Дизайнер agon_noga: «В граффити нужно говорить «я есть», в стрит-арте можно сказать «я так думаю»
Современных героев обвиняют в ходульности, несостоятельности, зависимости, уверяют, что они не способны к действию, а значит, и не являются настоящими героями. Я попробовала материализовать все эти утверждения, сделав героя в прямом смысле зависимым от других, ненастоящим, легко складывающимся и принимающим любую позу, какую только захочет другой человек, особенно если у того в руках отвёртка.
Как только я попала в Берлин, то сразу в него влюбилась, изъездила его на стареньком ржавом велике — даже до Тегельского озера на северо-западной окраине добралась, потратила несколько катушек плёнки и возрадовалась либерализму цен и взглядов на жизнь.
Берлин — это место, где панки соседствуют с прогрессивными электронщиками; сквоттеры, отстаивающие Тахелес у скупщиков, — с учёными, занимающимися акустооптикой или разгоном частиц до огромных скоростей; легальные проститутки из предместий — с умненькими и хорошенькими студентками со всего мира; бегущая Лола Тыквера — с героиней социалистического прошлого из «Гуд-бай, Ленин».
И архитектурно город не сохраняет однородности. Как настоящий европейский город, он чтит свою историю и пытается сохранить свой исторический облик. Но так как история Берлина основана на разрушении: сначала город изрядно пострадал в 1945-м, потом значительно преобразовался по обе стороны стены, а сейчас отзывается на самые актуальные тенденции, которые спешат исследовать вездесущие студенты-архитекторы, — то память о них консервируется: создаётся своего рода временнáя многослойность. Помпезные имперские здания разбавляются монументальными граффити, модерн соседствует с конструктивизмом, всё это утопает в зелени и велосипедистах. В общем, этот город — идеальное место для оживления любых фантазий и сказок.
И перед тем как поехать туда снова, я придумала себе занятие и способ признаться городу в любви. Из калейдоскопа увиденных мест сложился романтический маршрут, который становился прекрасным фоном для любовной истории, главную роль в которой предназначалось сыграть гигантскому картонному человеку. Мне казалось, что непритязательный материал картона наиболее точно соответствует городу, к тому же не требует большого количества инструментов для обработки и легко будет перемещаться с места на место.
История предельно проста и не выходит за рамки жанровой лав-стори. Картонный человек влюбляется в живую девочку, та отвечает ему взаимностью, они гуляют по Берлину. В один из идиллических моментов появляется живой мальчик, который вызывает приступ гнева у картонного человека и приступ грусти у живой девочки. При первой же возможности она предаёт картонного возлюбленного ради живого. В качестве хеппи-энда встреча картонного человека с картонной женщиной.
Всё было просто, надо было только сделать две большие марионетки, придумать систему креплений и договориться с друзьями — предполагаемыми актёрами, живущими там, о времени съёмок. Мне даже казалось, что я успею отснять несколько сцен в технике стоп-моушн и сделаю полноценную анимацию.
Всё началось со строительного магазина на Вольташтрассе, который стал для меня самым посещаемым местом в этот приезд. Мы с другом придумали там шарниры из болтов и разузнали, где можно взять картон. Посылаемые из одного места в другое (с картоном оказалось не так просто — в Берлине всё перерабатывается и картон сразу же прессуется в брикеты), мы наконец оказались в «Медиа Маркте», где спасли от пресса килограмм пятнадцать картона. Большие листы связали — и получился огромный тяжёлый парус, который погрузили на велосипед и с трудом довезли до дома на Каштаненали, потому что в этот же день поднялся ураганный ветер. Он принёс дожди, во время которых я строгала детали из картона, склеивала и сажала их на шарниры.
Практически сразу выяснилось, что я осталась без живых действующих лиц: герой-любовник уезжал на время моего пребывания в Берлине, героиня должна была готовиться к экзамену. Но тут, как в настоящей сказке, появляются новые герои.
Берлин — город студенческий и интернациональный, русская же диаспора в нём огромна. На помощь мне из голландского города Эйндховена приезжает бывшая петербурженка Ева, которая вводит в круг русскоязычных учёных. Репатриант и физик Рома Шуц так проникается историей про картонного человека (у него недавно завершилась похожая любовная история), что с радостью соглашается играть роль своего соперника, помогает довести до ума шарнирную конструкцию, придумывает дешёвый и лёгкий способ крепления и за несколько дней находит девочку на роль героини. Моим единственным условием были тёмные волосы для контраста с картоном, он же находит ещё более выразительный вариант — мулатку Анн-Мари Мюллер, наполовину бразильянку, наполовину люксембурженку, изучающую в Берлине китайский язык.
Осталось только проинспектировать места съёмок, чтобы составить маршрут передвижений. К этому времени устанавливается солнечная погода. А в силу занятости участников выясняется, что на съёмки у меня есть всего два дня, поэтому идею со стоп-моушн приходится отложить до следующих проектов, а вместо этого попланово отснять фотоисторию на цветную плёнку.
Среди новых знакомых оказываются ребята из Израиля, приехавшие отдохнуть в Берлин на пару недель и тоже снимающие на плёнку. Они в итоге помогают перетаскивать всё с места на место и параллельно снимают процесс съёмок.
Первым в списке мест был конвикт, студенческое общежитие для теологов в здании костёла. И ровно перед съёмками мальчик, который должен был предоставить свой балкон для съёмок, становится недоступным, так что приходится разыскивать его ночью в конвикте, сбивчиво объясняя по-английски, кто нам нужен. В итоге мы находим его и на следующий день под его балконом начинаем выяснять тонкости работы четырёхметровой шарнирной конструкции.
Марионетку предполагалось двигать по принципу плоской перекладки, одной из анимационных технологий, которая осуществляется на плоскости в небольших масштабах и покадрово снимается сверху. Основной задачей было найти способ закрепить куклу вертикально и сделать жёсткие соединения в суставах, чтобы сохранялось придаваемое конечностям положение. В качестве опоры служила стойка для зонтов, в которую вставлялась длинная деревянная палка. Плоская деревянная ось «позвоночника» с обратной стороны куклы прикручивалась к этой палке. При помощи плоскогубцев и отвёртки закреплялось положение рук, ног и головы. В зависимости от требующегося положения приходилось на ходу менять последовательность деталей плечевого пояса.
После конвикта мы снимаем на Розенталерплац, очень оживлённом месте, даже на какой-то момент создаём некоторые неудобства для пешеходов. Но никакой агрессии со стороны прохожих не возникает, все очень дружелюбны и любопытны, особенно много интересуются происходящим дети и неизменно спрашивают, почему он такой большой. Ну а на детской площадке на Каштаненали мы были просто атакованы любопытной мелюзгой. Съёмочный день завершаем в Тахелесе, останках неформатного Берлина.
На следующий день надо отснять сцены у канала и на турецком рынке в Кройцберге, сцену на мосту Варшаверштрассе, захватить граффити Блу и дырявых человечков на реке, а у Анн-Мари всего несколько часов. В итоге она не идёт на лекции ради съёмок, пропуск которых откладывает сдачу какого-то там предмета на год.
Укладываемся в световой день, усталые и довольные разъезжаемся по разным странам, Анн-Мари забирает картонного человека домой в качестве сувенира, а у меня остаются две отснятые катушки плёнки и ещё несколько дней ничегонеделанья перед Москвой.
В Москве выясняется, что одно из заданий по монтажу в семестре — фотофильм, история из фотографий, построенная на смене статичных планов. Мне осталось только подставить музыку.
Теперь хочется снимать сказки по всем городам мира.
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
Статьи по теме:
- С картинки в твоём букридере.
В Пермском Музее современного искусства открылась выставка «Родина», собранная Маратом Гельманом из самых эффектных произведений последних лет. - За руку с Богом.
Отрывок из книги воспоминаний о Роберте Мэпплторпе «Просто дети», выходящей в издательстве Corpus. - Неосознанный летающий объект.
Контрабандное чтиво: это можно собрать самостоятельно. - Терзания Варвары.
Откуда у двадцатитрёхлетней девушки подобные темы? Все эти связанные женщины, наручники, черепа... - Казус Мавроматти.
В Берлине, Москве и Петербурге 17 ноября прошли акции в поддержку радикального акциониста. - Вивиан дель Рио: «Репортёрам предпочитают очевидцев…».
Известный фотограф считает, что «заваливать горизонт» не страшно. - Чиновники от культуры против художников от искусства.
Современное российское искусство опять находится в центре скандала. - Тебе повезло, ты не такой, как все.
16—25 сентября в Петербурге проходит Международный фестиваль квир-культуры. - Шестизвёздочная гибель гламура.
Круче, дольче, жёстче: видеоинсталляция «Пир Трималхиона» группы художников AES+F (Т. Арзамасова, Л. Евзович, Е. Святский, В. Фридкес) в «Гараже». - Андрей Ерофеев: «Дело сфабриковано, шито белыми нитками…».
Накануне оглашения приговора Андрей Ерофеев сказал, что не верит в удачный исход дела.
