Прошедший июнь стал для Старого Cвета богатым на политические события. Не успели стихнуть разговоры о результатах выборов в законодательное собрание Чешской республики, состоявшихся в конце мая, как ещё в нескольких государствах — членах Европейского союза — Нидерландах, Словакии и Бельгии — прошли аналогичные мероприятия.

Конечно, все они имели свою национальную специфику, однако некий общий итог для них подвести всё же можно. Он достаточно прост: помимо того что во всех этих странах пали прежние правящие кабинеты, очевидно, что в эпоху глобального экономического кризиса социалистические партии теряют прежние доминирующие позиции и вынуждены уходить в оппозицию. Власть постепенно переходит в руки центристов и правых.

Ультраправая Народная партия свободы 46-летнего Гирта Вилдерса по результатам выборов стала третьей. Она получит 24 места в парламенте (в прошлом было 9). «Грандиозно!» — такую эсэмэску отправил Герт Вилдерс журналистам, узнав о результатах выборов. Партия свободы была основана в 2006 г. бывшим либералом Вилдерсом, избравшим её главной идеей «крестовый поход против исламизации Голландии», запрет иммиграции из мусульманских стран и строительства мечетей. В 2006 г. Вилдерс получил место в парламенте. В октябре этого года он предстанет перед судом за призывы к дискриминации и национальной розни. В Голландии вторая после Франции мусульманская диаспора — 5,6% населения, 475 мечетей. И если демографический рост останется на нынешнем уровне, в 2050 г. мусульман будет 2 миллиона, или 11% населения.

Дикая и беззаконная страна

Первыми по времени — 9 июня — выборы состоялись в Нидерландах, где правившее с 2002 г. христианско-демократическое правительство Яна Петера Балкененде потерпело сокрушительное поражение, заняв лишь четвёртое место с 13% голосов избирателей и 21 местом в парламенте. Победителем стала либеральная Народная партия за свободу и демократию Марка Рютте — 20,5% и 31 место. Буквально на пятки ей наступает социал-демократическая Партия труда амстердамского градоначальника Йоба Кохена — 19,6% и 30 мест. Сенсацией же стало третье место Партии свободы известного исламофоба Герта Вилдерса, которая получила 15,5% голосов (24 места). Также прошли в парламент левая Социалистическая партия Эмиля Румера с 9,8% (15 мест) и леволиберальная D-66 Александра Пехтолда с 6,9% (10 мест).

Таким образом, Балкененде, сумевшему за восемь лет своего премьерства четыре раза возглавить кабинет министров, придётся всё-таки покинуть свой пост. Дело здесь не только в поражении на выборах, но и в том, что Партия труда, бывшая ранее политическим союзником христианских демократов, отказалась от сотрудничества с ней из-за расхождений в вопросе о пребывании голландских войск в Афганистане. Собственно, именно это противоречие и привело к расколу правящей коалиции и проведению досрочных выборов.

Вот и нынешняя, третья по счёту, коалиция Балкененде распалась из-за воинской миссии Голландии за рубежом. НАТО запросил Голландию, одну из трёх стран, которые наиболее серьезно участвуют в контртеррористической операции альянса в Афганистане, «рассмотреть возможность продления пребывания в провинции Урузган 2 тысяч военнослужащих до августа 2011 г.» (их нынешний мандат заканчивается в августе 2010 г., а полный вывод запланирован до конца декабря). Голландская миссия в Афганистане состоит из 1650 человек и действует с августа 2006 г. За этот период погиб 21 военнослужащий королевства.

Штык в землю

Теперь, видимо, Народной партии за свободу и демократию придется формировать собственную коалицию, однако кто будет её партнёром, сказать довольно сложно, поскольку у всех политических сил, попавших в парламент, довольно разные политические программы. Народники, например, придерживаются классических либеральных взглядов, трудовики — социал-демократических, Партия свободы известна как праворадикальная и националистическая. Соцпартия, в отличие от своих более респектабельных коллег, также довольно радикальна. Она ведёт свою историю от местной компартии.

Получается, что сформировать из такого клубка противоречий некое целое, которое могло бы управлять страной с хорошо развитой экономикой и высоким уровнем жизни, — задача весьма сложная. Во всяком случае, посмотрим, кому доверит королева Беатриче формирование правительства. Скорее всего, это будет Марк Рютте, который станет первым либералом во главе кабинета министров с 1912 г.

Вместе с тем, если в общем взглянуть на прошедшие в Нидерландах выборы, становится ясно, что список наиболее сложных проблем, стоящих ныне перед страной, возглавляет не только экономический кризис, который не слишком сильно ударил по голландцам, но и проблема иммигрантов. Их в стране с каждым годом становится всё больше. При этом они не знают голландского языка и не желают его учить, чужды местной культуре и не хотят вливаться в голландское общество. Более того, они всё чаще требуют особого к себе отношения, не стремясь при этом работать. А пособия, выплачиваемые иммигрантам, год от года увеличиваются. Они ложатся тяжёлым бременем на плечи налогоплательщиков. Таким образом, новому правительству, кто бы ни вошел в парламентскую коалицию, в первую очередь придется решать именно проблемы иммиграционной политики, борясь при этом и с последствиями финансового кризиса.

Одним из краеугольных камней Голландии всегда было то, что нация, разделённая по религиозному признаку, чувствовала себя объединённой общей историей, общими ценностями и языком. Но штука в том, что новые иммигранты больше не разделяют эти ценности. А главное, что теперь, в период финансового кризиса, к конфликтам с исламскими меньшинствами всех граждан Старого континента — и голландцев, и бельгийцев, и швейцарцев, и граждан Германии — толкает и вполне себе материальная государственная социальная поддержка — welfare, которую коренным гражданам обидно отдавать иммигрантам.

Исламофобия: тест для Европы

Следующей страной, в которой состоялись парламентские выборы, стала Словакия. Здесь они прошли 12 июня. В отличие от Нидерландов, народное волеизъявление не было внеочередным. Тем не менее и его итоги заставили действующего премьера Роберта Фицо, возглавлявшего созданную им социал-демократическую партию «Смер», сложить с себя полномочия и отказаться от права на формирование нового правительства. Причём вынужден он это будет сделать даже несмотря на то, что руководимая им партия одержала на выборах уверенную победу — 34,7% голосов избирателей и 62 места в парламенте. Однако столь впечатляющий успех всё же оказался недостаточным для того, чтобы сформировать правительство, поскольку прежние партнёры по коалиции (Словацкая национальная партия) набрали всего 5,1% голосов и получили лишь 9 мест. А левоцентристское «Движение за демократическую Словакию» и вовсе не преодолело пятипроцентный барьер. Как итог, у правящей коалиции всего 71 место.

В свою очередь оппозиционеры в сумме получили 79 мест. «Словацкий демократический и христианский союз» — 15,4%, центристская «Свобода и справедливость» — 12,1%, Христианско-демократическое движение — 8,5%, а представляющая интересы венгерского меньшинства партия «Мост-Хид» — 8%.

Центр противостояния — Словакия, которая исторически находится на стыке многих европейских наций. Судьба распорядилась так, что в двух мировых войнах, разрушавших могучие европейские державы, Словакия пострадала несравнимо меньше, чем, скажем, Венгрия, пытавшаяся играть в этих войнах ведущие роли, или Чехия. Словаки успешно пережили все европейские катаклизмы и в 1993 г. вместе с чехами стали для всего мира образцом «цивилизованного развода» единой страны. Но с распадом Чехословакии молодое словацкое государство унаследовало проблему полумиллионного венгерского меньшинства, компактно проживающего в южных областях 4,5-миллионной Словакии.

Сердцу не прикажешь

По традиции президент Словакии Иван Гашпарович право формировать правительство предоставил победителю выборов, однако договориться Фицо ни с кем не сумел. Поэтому, как ожидается, его преемником впервые в истории страны станет женщина — лидер христианских либералов 54-летняя Ивета Радичова, до начала 2000-х годов бывшая крупнейшим словацким социологом. Таким образом, в ближайшие четыре года за внутреннюю и внешнюю политику страны будет отвечать новое правоцентристское правительство, которому предстоит бороться с последствиями финансового кризиса и решать проблему бюджетного дефицита, в прошлом году достигшего почти 7% ВВП. «Наша задача состоит в том, чтобы прекратить рост долга и начать экономическое развитие: Словакию когда-то называли европейским тигром, и мы должны вернуться к этому», — призывает Радичова.

Премьер-министр республики Роберт Фицо назвал введение европейской валюты «свидетельством значительного доверия к Словакии во времена глобального финансового кризиса». Власти рассчитывали, что евро поможет стране лучше пережить этот кризис, вызовет рост экономики и привлечёт иностранные инвестиции. «С евро мы сможем успешно преодолеть финансовый кризис — угрозу для таких небольших открытых экономик, как наша», — уверял глава Центробанка Словакии Иван Шрамко. А еврокомиссар по экономической и монетарной политике Хоакин Алмуния, напоминая, что единой европейской валюте экономика ЕС обязана стабильностью, процветанием и созданием 60 млн дополнительных рабочих мест, обещал, что «Словакия полностью почувствует и использует все выгоды членства в еврозоне».

Словацкий оазис

Что же касается Фицо, то, разочаровавшись в попытках сформировать коалицию, он смирился с поражением и анонсировал свой уход в оппозицию. По его словам, теперь его партия «будет очень внимательно следить за действиями правительства, оставаясь очень ясной альтернативой правому крылу».

Впрочем, поражение на выборах для политика-социалиста не стало таким сильным ударом, каким оказались для франкоязычных жителей Бельгии итоги внеочередных выборов в парламент страны. Они прошли на следующий день после словацких. Их основным итогом можно считать то, что до полноценного развода стране осталось не так уж много. Здесь поводом для проведения выборов, как и в Нидерландах, стал правительственный кризис, поразивший страну в апреле. Тогда фламандская Либерально-демократическая партия вышла из правящей коалиции, так и не добившись компромисса со своими партнёрами по вопросу административной автономии фламандских пригородов Брюсселя. В результате правительство, возглавляемое фламандцем Ивом Летермом, подало в отставку.

В результате народного волеизъявления в северной части страны (Фландрии), давно мечтающей отделиться от юга, населенного валлонами, победу одержал «Новый фламандский альянс» во главе с Бартом де Вевером. Этот радикальный политик неоднократно заявлял о том, что Фландрия и Валлония могут существовать раздельно. За него проголосовали 26% избирателей. Ещё две партии — «Фламандский интерес» и «Список Дедекера», — которые также поддерживают идею отделения, в сумме получили еще 20% голосов фламандцев. Таким образом, почти половина населения самого развитого региона страны выступает за разделение Бельгии, искусственно возникшей в 1830 г. из южных голландских провинций, которые не вошли в Нидерланды в XVI веке.

Бельгия — уникальная страна, искусственно созданная в 1830 г., когда своими территориями с ней поделились Нидерланды, Германия, Франция и Люксембург. Они же передали основным регионам Бельгии — Фландрии и Валлонии — свои языки. В Бельгии говорят по-голландски и по-французски, а собственного единого языка здесь никогда не было. В прямом и в переносном смысле. Вся история страны построена на противостоянии валлонов с фламандцами. Фламандское большинство севера (почти 6 миллионов) всегда недолюбливало франкоязычное меньшинство юга — валлонов (почти 4 миллиона).

Здесь всё ещё живут бельгийцы

Что же касается Валлонии, то здесь победу одержала Социалистическая партия (30% голосов) во главе с выходцем из семьи итальянских иммигрантов Элио де Рупо. Судя по всему, именно он и займёт кресло премьер-министра, поскольку Бельгия — пока ещё федеративное государство. Согласно её конституции в правительстве должны быть представлены как фламандцы, так и валлоны. Поэтому сепаратист де Вевер вряд ли сумеет найти себе партнёров среди валлонов, которые выступают за сохранение целостности государства. К тому же валлонские партии более консолидированы, чем фламандские.

Впрочем, их позиция относительно будущего страны объясняется отнюдь не патриотическими устремлениями. Дело в том, что на протяжении уже 40 лет франкоязычный юг, бывший когда-то двигателем бельгийской экономики, является дотационным. Средства на его развитие идут за счёт налогов, собираемых с более богатых фламандцев, которые не желают делиться с соотечественниками. Тем более что именно валлоны доброжелательно настроены к иммигрантам из стран третьего мира, которые, оседая в Бельгии, повисают на шее фламандцев. Мириться с подобным положением вещей они не желают, поэтому разговоры о разводе звучат из года в год всё активней.

Только за последние несколько лет в Бельгии поменялось три премьер-министра, а в обществе усилились сепаратистские настроения. Поэтому, скорее всего, де Рупо так и не удастся остановить процесс развода между Валлонией и Фландрией. Желание фламандцев, составляющих 60% жителей страны, выйти из состава королевства, очень велико. Вряд ли долгий процесс согласования интересов разных партий, поиск взаимовыгодных компромиссов и прочей политической возни заставит их отказаться от своего намерения. Можно прогнозировать, что в ближайшие 5—10 лет жить в одном государстве валлоны и фламандцы уже не будут.

ОТПРАВИТЬ:       

Статьи по теме:

• Чтобы не испортить себе праздники.
  Отправляясь на майские каникулы в Европу, лучше заранее поинтересоваться, за что вас могут там оштрафовать.
• Евразийский союз: как избежать засады.
  Политика это не шахматы, а скорее игра в карты.
• Рука Руси.
  ФМС России позаботится о мигрантах.
• Удивительный случай немецкого империализма.
  Отчаянные времена требуют отчаянных жестов.
• Европу ждут чудовищные потрясения .
  Совершенно очевидно, что сидеть и ждать у моря погоды в Старом Свете более не намерены.
• Европу и евро спасли на пороге кризиса.
  Для этого пришлось для начала спасти Грецию.
• Британия может выйти из ЕС.
  Евроскептики королевства настаивают на референдуме.
• Один в мире: отель в церкви.
  Проснуться рано утром от разноцветных солнечных лучей, пробивающихся через толстые стёкла старинных витражей.
• Путь в пропасть.
• Миграция — условие социальной эволюции.
  Эксперты из России и Евросоюза обсудили проблемы социального многообразия современных государств в рамках подготовки к Мировому политическому форуму.