Лейтенант милиции Мец из Омской области пополнил список тех, кого теперь называют «евсюковыми». 21-летний оперуполномоченный из города Называевск расстрелял свою девушку и таксиста. Между тем ему давали такие же положительные характеристики, как и Евсюкову, устроившему бойню в Москве. После той трагедии руководство МВД распорядилось проверить «морально-психологическое состояние сотрудников». Однако Мец подозрений не вызывал…
Пока идёт следствие и неизвестны подробности того, как именно трудился милиционер Мец и какие были подозрения на его счёт, стоит напомнить об очистительной кампании в МВД, которую инициировал министр Нургалиев чуть более месяца назад. Министр, напомним, призвал подчинённых всего за месяц избавиться от коррупции и коррупционеров. После чего он выступил на канале «Вести 24» с «отчётом о проделанной работе».
Телезрителя, незнакомого с ведомственной статистикой, приведённые министром цифры впечатлили. За месяц было привлечено к дисциплинарной ответственности 4328 милиционеров. В отношении 372 сотрудников МВД были возбуждены уголовные дела, среди которых 59 человек попались на коррупции. При этом были уличены как в серьёзных проступках, так и в уголовных преступлениях 10 высших чинов из центрального аппарата МВД.
Однако в действительности эти показатели практически не отличаются от тех, которые регистрировались до того, как Нургалиев приказал искоренить коррупцию. В первой половине 2009 года, как сообщил начальник управления Департамента собственной безопасности (ДСБ) МВД России Олег Гончаров на совещании руководителей центрального аппарата МВД РФ и органов внутренних дел по субъектам РФ, милиционерами было совершено 1635 должностных преступлений и 360 коррупционных. То есть ежемесячно ловят 60 взяточников в погонах. Что до грозного приказания министра, прозвучавшего 22 августа на совещании в Казани, что после него.
Стало быть, руководители региональных управлений МВД и начальники департаментов неотложных мер не приняли. Несмотря на то что Нургалиев обещал в случае саботажа применить к виновным самые жёсткие меры, невзирая на должности, звания и былые заслуги. Однако и министр также не применил «самых жёстких мер». То есть никого из высших чинов не уволил, не понизил в звании и должности, не «закатил строгача».
Однако статистика в России, и особенно в МВД, штука тонкая, позволяющая в различных ситуациях представить один и тот же предмет таким образом, будто это два разных предмета. Вот что год назад сказал в интервью «Интерфаксу» начальник ДСБ Юрий Драгунцов:
«Наиболее подвержены коррупции службы участковых уполномоченных и следствия. За 9 месяцев 2008 года в этих подразделениях было привлечено к уголовной ответственности 9 тыс. и 3,6 тыс. сотрудников соответственно. Кроме того, примерно одинаковое число правонарушителей — по 3 тысячи — было привлечено в подразделениях уголовного розыска и ГИБДД».
Цифра ошеломляющая. Просуммировав и экстраполировав полученную сумму на год, получаем 24 800 отловленных за 2009 год милиционеров-коррупционеров. Или же 2067 штук в месяц.
Делим эту цифру на 60 и выясняем, что эти данные разнятся в 34 раза.
Незнакомый с русской спецификой иностранец, мыслящий с прямолинейностью компьютера, решит, что либо в 2009 году ДСБ прекратил бороться с коррупцией и занялся каким-нибудь более валютоёмким делом, либо в 2008 году все коррупционеры в погонах были выловлены и в органах остались считанные единицы моральных уродов. И тогда абсолютно непонятно, чем же так обеспокоен министр Нургалиев.
Однако мы видим в этом казусе очень тревожный симптом. Знает ли подчинённый Олег Гончаров о том, какими данными располагает его начальник Юрий Драгунцов? Знаком ли начальник ДСБ с тем, какие цифры приводит его непосредственный подчинённый на совещании руководителей центрального аппарата МВД РФ и органов внутренних дел по субъектам РФ? Вообще, встречаются ли они хоть изредка? Знают ли о существовании друг друга?
Эта история красноречиво свидетельствует о том, что в МВД координация деятельности даже внутри одного департамента обстоит из рук вон плохо. Можно предположить, что ещё хуже взаимодействуют между собой различные департаменты и управления министерства. И, следовательно, провести в МВД какие бы то ни было тотальные преобразования крайне непросто. Поскольку МВД плохо слушается руля.
Однако это не отменяет ответственность Рашида Нургалиева за проведение антикоррупционных мероприятий. Поскольку в стране сейчас наблюдается именно такой тренд. И Нургалиев решил стать на этом поприще «лучшим учеником в классе». Именно он еженедельно выступает с громкими заявлениями о том, что и как будет внедрено в МВД для создания непреодолимого барьера для коррупционеров.
Перечислять все эти планы абсолютно бессмысленно, поскольку каждый россиянин, даже не включающий телевизора, прекрасно обо всём этом наслышан. Остановимся лишь на одном моменте, который поставлен министром во главу угла.
ДСБ поручено проверять, насколько доходы сотрудников министерства обеспечивают приобретение ими недвижимости и прочего имущества. И с 1 января 2010 года каждый милиционер будет обязан подавать декларацию не только о своих доходах, но и доходах каждого члена своей семьи. Нургалиев проиллюстрировал эту инициативу тем, что его возмущают шикарные автомобили, на которых приезжают на службу его подчинённые.
