Подписаться на обновления
24 маяЧетверг

usd цб 61.5945

eur цб 72.1826

днём
ночью

Восх.
Зах.

18+

ОбществоЭкономикаВ миреКультураМедиаТехнологииЗдоровьеЭкзотикаКнигиКорреспонденция
Худлит  Острый сюжет  Фантастика  Женский роман  Классика  Нон-фикшн  Поэзия  Иностранные книги  Обзоры рейтингов 
Ольга Балла   среда, 24 июля 2013 года, 14:45

Корни красоты: Венеция наощупь
Андрей Бильжо. Моя Венеция. — М.: Новое литературное обозрение, 2013. — 360 с.: ил.


   увеличить размер шрифта уменьшить размер шрифта распечатать отправить ссылку добавить в избранное код для вставки в блог




Из русских и русскоязычных книг о Венеции, вышедших в последние годы, уже давно пора потихоньку составлять небольшую библиотеку и раздумывать над закономерностями образующих её текстов.

Вспомним, например, переводы «Камней Венеции» Джона Рёскина, непутеводителя «Венеция – это рыба» Тициано Скарпы, книги «Венеция. Прекрасный город» Питера Акройда, «Истории Венецианской республики» Джона Норвича, из отечественного сентиментально-поверхностного - «Высокую воду венецианцев» Дины Рубиной, а из более раннего и весомого, скажем, – сборник «Знаменитые русские о Венеции» (почтенный, значит, уже дискурс, с традицией). О венецианских главах «Образов Италии» Павла Муратова, «Гения места» Вайля и тем более о «Набережной Неисцелимых» Бродского даже говорить нечего – классика. И всё-таки книга Андрея Бильжо займёт на этой, не такой уж и воображаемой, полке вполне особое место. Потому, что она другая. То есть вот прямо совсем.

Как мы понимаем, Венеция — один из тех удивительных городов, где легенда или загадка сопровождает каждый дом и каждый тупичок. На протяжении многовековой истории город мало менялся, многие дома уцелели почти с момента основания. Каждый новый век и даже каждое новое поколение приносит в Венецию собственные жизни и судьбы, становящиеся сюжетами новых легенд: от «Смерти в Венеции» Манна и легенд середины века о потерявшихся туристах до недавно появившейся истории о лифте в Палаццо. Так или иначе, эти истории наряду с умопомрачительной архитектурой составляют важную часть образа древнего и бесконечно прекрасного города.

Прежде всего: автор умудрился пересказать своим читателям перегруженный многовековой культурной памятью город как будто совершенно помимо всего этого почтенного груза. В книге нет, пожалуй, ничего от узнаваемого венецианского мифа (с жадно облепившими его стереотипами). Никакого благоговения. Никакой идеализации. (Зато радостной и внимательной благодарности – сколько угодно.) Ни тебе музеев и картинных галерей, ни архитектуры, ни высоких смыслов, ни той возвышенной красоты и значимости, которые, казалось бы, вовсе уже неотмыслимы от нашего образа Венеции. Самой истории со свидетельствующими о ней общеобязательными «достопримечательностями» тоже немного. Нет, совсем от красоты, конечно, никуда не деться; знаковые места, вроде Canale Grande, площади Сан Марко, моста Риальто - тоже упоминаются. Но это всё – как бы на периферии зрения. Главное здесь - город как обыденный чувственный опыт. Пережитый едва ли не с изнанки и практически наощупь.

Его Венеция – не тот город любви, трагической красоты и смерти, образ которого услужливо (и не без оснований) разворачивают перед нами расхожие о ней представления. Это - город жизни, пёстрый и яркий черновик самой себя, который пишется и переписывается прямо на наших глазах и относится к себе, по видимости, не слишком серьёзно.

Дело в том, что Бильжо – врач по образованию, художник-карикатурист по прославившему его роду занятий - увидел свою Венецию не изнутри какой бы то ни было из этих почтенных профессиональных ниш с их специфической оптикой, но глазами исключительно частного человека. И даже не столько, пожалуй, увидел, сколько (что для русских гостей Венеции опять-таки не слишком типично) ощупал её всеми органами чувств. Одно из главных мест среди них принадлежит, похоже, вкусовым рецепторам: каждая из главок книги – и это принципиально - написана за столиком какого-нибудь венецианского ресторана. Или кафе. Или пиццерии. Или… И тут запас русских названий для точек, прости Господи, общепита – из которых, как мы успели заметить, уже и так не все русские - начинает таять, чтобы далее исчезать уже стремительно, поскольку список итальянских имён и типов мест, где можно поесть и выпить, увы, превосходит отечественное культурное воображение и обречён оставаться без перевода: остерия, траттория, чикеттерия, бикьерия, киоскетто, таверна… Этим-то списком – на правах своего рода эпиграфа – книга и открывается.

А уж сколько здесь о том, что во всех этих заведениях было, может быть и ещё непременно будет съедено и выпито! Со знанием дела, да. Основательно. Въедливо.

«Готовят печёнку по-венециански так: говяжью печень сначала обжаривают совсем недолго, а потом тушат с большим количеством лука, тоже не очень долго. Печень нарезана небольшими кусочками. И в сковородку всё время следует подливать красное вино.»

