Перед лицом кризиса Запад вынужден отказаться от прежней критики в адрес России и Китая и смириться с усилением их роли в международных финансовых институтах. Американские политологи оправдываются, утверждая, что подобная интеграция — это новый способ демократизации автократических режимов.
Мировой кризис, связанный с крахом созданных западными либеральными демократиями международных финансовых институтов, вызвал распространенный сегодня скепсис относительно того мироустройства, которое долгие годы пропагандировалось по всему миру Соединенными Штатами и их союзниками. При этом более стабильное финансовое положение в период кризиса таких стран, как Россия и Китай, по мнению многих, стало лишним подтверждением правильности выбранного ими пути централизации власти и ограниченного внутреннего политического и экономического либерализма. Всё это породило новые споры в рамках, казалось бы, забытой теории модернизации о том, является ли западный путь либерально-демократических реформ и развития единственно правильным, или же существуют более предпочтительные альтернативы.
Публикации, появляющиеся с начала 2009 года на страницах ведущего американского политологического издания Foreign Affairs, приводят к мысли о том, что в интеллектуальных кругах США всерьез обеспокоены этим новым идеологическим дискурсом, который лишь укрепляется на фоне всё чаще слышимых разговоров о необходимости более глубокой интеграции стран БРИК, а вслед за ними и Венесуэлы, Ирана и Кубы в международные финансовые и политические институты. Выводы, к которым приходят западные политологи, заключаются в том, что угроза либерально-демократическому пути развития существует лишь на уровне риторики. Реальность же такова, что чем глубже такие политически суверенные государства, как Россия и Китай, будут интегрироваться в мировую капиталистическую систему, тем острее перед ними будет вставать необходимость политической и экономической либерализации как единственного способа поддержания роста благосостояния и стабильности в обществе.
Статья профессора политической науки Мичиганского университета Рональда Инглехарта и профессора политической науки Университета Якобса в Бремене Кристиана Вельцеля «Как развитие приводит к демократии. Что мы знаем о модернизации» посвящена новому пониманию модернизации.
Инглехарт и Вельцель пишут, что популярные в XX веке теории модернизации потерпели крах: новый порядок Третьего рейха ушел в историю в результате Второй мировой войны, марксистская теория отказа от частной собственности и избавления пролетариата от эксплуатации не выдержала противостояния холодной войны, капитализм сделал многие бедные страны зависимыми от внешних займов, которые не поспособствовали развитию этих стран, а лишь обусловили дальнейшее обогащение стран-кредиторов. Однако, по мнению авторов, это не означает, что модернизационный проект не имеет будущего. Ведь его главный тезис о том, что экономическое развитие государства с необходимостью приводит к изменению ценностей общества, остается неопровергнутым. Поэтому в XXI веке модернизация должна пониматься с учетом тех заблуждений, которые были свойственны более ранним теориям.
Четырьмя ключевыми аспектами нового понимания модернизации становятся следующие. Во-первых, модернизация не должна рассматриваться как линейный процесс. Устройство общества может меняться в зависимости от его экономического благосостояния. Поэтому в тяжелые экономические времена может происходить отказ даже от развитых демократических институтов в пользу централизованной власти. Во-вторых, следует признать, что модернизация не порождает однообразной космполитической культуры: зависимость от религиозных и социальных норм остается. В-третьих, модернизация не означает распространения на весь мир исключительно западных стандартов. По целому ряду параметров, присущих развитым современным обществам, например по темпам экономического роста и продолжительности жизни, страны Востока существенно опережают страны Запада. Наконец, в-четвертых, модернизация экономики с необходимостью не детерминирует демократизацию общества. Подтверждением этому тезису является то, что такие развитые страны, как Кувейт и Объединенные Арабские Эмираты, до сих пор не являются демократическими.