При этом следует учитывать, что подчинённых у министра почти миллион. И ДСБ вряд ли справится с тем, чтобы проверить доходы и расходы каждого из них. В связи с чем возможны три сюжета.
Существенно увеличить численность сотрудников ДСБ. Это нездорово, поскольку их труд придётся оплачивать из госбюджета.
Существенно уменьшить численность милиции, оставив без изменения штат дээсбэшников. Действительно, у нас самое громадное по количеству милиционеров на душу населения правоохранительное ведомство во всём мире. Однако такой сюжет был бы анекдотичен: по проверяющему на каждого правоохранителя.
И наконец, ДСБ будет осуществлять выборочные проверки. Это наиболее реальный расклад. Но в такой ситуации данный департамент неизбежно станет самой коррумпированной в МВД структурой.
Чтобы этого не случилось, чтобы ДСБ беспристрастно и эффективно боролся с коррупцией, в этот департамент необходимо набрать идеальных сотрудников. Таких, которым чужды какие бы то ни было человеческие слабости. Таковых в природе не существует. Следовательно, без робоментов Нургалиеву никак не обойтись. Но, к сожалению, наша нанотехнологическая корпорация их пока ещё не изобрела.
Борьба с чем бы то ни было предполагает не только карательно-силовые методы, но и предупредительно-воспитательные. Применительно к МВД это означает, что искоренение коррупции за счёт одного лишь «выдирания гнилых зубов» в конечном итоге должно привести к уничтожению в стране правоохранительных органов. Но при этом к воспитательным мерам отношение чисто формальное. Каждый милиционер должен прослушать курс лекций по «морально-психологической подготовке» и сдать зачёт. Вряд ли это можно признать эффективной мерой.
И совсем ничего не говорится о том, что множество министерских инструкций и распоряжений открывает перед мздоимцами не лазейку, а широченные ворота. Есть основание предположить, что эти документы придуманы именно для этой цели.
Одним из вопиющих примеров является практика отъёма у граждан паспортов, которой «успешно» пользуются в подведомственной МВД Федеральной службе миграции. Приходит человек оформить новорождённого гражданином России, а ему заявляют, что вначале он сам должен доказать, что является гражданином. Он недоумённо протягивает паспорт, в котором написано: «Паспорт гражданина Российской Федерации». Нет, отвечают ему, это не доказательство. Паспорт вы могли подделать, купить или приобрести ещё каким-либо незаконным способом. Принесите справку о том, что до 1992 года вы были зарегистрированы на территории РФ. Возможны варианты, когда за справкой необходимо добраться из Калининграда во Владивосток. И дать взятку инспектору ФМС будет значительно дешевле. А зачастую ФМС, не имея на то юридических оснований, отбирает паспорт и затевает затяжную проверку, результатом которой может стать потеря гражданства. В общем, коррупционерам тут есть где разгуляться. Однако генералитет МВД эту проблему в упор не видит.
Есть и ещё один момент, в связи с которым можно искренне пожалеть Рашида Нургалиева. Да, ему хочется, очень хочется навести порядок в отдельно взятом министерстве. Но все его усилия по борьбе с коррупцией напоминает попытки человека, попавшего в болото, вытащить себя за волосы из трясины. Поскольку как можно стать белыми и пушистыми в условиях, когда коррупцией поражено всё государство, частью которого является МВД? Нургалиев это прекрасно понимает. Поэтому он ссылается на федеральную антикоррупционную программу, инициированную Кремлём. То есть МВД идёт в ногу со всем государством.
Но ведь и у государства те же самые проблемы по вытаскиванию себя из болота, которые без контакта с твёрдой почвой видятся как отращивание пышной шевелюры и накачивание бицепсов. Почва — это, естественно, общество, которому (прошу прощения за банальность) государство и его составная часть МВД должно служить. В общем, всё это было уже тысячу раз сказано: и о прессе как выразителе потребностей общества, и о партийной конкуренции, и о неформальной отчётности, и о прямой зависимости нахождения на посту от результатов работы. Применительно к МВД это означает не торжественные доклады о том, сколько коррупционеров было схвачено за руку, а нечто совсем иное.
Например, гражданам, проживающим в районе Сокольники, было бы небезынтересно узнать, на каком основании начальник местного УВД отмазывает от суда и следствия подчинённых ему милиционеров. Тех самых, которые в апреле «повязали» у метро за распитие пива шестерых молодых людей, среди которых были трое несовершеннолетних, и пять часов зверски избивали их в ментовке: головой о стену, электрошокером в пах, ногами по почкам. В конечном итоге в сентябре следствие было прекращено из-за невозможности идентифицировать подследственных.
Собственно, дело уже зашло столь далеко, что проблема заключается не только и не столько в коррупции, сколько в боязни нормального гражданина иметь хоть какие бы то ни было контакты с сотрудниками МВД. Пусть это и звучит как крамола, но подавляющее большинство российских граждан в меньшей степени интересуют «финансовые» дела милиционеров. Прежде всего они должны иметь гарантии того, что с любой возникшей проблемой они могут обратиться в милицию и добиться правды. А это возможно лишь в том случае, если нахождение на посту начальника любого российского УВД будет зависеть не от покровительственного к нему отношения вышестоящих чинов, а от того, довольны ли его деятельностью граждане, которых он призван обслуживать. Не только призван, но и избран. Теми же самыми гражданами.
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
