Фильм смотрится наивно, но не были ли мы наивными в наши 90-е? Со мной та наивность сыграла хорошую шутку: читав в подростковом возрасте роман по несколько раз в год (и мечтая посмотреть экранизацию!), я и сейчас мог продолжить реплику буквально любого актёра…
Премьера «Generation П» Виктора Гинзбурга затмила, кажется, другую премьеру, более значимую и уж точно дольше ожидаемую, — «Мастера и Маргариту» Юрия Кары.
Экранизация пелевинского романа об одних из первых российских рекламщиках оказалась пиар-бомбой с большим тоннажем в рекламном эквиваленте — 15-миллионный и прорывной по тем временам фильм Кары сейчас не может тягаться с блокбастером.
Между тем оба фильма действительно «поколенческие» в том смысле, что они о 90-х годах (пелевинская экранизация бережно передаёт материальный Zeitgeist той эпохи, булгаковская — духовный) и многое сообщают нам сегодняшним — о том, какими мы были тогда, какими стали сейчас и какими ещё можем увидеть те годы…
Если с «Generation П» всё более или менее ясно — наивные надежды того поколения первых больших денег, их цинизм (не такой уж и циничный для взгляда из наших дней) — или будет ещё обсуждаться в многочисленных рецензиях, дискуссиях и просто постах, то «Мастер» — «Мастер» удостоился упоминаний в связи с выходом на экраны (тянувшаяся с 1994 года эпопея — фильм, о котором все слышали, но почти никто не видел , был наконец-то выпущен из плена продюсерами и наследниками), но прочесть множество рецензий и откликов мне как-то пока не довелось…
Возможно, главной причиной отсутствия внятных рецензий и массовых обсуждений (вспомним, сколько копий и клавиатур сломали в 2005-м, споря о десятисерийном телефильме М. Бортко ) является то, что «фигура умолчания» становится наиболее удобной реакцией на фильм — ругать фильм как-то неудобно (Булгаков и многострадальная судьба фильма вызывают уважение и сочувствие), а указывать на то, что отсутствие спецэффектов смотрится сейчас странно, подходит скорее для поста в личном блоге.
Однако это то, что заставило скорее принять, чем отторгнуть этот фильм лично меня.
Потому что экранизации «Мастера», как мне кажется, скорее всего, могут склоняться к двум полюсам (при всей, понятно, огромной палитре возможных трактовок) — либо максимально бюджетной, технически навороченной версии блокбастера (почему и не только не утихают постоянные разговоры о возможной голливудской экранизации, но и конкретизируются — Кэтрин Зета-Джонс сыграет Маргариту, а Аль Пачино — Воланда), либо максимально авторской артхаусной трактовке.
Глянцеватый, гладкий, да, профессиональный, но без каких-либо прозрений фильм Бортко тяготеет к первому варианту, тогда как фильм Юрия Кары, несмотря на свой космический по тем временам бюджет и звёздный (хоть приводи в качестве примера к словарному определению этого слова) состав, ближе ко второму.
И в этом смысле (о, мистика булгаковской даже посмертной судьбы и его судьбоносного романа!) тот факт, что вынужденное заточение «состарило» фильм, смыло сепией годов то, что во времена, когда фильм создавался, могло бы смотреться как глянец, — едва ли не к лучшему («всё, что ни происходит, всегда так, как нужно, и только к лучшему», как понял после смертей и войны Николай Турбин в «Белой гвардии»).
Фильм почти, по нынешним меркам, без спецэффектов — но нужны ли они там, где сам текст книги есть один сплошной спецэффект?
Фильм не в 3D, но если многомерность текста, помноженная на подачу действительно талантливейшими актёрами, даёт магическую, волшебную оптику?
Фильм смотрится наивно — но не были ли мы наивными в те наши 90-е? Со мной, во всяком случае, та наивность сыграла хорошую шутку: читав в подростковом возрасте этот роман по несколько раз в год (и мечтая, кстати, посмотреть эту экранизацию!) и выучив его в итоге наизусть, я и сейчас при просмотре мог продолжить реплику буквально любого актёра…
Да, у меня было, безусловно, своё видение каждого персонажа, сходное или несходное с распределением ролей у Кары. Стопроцентное почти попадание в типаж Воланда Гафта. Прекрасная Гелла-Захарова. Пилат-Ульянов и Левий Матвей — Дуров, которым веришь. Действительно гаер Коровьев-Филиппенко.