Однако, несмотря на то что модернизация с необходимостью не приводит к демократизации, она, по мнению авторов, делает последнюю крайне вероятной. И причиной этому является изменение ценностей в обществе. Рост общественного благосостояния приводит к тому, что на смену ценностям, связанным с выживанием, приходят ценности личного самовыражения и развития. Именно эти аспекты обусловливают ту высокую степень вероятности демократизации экономически развитых государств. Общества, в которых распространены указанные ценности, могут долгое время оставаться недемократическими в силу различных (в том числе внешних) причин (как, например, это было с наиболее богатыми государствами коммунистического блока — Восточной Германией и Чехословакией). Исчезновение этих внешних сдерживающих факторов позволило указанным странам гораздо быстрее построить демократические институты, чем их бывшим союзникам по коммунистическому блоку, в которых ценности самореализации индивидов не были столь распространены.
В этом смысле именно существующие в обществе ценности обусловливают эффективность демократии. Насаждение демократических институтов в обществах, где нет ценностей, свойственных экономически развитым государствам, не поспособствует созданию эффективной демократии: права граждан в таких обществах существуют лишь на бумаге и не применяются в реальной политической и экономической жизни.
Статья «Миф автократического возрождения» профессора политической науки Университета Джона Хопкинса Дэниэла Дюдни и профессора политики и международных отношений Принстонского университета Джона Икенберри дополняет описанный выше аргумент более жестким тезисом: современные автократические государства не смогут избежать модернизации именно по либерально-демократической модели в силу тесной связи, существующей между капитализмом и демократической системой государственного устройства. Наиболее явно эта связь выражается в трех основных аспектах.
Во-первых, это рост благосостояния в обществе и сопутствующее ему развитие образованности граждан, которые порождают в них потребность участвовать в политической жизни страны. Активность широких слоев населения начинает вступать в конфликт с более узкими интересами правящей элиты. Во-вторых, капиталистическое развитие требует власти закона. Необходимая для экономической активности гарантированность гражданского оборота и свободы договоров возможна только тогда, когда общество управляется единым законом, перед которым все равны. В-третьих, экономическое развитие приводит к появлению многочисленных и не согласующихся друг с другом социально-экономических интересов, что в свою очередь вызывает необходимость проведения соревновательных выборов.
Автократические государства не смогут отвечать данным требованиям, поскольку обладают рядом системных недостатков. Первым из них является коррупция. Экономическое развитие приводит к частым контактам чиновников с представителями бизнеса и, следовательно, повышает коррупционную опасность. В таких реалиях эффективный контроль за действиями представителей государства может осуществляться только в том случае, если он будет институционализированным и постоянным, а не выражаться антикоррупционными программами и показательными расправами над конкретными лицами. В этом отношении, замечают авторы, лозунги, подобные озвученной Дмитрием Медведевым программе борьбы с правовым нигилизмом, будут неосуществимыми до тех пор, пока в стране власть является централизованной и принадлежит одной партии.
Вторым недостатком автократических режимов, по мнению авторов, является то общественное неравенство, которое они порождают в результате контраста между правами и возможностями широких масс граждан и относительно малочисленной правящей элиты. Наконец, третьим недостатком автократических государств является недостаточная информированность власти, вызываемая нехваткой политических дебатов и, как следствие, отсутствием критики правящей элиты, которая позволяла бы ей быть более гибкой и учитывающей интересы общества.
Выводы, к которым приходят авторы обеих статей одинаковы: рост благосостояния граждан упомянутых государств приведет их к тому, что в них возникнет внутренняя потребность к модернизации и демократизации. Поэтому их интеграция в мировую финансовую систему не только не станет угрозой для идеалов либерализма и демократии, но и ускорит их распространение по всему миру.
Конечно, появление данных настроений в американской политологической элите можно расценить и как вынужденное: сегодня Западу приходится принять указанные страны такими, как они есть, и, чтобы сохранить лицо, Запад вынужден утверждать, что на самом деле равноправный диалог с ними якобы согласуется с теми идеалами, которые всегда озвучивались его лидерами.
Тем не менее, даже если это и так, всегда полезно различать, как нас учат логика и теория аргументации, причины, в силу которых формулируется тот или иной аргумент, и собственно то, на что этот аргумент указывает. Ведь не исключен вариант отыскать для себя что-то полезное.
Р. Инглехарт, К. Вельцель. Как развитие приводит к демократии. Что мы знаем о модернизации
Д. Дюдни, Дж. Икенберри. Миф автократического возрождения
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
Статьи по теме:
