Сегодня в России создан высокий уровень недоверия к государству, к банкам, к экономике в целом, приводящий к серьезным издержкам. Даже президент, если он не доверяет окружению, вынужден применять авторитарные методы руководства.

Сегодня в России создан высочайший уровень недоверия к государству, к банковской системе, к экономике в целом, который приводит к серьезным издержкам. Даже президент, если он не доверяет своему окружению, не может делегировать полномочия, то есть организовать работу кроме как авторитарным порядком, то есть посредством вертикально-интергрированной системы управления.

Недоверие к вертикали власти создает зоны непрозрачности, блокируется сама возможность открытой и прозрачной коммуникации. В таком пространстве эффективные партнерские, коллегиальные отношения трансформируются в менее эффективные командно-приказные. Люди в такой системе вторичны, финансы важнее. Не люди творят деньги, а деньги творят людей. Как следствие, в странах с высоким уровнем недоверия сворачиваются инвестиции в человеческий ресурс, что приводит к целому ряду негативных последствий, начиная с роста безработицы и заканчивая общей стагнацией экономики.

Капитал доверия – основа института инвестиций. Потеря доверия на рынке означает крах компании. Даже элементарное делегирование полномочий невозможно без доверия. На практике отсутствие доверия означает потерю клиентуры. В поле недоверия индивидуум вынужден действовать один. Сам управлять, сам продавать, сам покупать и сам производить.

Целый ряд экономистов рассматривают сегодня доверие как один из важнейших ресурсов. Употребляется даже термин «капитал доверия». A.Giddens считает, что существует несколько типов капитала доверия. Есть доверие личностное, например доверие к партнеру. Есть доверие общественное, скажем, доверие к социальной системе, к власти, государству или корпорации. Есть доверие символическое, предположим, доверие к той или иной валюте, вообще к любой символической системе. И есть доверие к экспертным и профессиональным сообществам. Этот тип доверия A.Giddens считает наиболее перспективным. Сюда входят не только экспертные институции, но и сами идеи общественного устройства, демократии, знания в целом.

Доверие – это главный способ кредитования социальной системы. Доверяя кому-то что-то мы ожидаем получения чего-то взамен. Таким образом, доверие – это нейтрализатор общественного хаоса. Оно минимализирует риски, точнее, делает возможными наши действия в пространстве рисков. В конце концов, доверие делает само будущее предсказуемым и осуществимым.

Если государство не обладает капиталом доверия, то его программы не реализуются, а реформы вязнут в трясине недоверия. Таким образом, доверие – это необходимый элемент, без которого нереализуема общественная стабильность. Доверие – это связующий цемент общества, основной социальный капитал. В свое время Фрэнсис Фукуяма предложил ввести социальный капитал в число основных капиталов наряду с такими ресурсами, как финансовый, природный и трудовой. Ведь банк лишится вкладчиков, а компания инвесторов, если исчезнет доверие. На доверии полностью основывается вся система кредитования, вся фондовая деятельность. Оно является фундаментом самой идеи акционирования.

Мир доверия более многообразен и динамичен. Мир недоверия обречен на бюрократизацию и стагнацию, он нуждается в жесткой руке власти и постоянной поддержке силовыми методами, это мир, лишенный развития и перемен. Но легитимное насилие власти не может стратегически обеспечить социальный порядок и единение общества, решить проблему прав и свобод граждан. Власть не может с помощью легитимного права на насилие в долговременной перспективе нормализовать все социально-экономические процессы. Ведь и сама политическая деятельность в любом государстве основывается на межсистемном обмене, который обеспечивается доверием.

Обычно власть дает перед выборами обществу обещания, обменивая их на кредитование доверия. Затем полученное на выборах доверие общества власть инвестирует в эффективную деятельность, обменивая результаты этой деятельности на новые ресурсы доверия. Общественное доверие может быть кредитом, который в дальнейшем должен быть инвестирован в определенные общественные программы. Власть возвращает обществу доверие в виде возможностей, прав, свобод, которые в свою очередь могут быть обращены в финансовые ресурсы. Выборы – обмен доверия граждан на будущие экономические выгоды, которые власть должна будет представить, приняв те решения, в которые граждане инвестировали свое доверие. Таким образом, доверие можно поменять на эффективный экономический курс, на реальные финансовые выгоды.

Без доверия нельзя сформировать реальные политические партии (а не лоббистские конторы, как это происходит в России), общественные организации (а не пиар-отделы при госструктурах), религиозные сообщества (а не ортодоксальные спецотделы).

Последствия недоверия неисчислимы: отток ценных человеческих ресурсов, отток капитала, разрушение национальной валюты, рост черного рынка, коррупция, криминализация общества и так далее.

И нужно признать, что сегодня российское общество живет в пространстве недоверия. Чиновники инвестируют в человеческий ресурс обещания. Начинается безоглядный и беспринципный популизм как средство борьбы за рейтинги. В таком контексте сама политика мутирует в финансирование харизматических лидеров. Это ситуация, в которой диалог между властью и обществом становится просто не нужным. Политические группы реализуют свои интересы без всякого диалога с кем бы то ни было.

Попытки власти воспитывать общество, предлагать какие-то компенсации будут разбиваться о недоверие и только усилят иждивенческие настроения. В ситуации недоверия жесткость государственных требований будет нивелироваться тотальным их невыполнением. А это означает, что жестокость будет заменять реальную силу. Впрочем, российское общество слабо отличает первое от второго.

Отсутствие доверия – социальная катастрофа. Недоверие приносит огромный ущерб всему обществу и экономике в частности. Но чтобы возродить доверие в обществе, власти нужно отказаться от монополии на легитимный обман. Процесс возрождения доверия будет долгим, но начало этому процессу может быть положено только демонстрацией высшей политической воли.

Фукуяма писал: «...Япония, Германия и США стали ведущими индустриальными державами во многом благодаря тому, что имели здоровую опору в виде социального капитала и социализованности...» Каково же будущее такой системы? «Люди, друг другу не доверяющие, в конце концов смогут сотрудничать лишь в рамках системы формальных правил и регламентаций – системы, требующей постоянного переписывания, согласования, отстаивания в суде и обеспечения выполнения, иногда принудительного. Весь этот юридический аппарат, заменяющий доверие, приводит к росту... операционных издержек».

В пространстве уничтоженного доверия нет места прозрачным структурам собственности. Это пространство накладывает на бизнес огромные издержки, которые, в свою очередь, резко актуализируют проблему «оптимизации налогообложения». И рынки начинают чернеть.

«Доверие – это своеобразная смазка общественного механизма. Оно крайне эффективно; имея возможность положиться на слово другого человека, ты экономишь себе массу усилий. К сожалению, это не тот товар, который можно легко купить. ...Доверие и подобные ему вещи, такие как преданность или правдивость, – пример того, что экономисты называют «внешними условиями». Это товар, у него есть реальная экономическая и практическая ценность; он повышает эффективность системы в целом, позволяет вам производить больше благ...»

Kenneth J. Arrow. The limits of Organization. N. Y., 1974. P. 23.

ОТПРАВИТЬ: