Мамы мальчиков, как правило, жёсткие и властные, мамы девочек, наоборот, нежные и ласковые. Интересно, почему так? Это дети определённого пола рождаются у женщин определённого склада? А может быть, наоборот, воспитание ребёнка накладывает на женщину свой отпечаток? И женщина, родившая девочку, начинает порхать и сюсюкать, в то время как родившая мальчика — маршировать и командовать?
…С Ритой мы познакомились на детской площадке в то нескончаемое лето, когда наши младшие дети — её дочка и мой сын — возились в песочнице, нетвёрдыми шагами ходили вокруг фонтана и по очереди качались на качелях. Мы ходили за ними по пятам, по возможности страхуя от падений и то и дело вынимая из маленьких цепких пальцев какой-нибудь не предназначенный для пережёвывания уличный мусор. Тут же, на площадке, гуляли наши старшие — Ритина дочка и мой сын, в тот год ещё дошкольники. Они тоже были очень рады компании. Поэтому, случайно встретившись с Ритой и её дочками однажды, мы тут же обменялись телефонами и договорились гулять вместе.
— Вот ведь как, — вздыхала Рита, глядя на детей. — У кого-то одни девочки, а у кого-то — мальчики. Вы, наверно, вторую девочку хотели?
— Да мы как-то об этом не думали. Хотя… наверно, всё-таки больше мы хотели мальчика, — честно отвечала я.
— Да? — удивлялась Рита. — А почему?
— Ну… Не знаю. Однополые дети, мне кажется, ближе друг другу в любом возрасте. Да и растить однополых детей проще…
— И совсем-совсем девочку не хотелось? — всё никак не могла успокоиться Рита. — Вот ни капельки? Ну, вы даёте! Девочки, они же такие… Нежные, добрые, удивительные! Ну да, мальчики тоже разные бывают, как и девочки. И тем не менее девочка — это другой мир!
— Не то чтобы не хотели девочку, — с улыбкой отвечала я. — Родилась бы девочка, воспитывали бы, конечно. Я ж говорю, мы как-то не задумывались особо кто. Нам сказали пол очень рано, и мы размечтаться-то не успели. Просто почти сразу ждали мальчика.
— А вот мы второго хотели мальчика, — вздыхала Рита. — Ну чтобы мальчик и девочка. Мне тоже со второй дочкой пол рано сказали, а я не верила. УЗИ иногда ошибается. До последнего думала, что мальчик будет. Теперь, наверно, на третьего пойдём, вот только Лизонька на ноги встанет. Всё-таки мальчика хотим.
— А где гарантия? — смеялась я. — Вдруг ещё одна девочка родится?
— Гарантии, конечно, нет, но мы постараемся! — отвечала Рита.
И какое-то время мы с Ритой были не разлей вода. Вместе гуляли во дворе, ходили в магазин, сидели в песочнице, одалживали друг другу кукол и машинки «до завтра поиграть». Всё-таки в наше время это чудо — встретить человека, живущего в соседнем доме, в точно такой же квартире, имеющего тот же состав семьи, покупающего те же продукты в том же магазине, что и ты. Гораздо легче, пожалуй, найти спутника жизни, чем такую подругу для прогулок. Подходящую во всех отношениях.
И тем не менее, как сейчас я это понимаю, мы с Ритой были совершенно, абсолютно разные. Просто-таки на молекулярном уровне. Может быть, мы стали разными потому, что одна родила и воспитывала девочек, а другая мальчиков. А может быть, мы изначально были такие, и именно поэтому Бог, или судьба, или мироздание послало нам детей разного пола. Ей — девочек, а мне — мальчиков.
Нет, наша дружба не была безоблачной. Мы сразу ощутили несхожесть характеров, мировосприятия, поведения и поступков в той или иной ситуации. Впрочем, ведь одинаковых людей не бывает, и это, наверно, хорошо. Мы стали общаться, стараясь не наступать друг другу на больные мозоли и аккуратно обходить острые углы.
Хотя это получалось не всегда.
— Я девчонкам обновки купила! — хвасталась Рита. — Смотри! Кофточки! И джинсики! Со стразиками! Гляди, какая прелесть. Нравится?
—Ну… Нравится, — покорно соглашалась я с кислой улыбкой, осторожно разглядывая ярко-розовый ворох тряпочек разных фактур и испытывая от этой выворачивающей глаза яркости острый приступ мигрени. — Рит, а там только такой цвет, что ли, был? Как-то у тебя всё в одной гамме. Ты бы хоть какого-нибудь жёлто-зелёного цвета, что ль, набрала для разнообразия.
