Arundhati Roy. Field Notes on Democracy: Listening to Grasshoppers. Haymarkets Books, 2009.
Есть ли жизнь после смерти? Есть ли жизнь на Марсе? Вечные вопросы. К ним индийская писательница, букеровская лауреатка и автор одного из самых пронзительных романов последних десятилетий ХХ века, «Бог мелочей», Арундати Рой добавляет свой: есть ли жизнь после демократии.
Демократия, как и социализм, должна быть с человеческим лицом. Но именно с человеческими лицами у развивающихся стран самые большие проблемы. Новая книга Арундати Рой «Слушая кузнечиков. Полевые заметки о демократии» — это очищенные от киношного глянца оскароносные «Миллионер из трущоб» и «Аватар». «Миллионер» — потому, что этот фильм буквально повторяет то, о чём пишет Рой: механистичный, безэмоциональный геноцид, бедность, тотальное отчаяние. «Аватар» — потому, что с поправкой на компьютерную графику, это тоже история противостояния бедных и богатых. И никакой демократии — сплошная боевая раскраска.
«Слушая кузнечиков» — сборник эссе о тёмных механизмах рывка к прогрессу. В своём беспокойстве о будущем Индии Рой, по её хладнокровному признанию, доходит до истерики и кликушества, что в общем понятно, если учесть, что её страну изнутри раздирает религиозная рознь, политическая вседозволенность и финансовые катаклизмы. Великолепная находка иллюстратора визуализирует образ вынесенного в заглавие насекомого: эссе в книге разделяются изображениями бесстрастных, невозмутимых кузнечиков.
Используя крах коммунизма в Афганистане и Европе в качестве отправной точки, Рой показывает, как после 1989 году Индия принимает новый геополитический курс и начинает двигаться по стопам Большого брата — США. Это привело к росту влияния БДП (индийской народной партии) и национализма в целом, а воплощением врага стал ислам. Индия, пишет Рой, загипнотизирована двумя столпами — союзом и прогрессом (другими словами, индийским национализмом и экономическим ростом), которые должны быть достигнуты любой ценой. А для 150 миллионов проживающих в Индии мусульман союз и прогресс стали двумя проводниками геноцида. В доказательство этого Рой приводит хладнокровную резню в Гуджарате, проведённую под личным руководством (верней, при личном невмешательстве) главного министра и по совместительству индийского Понтия Пилата Нарендры Моди.
Одно из самых запоминающихся эссе посвящено суду над Мохаммадом Афзалом, приговорённым к смертной казни через повешение по обвинению в соучастии в подготовке нападения исламских боевиков на парламент Индии в декабре 2001 года. Формула «казнить нельзя помиловать», к которой прибегли индийские законники на фоне неутихающих политических баталий, свелась к странным константам: данные под пытками показания приводят к смертной казни, а за неимением других доказательств вполне годятся семейные распри и соседские сплетни. В расстрелянных спецслужбами террористах родители узнают детей, которых забрали в «армию». Пытки похлеще, чем в Гуантанамо. А главный милиционер страны заявляет: «Пытки — единственный механизм, сдерживающий террор. Я занимаюсь ими во имя народа». Сталин был бы доволен.
Нападки Рой на американскую модель демократии оформлены в язвительное эссе о выступлении Джорджа Буша-младшего перед индийским народом в зоопарке, под улюлюканье зверей и молчание толпы. Рой суфлирует американскому президенту, расшифровывая понятия, стоящие за его словами, и перефразируя речь Буша, произнесённую перед студентами накануне визита в Индию.
Боль вызывает вопросы, и эти вопросы логичны. Если за четыре месяца или даже за несколько часов о планирующейся атаке на парламент было известно, то как могла прорваться начинённая взрывчаткой машина? Как мог находящийся под наблюдением бывший боевик участвовать в новом масштабном нападении? Что заставляет президента самой могущественной страны в мире произносить откровенную ложь — глупость или цинизм? И кто, наконец, виноват во всём происходящем? Впрочем, к автору у читателя тоже возникают вопросы: например, можно ли воспринимать страстные выкладки Рой как истину в последней инстанции? Почему «полевые заметки»? Может быть, скорее «заметки на полях»? А то и вовсе частные впечатления?
«Отбросьте на секунду мысли о том, что террорист — это по определению плохо, а милиция — хорошо», — предлагает Рой. По крайней мере со второй частью у российского читателя проблем не возникнет, да и вообще в России книга Рой явно имеет шансы на куда больший отклик и понимание, чем в Америке или, скажем, в Англии. Нам, людям, которые в первые часы после теракта в московском метро буквально «взорвали» интернет предположениями, что теракт подстроен нашими же спецслужбами, логика писательницы более чем понятна. В конце концов мы тоже рождались, чтобы сказку сделать былью, у нас тоже цель оправдывает средства, а добрые начинания оборачиваются страшными трагедиями. Одно утешает: в Индии всё ещё хуже.
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
Статьи по теме:
- Культурный барьер на пути модернизации .
80% россиян ещё не готовы к демократии. - Воля к форме.
2 мая 1886 года родился Готфрид Бенн, немецкий поэт, писатель, эссеист, одна из фундаментальных фигур немецкого экспрессионизма. - Демократии много не бывает.
Взгляды из параллельных миров. - Липкая пошлость.
Русский мир и русские мифы-2 Малека Яфарова. Помойное ведро философии. - Русский мiр и русские мифы.
Философ Яфаров собрал концентрированные мемы современности. - Збигнев Бжезинский: «До сих пор нельзя сказать, что европейская идентичность преобладает над немецкой или французской».
- Джон Лафлэнд: «Между демократией и национальным единством нет противоречия».
- Арамболь.
Примечательные события, случившиеся с йогиней во время путешествия по Индии зимой 2010/2011 года. - Ашрам.
Примечательные события, случившиеся с двумя йогинями во время путешествия по Индии зимой 2010/2011 года. История третья. - Варанаси-style.
Примечательные события, случившиеся с двумя йогинями во время путешествия по Индии.
