Проблема кризиса не в том, что некому покупать, а в том, что нечего предложить. Преодоление кризиса связано с созданием нового спроса. Нужны новые инструменты. Всё ныне предлагаемое правительствами стран не более чем полумеры.
Сегодня центробанки знают, что в условиях финансового кризиса они должны увеличивать ликвидность и предотвращать панику. Правительствам рекомендуют формировать дефицитные бюджеты и использовать средства из бюджета для строительства новой инфраструктуры. Или же сокращать налоги, стимулируя инвестиции бизнеса и расходы домохозяйств. Это — трансформация частного долга компаний и домохозяйств в долг государственный. Долгосрочный эффект такой политики заключается в серьёзном росте уровня госдолга развитых стран.
Напомним, что долговой кризис нельзя вылечить, формируя новые, ещё большие долги. Ведь это создаёт огромные проблемы для следующих поколений налогоплательщиков. С другой стороны, проблем было бы ещё больше, если ничего не делать, и экономики развитых стран стали бы резко сокращаться, как было во время Великой депрессии. Считается, что ликвидировать бесперспективные фирмы более аморально, чем возлагать долг на детей, внуков, правнуков; что повышение уровня государственного долга оказывается относительно невысокой ценой, которую мы платим, чтобы избежать полномасштабной депрессии. Но так ли это?
Сегодня некоторое потепление на мировых рынках обусловлено этими вливаниями, которые играют роль пускового двигателя. Пока «пускач» работает, есть движения на рынках в лучшую сторону. Но если топливо для пускача закончится, основной двигатель постепенно начнёт глохнуть. Ещё интенсивнее заработает печатный станок. Грядёт вторая волна кризиса, для преодоления которой опять потребуются финансовые вливания, и так до тех пор, пока спрос не будет запущен. А он будет запущен рано или поздно, хотим мы этого или не хотим. Таков всемогущий рынок, который сам неосознанно выберет маршрут, связанный с использованием инноваций.
Но это может потребовать значительного времени. Задача в том, чтобы это время сократить максимально. Ведь весь этот путь будет заливаться ещё большими необеспеченными деньгами. Если сегодня выдаются беспроцентные кредиты, то в будущем они станут ещё и безвозвратными. Правда, в последнее время появляется информация, что в разных странах должники начали возвращать полученные ранее кредиты. Но между «начали возвращать» и «вернули» огромная дистанция. Да и с чего возвращать, ведь рынок, за исключением некоторых отраслей, кредитов и не бравших, не заработал. Может, в добывающих отраслях возвраты возможны.
Это приведёт в будущем уже к новому типу кризиса. Он станет последствием государственных интервенций, наблюдаемых в рамках борьбы с нынешним кризисом. Мы увидим инфляционное давление; столкнёмся с неэффективными инвестициями, поскольку госсектор выделяет частным компаниям большие финансовые ресурсы, которые проедаются, не выполнив роли пускового двигателя. Нужна продукция со стабильным спросом.
По мнению некоторых экономистов, правительство допустило ряд серьёзных ошибок. Они считают, что одной из этих ошибок является недостаточные меры по созданию нового спроса на выпускаемую продукцию. На деле создаются программы стимулирования уже устаревшей продукции. Так, некоторые эксперты признали, что мы наблюдаем кризис, в котором главная проблема состоит не в отсутствии спроса, а в отсутствии предложения. У нас же приоритеты были совсем другие — поддержание банковской системы, неэффективных предприятий и повышение социальной защищённости граждан. Например, даже продукция автопрома, которая начала раскупаться, вовсе не обеспечивает спрос без стимулирующих программ. Когда эти программы себя исчерпают, предназначенные для них деньги закончатся, покупки снизятся. А продукцию, пользующуюся стабильным спросом, найти можно всегда.
Проблема кризиса не в том, что некому покупать, а в том, что нечего предложить.
Уоррен Баффет, сумевший в разгар кризиса заработать миллиард на одной сделке, купил большой пакет акций китайской компании, производящей гибридные автомобили с гибридной силовой установкой. К 2009 году они стали самым продаваемым седаном в Китае. F3DM может ехать на электрическом двигателе до 100 км. После выработки заряда включается 1-литровый бензиновый двигатель. BYD намеревается вывести F3DM на американский рынок во второй половине 2010 года. Несмотря на мировой кризис, объёмы сбыта экономичных BYD по итогам 2008 года увеличились на 70%. Один из секретов успеха BYD в относительно низкой стоимости машин. Компания сама выпускает такие детали и компоненты, как подушки безопасности, кондиционеры, ремни безопасности и даже электронику, что позволяет сокращать издержки. По данным на март 2009 года, продажи BYD в Европе в этом году удвоились, достигнув 400 тыс. автомобилей.
Это пример нового спроса. Пример подтверждает, что проблема кризиса не в том, что некому покупать, а в том, что нечего предложить, Похоже, в современном автомобилестроении пошли по пути развития тех параметров машин, которые по большому счёту не важны для потребителя. Последний автосалон в Женеве показал: в автомобилестроении всегда было что предложить. Так почему не предлагали?
Дело в том, что научно-технический прогресс, как и многие другие процессы, имеет синусоидальный характер. Современный период характеризуется областью падения синусоиды, что предопределило создание продукции «для зрелищ и престижа» вместо продукции «для хлеба». А массовому потребителю в период кризиса не до зрелищ. Вот и произошло падение спроса. Возьмём наиболее характерную нынешнюю телекоммуникационную продукцию. Какую долю вложенных в эту продукцию возможностей мы с вами используем? Тогда для чего всё остальное? Ясно, что создаётся очередной «пузырь». Вскоре цены на мобильные телефоны упадут в разы.
Известно, что в настоящее время имеются патенты, с помощью которых можно совершить техническую революцию в любой отрасли. Но сами корпорации явились сдерживающим фактором их использования в целях получения сверхприбылей от выпуска фактически морально устаревшей продукции. Более того, известно, что современная модернизация даже сдерживается промышленными лобби искусственно, а лучшие технические решения держатся под сукном.
И потребитель вынужден покупать, поскольку автомобиль, например, не роскошь, а средство передвижения. Сегодня эти автомобили благодаря ухищрениям продавцов (это программы утилизации со всеми дополнительными операциями) ещё продолжают покупать. Но надолго ли хватит их потенциала? Вместе с тем, по некоторым оценкам, в перспективе автомобилей с электрическим двигателем, которые могут создать новый спрос, выпустят не более 10% от общего выпуска. Аналогично обстоит дело с двухместными, трёхколёсными и другими экономичными автомобилями: при соответствующей цене и рекламе они могут составить конкуренцию традиционным моделям. Поэтому их и нет.
Аналогичная картина во всех других машиностроительных направлениях. Не специалисту это не известно. Но мы можем убедиться на примере простой житейской потребности. Посмотрите в интернете модели унитазов. А мы используем воду, стратегический ресурс, для смывания фекалий. И такое положение везде.
Платить только за выполнение госзаказа.
Можно сказать, что все меры, предпринимаемые в рамках борьбы с кризисом, направлены на стимулирование спроса. Можно признать, что они эффективны, но для «поддержания штанов». Привлечение иностранных инвесторов, например в автопромышленности, является стимулирующим фактором, но недостаточным. Пусть мы отстали, но Запад — в порядке. Надежды на то, что «заграница нам поможет», не дают гарантии. Если бы они могли нам помочь решить наши проблемы, так уж себе они помогли бы в первую очередь. Однако зарубежные акулы бизнеса сами не в лучшем положении. США скупили все мозги мира, имеют больше всех нобелевских лауреатов, Кремниевую долину и т.п. Но кризис начался оттуда. Выходит, на «заграницу» надейся, но ищи решение проблемы на своём «огороде», возможно, неизвестное на Западе.
Государственные вливания и прочие меры, предпринятые для выхода предприятий из кризиса с вмешательством государства, побудили назвать в некоторых кругах этот инструмент элементом государственного социализма. Но достаточно ли только этого, чтобы социалистические принципы работали. Возможно, государство при выборе компаний, нуждающихся в финансовой поддержке, должно руководствоваться неким более острым инструментом, ещё «более социалистическим».
Например, на реанимацию моногородов бюджет даст дополнительные деньги. Местные власти должны представить комплексный план развития, выдержанный в инновационном духе. Денег достойны только те проекты, которые становятся мультипликаторами роста, где предложен проект переоборудования. Надо создать производства, которые бы производили продукцию, имеющую сбыт. Местным чиновникам и предпринимателям предстоит много думать в непривычном для них ключе. Если бы они были способны на подобное, то что-то придумали бы уже давно. Но раньше и так было хорошо. А когда нам было хорошо, мы разучились делать то, что надо делать, когда нам плохо. Из всех российских моногородов Минрегион отобрал 27 самых проблемных. Пока одобрено три плана. Получается, инновационные планы должны содержать раздел о кадровых инновациях и в самое ближайшее время. Но где взять иначе мыслящих руководителей моногородов?
Не легче ли создать государственную структуру или институт, которая бы специализировалась на создании бизнес-планов для моногородов, включающих инструмент типа госзаказа на создание определённой продукции для конкретных регионов, моногородов, предприятий и целых отраслей, претендующих на господдержку. Может, здесь удастся собрать специалистов, способных выполнить поставленную перед ними задачу. А главное, здесь проявится иная мотивация, будут реализованы государственные интересы.
Основой госзаказа может стать перспективный типаж выпускаемой продукции. Такая практика была известна ещё в СССР, в автопроме, когда периодически составлялся и обновлялся особый документ — Перспективный типаж автомобилей ― для производства на определённый период. Таблица Типажей напоминала менделеевскую не только по своему виду. Автомобиль, как химический элемент, как правило, ориентировочно намечался в таблице, потом возникал в виде опытного образца и только после этого окончательно закреплялся в Типаже до следующего его пересмотра.
К этой практике надо вернуться сегодня. Конечно, последует критика в излишней регламентации, вплоть до обвинения в диктатуре. Но именно в условиях диктатуры, начиная с Ивана Грозного, Петра Первого, Иосифа Сталина, Россия шла на прорыв и добивалась успеха. Если же иметь другие цели, надо использовать другие методы. Всегда приходится выбирать, но не нам, а руководителям государства, и им брать грех на душу ради достижения глобальных целей. И иного пути нет. Русские — не немцы и нечего оглядываться на Европу. Они в конце пути, а мы — в начале; и каждый должен действовать в соответствии со своими обстоятельствами. Пусть учатся у нас.
Перспективный типаж может стать главным инструментом технической политики государства. Этот параметр имеет конкретное содержание. Именно перспективный типаж позволяет размытые требования наших руководителей претворять в ясный и чёткий язык техники. Логика проста: хочешь получить кредит, сделай конкретное изделие, подбирай кадры, думай. Предприятия, которые не в состоянии выполнить требование государственной технической политики и создавать действительно новые машины, не должны накачиваться государством деньгами.
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