— А тебе не нравится розовый? — удивлённо спрашивала Ритка. — Мне очень нравится. Такой нежный девичий цвет… А вот джемперок как тебе? Смотри, какие милые помпошки! Да? Прелесть!
— Да. Прелесть, — покорно отвечала я, прикусив язык, потому что только что хотела ляпнуть, что джемпер неплохой, только надо бы с него спороть эти идиотские помпоны.
— А вот эта маечка? А? Посмотри! — восторгалась Рита. — Ну скажи, скажи, здорово, правда? Надпись видишь? «Маленькая принцесса»! Я буду растить принцессу! А платья какие там висят, ты бы видела!.. А туфельки! Ну чего ты такая? Не нравится?
— Да нет, нравится, только… Знаешь, Рит, я как-то далека от всего этого. Бантики, кружавчики — это не для нас. У меня одни пацаны…
— Да уж, пацаны… — обиженно тянула Ритка. — Совсем другое дело. А мне вот тоже не нравится, когда маленький ребёнок, пусть и мальчик, одет в хаки. Ну что такое. Ещё кирзачи на него напяль. Есть же изумительные велюровые костюмчики, нежненькие, голубенькие… А то ещё банданы с черепами на детей нацепят, ну вообще. Чудовища, драконы… Мало в жизни и по телевизору всей этой ерунды, так ещё и своими руками в дом приносить и на ребёнка надевать. Да ну.
Мы расходились по домам, недовольные друг другом. Она обижалась на меня за фразу о жутких розочках, я на неё — за показной священный ужас при виде оскаленного чудища на майке моего сына. Ей казались кошмарными скелеты и кости, у меня же при взгляде на их кислотно-розовую амуницию начинала болеть голова.
Но это ведь мелочи, правда? На вкус и цвет товарища нет. Ну не нравится мне розовый, а ей зелёный, подумаешь. Не переставать же из-за этого гулять вместе. Тем более дети подружились. Да и сидеть во дворе на лавочке часами одной, глядя на копающего песок ребёнка, тоже невесело.
Мы продолжали созваниваться и общаться во дворе. Тем не менее острые углы встречались всё чаще.
— Вообще странно, что Илья уже говорит, — как-то сказала мне Рита, ревниво прислушиваясь к лепетанию моего годовалого сына. — Ещё и Лиза не начала. А он — уже. Странно.
— А что в этом такого уж странного? — удивлённо переспросила я. — Ну да, я согласна, говорить он начал рановато, но… И при чём тут Лиза? Где это написано, что Лиза должна начать говорить раньше Ильи?
— Девочки всегда развиваются раньше мальчиков, — безапелляционно заявила Ритка. — Они умнее и сообразительнее. По крайней мере говорить девочки начинают раньше. Всегда.
— С чего ты взяла? — всё ещё не могла прийти в себя я.
— Да все врачи так говорят. И ты своё детство вспомни. Класс седьмой-восьмой. Девчонки все высокие, развитые уже были, а пацаны ещё дети. Девочки умные, аккуратные, самостоятельные. А мальчишки — двоечники.
— Рита, ты говоришь о подростках, — пыталась возражать я. — У нас с тобой пока ещё годовалые дети. Может, оно, конечно, и есть какие-то различия в психомоторном развитии, но однозначно сказать, что девочки умнее, наверно, нельзя. Разные бывают и девочки, и мальчики…
Но Рита была непоколебима.
Мы опять разошлись в тот день, скрывая недовольство. Но разошлись ненадолго. Через несколько дней мы снова гуляли вместе, и Рита, сверкая глазами, рассказывала мне про свой субботний шопинг.
— Игрушку купила дочке на день рождения! Набор «Мамина помощница». Тележка на колёсиках, а в ней — ведёрки, маленькие шваброчки, щётки — всё, что нужно для уборки, представляешь! Всё по росту! И она ходит по квартире теперь с тележкой, всё везде чистит, трёт, так умильно! Так приятно смотреть!
— Угу. Она у тебя прям в майке «Маленькая принцесса» всё везде моет? Ты уж определись, Рит. Кто она у тебя — маленькая принцесса или маленькая уборщица.
— При чём здесь принцесса? — вскинулась Рита. — Просто я считаю, что ребёнок должен помогать по дому. Воспитываю дочь, как считаю нужным.
— Чтоб ребёнок помогал по дому, достаточно купить пластмассовое ведёрко за двадцать рублей и дать тряпочку. Но дарить на день рождения девочке набор поломойки из ресторана фастфуда? Рит, ну вот тебе на день рождения такое подарят, ты как отнесёшься? Если честно? Ты вроде как принцесс воспитываешь?
