Кристиан Жоаким, Лоранс Плевер. Нанонауки. Невидимая революция. М.: КоЛибри, 2009.
Приставка «нано-» стала в 2000-х примерно тем же, чем в 90-х была приставка «интернет-»: для кого-то — волшебным ключиком к пещере с сокровенными знаниями, а для кого-то универсальной отмычкой: достаточно прибавить к названию своей компании или проекта, и инвестиции с грантами изольются золотым дождём. Аналогия продолжается ещё и тем, что сейчас, после эйфории, наступает если не полное отрезвление, то по крайней мере стадия, когда вопросы «А что, собственно, такое это самое нано? И какая от него в точности польза?» перестают казаться неприличными.
Здесь-то и может прийти на пользу книга, более-менее оперативно (французское издание датировано январём 2008 года) выпущенная «КоЛибри». Кристиан Жоаким долго проработал в Америке, а сейчас является директором тулузского Центра структурных исследований и разработки новых материалов . Видно, что он по-настоящему увлечён темой, о которой пишет. И уж точно её знает. Поэтому он сосредоточивается на главном и сразу объясняет самую суть — то, чем настоящие нанотехнологии отличаются от «просто» миниатюризации электронных приборов.
А именно — тем, что нанотехнологи идут не по пути уменьшения, а по пути увеличения. Да-да! Потому что объект приложения их сил — не механизм, не вещество, а отдельная молекула. Подталкивая и присоединяя к ней при помощи иглы туннельного микроскопа всё новые атомы, учёные добиваются от неё всё более сложных свойств. Когда-нибудь эти гигантские молекулы разрастутся и усложнятся до того, что станут калькуляторами, процессорами и так далее, вплоть до целых заводов, — принципиальных ограничений здесь нет, но технические, инженерные сложности неимоверны. Так что покамест дело ограничивается изготовлением нанотрубок и наномолекулярных «тележек» на «колёсиках» высотой 0,7 нанометра, которые можно гонять (на сей раз без кавычек) по сверхгладкой поверхности в магнитном поле.
Жоаким чрезвычайно увлекательно описывает эти, прямо сказать, довольно нудные и кропотливые опыты. И здесь-то становится видно, насколько прав был некогда его соотечественник Ларошфуко, говоря, что наши недостатки суть продолжения наших достоинств. Автор сам подпадает под влияние того самого «квантового эффекта», который так мешает нанотехнологиям. Проще говоря, невольно сбивается с охвата общей картины к излишне подробному последовательному рассказу о своих исследованиях. Исследования эти, безусловно, находились и находятся на острие науки, и рассказу бы этому цены не было — если бы второй соавтор, научная журналистка Лоранс Плевер, сумела уговорить увлекающегося исследователя лучше сбалансировать общее и частное.
Заканчивается книга настоящим сциентистским гимном: «Дело не в нанотехнологиях. Сегодня, как и в любое иное время, всё сводится к вопросу о природе или сущности той искорки, которая подвигает личность на познание мира вокруг себя или мира внутри себя. Эта искра — то ли демон, то ли добрая фея — прячется в каждом из нас. И никто не имеет права затаптывать и гасить эти искорки».
Приятно, что в наше испорченное релятивизмом и неточным «ризоматичным» мышлением время остались учёные мужи, способные выражать такие незамутнённые восторги к предмету своего исследования. Тем более столь крохотному.
* * *
Критика:
Лев Данилкин («Афиша»):
«Всё, что следует знать неспециалисту о нанонауках и нанотехнологиях, — на 230 страницах. «Нанус» по-гречески «карлик». Началось всё с того, что в 1981 г. изобрели микроскоп нового типа, работавший на основе туннельного эффекта: с его помощью можно было трогать атомы. Наномашины могут стать настолько самостоятельными, что в какой-то момент попробуют отделаться от нас: теоретически это возможно, но на деле — крайне маловероятно. Нанопришельцы — повсюду, но бояться их необязательно. «Нано-» имеют отношение вовсе не только к науке, но и политике и экономике: например, бум интереса правительств к нанотехнологиям связан в том числе с обострившейся в 90-е экономической конкуренцией Японии и Кореи и с кризисом мира, угодившего в «конец истории» после распада Ост-блока. В общем, обычная книжка по «истории вещей»; в конце концов, весь этот «качественный науч-поп» более-менее одинаковый (если вы думаете, что в этой книге нет фразы «Наночастицы использовались человеком по крайней мере с бронзового века», то ошибаетесь: фраза есть [с. 178])».
Константин Мильчин («Ведомости»):
«Отличная книга о спекуляциях вокруг микротехнологий. Две трети её посвящены собственно научным достижениям — выдающимся, интересным, сулящим колоссальные выгоды в будущем. То, что именуют нанотехнологиями, и правда сделает наш мир удобнее, лучше, чище и приятнее. Но пока ученые могут довольно мало. Зато вокруг нанотехнологий сломано огромное количество копий и сделано немало политических карьер. Книга с большой иронией описывает и демагогов, призывающих бояться коварных наночастиц, которые по ротозейству ученых могут погубить планету, и тех, кто сулит своим избирателям или акционерам счастливое нанобудущее уже в ближайшее время».
Андрей Мирошкин (Booknik.ru):
«О нанотехнологиях нынче не говорит разве что ленивый да нелюбопытный. Если смотреть новости российского телевидения, может даже создаться ощущение, что именно Россия — родина нанотехнологий, причем изобретены они были в последние девять лет. Однако в книге крупного французского ученого-физика Кристиана Жоакима (написанной в соавторстве с журналисткой Лоранс Плевер) российские высокие технологии не упоминаются вообще. Слово «русский» здесь использовано только один раз, да и то в связи с матрёшками, по принципу которых построено некое заокеанское наноустройство».
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
