Подписаться на обновления
22 июляВоскресенье

usd цб 63.4888

eur цб 73.9327

днём
ночью

Восх.
Зах.

18+

ОбществоЭкономикаВ миреКультураМедиаТехнологииЗдоровьеЭкзотикаКнигиКорреспонденция
Религия  Инфраструктура  Работа  Образ жизни  Школа  Прозрачное
образование
 
Государство  Армия  Проекты  Дискуссии  ЧП  Спорт  Вехи  Страна детей  Москва 2.0  Антиплагиат  Профессия  Рерихи 
Денис Куренов   четверг, 12 ноября 2015 года, 13:00

Между Макаренко и Кафкой
«Немыслящий человек – это труп»


Фото: Денис Яковлев / Югополис
   увеличить размер шрифта уменьшить размер шрифта распечатать отправить ссылку добавить в избранное код для вставки в блог




Молодые учителя истории и обществознания Олег Найдюк и Фёдор Смоляков рассказали «Югополису» о трудностях профессии, абсурде в системе образования, современных школьниках и влиянии политической конъюнктуры на процесс преподавания.

— Фёдор, Олег, почему вы решили работать школьными учителями? Какая у вас была мотивация?

Федор: — Может, это звучит и смешно, но я пошёл в школу за лёгкими деньгами. Это было ещё в студенческие годы – сразу после окончания 3 курса, в 2008-м году. Для меня это была идеальная работа, которую можно было совмещать с учёбой в университете. Знаний по тем предметам, которые я преподавал, хватало, для того чтобы уверенно вести уроки и практически к ним не готовиться.

Я не рассчитывал после окончания университета работать учителем. Но получилось немного иначе. Я остался работать в школе ещё на два года, потом был почти трёхлетний перерыв, после чего я снова вернулся в школу. Решил проверить, сильно ли отличается система преподавания в гимназии от обычной общеобразовательной школы. Но, что самое интересное, более высокий статус оказался, как и многое в существующей системе образования, всего лишь фикцией и престижной приманкой для состоятельных родителей. Гимназией учреждение оказалось только на табличке, висящей над входом. Прошедшим летом я всё же отказался от работы в школе. Думаю, что навсегда.

Олег: — Школьным учителем я стал уже после окончания университета – в 2012-м. Это была случайная мысль, почти авантюра. Но я попробовал, и мне понравилось. Так что преподаю я в школе до сих пор.

Мне очень интересен сам процесс преподавания – общение со школьниками, возможность преподносить им новый материал. Учился я, кстати, там же, где и Федя, – на истфаке КубГУ, только на год младше. Вообще, наш курс – это кузница школьных учителей истории. С моего курса, например, шесть человек работают в школе.

Олег Найдюк

Фото: Денис Яковлев / Югополис


— С какими сложностями вы столкнулись, когда пришли работать в школу?

Олег: — Мои ожидания по поводу работы оправдалиcь процентов на 70. Я себе всё примерно так и представлял. Я не жалуюсь на зарплату и не совсем понимаю людей, которые это делают. Всем же и так понятно, что миллионов в школе не заработаешь.

Если говорить о трудностях, с которыми я столкнулся, то это в первую очередь бюрократическая работа. На ритуальные заполнения кучи бумаг уходит преступно много времени. А смысла в них не так уж много. Также не всегда приятны дополнительные нагрузки в виде мероприятий, на которые нужно ездить в добровольно-принудительном порядке. Они создают видимость того, что происходит какая-то работа. Но большинство мероприятий носят исключительно декоративный характер.

Фёдор: — Первой трудностью для меня было выйти на контакт с преподавательским составом. Во всех школах, где я работал, мир преподавателей напоминал сумасшедший дом, где роль главного пациента выполнял директор. Но я изначально понимал, куда иду, так что морально был готов.

Ещё стоит отметить, что преподавательский состав в школе состоит преимущественно из женщин. И молодой парень-учитель часто воспринимается коллективом как ещё один ученик, которого надо воспитать.

— Может, были какие-нибудь обряды инициации?

Фёдор: — Нет, до этого, к счастью, не дошло. И, кстати, в таком отношении есть всё же и плюсы: иногда проклёвывается то, что можно назвать материнской заботой. Пусть она иногда и слишком демонстративна.

Но проблема возраста возникает в отношениях не только с преподавателями, но и с учениками. Когда я начинал работать в школе, моим ученикам из 11 класса было всего на несколько лет меньше, чем мне. Но сама система распределения наших ролей заставляла меня быть надзирателем-взрослым, а их – неопытными учениками.

Олег: — Мой опыт всё же мало похож на то, что было у Феди. Я и преподавать пошёл уже в 25 лет, так что всё таки разница в возрасте с учениками была ощутимая.

Что касается преподавательского состава , то сумасшедшим домом я бы всё это не назвал. Большинство учителей мне вполне симпатичны. Но наши отношения всегда остаются в рамках рабочих взаимосвязей.

Фёдор: — Олег говорил об обязательных ритуальных мероприятиях. Это для меня было второй и, наверное, главной трудностью. Ладно бы это просто была симуляция деятельности, но иногда всё превращалось в настоящий абсурд.

Последней каплей стало собрание учителей, посвященное 1000-летию со дня смерти князя Владимира. Это было в одной из школ Юбилейного микрорайона. Собрались учителя истории со всего города. И, представьте, мероприятие началось с такой фразы: «Дамы и господа, давайте помолимся». И все учителя начали молиться. Я осознал величие момента и понял, что в школе работать больше не хочу.

Олег: — Да, к сожалению, подобное и в моей практике случалось. Например, в начале сентября я ездил в Атамань — опять же ритуальное мероприятие. И там видел казаков, увешанных медалями, но ни одна из них никак не была связана с воинскими заслугами.

Самое главное препятствие в работе молодого учителя заключается как раз в этом: государственная идеология влияет на систему образования, вмешивается в неё. И это отдаёт каким-то фарсом. Сама система выстроена так, что учитель всегда находится между молотом и наковальней. И нужно приложить немало моральных усилий, чтобы выстоять и гнуть свою линию.

Фёдор Смоляков

Фото: Денис Яковлев / Югополис


— Повлиял ли как-то на эту ситуацию консервативный поворот в российской политике?

Олег: — Да, несомненно. В моей школе это не так заметно, но когда я, например, приезжаю на конференции и встречаю учителей из других школ, складывается впечатление, что все они только этого и ждали. На таких мероприятиях происходит какая-то буффонада квасного патриотизма. Преподавание как бы уходит на второй план, а на первый выходит идеологическое обличение символического врага. Жутко от этого становится.

Фёдор: — Иногда доходит до абсурда. Когда, например, Ткачёв перестал быть губернатором края, многие школьные функционеры метались – что делать с его портретами?

Олег: — Похожая ситуация была, когда президентом стал Медведев. Никто не знал, как правильно вешать портреты Путина и Медведева: выше, ниже, на одном уровне?

— То есть учительская среда является преимущественно конформистской?

Фёдор: — Да, сама система выстроена таким образом, что идеальный учитель – это тот, кто умеет подчиняться и подчинять себе учеников. В этом виноваты не конкретные люди, а сам институт, но это не меняет того, что преподавательский состав в школах действительно конформистский.

Главные черты, необходимые учителю для того, чтобы вписаться в систему, – исполнительность, умение работать с отчетностью и конформизм.

Олег: — И всё же всегда остаётся пространство для маневра. Руководство заинтересовано в разработках и инновациях, а их успешное внедрение позволяет увеличить финансирование школы.

К тому же форма проведения урока даёт учителю определённую свободу.

— Если вернуться к причине увольнения Фёдора. Действительно ли можно говорить о клерикализации системы образования?

Олег: — На линейке 1 сентября в школе был священник. Окроплял учеников святой водой.

Фёдор: — В 2012-м были большие споры по поводу «Основ православной культуры». Этот предмет хотели сделать обязательным, но его всё же ввели как факультативный. К тому же можно выбрать либо другую конфессию, либо светскую этику.

Но я не вижу смысла в этом предмете. В обществознании есть отдельный блок «Религия». За отведённое этому блоку время можно объяснить всё, что нужно знать школьнику.

Олег: — Добавлю, что «Основы православной культуры» обычно ведут не учителя истории, а преподаватели русского языка и литературы. И проблема рассказывают не про культуру (это было бы очень полезно), а про духовность. Задача предмета – не просветительская, а воспитательная. Он выступает в качестве пресловутой «духовной скрепы». На мой взгляд, - это просто определенная мода, стремление показать лояльность существующему идеологическому курсу.

— Не задумывались ли вы о том, чтобы преподавать в университете, строить академическую карьеру?

Олег: — В школе заработок выше. Но иногда я смотрю на университетских преподавателей с некоторой завистью: мне кажется, что они занимаются чем-то более важным.

Фёдор: — По определённым причинам я не могу преподавать там, где учился. А других мест, где историю преподают профильно, у нас, к сожалению нет. Но я не исключаю, что когда-нибудь ещё поработаю преподавателем в университете. Правда, тут важно понимать, что университет для меня не будет местом для заработка. Это будет место, куда я приду поделиться своим взглядом на определённые темы и проблемы.

Что касается академической карьеры, то я в прошлом году защитил кандидатскую диссертацию. Я кандидат философских наук. Но история до сих пор у меня в приоритете.

— Что скажете по поводу ЕГЭ: наверное, самой обсуждаемой теме, связанной с образованием?

Фёдор: — Существует фундаментальный разрыв между нашей системой образования, преимущественно советской, и форматом ЕГЭ. Советская система образования подразумевает широкий профиль знаний, каждый предмет даётся глубоко – ученик должен знать и черчение, и физику, и историю, и труд. И такая система образования вступает в конфликт с форматом ЕГЭ, согласно которому на финишной ленте образовательного процесса ты должен сдать всего лишь несколько предметов.

Олег: - Конфликт присутствует и на другом уровне. Власть постоянно говорит о том, что сейчас, например, очень важно обращать внимание на региональный компонент образования как на средство воспитания патриотизма и т.д. Но формат ЕГЭ диктует такие условия, что элективные курсы кубановедения, например, становятся не нужны ни учителям, ни ученикам, потому что все заняты подготовкой к ЕГЭ.

И Федя совершенно верно всё сказал. До 9-го класса вся школьная программа достаточно детская, действительно чего-то серьёзного и сложного практически нет. И получается, что, когда ученики уже подготовлены для того, чтобы воспринимать всю полноту каждого предмета, перед ними начинают ставиться задачи подготовки к ЕГЭ, которые совершенно не предполагают глубокого и всестороннего погружения в предмет. Вместо целостного преподавания того же обществознания получается лишь убогая подготовка к решению тестов.

Фёдор: — И на практике разрушается миф образования, доступного для всех. Очень трудно хорошо сдать ЕГЭ, не занимаясь с репетиторами, которых не каждая семья может себе позволить. А самостоятельно подготовиться к ЕГЭ сложно, потому что там есть много технологических нюансов, в которых ученику сложно разобраться самому.

Олег: — Отдельно упомяну сам процесс сдачи ЕГЭ. Если вы не читали Кафку и Оруэлла, то просто сходите на ЕГЭ – там нечто похожее происходит. Представьте, везде видеокамеры, школа находится в оцеплении, на входе стоят несколько металлодетекторов, а ученики даже не могут самостоятельно выйти в туалет – только в сопровождении одного из членов комиссии.

Но своего апогея кафкианский абсурд достигает в самом конце экзамена, когда все ученики уже сдали работы. В каждой из аудиторий два организатора встают перед камерой и зачитывают протокол проведения экзамена всевидящему Большому Брату. И самое печальное, что я, как и многие учителя, во всем этом участвовал.

— Я несколько лет назад был в одной из краснодарских школ и меня крайне удивила система безопасности и контроля. Такое ощущение, что попадаешь в исправительное учреждение. Посещение школы возможно только по записи, учеников не выпускают на улицу во время перемен. Как это всё влияет на учеников?

Олег: — Ученики научились обходить эти ограничения.

Федор: — Система контроля, конечно, влияет, просто ребятам это сложно осознавать. Ведь они не знают, что можно иначе. Если бы в мои школьные годы были введены такие ограничения, это было бы настоящим шоком. А ведь сейчас в некоторых лицеях и гимназиях уже есть карточка ученика, где школьник отмечается: когда он пришёл и когда ушёл – фактически действует система фиксации передвижений. Так что, на мой взгляд, система контроля влияет на учеников, ведь с детства человек привыкает жить в условиях чрезмерных запретов и ограничений.

И постоянно возникают аналогии с классическими антиутопиями. Например, во многих школах есть система местного оповещения – что-то типа радио, которое транслируется в каждую аудиторию. И когда ты начинаешь вести урок, бывает случаи, что тебя прерывает радио и о чём-то вещает в течение 15 минут. И его нельзя отключить. Натуральный Большой Брат.

Олег: — Но нельзя не заметить, что система ограничительных мер (ученические билеты, охрана на входе, видеонаблюдение) всё же небесполезна. Можно даже вспомнить, что в советские времена её ввели после случая с маньяком, беспрепятственно проникавшим в здание одного из московских вузов и представлявшимся своим жертвам преподавателем. Сначала эти меры распространялись на институты и училища, а сейчас действуют и в школах. По своему опыту скажу, что рядом с нашей школой были случаи, которые не стали потенциальными уголовными инцидентами именно благодаря такой системе безопасности.

Федор: — Периферийные камеры – да, это про безопасность. Но камеры внутри школы, в кабинетах – их всё-таки слишком много. Зачем они? Это уже вопрос не столько безопасности, сколько контроля.

— Вам как молодым учителям помогает поколенческая близость со школьниками?

Олег: — Да. Могу сказать, что граница между мной и учителями более ощутима, нежели со школьниками. Я приверженец тех же культурных трендов, что и ребята. Мы покупаем одежду в одних и тех же магазинах, проводим время в одних и тех же заведениях. Некоторые старшеклассники читают ту же литературу, что и я. Кстати, кроме набившего оскомину Паланика у старшеклассников пользуются популярностью произведения Брэдбери, Ремарка, Оруэлла. В последнее время в их руках можно увидеть и томик Достоевского, Гоголя, Довлатова.

— В социальных сетях ученики вас добавляют в друзья? Приходится ли вам цензурировать свои странички, чтобы ученики лишнего не увидели?

Олег: — В соцсетях я дружу со многими учениками. Цензурой не увлекаюсь, но я и до школы не выкладывал там то, что могло бы удивить учеников. Социальные сети для меня – это прежде всего удобный инструмент коммуникации. Например, легче разослать задания ученикам через «ВКонтакте», нежели распечатывать тесты на принтере.

Федор: — У меня была иная ситуация. Даже пришлось изменить имя в соцсетях после того, как я стал работать в школе. Мне не нравится тотальная прозрачность. Соцсети делают тебя подсвеченным со всех сторон.

— При приёме на работу руководство проверяет странички учителей в социальных сетях?

Фёдор: — Да, конечно. И думаю, что это не только на школьных учителей распространяется – это уже повсеместная практика. Я знаю, что для учителей-женщин существует негласный запрет: нельзя публиковать фото, где ты в купальнике или в нижнем белье.

Бывают случаи, что проблемы из-за страниц в соцсетях возникают не только у учителей, но и учеников. На одного девятиклассника завели уголовное дело за то, что он создал националистический паблик в сети.

— Что можете сказать о молодом поколении? Чем молодежь интересуется? Есть какие-то субкультурные течения?

Олег: — Основные тренды диктуют паблики в соцсетях. Среди парней популярен так называемый «околофутбол», т.е. эстетика футбольных хулиганов. Причём к самому футболу и футбольным фанатам это никакого отношения не имеет. Среди девочек популярен феномен tumblr girl. Это девочки, которые гонятся за эстетикой веб-панка: яркие краски и подписки на сотни пабликов с картинками в соцсетях.

Федор: — Ещё среди девочек популярны всякие «Танцы без правил» и всё, что связано с этой сферой, вплоть до тверка. К сожалению, до сих пор очень популярен русский рэп. Причём самое печальное, что школьники его не только слушают, но и сочиняют.

Ещё отмечу, что у многих школьников есть татуировки, начиная, наверное, с 6-го класса.

Олег: — Ну да, татуировка теперь воспринимается как элемент одежды.

Федя начал говорить о музыке. Подчеркну, что музыка сейчас перестала быть субкультурным маркером. Жанры смешались, чего-то действительно нового и самобытного в плане музыкального стиля за последнее десятилетие не появилось – это касается, конечно, массовой культуры.

Гляжу на своих учеников, и порой становится грустно от того, что практически никто из них в музыке на разбирается. Даже в той, которую они слушают. И вообще меня иногда потрясает та непродвинутость, что ли, которая характеризует старшеклассников. Люди учатся в возрасте 17-18 лет ничего не знают, например, про ломографию, концептуальное искусство или о проходящих в Краснодаре культурных мероприятиях. Хотя в эпоху интернета это можно сделать за два щелчка.

Они подписаны на кучу пабликов в соцсетях, и их восприятие действительности начинает походить на восприятие информации в новостной ленте. Т.е. информация рассеивается, воспринимаются лишь некоторые фрагменты, не складывающиеся в единую картину.

— Был ли у вас опыт классного руководства?

Олег: — Я сознательно дистанцируюсь от такой работы. Меня в первую очередь интересует то, как максимально интересно донести до учеников информацию по своим предметам.

Фёдор: — У меня был такой опыт, и это достаточно интересно. Фактически ты становишься для своих учеников не только учителем, но и символическим родителем, воспитателем. Я со своим классом часто гулял в парках, ездил на экскурсии, ходил в кино. Это очень важный опыт, благодаря ему ты можешь уничтожить властный барьер «учитель-ученик», стать для детей не столько строгим надзирателем, сколько другом.

Но были и проблемы. Я должен был отчитываться о своей воспитательной работе. Фактически вмешиваться в личную жизнь учеников: мол, этот мальчик курит, а эта девочка целуется со старшеклассником. Возникала шизофреническая ситуация: я должен был быть и другом, и доносчиком. Постоянный внутренний конфликт просто не давал нормально работать. В результате я решил отказаться от классного руководства.

— Система оплаты учительского труда как-то стимулирует карьерный рост?

Олег: — Насколько мне известно, сейчас готовится система рейтингов, по которым будут высчитывать доплату или вычеты. Она в процессе внедрения. Но я, например, совершенно не имею представления, от чего конкретно зависит моя зарплата (кроме количества часов и количества детей в классе).

Федор: — Система оплаты учительского труда такова, что стимулирует только оттачивание навыков составления отчётности. Раньше кандидатская степень предполагала десятипроцентную надбавку к базовой зарплате. Сейчас для этого необходимо составлять портфолио, фиксировать достижения. Причём достижения не мои, а учеников – собирать грамоты, дипломы и т.д. То есть главным для учителя становится не сам преподавательский процесс, а умение составлять отчёты о нём, подать себя руководству. Уроки и дети – это просто приложение, бонус.

Ну и нельзя не отметить слова Дмитрия Медведева, который говорил, что ноги детей – это зарплата учителей. То есть чем больше детей в школе, тем выше зарплата учителя.

Олег: — Я преподаю свой предмет, и это для меня главный стимул. Мне не интересно становиться «учителем года», участвовать в гонках составления портфолио или примерять на себя роль функционера. Но я прекрасно понимаю, что карьерный рост в таком случае практически невозможен.

— С каждым годом возрастает популярность частных школ. Что вы об этом думаете?

Олег: — Огромный плюс частных школ в том, что там, как правило, нет сильного давления со стороны государственной машины. Никто не предлагает поучаствовать в каком-то абсурдном патриотическом конкурсе, не отправляет в Атамань. Ты просто делаешь свою работу – помогаешь школьникам разобраться в предмете.

Фёдор: — Частным школам трудно существовать без поддержки. Ведь у нас всё негосударственное является подозрительным.

— История и обществознание – предметы, которые так или иначе имеют идеологическую составляющую. Современная политическая конъюнктура влияет на процесс преподавания?

Олег: — Прошлый учебный год я начал с того, что сказал всем своим ученикам: на вопросы про государство на букву «У» я отвечать не буду. Я не хочу выступать инструментом пропаганды.

Ситуаций с прямым вмешательствами в преподавательский процесс лично в моей практике не было. Но я знаю, что они бывают, да. Ученикам говорят, что вот это правильно, а это – нет.

Федор: — У меня был случай в 8 классе. Урок про декабристов, я подробно рассказываю о них. Мол, образованные люди были вовлечены в политическую структуру, выходили на площадь для борьбы с социальными язвами и т.д. После урока меня вызывают к директору и спрашивают: «Фёдор Васильевич, что это вы детям такое рассказываете? Хотите, чтоб они выходили на улицу протестовать против власти?»

Олег: — Курс нынешней власти можно условно назвать державно-патриотическим, активно пропагандируются консервативные ценности. В советское же время был культ революции, совершенно иная историческая оптика. Естественно, всё это влияет и на то, как трактуется история. Но надо понимать, что истории в чистом виде не существует. Как преподаватель ты должен дистанцироваться от того, что преподаешь. Преподносить ученикам факты, а не готовые интерпретации. Только так можно быть максимально беспристрастным.

Федор: — Преподавание истории должно быть основано на следующем: учитель говорит не от своего имени, но от имени определённых источников, которые он цитирует. В конце концов существуют источниковедение и историография, которые не позволяют превращать историю в идеологический аппарат государства.

— А что с обществознанием?

Олег: — Из школьных программ постепенно исчезают термины «толерантность», «плюрализм», «гражданское общество». Хотя ещё года 3 назад это были популярные темы в курсе. На многих конференциях и совещаниях обсуждалась важность так называемых «уроков толерантности» и необходимость формирования гражданского общества.Такие перемены - тревожная тенденция.

Фёдор: — Да, мы находимся в процессе существенного сдвига. И понятно, какие силы за это ответственны.

Но у обществознания есть и другие проблемы. С 5 по 8 класс оно преподаётся как что-то очень простое, нечто вроде руководства с картинками о том, как надо вести себя хорошо. А в 9 классе школьникам уже предлагают цитаты Гегеля и Мамардашвили, а также вопросы «Что такое гносеология?»

— А какие темы интересуют школьников? В истории, в обществознании.

Олег: — Расскажу об истории. Тут всё зависит от возрастной группы. Если мы берём младшие классы, там интересуются всякими страшилками. До старших классов история школьниками воспринимается как сказка, серия легенд. И поэтому очень сложно прививать именно научный подход.

Старшеклассников в основном интересуют войны и те темы, которые попали в оптику массовой культуры — всякие тайны и загадки.

Отдельно остановлюсь на теме войны. Большинство учеников вообще не представляют себе, что это такое. И я стараюсь стереть красочные мифы, которые транслирует та же массовая культура. В прошлом году была годовщина начала первой мировой войны. И благодаря торрентам у меня появился фильм «Первая мировая война в цвете» от National Geographic, который я показывал девятиклассникам. В нём были использованы документальные свидетельства войны. И в том числе там демонстрировались солдаты, раненные шрапнелью – со страшными увечьями. Девочки, естественно, пугались. А мальчики, пребывая в некотором шоке, спрашивали: «Уже тогда так воевали, что ли?»

Моя цель – донести до школьников, что любая война – это катастрофа, беда для общества. И я им рекомендую, например, посмотреть советский фильм «Иди и смотри» Элема Климова или прочитать роман «Живые и мёртвые» Константина Симонова»

Война в сознании школьников – это лишь подвиги и победы. И, кстати, сегодняшнее восприятие взрослыми людьми 9 мая как исключительного маркера национальной идентичности — это, на мой взгляд, тоже не совсем правильно. Мы празднуем победу, но забываем о миллионах жертв. Сама война и её ужасы остаются за скобками. Подвиг имеет моральную цену. На мой взгляд, даже в советское время история Великой Отечественной войны преподавалась в школах как история страшного испытания, которое пережила страна и ее народ, которое не должно повториться никогда. Подвиги не должны становиться мифами или наклейкой на иномарке, а для этого нельзя забывать, что война – это всегда смерть. Победа в Великой Отечественной стала брендом, а вот сама война и подвиги солдат сегодня стали лишь причиной его существования.

Всякий раз, когда я рассказываю школьникам о любой войне, напоминаю о страшном насилии по отношению к мирному населению, а также о, как правило, циничном отношении руководств воюющих государств к своим армиям. Моя цель – донести до школьников, что любая война – это катастрофа, беда для общества. И я им рекомендую, например, посмотреть советский фильм «Иди и смотри» Элема Климова или прочитать роман «Живые и мёртвые» Константина Симонова — тем, у кого хватит сил на три тома.

Федор: — Если говорить об обществознании, то классе в 7-8-м школьникам интересны основы социальных коммуникаций, как складываются отношения между людьми. В более старших классах просыпается интерес к политическим и экономическим вопросам.

— Ну, и в заключение такой вопрос. Если согласиться с мнением о том, что система образования – лакмусовая бумажка состояния общества, то каким вы видите сегодняшнее российское общество?

Олег: — Все самые чувствительные моменты отражаются в образовании. И если говорить о тенденции, то прослеживаются крайне тревожные явления. Взять исчезновение из преподавания обществознания тем, связанных с толерантностью, плюрализмом и гражданским обществом. Также весьма показательно молчаливое согласие практически со всеми инициативами, которые спускаются сверху. Огромное количество различных проверок вышестоящих органов каждый учебный год в школах создает всегда напряженную обстановку и вводит всё новые «правила приспособления» к требованиям этих органов. И такая среда, конечно, не является идеальной для школьников.

Я пошёл преподавать, чтобы научить школьников думать, анализировать. Помню, слушал лекции Пятигорского , и мне понравилась фраза: «Мне важно, чтобы вы мыслили, потому что вы живые люди - вы должны это ощущать всегда. Немыслящий человек – это труп». Именно эта фраза, наверное, и является моим девизом.

Федор: — Молчаливое согласие проистекает оттого, что самим преподавателям всё равно, о чём рассказывать , – о гражданском обществе и плюрализме либо о присоединении Крыма и духовных скрепах. Главное – угодить начальству, какую бы идеологию оно ни транслировало. Отсутствие собственных взглядов и мнений – главная проблема не только работников системы образования, но и всей нашей страны.

В свое время Жан Бодрийяр говорил о смерти Университета как социального института. Сегодня в полной мере можно это отнести и к российскому образованию. Сложилась ситуация, когда преподаватели делают вид, что преподают, а ученики делают вид, что учатся. Радует одно — на учителей особенно надеяться не приходится, но дети, несмотря ни на что, сохраняют возможность ускользнуть от этого кафкианского процесса.

Источник: Югополис


Публикация в рамках информационной кампании о проекте «Востребованное образование». При реализации проекта используются средства государственной поддержки, выделенные в качестве гранта в соответствии с распоряжением Президента Российской Федерации №79-рп от 01.04.2015 и на основании конкурса, проведенного Общероссийской общественной организацией «Российский Союз Молодёжи».При реализации проекта используются средства государственной поддержки, выделенные в качестве гранта в соответствии с распоряжением Президента Российской Федерации №79-рп от 01.04.2015 и на основании конкурса, проведенного Общероссийской общественной организацией «Российский Союз Молодёжи».




ОТПРАВИТЬ:       



 




Статьи по теме:



Философский подход

Почему проводить дискуссии и дебаты в школе важнее, чем бесконечно готовить к ЕГЭ

Сейчас в старших классах дети в основном готовятся к ЕГЭ, от результатов которого зависит, в какой университет они поступят. По мнению автора книги «Think Again: A Philosophical Approach to Teaching» Джона Тейлора, на уроках гораздо полезнее (в том числе для итоговых оценок) не зацикливаться на экзаменах, а проводить открытые обсуждения и дебаты. В статье на сайте Aeon он написал о важности философского подхода к образованию.

10.04.2018 16:37, theoryandpractice.ru


Национальный агрегатор объединит университетскую науку

НП «НЭИКОН» запустило платформу для интеграции открытых репозиториев российских вузов

Информацию в 21 веке называют «новой нефтью», однако есть значительные различия между упомянутым природным ресурсом и знаниями – последних не становится меньше, если их передать кому-то, и даже наоборот, распространение информации провоцируют ее дальнейшую переработку и создание новых произведений на основе существующего контента. Однако обилие данных в цифровой среде порождает другую проблему: то, чего нет в сети, по сути, перестает существовать, и особенно это верно для молодого поколения, для которого интернет является основной медиаплатформой.

31.03.2018 22:32, Наталия Трищенко


Меньше обсуждайте, больше пишите

6 советов для тех, кто пишет диссертацию

Написание диссертации кажется сложной и почти невыполнимой задачей, но на деле все гораздо проще, если следовать простым правилам, уверен профессор Центра изучения высшего образования при Аризонском университете Дженни Джей Ли. «Теории и практики» выбрали несколько советов, которые он дает в статье The Chronicle of Higher Education.

26.03.2018 19:00, Ksenia Donskaya, theoryandpractice.ru


Фонд Wikimedia опубликовал очередной отчет о прозрачности

О запросах своих пользователей

Согласно опубликованному докладу количество запросов, касающихся размещенного на проектах Фонда Wikimedia контента, увеличилось во второй половине 2017 года, но по-прежнему не составляет и сотой доли процента от аналогичных показателей Google и Facebook.

13.03.2018 16:00, roskomsvoboda.org


Открытый доступ и открытая наука

На пороге неизбежной революции

Наверное, каждый журналист сегодня сможет рассказать историю о том, как Интернет изменил медиа. Средства массовой информации, в бизнес-модели которых подписка сочеталась с рекламой, столкнулись с новыми конкурентами – бесплатными интернет-изданиями, которые оказывались даже более «продвинутыми» с точки зрения технологии и бесконечно более быстрыми не только чем газеты, но и чем телевидение и радиостанции. СМИ в большинстве своём отказались от подписки, фокусируясь на поиске новых бизнес-моделей, которые могли бы обеспечить доход в новых условиях.

03.03.2018 16:00, Иван Засурский, Наталия Трищенко, unkniga.ru


«Мама, я хочу в Гарвард»

Кого ждут в лучших университетах мира

Оксфорд, Кембридж, MIT, Стэнфорд и университеты Лиги Плюща — лучшие мировые вузы, которые много лет держатся в первых строчках международных рейтингов. По статистике, только 5–7% абитуриентов в итоге становятся их студентами. Среди выпускников этих вузов — известные политики, успешные бизнесмены и нобелевские лауреаты, но что нужно делать российскому школьнику, чтобы — для начала — хотя бы поступить в желанный зарубежный университет?

07.02.2018 13:00, Марина Рунович


7 мифов о языках и их научное разоблачение

Правда ли, что детям проще выучить иностранный язык, а французский красивее немецкого

Давайте начистоту: лингвистика явно не относится к разряду точных наук. Строить теории о лексике, звуках и «врожденной грамотности» проще, чем о ядерной физике, поэтому филологи то и дело сталкиваются с нелепыми спекуляциями и гипотезами сумасшедших всех мастей. Борьба с мифами о языках началась не так давно и пока ведется из окопов научных статей с ограниченным доступом и немногочисленных профессиональных блогов о лингвистике. Но как же приятно время от времени выходить на свежий воздух с табличкой «Опровергнуто!».

17.01.2018 13:00, Оксана Калмыкова для knife.media


Всем нравится идея образования для взрослых

Осталось понять, что мы имеем в виду

Про взрослых, которые учатся всю жизнь, я начала думать летом, когда захотела поработать в проекте «ЧТД: Что и требовалось доказать». В тот момент он только-только возник, но уже обрел имя и концепцию благодаря главному редактору «Мела» Никите Белоголовцеву. Ход мысли отцов-основателей, в общем, понятен: у нас есть прекрасный «Мел», почему бы не сделать в пару к нему проект об образовании для взрослых. Само собой, человеческим языком.

19.12.2017 13:00, Ксения Киселева, главный редактор ЧТД


Деньги против знаний

Смогут ли крупнейшие научные издательства работать по модели открытого доступа

С момента, когда сфера научной периодики стала осваивать интернет-пространство, ее участники разделились на два лагеря. Для одних современные технологии стали возможностью сделать знания более доступными, другие же восприняли их как способ увеличения заработка. К первым относятся ученые. Они заинтересованы в том, чтобы их исследования распространялись как можно шире. Ко вторым – компании, для которых научная периодика является прежде всего бизнесом.

04.12.2017 16:00, Алена Глазунова


Первые научные шаги

Советы начинающим исследователям

Многие из тех, кто решил заняться наукой, испытывают трудности во время написания своей первой научной статьи. С чего начать? Как подобрать подходящую тему? Где можно опубликовать свою научную статью? Отвечаем на все вопросы и поэтапно разъясняем план действий вместе с Григорием Прутцковым, доцентом факультета журналистики Московского государственного университета имени М. В. Ломоносова.

03.12.2017 18:00, Наталья Глухова






 
<font size=2>Прозрачное<br>образование</font>

Новости

Школьники пострадали в Волоколамске из-за выброса газа на свалке «Ядрово»
Ведомости: более 200 человек собрались у больницы и требуют ввести режим ЧС в школах и детских садах.
Менее 10% российских вузов публикуют выпускные квалификационные работы выпускников
Ассоциация интернет-издателей опубликовала исследование «Практика и платформы открытой публикации учебных работ в российских вузах».
Публикация ВКР для специалистов и магистров станет обязательной
Внесен законопроект «О внесении изменений в статью 5 Федерального закона "О рекламе" и статью 59 Федерального закона "Об образовании в Российской Федерации"», в соответствии с которым предполагается обязательная публикация выпускных работ студентов специалитета и магистратуры.
Проект «Научный корреспондент» представлен на конференции «Антиплагиата»
27 октября в Липецке в рамках международной научно-практической конференции «Обнаружение заимствований – 2017», проводимой компанией «Антиплагиат», состоялась презентация проекта «Научный корреспондент». Об инициативе по открытой публикации выпускных квалификационных работ студентов российских вузов рассказал президент Ассоциации интернет-издателей Иван Засурский.
Продолжается прием заявок на участие в Общероссийском гражданском форуме-2017
V Общероссийский гражданский форум «Диалог. Солидарность. Ответственность» пройдет 25 ноября в Москве, в гостинице «Космос». В этом году Форум будет посвящен теме «Будущее России: федерация, регионы, города». Прием заявок продолжится до 5 ноября. Подать заявку можно здесь.

 

 

Мнения

Ирина Левова, Глеб Шуклин

Паралич знания

Как спасти образование и науку в России?

Сегодня в России нет баз данных научных публикаций. Более половины научных изданий даже не оцифрованы и остаются недоступны для студентов и преподавателей из других вузов, не говоря уже о простых гражданах. А в западные базы крайне редко попадают статьи российских учёных. Иногда какому-то из российских вузов выделяют средства на доступ к западной базе, что воспринимается учёными как праздник: база тут же «сливается» и далее распространяет бесплатно. За это доступ университета надолго блокируется.

Артемий Никитов, заместитель Генерального директора ФГУП "ЦАГИ"

Copy-Paste

Почему плагиат можно и нужно побеждать

В последнее время много говорится о необходимости борьбы с плагиатом в студенческих и научных работах, о катастрофическом положении дел в этом вопросе и предлагаются различные, в том числе экзотические методы борьбы.

Иван Засурский

Победить плагиат легко

Реформу образования важно начать с общедоступности учебных и квалификационных работ

Новый кабинет министров, по всей видимости, сможет начать глубокие реформы в науке и образовании, однако об их содержании пока приходится только догадываться. Тем не менее тема общедоступности учебных и квалификационных работ уже стала предметом консенсуса среди экспертов, а АСИ собирается обратиться в правительство с конкретными предложениями, которые поддержит и Сколково.

Юлия Эйдель

Эпидемия прозрачности: теперь дипломы!

Скандалы с диссергейтами покажутся вам цветочками

Новостной ажиотаж вокруг Минобрнауки этой весной впечатляет. Истории с диссергейтами перешли в плоскость медийно-судебных разбирательств с чиновниками-диссертантами, информационных атак против министра Ливанова в СМИ и блогерских вбросов. На этой неделе тема дополнилась проверкой из прокуратуры с последующим увольнениям сотрудников ВАКа и отставкой замминистра Федюкина. Но главная новость Минобранауки прошла мимо первых полос...

Константин Деревянко

Государство, бизнес, общество — социальное партнерство

В рамках реализации национальной программы поддержки и развития чтения

На недавнем съезде Российского книжного союза было сказано немало правильных слов о поддержке книгоиздательской отрасли, однако носили они по преимуществу общий характер. Попробуем разобраться в складывающейся ситуации с конкретными цифрами в руках – чтобы сделать соответствующие выводы и выдвинуть конкретные предложения.

Николай Горькавый

Олигархи — марионетки учёных

С чем ассоциируются «новые технологии»? С айподами, плазменными экранами и прочими гаджетами. Это хорошие деревья, но не лес. Кроме создания удобств и комфорта, современные технологии выполняют ещё две функции — возможно, более важные, чем первая. Сумма технологий обеспечивает социальную пластичность и права личности.

Екатерина Сальникова

Потерянные и ищущие

«Школа» и Lost завершились

На днях завершились два культовых сериала — «Школа» и Lost. Какой из них больше ассоциируется с понятием потерянного поколения, сказать трудно. Персонажи потеряны более, нежели создатели, которые тоже потеряны.

Ольга Шнырова

Раздельное обучение

Выгоды и риски

В нашей стране совместное образование было введено в мае 1918 года с целью устранить неравноправие женщин и мужчин в этой области. В 1943-м была предпринята попытка ввести раздельное обучение мальчиков и девочек в семилетних и средних школах Москвы, Ленинграда, столиц союзных республик, областных и краевых центров и ряда крупных промышленных центров СССР. Этот эксперимент был отменён в 1954 году.

Елена Дунаева

Буквы разные писать учат в школе?

Естественная типология родителей

Золотая середина — дело хорошее, но, как известно, на практике труднодостижимое. Поэтому родители будущих первоклассников склонны впадать в крайности. Одни исступлённо занимаются ранним развитием почти с пелёнок, другие же принципиально не желают забивать ребёнку голову до поступления в школу, где, как известно, должны научить всему…

Ян Левченко

Победить классный час

Сказка о потерянном времени и воспитании патриотизма

Школа — не университет, где иные преподаватели могут вернуться к середине сентября. В школе начинают как следует. С самого что ни на есть классного часа, либретто которого сочиняют в министерстве образования и директивно рассылают по всей стране. В этом году мне довелось ознакомиться с методическими рекомендациями по организации классного часа, посвящённого 65-летию Победы в Великой Отечественной войне.

 

Календарь

Олег Давыдов

Колесо Екатерины

Ток страданий, текущий сквозь время

7 декабря православная церковь отмечает день памяти великомученицы Екатерины Александрийской. Эта святая считалась на Руси покровительницей свадеб и беременных женщин. В её день девушки гадали о суженом, а парни устраивали гонки на санках (и потому Екатерину называли Санницей). В общем, это был один из самых весёлых праздников в году. Однако в истории Екатерины нет ничего весёлого.

Ив Фэрбенкс

Нельсон Мандела, 1918-2013

5 декабря 2013 года в Йоханнесбурге в возрасте 95 лет скончался Нельсон Мандела. Когда он болел, Ив Фэрбенкс написала эту статью о его жизни и наследии

Достижения Нельсона Ролилахлы Манделы, первого избранного демократическим путем президента Южной Африки, поставили его в один ряд с такими людьми, как Джордж Вашингтон и Авраам Линкольн, и ввели в пантеон редких личностей, которые своей глубокой проницательностью и четким видением будущего преобразовывали целые страны. Брошенный на 27 лет за решетку белым меньшинством ЮАР, Мандела в 1990 году вышел из заточения, готовый простить своих угнетателей и применить свою власть не для мщения, а для создания новой страны, основанной на расовом примирении.

Молот ведьм. Существует ли колдовство?

5 декабря 1484 года началась охота на ведьм

5 декабря 1484 года была издана знаменитая «ведовская булла» папы Иннокентия VIII — Summis desiderantes. С этого дня святая инквизиция, до сих пор увлечённо следившая за чистотой христианской веры и соблюдением догматов, взялась за то, чтобы уничтожить всех ведьм и вообще задушить колдовство. А в 1486 году свет увидела книга «Молот ведьм». И вскоре обогнала по тиражам даже Библию.

Максим Медведев

Фриц Ланг. Апология усталой смерти

125 лет назад, 5 декабря 1890 года, родился режиссёр великих фильмов «Доктор Мабузе…», «Нибелунги», «Метрополис» и «М»

Фриц Ланг являет собой редкий пример классика мирового кино, к работам которого мало применимы собственно кинематографические понятия. Его фильмы имеют гораздо больше параллелей в старых искусствах — опере, балете, литературе, архитектуре и живописи — нежели в пространстве относительно молодой десятой музы.

Игорь Фунт

А портрет был замечателен!

5 декабря 1911 года скончался русский живописец и график Валентин Серов

…Судьба с детства свела Валентина Серова с семьёй Симонович, с сёстрами Ниной, Марией, Надеждой и Аделаидой (Лялей). Он бесконечно любил их, часто рисовал. Однажды Маша и Надя самозабвенно играли на фортепьяно в четыре руки. Увлеклись и не заметили, как братик Антоша-Валентоша подкрался сзади и связал их длинные косы. Ох и посмеялся Антон, когда сёстры попробовали встать!

Юлия Макарова, Мария Русакова

Попробуй, обними!

4 декабря - Всемирный день объятий

В последнее время появляется всё больше сообщений о международном движении Обнимающих — людей, которые регулярно встречаются, чтобы тепло обнять друг друга, а также проводят уличные акции: предлагают обняться прохожим. Акции «Обнимемся?» проходят в Москве, Санкт-Петербурге и других городах России.

Илья Миллер

Благодаря Годара

85 лет назад, 3 декабря 1930 года, родился великий кинорежиссёр, стоявший у истоков французской новой волны

Имя Жан-Люка Годара окутано анекдотами, как ни одно другое имя в кинематографе. И это логично — ведь и фильмы его зачастую представляют собой не что иное, как связки анекдотов и виньеток, иногда даже не скреплённые единым сюжетом.

Денис Драгунский

Революционер де Сад

2 декабря 1814 года скончался философ и писатель, от чьего имени происходит слово «садизм»

Говорят, в штурме Бастилии был виноват маркиз де Сад. Говорят, он там как раз сидел, в июле месяце 1789 года, в компании примерно десятка заключённых.

Александр Головков

Царствование несбывшихся надежд

190 лет назад, 1 декабря 1825 года, умер император Александра I, правивший Россией с 1801 по 1825 год

Александр I стал первым и последним правителем России, обходившимся без органов, охраняющих государственную безопасность методами тайного сыска. Четверть века так прожили, и государство не погибло. Кроме того, он вплотную подошёл к черте, за которой страна могла бы избавиться от рабства. А также, одержав победу над Наполеоном, возглавил коалицию европейских монархов.

Александр Головков

Зигзаги судьбы Маршала Победы

1 декабря 1896 года родился Георгий Константинович Жуков

Его заслуги перед отечеством были признаны официально и всенародно, отмечены высочайшими наградами, которых не имел никто другой. Потом эти заслуги замалчивались, оспаривались, отрицались и снова признавались полностью или частично.


 

Интервью

Александр Привалов: «Школа умерла – никто не заметил»

Покуда школой не озаботится общество, она так и будет деградировать под уверенным руководством реформаторов

Конец учебного года на короткое время поднял на первые полосы школьную тему. Мы воспользовались этим для того, чтобы побеседовать о судьбе российского образования с научным редактором журнала «Эксперт» Александром Николаевичем Приваловым. Разговор шёл о подлинных целях реформы образования, о том, какими знаниями и способностями обладают в реальности выпускники последних лет, бесправных учителях, заинтересованных и незаинтересованных родителях. А также о том, что нужно, чтобы возродить российскую среднюю школу.

«Антиплагиат» и осетрина второй свежести

Константин Рудаков: «Моральный климат в среде авторов и исполнителей заимствованных диссертаций ужасный. В такой атмосфере не рождается полноценный научный труд»

«Антиплагиат» выполняет простую задачу – поиск источников заимствования в проверяемом тексте. Но вокруг системы ходят слухи и разгораются споры, её продолжают демонизировать, представляют как орудие борьбы политиков и чиновников, и даже как инструмент сексуальных домогательств преподавателей к студенткам. Писатель Михаил Лифшиц поговорил с Константином Рудаковым, чл.-корр. РАН и профессором ВМиК МГУ,стоявшим у истоков этой истории.

Игорь Федюкин: «Многие российские диссертации не выдерживают критики»

Замминистра образования о профессиональных стандартах научного сообщества и о том, почему российские ученые не стремятся участвовать в международном научном процессе

В Министерстве образования и науки Игорь Федюкин занимается научно-технической политикой, международными отношениями и вопросами подготовки и аттестации научно-педагогических кадров. Недавно именно вопросы аттестации приковали всеобщее внимание в связи со скандалами вокруг диссертаций новоиспеченного директора Колмогоровской школы при МГУ Андрея Андриянова, политиков Владимира Тора и Владимира Бурматова.

Тина Канделаки: «Политика и блогинг — это разные вещи»

Двойные тарифы ГИБДД и гражданское общество в Рунете

Канделаки работает на телевидении, ведёт активную деятельность в Общественной палате РФ, читает лекции о развитии интернета в РГГУ и руководит собственной продюсерской компанией. В интервью Тина рассказала, на чьей она стороне в истории с «кремлёвским червём», что стало с традициями чёрного пиара и как победить коррупцию в России.

«Необходимо отказаться от самой идеи производства винтиков для социальной машины»

Интервью с Дэвидом Грибблом, учителем с многолетним стажем, писателем, активистом свободного образования

Основные принципы свободного образования — уважение и вера в детей. Свободный выбор занятий. Равноправные отношения между детьми и взрослыми. Дети и учителя вместе несут ответственность и принимают участие во всех школьных делах.

Татьяна Клячко: «Учиться всю жизнь не роскошь, а необходимость»

О непрерывном образовании, неакадемических и вымирающих профессиях

Доктор экономических наук, директор Центра экономики непрерывного образования Академии народного хозяйства при правительстве РФ Татьяна Клячко рассказала «Часкору» о том, что нам ещё учиться и учиться.

Учитель Лада Сыроватко: «Новый курс возвращает учителя к роли наставника и собеседника»

Учителя возлагают большую надежду на новый школьный предмет «Основы религиозных культур и светской этики»

Кандидат педагогических наук, учитель высшей категории, победитель конкурса «Лучший учитель» в рамках ПНПО (2006), обладатель медали им. Ушинского за вклад в методическую науку Лада Викторовна Сыроватко поделилась мнением о новом курсе «Основы религиозных культур и светской этики» в своём интервью «Частному корреспонденту».

Элеонора Бараль: «Наша задача — сделать всё, чтобы они чувствовали, что этот мир — это их мир»

Уникальный опыт московской школы № 299, где 15 лет практикуют инклюзивное образование без всяких государственных программ

Инклюзивное образование, то есть обучение детей с различными физическими отклонениями в классах обычных общеобразовательных школ, в нашей стране только развивается. И все проблемы, связанные с ним, интересуют как педагогов, так и родителей особых детей. А проблем множество. Это и обучение учителей, и работа с родителями, и техническое оснащение школ специальным оборудованием, а главное — подготовка той среды, в которую попадут дети-инвалиды.

Дмитрий Крымов: «Театр художника. Художник театра…»

Театр ищет выход из кризиса в новых формах

«Театр художника» ставит на первое место «картинку», создавая спектакль как череду зрительных образов. Во главу угла здесь ставятся визуальные символы, воздействующие на зрителя сильнее текста пьесы или актерской игры. Лидером такого художественного театра является Дмитрий Крымов.