«Делают сприц по-разному. Как правило, это белое вино, кампари и газированная вода. В этом сочетании напиток фиолетово-розовый, цвета раствора марганцовки. Но если вместо кампари будет апероль, то тогда напиток станет ярко-жёлто-оранжевым, цвета янтаря. Вместо вина в spritz ещё иногда добавляют просекко. И можно обойтись без газированной воды. На длинной острой палочке, как большой зубочистке, на дно кладут крупную оливу. Пить надо так. Во всяком случае, так делаю я: достаю оливу на палочке, которая солёная, съедаю и косточку обычно выплёвываю обратно в стакан (он же мой). И дальше солёную оливу, кусочки которой ещё у меня на языке, запиваю напитком.»

«Иногда по старой памяти, как кошка, привыкшая к месту, я выпиваю в обновлённом ресторане «Ривьера» бокал-другой красного вина с разными сырами. А тут даже как-то раз поужинал. И, скажу честно, очень вкусно и необычно. Например, гребешки с тонкими, как папиросная бумага, ломтиками корейки или запечённая баккала мантекато на горячем хлебе.»

И подобного в книге так много, что, назвав её книгой о еде, мы не так уж и ошибёмся. Упростим, конечно, но неправды точно не скажем.

Отдельный вопрос, что вся эта, со вкусом съеденная и с не меньшим удовольствием пересказанная, еда означает. Что она, мимолётная и сиюминутная, призвана нам сообщить.

А означает она, предположим, - способ общения с жизнью, с миром, с самой Венецией в её повседневности, в её существовании не напоказ, а для себя и для тех, кто давно и хорошо её знает и чувствует; способ понимания её и согласия с нею. Её (жизни, Венеции, итальянской культуры) благодарное и внимательное усвоение-присвоение. Даже (почти) не символическое присвоение, а прямо-таки буквальное – если, конечно, допустить, что для человека вообще возможно что-то, лишённое символичности, в чём я, например, глубоко сомневаюсь.

Одновременно с едой в поле внимания автора, а с ним – и читателя, оказывается интерьер заведений, типы их владельцев, официантов и посетителей, их окрестности. (Вот перед нами толпятся завсегдатаи закусочной «Киоскетто»: «Утром здесь пьют кофе морские офицеры из «капитанерии» и студенты университета Ка Фоскари. Факультета лингвистики. Морские офицеры в Венеции – красавцы. И сами по себе, и форма их очень красива. Но особенно хороши курсанты. В зимнее время. Они носят недлинные плащи-накидки. Такие «а-ля мушкетеры». У плаща меховой воротник стоечкой. И всегда при себе золотой кортик. Мечта моего детства!») Много здесь и совсем личного опыта, личных воспоминаний, человеческих отношений, включая мимолётные, даже предпочитая их – типа, когда, с кем и как пили какой-нибудь интересный напиток, совсем не обязательно местный:

«В общем, мой приятель захотел выпить под «печёночку по-венециански» рюмку водки. В траттории «У братьев», как я для себя её называю, водки не оказалось. Я сбегал домой, принёс из холодильника бутылку и три гранёные рюмочки Дятьковского завода, которые привёз из Москвы. Стефано с удовольствием составил нам компанию. Мы пили на троих. А я, надо сказать, далеко не первый раз показывал итальянцу, как надо правильно пить водку. С тех пор при каждой встрече Стефано вспоминает этот случай. «Как мы тогда с тобой и твоим другом выпили водки! Вот это было классно!!!»

Имеет это отношение к Венеции? А как же. Самое непосредственное.

Вода — это зеркало, символ самолюбования. Венеция и её отражение. Который из двух мифов реален? Ведь даже то, что мы называем сейчас исторической частью, — не более, чем пастиш, очередная фантазия. Венецианцев, множественно отражённых в мелкой воде лагуны, сложно считать. Двойственность, отражающая двойственное положение города на воде, — вот ключ к венецианскому мифу. В Венеции монашка может быть куртизанкой, гондольер — миллионером, богато одетый прохожий — не иметь ни гроша. Самый красивый город был и самым безжалостным, подмявшим под себя все окрестные островки (ставшие обителями скорби: Сан-Серволо — психиатрическая лечебница для мужчин, Сан-Клементе — для женщин, Повелья — пристанище для больных проказой). Когда гуляешь по уютным улочкам, любуешься масками и вдыхаешь запах моря и кофе, как-то не вспоминаешь, что Венеция — город тысячи тюрем со знаменитыми каменными мешками, а прославленный Мост Вздохов — мост идущих на казнь.

Ведь где же видано, чтобы города – живые, живьём воспринимаемые города – переживались помимо и в отвлечении от всего этого? Личный опыт превращается в оптический прибор для рассматривания той же Венеции, без которого её попросту не увидишь. А уж своей – точно не сделаешь.

Притом, что совсем важно и совсем редко, тот частный человек, с позиции которого всё это пережито и написано – не турист. Он, не переставая быть русским и время от времени возвращаясь (и даже, представьте, без внутреннего сопротивления!) в Москву, - местный житель. У него здесь квартира – рядом с универсамом «Билла», что плохо укладывается в туристском, экзотизирующем восприятии Венеции, но тем не менее – в самой сердцевине города и его исторической памяти, на Джудекке. То есть, перед нами никакой не травелог, но рассказ о повседневном взаимодействии с собственной средой обитания.

Для Бильжо Венеция – своя. Дом, который, как всякий дом, чувствуется всем телом, как его продолжение: «Венеция для меня – огромная квартира, в которой улицы – это коридоры, а площади – гостиные. И всё твоё». Именно на правах своего он рад подшучивать над ней – и, заодно, над самим собой, болтать с нею о пустяках, быть от души поверхностным, как можно только с близкими. Как же иначе: Венеция для него - предмет не умозрений, но будничных, повторяющихся впечатлений и действий; она измерена собственными шагами и личным быстротекущим временем, исплавана на общественном транспорте, перемены её погоды прочувствованы собственной кожей. Тут-то и оказывается: рассказать о такой простой, казалось бы, вещи, как посещение одной из любимых тратторий - значит рассказать о целых, связанных с нею, пластах местного существования (и в конечном счёте – о корнях той самой красоты, которая в расхожем представлении – и с полным правом - синонимична Венеции). Потяни за тоненькую ниточку – и они сами начнут вытягиваться, вытягиваться…

«…я сижу в траттории «Сан-Базилио» (trattoria «San Basilio»). Она находится в минуте ходьбы от моего дома и в нескольких метрах от качающегося на воде причала с одноименным названием, где останавливается vaporetto № 2 и № 5, а также «N», то есть ночной. Вапоретто – это морской трамвайчик, единственный вид городского транспорта Венеции. Изначально двигатель этого речного трамвайчика приводил в движение пар – «вапоре». Название отсюда. Несколько столиков стоят на краю канала Джудекка в начале Fondamenta Zattere, а часть столиков – вдоль Calle del Vento, улицы Ветра. Эта улица всегда продувается и всегда в тени.»

Ухватившись за еду как удобный повод, перед нами спешит осуществиться вся венецианская жизнь. Сразу вот вся, и с собственным прошлым (так от упоминания вапоретто – меньше шага до рассказывания его истории, а от разговора о том, что кафе «Квадри» в своё время очень полюбили австрийцы-оккупанты – рукой подать до описания способов, изобретённых венецианцами для борьбы с австрийцами: того, например, как горожане, притворяясь пьяными, сталкивали их в воду с мостов, на которых до оккупации не было ограждений), и со всеми, какие случатся по дороге, подробностями, набитая ими, как семенами, каждое из которых готово уже прорасти и разветвиться бог знает в какое дерево:

«Столики в жару здесь, а не на набережной, лучшие. А когда прохладно и солнечно, лучше сидеть около воды, рядом с пришвартованными лодками, которые, поскрипывая (ой, не молоды, ой, не молоды…), покачиваются на воде. Напротив офиса спасателей, где в окне на подоконнике за решёткой всегда сушатся чьи-то ботинки (кроссовки). Как будто они, спасатели, ходят по воде и всё время с мокрыми ногами.»

То есть, книга – (и совершенно неважно, в какой мере автор ставил себе это целью. Очень может быть, что нет!) о том, что повседневные практики, включая самые, казалось бы, поверхностные и пустяковые, и историческая память – не только теснейше связаны, что само по себе банально. Они - попросту одно и то же. И по-настоящему пережить историческую память и сделать её частью себя мы можем не иначе, как через ежедневную суету и будничные мелочи. Большое вмещается только так. В противном случае оно остаётся предметом умозрительных рассуждений. А нашему автору эти последние максимально чужды.

Необязательные по виду, субъективные и разбросанно-непоследовательные заметки оказываются, по существу, не чем иным, как чистейшей воды культурологией. Сенсорной, так сказать, культурологией: берущей начало в органах чувств, но от того не менее настоящей. Буквально: рефлексией о том, как устроена культура (понятая как организация жизни на разных уровнях, как система всепроникающих и всесоединяющих связей) – автор, приняв на себя роль праздного созерцателя и гурмана, подстерегает её в тех самых точках, в которых она возникает и растёт. И поверхностен он лишь с виду (это, кажется, род хорошего тона в отношениях и с городом, и с читателем; род защитной дистанции). На самом деле, он чутко-нежен и трогательно-внимателен к любимому городу; остро и глубоко его чувствует («Я ходил, - пишет он о старой венецианской больнице, - по её коридорам по старому мраморному продавленному щербатому полу, и было непонятно, в каком я времени. Из палаты старческий голос звал какую-то Франческу, и я понимал, что так было и столетия назад.»). И всё это толпящееся описание переполняющих Венецию пустяков – что, как не признание ей в любви?

Накидывая на свою Венецию лёгкую сеть из «точек общепита», автор вдруг улавливает и вытаскивает на наше изумлённое обозрение всю её целиком – огромную, дышащую, золотистую, во влажной блестящей чешуе – недаром она, как уверял нас другой венецианец, Тициано Скарпа, - рыба.




ОТПРАВИТЬ:       



 




Статьи по теме:



«Ничего такого Толстой не хотел»

Юрий Сапрыкин о том, как читать классическую литературу

«Теории и практики» опубликовали конспект лекции Юрия Сапрыкина, который недавно вместе с коллегами запустил проект о русской литературе «Полка». Он рассказал, как Пушкин, Толстой и Достоевский стали классикой, почему давно пора отказаться от вопроса «Что хотел сказать автор?», который так любят задавать учителя литературы, зачем взрослым людям перечитывать книги из школьной программы и как это делать, чтобы казалось, что читаешь произведение впервые.

21.05.2018 13:00, Nastya Nikolaeva, theoryandpractice.ru


Александр Пятигорский — «Чуть-чуть о философии Владимира Набокова»

Кто он?

Отстранение Набокова от его собственной эмигрантской судьбы (судьба — это не жизнь) — уже было в его русских романах и рассказах. Будущие биографы и мемуаристы будут из кожи вон лезть, чтобы снова вернуть, вставить, вдавить Набокова в эмигрантскую судьбу и тем приравнять себя к нему, «приставить» его к себе. Набоков же, если судить по им написанному, не был великий охотник до компании. В вещах важных — особенно.

20.05.2018 16:00, Александр Пятигорский, izbrannoe.com


Большие кулисы Большого театра

Императорская Москва

Сергей Аксаков (1791–1859), другой приятель Верстовского, был мастером на все руки: поэтом, переводчиком, литературным и музыкальным критиком, популярным чтецом-декламатором, а также отцом восьми дочерей и шести сыновей, двое из которых — Константин и Иван — стали вождями московского славянофильства. Родитель их правоверным славянофилом никогда, в общем, не был. Позднее он прославился замечательными книгами об охоте и уженье рыбы, а также автобиографической прозой, которую с полным основанием давно считают классикой жанра.

19.05.2018 16:00, Соломон Волков, gefter.ru


В девять раз хуже холокоста

Возможно ли измерить масштаб трагедии по количеству жертв

Что страшнее — геноцид в Руанде, война в Ираке или теракты 11 сентября, и можно ли вообще измерять катастрофы в цифрах? Профессор математики Джордан Элленберг в своей книге «Как не ошибаться. Сила математического мышления», которая вышла в издательстве «МИФ», объясняет, как работает закон больших чисел и почему некоторые расчеты показывают, что уничтожение племени гереро в Намибии было более кровопролитным, чем все преступления гитлеровской Германии.

14.05.2018 13:00, theoryandpractice.ru


Теория свободных радикалов

Откуда берутся болезни и как радиация вредит здоровью

До конца XIX века о радиоактивности ничего не знали, хотя последствия переоблучения проявлялись и раньше. Первая массовая гибель от радиации случилась еще в XVI столетии (тогда болезнь называли «горняцкой чахоткой», от нее страдали австрийские горняки, а ее причину установили позже), а в начале XX века от онкологических заболеваний умерли многие врачи, которые работали с рентгеновскими лучами.

05.05.2018 13:00, theoryandpractice.ru


Что станет с Землёй через сто, тысячу, миллион лет

Глава «Будущее» из книги профессора геологии Роберта Хейзена «История Земли»

Большинство из нас не заглядывает на несколько миллиардов лет вперёд, как не заглядывает на несколько миллионов лет или даже на тысячу лет. Нас беспокоят более насущные заботы: как мне оплатить высшее образование для ребёнка через десять лет? Получу ли я повышение по службе через год? Что приготовить на обед? В этом контексте нам незачем волноваться. Исключая непредвиденную катастрофу, наша планета через год, через десять лет почти не изменится. Но несомненно одно: Земля продолжает меняться.

01.05.2018 13:00, Роберт Хейзен, vc.ru


Научитесь говорить «нет»

Датский психолог Свен Бринкман предлагает семь простых правил, следуя которым можно стать свободным от навязанной позитивной психологии

В умении говорить «Я не хочу» есть огромная сила и целостность. Только запрограммированные роботы всегда на все согласны. Когда, например, на мероприятии по развитию персонала вам предложат пройти курс «личностного развития», просто вежливо откажитесь. Тренируйтесь говорить «нет» по крайней мере пять раз в день.

17.04.2018 13:00, Юлия Кудерова, zozhnik.ru


Аллергия на идеалы

Виктор Франкл объясняет, почему счастье не может быть целью и смыслом жизни

Гонка за счастьем обесценивает его, а чем больше человек стремится к удовольствию, тем у него меньше шансов его достичь, считал психиатр и основатель логотерапии Виктор Франкл. Удовольствие, по его мнению, должно быть не целью, а «побочным эффектом достижения цели». T&P публикуют отрывок из книги «Воля к смыслу», где он объясняет, из-за чего мы часто путаем повод поплакать и причину для слез, почему в благополучном обществе люди страдают от недостатка требований к ним, а также как американский и европейский подход к образованию от страха навязывать молодежи смыслы и цели привел к аллергии на идеалы.

16.04.2018 13:00, theoryandpractice.ru


Синдром самозванца

Почему самокритика и перфекционизм мешают нам стать гениями

Исследования в области нейрофизиологии показали, что внезапное вдохновение — на самом деле предсказуемая часть сложного мыслительного процесса, утверждают Оливия Фокс Кабейн и Джуда Поллак в книге «Сеть и бабочка. Как поймать гениальную идею. Практическое пособие», которую выпустило издательство «Альпина Паблишер». T&P опубликовали главу о том, что такое «социальное торможение», почему мы так боимся, что о нас подумают другие, и как справляться с перфекционизмом.

07.04.2018 13:00, theoryandpractice.ru


«Ну, и последний кусочек...»

Вызывает ли еда зависимость?

Врач-диетолог Елена Мотова написала отличную книгу «Мой лучший друг – желудок. Еда для умных людей», в которой профессионально и с юмором рассматривает серьезные и важные вопросы деятельности нашего организма.

07.04.2018 09:00, Елена Мотова, zozhnik.ru






 

Новости

В Новосибирске вышел сборник стихов, посвящённых трагически погибшему поэту Виктору Iванiву
Книга «Город Iванiв», состоящая из поэтических посвящений новосибирскому писателю, поэту и переводчику Виктору Iванiву (Иванову), покончившему с собой в феврале 2015 года, вышла на его родине.
Издательство «Наука» и Ассоциация интернет-издателей подписали соглашение о сотрудничестве
В первый день выставки Нон-Фикшен издательство «Наука» и Ассоциация интернет-издателей подписали соглашение о сотрудничестве в рамках программы «Открытая наука». В основе программы лежит реализация проектов по расширению открытого доступа к научным знаниям.
Восьмой "Гарри Поттер"
Новая книга о Гарри Поттере выйдет в России в ноябре
От создателя Гарри Поттера
Джоан Роулинг пишет новую книгу для детей
ММКВЯ снова в Москве
Московская международная книжная ярмарка откроется сегодня на ВДНХ

 

 

Мнения

Иван Бегтин

Слабость и ошибки

Выйти из ситуации без репутационных потерь не удастся

Сейчас блокировки и иные ограничения невозможно осуществлять без снижения качества жизни миллионов людей. Информационное потребление стало частью ежедневных потребностей, и сила государственного воздействия на эти потребности резко выросла, вызывая активное противодействие.

Владимир Яковлев

Зло не должно пройти дальше меня

Самое страшное зло в этом мире было совершено людьми уверенными, что они совершают добро

Зло не должно пройти дальше меня. Я очень люблю этот принцип. И давно стараюсь ему следовать. Но с этим принципом есть одна большая проблема.

Мария Баронова

Эпохальный вопрос

Кто за кого платит в ресторане, и почему в любой ситуации важно оставаться людьми

В комментариях возник вопрос: "Маша, ты платишь за мужчин в ресторанах?!". Кажется, настал момент залезть на броневичок и по этому вопросу.

Николай Подосокорский

Виртуальная дружба

Тенденции коммуникации в Facebook

Дружба в фейсбуке – вещь относительная. Вчера человек тебе писал, что восторгается тобой и твоей «сетевой деятельностью» (не спрашивайте меня, что это такое), а сегодня пишет, что ты ватник, мерзавец, «расчехлился» и вообще «с тобой все ясно» (стоит тебе написать то, что ты реально думаешь про Крым, Украину, США или Запад).

Дмитрий Волошин

Три типа трудоустройства

Почему следует попробовать себя в разных типах работы и найти свой

Мне повезло. За свою жизнь я попробовал все виды трудоустройства. Знаю, что не все считают это везением: мол, надо работать в одном месте, и долбить в одну точку. Что же, у меня и такой опыт есть. Двенадцать лет работал и долбил, был винтиком. Но сегодня хотелось бы порассуждать именно о видах трудоустройства. Глобально их три: найм, фриланс и свой бизнес.

«Этим занимаются контрабандисты, этим занимаются налетчики, этим занимаются воры»

Обращение Анатолия Карпова к участникам пресс-конференции «Музею Рериха грозит уничтожение»

Обращение Анатолия Карпова, председателя Совета Попечителей общественного Музея имени Н. К. Рериха Международного Центра Рерихов, президента Международной ассоциации фондов мира к участникам пресс-конференции, посвященной спасению наследия Рерихов в России.

Марат Гельман

Пособие по материализму

«О чем я думаю? Пытаюсь взрастить в себе материалиста. Но не получается»

Сегодня на пляж высыпало много людей. С точки зрения материалиста-исследователя, это было какое-то количество двуногих тел, предположим, тридцать мужчин и тридцать женщин. Высоких было больше, чем низких. Худых — больше, чем толстых. Блондинок мало. Половина — после пятидесяти, по восьмой части стариков и детей. Четверть — молодежь. Пытливый ученый, быть может, мог бы узнать объем мозга каждого из нас, цвет глаз, взял бы сорок анализов крови и как-то разделил бы всех по каким-то признакам. И даже сделал бы каждому за тысячу баксов генетический анализ.

Владимир Шахиджанян

Заново научиться писать

Как овладеть десятипальцевым методом набора на компьютере

Это удивительно и поразительно. Мы разбазариваем своё рабочее время и всё время жалуемся, мол, его не хватает, ничего не успеваем сделать. Вспомнилось почему-то, как на заре советской власти был популярен лозунг «Даёшь повсеместную грамотность!». Людей учили читать и писать. Вот и сегодня надо учить людей писать.

Дмитрий Волошин, facebook.com/DAVoloshin

Теория самоневерия

О том, почему мы боимся реальных действий

Мы живем в интересное время. Время открытых дискуссий, быстрых перемещений и медленных действий. Кажется, что все есть для принятия решений. Информация, много структурированной информации, масса, и средства ее анализа. Среда, открытая полемичная среда, наработанный навык высказывать свое мнение. Люди, много толковых людей, честных и деятельных, мечтающих изменить хоть что-то, мыслящих категориями целей, уходящих за пределы жизни.

facebook.com/ivan.usachev

Немая любовь

«Мы познакомились после концерта. Я закончил работу поздно, за полночь, оборудование собирал, вышел, смотрю, сидит на улице, одинокая такая. Я её узнал — видел на сцене. Я к ней подошёл, начал разговаривать, а она мне "ыыы". Потом блокнот достала, написала своё имя, и добавила, что ехать ей некуда, с парнем поссорилась, а родители в другом городе. Ну, я её и пригласил к себе. На тот момент жена уже съехала. Так и живём вместе полгода».

Александр Чанцев

Вскоре похолодало

Уикэндовое кино от Александра Чанцева

Радость и разочарование от новинок, маргинальные фильмы прошлых лет и вечное сияние классики.

Ясен Засурский

Одна история, разные школы

Президент журфака МГУ Ясен Засурский том, как добиться единства подходов к прошлому

В последнее время много говорилось о том, что учебник истории должен быть единым. Хотя очевидно, что в итоге один учебник превратится во множество разных. И вот почему.

Ивар Максутов

Необратимые процессы

Тяжелый и мучительный путь общества к равенству

Любая дискриминация одного человека другим недопустима. Какой бы причиной или критерием это не было бы обусловлено. Способностью решать квадратные уравнения, пониманием различия между трансцендентным и трансцендентальным или предпочтениям в еде, вине или сексуальных удовольствиях.

Александр Феденко

Алексей Толстой, призраки на кончике носа

Александр Феденко о скрытых смыслах в сказке «Буратино»

Вы задумывались, что заставило известного писателя Алексея Толстого взять произведение другого писателя, тоже вполне известного, пересказать его и опубликовать под своим именем?

Игорь Фунт

Черноморские хроники: «Подогнал чёрт работёнку»...

Записки вятского лоха. Июнь, 2015

Невероятно красивая и молодая, размазанная тушью баба выла благим матом на всю курортную округу. Вряд ли это был её муж – что, впрочем, только догадки. Просто она очень напоминала человека, у которого рухнули мечты. Причём все разом и навсегда. Жёны же, как правило, прикрыты нерушимым штампом в серпасто-молоткастом: в нём недвижимость, машины, дачи благоверного etc.

Марат Гельман

Четыре способа как можно дольше не исчезнуть

Почему такая естественная вещь как смерть воспринимается нами как трагедия?

Надо просто прожить свою жизнь, исполнить то что предначертано, придет время - умереть, но не исчезнуть. Иначе чистая химия. Иначе ничего кроме удовольствий значения не имеет.

Андрей Мирошниченко, медиа-футурист, автор «Human as media. The emancipation of authorship»

О роли дефицита и избытка в медиа и не только

В презентации швейцарского футуриста Герда Леонарда (Gerd Leonhard) о будущем медиа есть замечательный слайд: кролик окружен обступающей его морковью. Надпись гласит: «Будь готов к избытку. Распространение, то есть доступ к информации, больше не будет проблемой…».

Михаил Эпштейн

Симпсихоз. Душа - госпожа и рабыня

Природе известно такое явление, как симбиоз - совместное существование организмов разных видов, их биологическая взаимозависимость. Это явление во многом остается загадкой для науки, хотя было обнаружено швейцарским ученым С. Швенденером еще в 1877 г. при изучении лишайников, которые, как выяснилось, представляют собой комплексные организмы, состоящие из водоросли и гриба. Такая же сила нерасторжимости может действовать и между людьми - на психическом, а не биологическом уровне.

Игорь Фунт

Евровидение, тверкинг и Винни-Пух

«Простаквашинское» уныние Полины Гагариной

Полина Гагарина с её интернациональной авторской бригадой (Габриэль Аларес, Иоаким Бьёрнберг, Катрина Нурберген, Леонид Гуткин, Владимир Матецкий) решили взять Евровидение-2015 непревзойдённой напевностью и ласковым образным месседжем ко всему миру, на разум и благодатность которого мы полагаемся.

Петр Щедровицкий

Социальная мечтательность

Истоки и смысл русского коммунизма

«Pyccкиe вce cклoнны вocпpинимaть тoтaлитapнo, им чyжд cкeптичecкий кpитицизм эaпaдныx людeй. Этo ecть нeдocтaтoк, npивoдящий к cмeшeнияи и пoдмeнaм, нo этo тaкжe дocтoинcтвo и yкaзyeт нa peлигиoзнyю цeлocтнocть pyccкoй дyши».
Н.А. Бердяев

Лев Симкин

Человек из наградного листа

На сайте «Подвиг народа» висят наградные листы на Симкина Семена Исааковича. Моего отца. Он сам их не так давно увидел впервые. Все четыре. Последний, 1985 года, не в счет, тогда Черненко наградил всех ветеранов орденами Отечественной войны. А остальные, те, что датированы сорок третьим, сорок четвертым и сорок пятым годами, выслушал с большим интересом. Выслушал, потому что самому читать ему трудновато, шрифт мелковат. Все же девяносто.

 

Календарь

Олег Давыдов

Колесо Екатерины

Ток страданий, текущий сквозь время

7 декабря православная церковь отмечает день памяти великомученицы Екатерины Александрийской. Эта святая считалась на Руси покровительницей свадеб и беременных женщин. В её день девушки гадали о суженом, а парни устраивали гонки на санках (и потому Екатерину называли Санницей). В общем, это был один из самых весёлых праздников в году. Однако в истории Екатерины нет ничего весёлого.

Ив Фэрбенкс

Нельсон Мандела, 1918-2013

5 декабря 2013 года в Йоханнесбурге в возрасте 95 лет скончался Нельсон Мандела. Когда он болел, Ив Фэрбенкс написала эту статью о его жизни и наследии

Достижения Нельсона Ролилахлы Манделы, первого избранного демократическим путем президента Южной Африки, поставили его в один ряд с такими людьми, как Джордж Вашингтон и Авраам Линкольн, и ввели в пантеон редких личностей, которые своей глубокой проницательностью и четким видением будущего преобразовывали целые страны. Брошенный на 27 лет за решетку белым меньшинством ЮАР, Мандела в 1990 году вышел из заточения, готовый простить своих угнетателей и применить свою власть не для мщения, а для создания новой страны, основанной на расовом примирении.

Молот ведьм. Существует ли колдовство?

5 декабря 1484 года началась охота на ведьм

5 декабря 1484 года была издана знаменитая «ведовская булла» папы Иннокентия VIII — Summis desiderantes. С этого дня святая инквизиция, до сих пор увлечённо следившая за чистотой христианской веры и соблюдением догматов, взялась за то, чтобы уничтожить всех ведьм и вообще задушить колдовство. А в 1486 году свет увидела книга «Молот ведьм». И вскоре обогнала по тиражам даже Библию.

Максим Медведев

Фриц Ланг. Апология усталой смерти

125 лет назад, 5 декабря 1890 года, родился режиссёр великих фильмов «Доктор Мабузе…», «Нибелунги», «Метрополис» и «М»

Фриц Ланг являет собой редкий пример классика мирового кино, к работам которого мало применимы собственно кинематографические понятия. Его фильмы имеют гораздо больше параллелей в старых искусствах — опере, балете, литературе, архитектуре и живописи — нежели в пространстве относительно молодой десятой музы.

Игорь Фунт

А портрет был замечателен!

5 декабря 1911 года скончался русский живописец и график Валентин Серов

…Судьба с детства свела Валентина Серова с семьёй Симонович, с сёстрами Ниной, Марией, Надеждой и Аделаидой (Лялей). Он бесконечно любил их, часто рисовал. Однажды Маша и Надя самозабвенно играли на фортепьяно в четыре руки. Увлеклись и не заметили, как братик Антоша-Валентоша подкрался сзади и связал их длинные косы. Ох и посмеялся Антон, когда сёстры попробовали встать!

Юлия Макарова, Мария Русакова

Попробуй, обними!

4 декабря - Всемирный день объятий

В последнее время появляется всё больше сообщений о международном движении Обнимающих — людей, которые регулярно встречаются, чтобы тепло обнять друг друга, а также проводят уличные акции: предлагают обняться прохожим. Акции «Обнимемся?» проходят в Москве, Санкт-Петербурге и других городах России.

Илья Миллер

Благодаря Годара

85 лет назад, 3 декабря 1930 года, родился великий кинорежиссёр, стоявший у истоков французской новой волны

Имя Жан-Люка Годара окутано анекдотами, как ни одно другое имя в кинематографе. И это логично — ведь и фильмы его зачастую представляют собой не что иное, как связки анекдотов и виньеток, иногда даже не скреплённые единым сюжетом.

Денис Драгунский

Революционер де Сад

2 декабря 1814 года скончался философ и писатель, от чьего имени происходит слово «садизм»

Говорят, в штурме Бастилии был виноват маркиз де Сад. Говорят, он там как раз сидел, в июле месяце 1789 года, в компании примерно десятка заключённых.

Александр Головков

Царствование несбывшихся надежд

190 лет назад, 1 декабря 1825 года, умер император Александра I, правивший Россией с 1801 по 1825 год

Александр I стал первым и последним правителем России, обходившимся без органов, охраняющих государственную безопасность методами тайного сыска. Четверть века так прожили, и государство не погибло. Кроме того, он вплотную подошёл к черте, за которой страна могла бы избавиться от рабства. А также, одержав победу над Наполеоном, возглавил коалицию европейских монархов.

Александр Головков

Зигзаги судьбы Маршала Победы

1 декабря 1896 года родился Георгий Константинович Жуков

Его заслуги перед отечеством были признаны официально и всенародно, отмечены высочайшими наградами, которых не имел никто другой. Потом эти заслуги замалчивались, оспаривались, отрицались и снова признавались полностью или частично.