Весник, Крачковская и Куравлёв, которые буквально наслаждаются своими ролями Стравинского, Штурмана Жоржа и Босого, но слишком сусально-слабый Иешуа-Бурляев, моложавый для Мастера Раков, излишне злобный Бегемот-Павлов и очень странная Маргарита-Вертинская.
Но фильм этот таков, что его с уважением принимаешь, даже если не согласен, как кардинально противоположное твоему мнение умнейшего собеседника.
Впрочем, если нужна ложка дёгтя, то дёготь, как и мёд, родом из 90-х. Кара актуализировал две темы — власти (параллель Иешуа - Пилата и Мастера - Сталина) и противостоящей ей любви (пара наших вечных любовников).
Да, конечно, это генеральные темы и булгаковского романа, но в том-то его и прелесть, что они глубоко нюансированы и, несмотря на все «кто сказал тебе читатель, что нет на свете настоящей, верной, вечной любви?», поданы не так прямолинейно, как они подаются в фильме.
Поэтому в верном тексту первоисточника фильме две из нескольких привнесённых Карой сцен имеют как раз прямолинейные (в духе 90-х, где о тонкости постмодернистского намёка ещё не слышали, а рвались идти на баррикады) политические обертоны.
Гонясь за Воландом и его свитой, безумный Иванушка Бездомный рвётся в Кремль с криком «Здесь бесы!», а на Великий бал у Сатаны среди прочих гостей поднимается Сталин, Ленин и Гитлер (впрочем, режиссёр тут принципиален, говоря, что оставил бы эту сцену и сейчас)…
Красивейшая даже на пятом десятке Анастасия Вертинская сделала Маргариту как-то слишком уж женщиной — да, ею Маргарита Николаевна в первую очередь была, со всей женской нелогичностью и верностью, честолюбием и решимостью, но если играть их, можно затушевать, смазать маргаритовские чары, что, увы, и произошло…
Подача этих двух тем уже не столько вызовет ностальгию по 90-м, сколько конфузливый вздох сочувствия к прекраснодушию авторов фильма и, кстати, понимание того, почему булгаковский роман пережил недавно полосу отрицания.
Потому что если в 80-е, 90-е я помню всеобщий восторг от книги, то под конец века уже было модно не любить эту книгу, как того же «Доктора Живаго».
Таким образом новое поколение выкидывало с корабля современности кумиров предыдущего, а само это предыдущее проводило ревизию идеалов молодости.
Но как булгаковский текст прошёл мёртвую полосу отрицания, так и, в духе психологического двойного послания double bind, отрицание тех ценностей зачеркнуло самое себя и стало утверждением.
Наивная борьба с властью тирана и вера в вечную любовь как альтернативу этой власти хоть и кажутся наивными, но приобрели новую актуальность, ибо были проиграны и потеряны в долгой дороге из 90-х…
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
Статьи по теме:
- Помолясь-благословясь.
О фильме Павла Лунгина «Дирижер» . - Сознание третьего мира.
Почему в России с успехом прошел голливудский фильм, который провалился в США. - Тюрьма научит.
Дневник Берлинале-2012: в отсутствие сильных молодых конкурсантов пришлось наградить классиков. Главный приз фестиваля получила тюремная драма братьев Тавиани «Цезарь должен умереть». - Берлинале входит в штопор .
Дневник Берлинале-2012: Александр Роднянский, Билли Боб Торнтон и их «Машина Джейн Мэнсфилд», новый фильм Алексея Мизгирева «Конвой» и немецкие страдания . - Приговоренные к жизни .
Дневник Берлинале-2012: конкурсные фильмы про смертников, драма про 11 сентября от автора «Чтеца» и «Часов» и режиссерский дебют Анджелины Джоли . - Занимательная мизантропия.
В российский прокат вышел фильм Александра Сокурова «Фауст». - «Огни притона».
13 февраля в ЦДЛ состоится премьера фильма Александра Гордона по сценарию его отца Гарри в программе «Закрытый показ» на Первом канале. - Рано Кубаева: «О некоторых странностях «неженской» профессии».
Стоя по ту сторону камеры, никто тебе не даст поблажки, потому что ты женщина, потребуют точно так же, как с мужчины. - Шапито должно продолжаться.
«Есть много ремиксов, а песня одна». - Голубые шахматы.
Создать образ гения Холмса, подпустить комедии, закрутить боевик и два раза не вставать.
