России придется идти на взаимные сокращения вооружений с США, иначе мы будем разоружаться в одностороннем порядке. Судя по поступающим из Вашингтона заявлениям, новая американская администрация вполне серьезно настроена на то, чтобы предложить России новый договор, подразумевающий радикальные сокращения ядерных вооружений.
В связи с этим интересно рассмотреть вариант, как будут выглядеть стратегические ядерного силы (СЯС) сторон, если их действительно сократят до 1 тыс. боевых частей (БЧ).
Применительно к России всё относительно ясно. В составе ВМФ останутся 4—5 РПК СН пр. 667БДРМ. Каждый из них будет нести по 16 БРПЛ Р-29РМ, по 4 БЧ на каждой. В ВВС останутся 15 Ту-160 (по 12 КР на каждом) и, может быть, несколько наименее старых Ту-95МС (по 6 или 16 КР в зависимости от конфигурации). В РВСН будет примерно 200 «Тополей» различных модификаций и пара десятков РС-18 и РС-20, которые, может быть, будут понемногу заменяться на виртуальные пока РС-24. Собственно, к такой конфигурации наши СЯС движутся сами по себе, без всяких договоров. И это, кстати, главная причина, по которой Москва не сможет от договора отказаться.
У США возможностей для маневра несравненно больше. В наши СЯС микроскопическими темпами поступают новые МБР, проводятся бесконечные и безнадежные испытания «Булавы», при этом старые носители выводятся ускоряющимся темпом. Американские СЯС давно ничем не пополнялись, но при этом они практически не сокращаются. Именно поэтому вариантов у них гораздо больше.
Если в СССР/России основу СЯС всегда составляли РВСН, морская составляющая была вспомогательной, а авиационная — чисто символической, то в Америке большая часть зарядов всегда находилась на ПЛАРБ, затем шла стратегическая авиация и последней была наземная компонента. Но теперь ситуация может измениться радикальным образом.
Дело в том, что крылатые ракеты воздушного базирования, размещаемые на стратегических бомбардировщиках, идут в договорный зачет как стратегические боезаряды. А точно такие же крылатые ракеты морского базирования, размещаемые на многоцелевых ПЛА, а в США также на крейсерах и эсминцах, — нет. Именно на таких странных условиях подписывались предыдущие договоры между Москвой и Вашингтоном. США имеют колоссальное преимущество в КРМБ, поэтому данная ситуация выгодна только им. И в случае сокращений СЯС до 1 тыс. зарядов это может проявиться еще более явно.
Америка может полностью отказаться от морской составляющей СЯС. Она оставит себе пару сотен МБР «Минитмен-3» (по 3 БЧ на каждой) и по паре десятков стратегических бомбардировщиков В-52Н (по 20 КР) и В-2 (крылатых ракет не несут, поэтому каждый самолет засчитывается за один заряд). А все ПЛАРБ типа «Огайо» (сейчас их 14) будут переоборудованы в носители КРМБ. Данная технология уже отработана на первых 4 ПЛАРБ данного проекта: вместо 16 БРПЛ «Трайдент-2» на них установили по 154 крылатых ракеты. В этом случае 18 лодок будут нести суммарно 2772 КРМБ.
Кроме того, в составе ВМС США имеется 52 многоцелевых ПЛА: 3 типа «Сивулф», 4 типа «Вирджиния» (всего планируется построить до 30 таких ПЛА) и 45 типа «Лос-Анджелес» (постепенно выводятся из состава ВМС). Все «Вирджинии» и 30 «Лос-Анджелесов» имеют по 12 шахт для КРМБ, то есть суммарно они несут 408 КР. Кроме того, все 52 ПЛА имеют возможность запускать КР и через обычные торпедные аппараты, то есть количество КРМБ на них может быть еще выше. Соответственно, если все «Огайо» будут переоборудованы под крылатые ракеты, США будут иметь на подлодках от 3,2 до 3,5 тыс. КРМБ, не идущих ни в какой зачет.
Наконец, 22 крейсера типа «Тайкондерога» и 52 эсминца типа «Орли Берк» оснащены системой «Иджис» с УВП Мк41. В каждой ячейке такой УВП может находиться либо КР «Томагавк», либо ЗУР большой дальности «Стандарт», либо 4 ЗУР малой дальности «Си Спарроу», либо противолодочная ракета «Асрок». Сегодня 74 крейсера и эсминца с «Иджисом» суммарно имеют на борту 7478 ячеек УВП, предполагается построить еще 9 «Орли Берков», тогда это число возрастет до 8342.
Крылатые ракеты являются в высшей степени удобным оружием. Они относительно дешевы (примерно 1 млн долларов за штуку), их очень трудно обнаружить и сбить, они обладают очень высокой точностью. При этом они обеспечивают очень высокую гибкость своего применения, поскольку существуют как в ядерном, так и в нескольких вариантах обычного снаряжения. Поэтому США уже имеют огромный опыт их применения в локальных войнах, начиная с «Бури в пустыне» в 1991 году.
Что касается зенитных ракет «Стандарт», то они весьма эффективны в поражении обычных аэродинамических целей, а модификация SМ-3 успешно испытана в качестве противоспутникового оружия, следовательно, обладает возможностями ПРО против любых баллистических ракет, включая МБР.
Таким образом, крейсера, эсминцы и многоцелевые ПЛА обладают колоссальными ударными и оборонительными возможностями, причем обеспечивают очень высокую мобильность и гибкость применения вооружений. При этом на них не распространяются никакие договорные ограничения.
Российский ВМФ отстал в этом плане навсегда. Примерно 20 ПЛА пр. 971, 945 и 671РТМК (из которых вряд ли больше половины способны выйти в море) могут запускать КРМБ через торпедные аппараты. То есть общее число КРМБ на наших боеготовых ПЛА, видимо, не превышает 100. Увы, наши КР (как морского, так и воздушного базирования) существуют только в ядерном снаряжении, поэтому не могут быть применены в обычных войнах.
На надводных кораблях ВМФ РФ нет ничего даже отдаленно напоминающего систему «Иджис». Существующий в единственном экземпляре атомный крейсер «Петр Великий» формально обладает огромной боевой мощью, тем не менее он предназначен только для морского боя, причем и здесь его гибкость почти нулевая. А действовать против береговых целей или решать задачи ПРО он почти не может. Остальные наши немногочисленные корабли океанской зоны обладают в этом плане нулевым потенциалом.
Таким образом, США легко пожертвуют своими СЯС (еще и деньги сэкономят), чтобы минимизировать наши. СЯС обременительны, поскольку поглощают огромные средства, при этом их невозможно применить в реальном бою. Поэтому их можно сократить и оставить лишь как некую суперстраховку на самый крайний случай. А все проблемы решить с помощью высокоточного неядерного оружия. Без всякой всемирной экологической катастрофы американцы смогут обезвредить наши СЯС с помощью высокоточного оружия (в первую очередь — КРМБ), а немногочисленные остатки добить с помощью ПРО морского базирования.
Сегодня полноценными СЯС обладают США, РФ и КНР. Но США, кроме того, имеют огромный арсенал неядерного высокоточного оружия, Китай — огромные обычные силы, безграничные людские ресурсы и крайне низкую чувствительность к своим и чужим потерям. А мы не имеем больше ничего. В том числе и возможности отказаться от американского предложения, если оно действительно поступит. Потому что наши СЯС в любом случае в очень обозримом будущем сократятся до 1 тыс. БЧ, если не ниже. Пусть уж и США сократят их до того же уровня. Хоть какое-то утешение. Меньшее из зол.
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