 

Интервью

Энрико Диндо: «Главное – оставаться собой»

20 ноября в Большом зале Московской консерватории в рамках IХ Международного фестиваля Vivacello выступил Камерный оркестр «Солисты Павии» во главе с виолончелистом-виртуозом Энрико Диндо.

В 1997 году он стал победителем конкурса Ростроповича в Париже, маэстро сказал тогда о нем: «Диндо – виолончелист исключительных качеств, настоящий артист и сформировавшийся музыкант с экстраординарным звуком, льющимся, как великолепный итальянский голос». С 2001 года до последних дней Мстислав Ростропович был почетным президентом оркестра I Solisti di Pavia. Благодаря таланту и энтузиазму Энрико Диндо ансамбль добился огромных успехов и завоевал признание на родине в Италии и за ее пределами. Перед концертом нам удалось немного поговорить.

«Музыка Земли» нашей

Пианист Борис Березовский не перестает удивлять своих поклонников: то Прокофьева сыграет словно Шопена – нежно и лирично, то предстанет за роялем как деликатный и изысканный концертмейстер – это он-то, привыкший быть солистом. Теперь вот выступил в роли художественного руководителя фестиваля-конкурса «Музыка Земли», где объединил фольклор и классику. О концепции фестиваля и его участниках «Частному корреспонденту» рассказал сам Борис Березовский.

Александр Привалов: «Школа умерла – никто не заметил»

Покуда школой не озаботится общество, она так и будет деградировать под уверенным руководством реформаторов

Конец учебного года на короткое время поднял на первые полосы школьную тему. Мы воспользовались этим для того, чтобы побеседовать о судьбе российского образования с научным редактором журнала «Эксперт» Александром Николаевичем Приваловым. Разговор шёл о подлинных целях реформы образования, о том, какими знаниями и способностями обладают в реальности выпускники последних лет, бесправных учителях, заинтересованных и незаинтересованных родителях. А также о том, что нужно, чтобы возродить российскую среднюю школу.

Василий Голованов: «Путешествие начинается с готовности сердца отозваться»

С писателем и путешественником Василием Головановым мы поговорили о едва ли не самых важных вещах в жизни – литературе, путешествиях и изменении сознания. Исламский радикализм и математическая формула языка Платонова, анархизм и Хлебников – беседа заводила далеко.

Дик Свааб: «Мы — это наш мозг»

Всемирно известный нейробиолог о том, какие значимые открытия произошли в нейронауке в последнее время, почему сексуальную ориентацию не выбирают, куда смотреть молодым ученым и что не так с рациональностью

Плод осознанного мыслительного процесса ни в коем случае нельзя считать продуктом заведомо более высокого качества, чем неосознанный выбор. Иногда рациональное мышление мешает принять правильное решение.

«Триатлон – это новый ответ на кризис среднего возраста»

Михаил Иванов – тот самый Иванов, основатель и руководитель издательства «Манн, Иванов и Фербер». В 2014 году он продал свою долю в бизнесе и теперь живет в США, открыл новый бизнес: онлайн-библиотеку саммари на максимально полезные книги – Smart Reading.

Андрей Яхимович: «Играть спинным мозгом, развивать анти-деньги»

Беседа с Андреем Яхимовичем (группа «Цемент»), одним из тех, кто создавал не только латвийский, но и советский рок, основателем Рижского рок-клуба, мудрым контркультурщиком и настоящим рижанином – как хороший кофе с черным бальзамом с интересным собеседником в Старом городе Риги. Неожиданно, обреченно весело и парадоксально.

«Каждая собака – личность»

Интервью со специалистом по поведению собак

Антуан Наджарян — известный на всю Россию специалист по поведению собак. Когда его сравнивают с кинологами, он утверждает, что его работа — нечто совсем другое, и просит не путать. Владельцы собак недаром обращаются к Наджаряну со всей страны: то, что от творит с животными, поразительно и кажется невозможным.

«Самое большое зло, которое может быть в нашей профессии — участие в создании пропаганды»

Правила журналистов

При написании любого текста я исхожу из того, что никому не интересно мое мнение о происходящем. Читателям нужно само происходящее, моя же задача - максимально корректно отзеркалить им картинку. Безусловно, у меня есть свои личные пристрастия и политические взгляды, но я оставлю их при себе. Ведь ни один врач не сообщает вам с порога, что он - член ЛДПР.

Юрий Арабов: «Как только я найду Бога – умру, но для меня это будет счастьем»

Юрий Арабов – один из самых успешных и известных российских сценаристов. Он работает с очень разными по мировоззрению и стилистике режиссёрами. Последние работы Арабова – «Фауст» Александра Сокурова, «Юрьев день» Кирилла Серебренникова, «Полторы комнаты» Андрея Хржановского, «Чудо» Александра Прошкина, «Орда» Андрея Прошкина. Все эти фильмы были встречены критикой и зрителями с большим интересом, все стали событиями. Трудно поверить, что эти сюжеты придуманы и написаны одним человеком. Наш корреспондент поговорила с Юрием Арабовым о его детстве и Москве 60-х годов, о героях его сценариев и религиозном поиске.