— У тебя, наверно, сегодня ПМС, — ядовито прошипела Рита. — Посмотрю я, что ты своим мальчикам купишь. Пятьсот восемьдесят вторую машинку? Или набор одноглазых чудищ с пропеллером на макушке?
— Ладно, не кипятись! — примирительно ответила я. — День рождения же у вас. Отмечать будете? Родственники придут?
— У меня здесь из родственников только сестра, — сказала Рита. — Не хочу её приглашать! У неё два пацана. Каждый раз после них в квартире хоть ремонт делай. Игрушки разбросаны, подушки на полу, девочки мои в слезах. Вот не знаю, как культурно им отказать. Наверно, не получится. Придётся пережить этих мальчишек как стихийное бедствие… Как вообще люди с мальчишками живут…
…С каждым разом мы всё больше не понимали друг друга. В конце лета я ощутила, что больше не могу. Меня напрягала даже её манера говорить. Все эти стразики, джинсики, кокеточки с цветочками, кисули, пусики и манюни действовали мне на нервы. Длинные многословные описания моделей одежды «а сзади две такие вытачки, спереди на кокетке, тут вышивка идёт, контрастная отстрочка, рукавчик так и вот так — словом, не платье, а мечта!» навевали скуку. Естественно, и мои разговоры тоже нравились Рите всё меньше и меньше.
— Ты чего такая безапелляционная? — то и дело растерянно спрашивала она меня. — Ты действительно так думаешь? Но это же… цинично… Ну, не знаю… Как-то не по-женски…
…Потом наступила долгая зима. Длинные прогулки на площадке мы больше не практиковали, и надобность в компании для мам и детей отпала. По инерции мы ещё несколько раз созванивались с Ритой, поздравляли друг друга с праздниками, интересовались делами и здоровьем детей. Тем не менее обе чувствовали, что общение плавно сходит на нет.
А весной, чуть растаял снег, мамы из окрестных домов с детьми снова вышли на площадку. Подросшие дети катались с горки, играли в песок и бегали наперегонки, обходя новичков — нетвёрдо держащихся на ногах карапузов.
— А Риту помнишь? Вы с ней в прошлом году гуляли вместе, — спросила соседка. — Беременная она!
— Ух ты! Здорово! — обрадовалась я. — Она мальчика хотела. Может, мальчик на этот раз?
— Нет. Девочку ждёт, я спрашивала, — улыбнулась соседка. — Сначала мальчика хотели, а сейчас, по-моему, рады, что девочка. Да куда там в то бабье царство мальчик! Лично я не представляю Ритку с мальчиком. Пусть девчонок рожает!
Снова Бог, или мироздание, или судьба…
…С тех пор я стараюсь общаться с мамами мальчиков. Наши сыновья заканчивают второй класс, и мы, пять человек мам, очень сдружились. Мы понимаем друг друга с полуслова, с удовольствием общаемся, созваниваемся, иногда вместе отмечаем праздники.
Мы подобрались как-то сами. И хотя мы разные — две домохозяйки, бухгалтер, повар и частный предприниматель, — нам необыкновенно комфортно вместе. Мы не устаём друг от друга, и нам всегда есть о чём поговорить.
Просто у нас растут сыновья…
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
Статьи по теме:
- Я вырос в деревне педофилов!?
«Женой мужчины может стать любящая и любимая девушка, готовая стать матерью и счастливой хозяйкой в доме, даже если ей, например, 14 лет». - Детей убивает не страх, а внутрисемейная коррупция.
На днях в Лобне произошло парное самоубийство – две четырнадцатилетние девочки покончили с собой, а на следующий день свел счеты с жизнью еще один подросток. - Детская боль.
Косте Юрову нужна помощь и поддержка. - Дамы после тридцати.
Мужской взгляд. - Жан Пиаже и Вовка.
Основные теории психического развития в 2 года. - Правильные люди, правильные семьи.
Как же много семей оказываются «неправильными» из-за того, что не соответствуют принятому идеалу. - Поколение Z: те, кто будет после.
«Они будут рваться в интернет, убегая из обыденной реальности». - Как я провёл это лето.
Фоторепортаж о детях клубного Челябинска. - Сирота социальная.
В России дети, чьи родители пропали, но официально не признаны пропавшими, не могут получать никакой материальной поддержки от государства. - Волшебство Февронии.
Почему все счастливые семьи счастливы одинаково.
