нужна.
Текст публикуется с сохранением авторской стилистики и орфографии. С остальными материалами автора вы можете ознакомиться в его блоге.
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
Статьи по теме:
- Как я был кандидатом в депутаты.
…и как народ меня поддержал. - Гламурная революция.
Они требуют продолжения банкета. - Как москвичи Ярославль оккупировали.
По разным оценкам за днём голосования следили от одной до полутора тысяч человек, притом, что всего в городе 269 избирательных участков . - Беспеременная облачность.
Что изменилось у нас после оппозиционных митингов на Болотной площади и проспекте Сахарова? - «Столько полицейских и военных в городе я раньше не видел».
Фоторепортаж о протестах 5 марта в Москве. - Просто кольцо, без трибун и призывов.
Блогеры делятся впечатлениями от прошедшей 26 февраля акции «Белое кольцо». - Выбор России.
Открытое письмо почетного работника прокуратуры Российской Федерации, вице-президента Фонда «Антимафия» В.Красюкова. - За все хорошее.
Украденные выборы 2011 года – обидный, оскорбительный, наш общий опыт наглого, наплевательского отношения власти к своему обществу. - Речь, не произнесённая на митинге .
Борис Акунин объяснил, почему не выступил на Болотной площади 4 февраля. - Мы вернулись. Болотная - 2.
«А почему не выступил Навальный» и «как вы можете идти за этими людьми. Немцов работал в правительстве, Явлинский тютя, а Быков вообще толстый».
