Октябрьским утром адвокат забежал в суд, работы было много, но нужно было еще раз изучить материалы дела. Необходимость эта появилась в связи с переносом слушания на поздний срок. Адвокат углубился в изучение разных бумаг, и вдруг его внимание привлек один документ. Сначала он не поверил своим глазам. Он протер глаза, но и это не помогло, бумага была самая настоящая: в материалах дела лежало готовое решение суда … слушание по которому было перенесено.
Изначально преследование организации, пришедшее к такому итогу, началось при обстоятельствах, когда некоторые материалы церкви Саентологии были незаконно помещены в список экстремистских материалов, хотя решение Сургутского суда было обжаловано и не вступило в законную силу. Следователи, возбуждавшие дело против организации об этом не могли не знать, но тем не менее это их не остановило. Позже, с нарушениями был проведен обыск в организации Центр Управления Деятельностью по Распространению Дианетики и Саентологии «ЦУДРДиС» (далее центр).
«…4 августа 2010 года около 30 представителей власти из Москвы и Московской области, в том числе 3 следователя ФСБ, 20 вооруженных автоматами бойцов ОМОНа, с масками на лицах, а также сотрудники управления МВД по Московской области ворвались в центр, обыск в центре длился 13 часов». Из доклада представленного на конференции ОБСЕ.
На допросы вызвали не только сотрудников центра, но и родственников. Зачастую там спрашивали (не под протокол, правда) «Вам известно, что ваш сын (дочь, мать, отец, сестра, брат) является членом экстремистской группировки»? Несмотря на то, что ни какого судебного решения или любого другого, например даже административного нарушения не было, люди были причислены к экстремистам.
Составление заранее готового вердикта суда до рассмотрения дела - не первый случай серьезных, подчас - сенсационных нарушений. Так например, изъятие почтовой корреспонденции центра осуществлялось вроде как по решению суда, однако в материалах дела не был обнаружен протокол судебного слушания. Отсутствие протокола - безусловное основание для отмены решения. Однако вместо отмены Московский областной суд снял жалобу с рассмотрения и вернул дело в Щелковский суд, указав, что судя по материалам дела, протокол должен быть, и попросил его приложить. Прошу читателя вести себя сдержано, и крепче взяться за подлокотники, ибо ответ был таков, что опытные юристы на некоторое время потеряли дар речи. Так вот, на этот запрос о предоставлении протокола судебного заседания, суд первой инстанции приложил протокол. Но- написал, что изготовлен протокол не в октябре, когда дело рассматривалось, а в мае... Закрадывается крамольное подозрение – а было ли судебное слушание, постановившее изъять корреспонденцию центра? Или вся процедура изъятия почты была выполнена незаконно? Но каков ход: жалуются на отсутствие протокола? Не беда,сделайте им протокол. Ну вот- теперь протокол есть? Есть... Вот и хорошо. Все законно.
Даже Генри Форд, отец конвейерного потока в автомобилестроение, позавидовал бы производству, которое иногда выдает отечественное правосудие в делах, связанных с причислением материалов к экстремистским. Показателем успешной работы конвейера служит список экстремистских материалов, который регулярно возрастает, и вот уже превысил отметку в 900 наименований, продолжая расти. Постоянно случаются казусы, вот недавно под подозрение попала книга «Весь мир театр» известного писателя Бориса Акунина (Георгий Чхартишвили) который не без юмора написал по этому поводу пост «Экстремизм не пройдет!». Штампование судебных решений о признании материалов экстремистскими дело очень не сложное. Все что нужно, это подходящий «эксперт», который может указать, что в исследуемом тексте экстремизм присутствует. Экстремизм вещь нематериальная. При расследовании уголовных преступлений, доказательствами являются орудия убийства, следы обуви, кровь жертвы на одежде подозреваемого, орудие преступления, и эксперты определяют баллистику пули, или исследуют кровь, в общем, любые физические объекты, которые имеются в доказательствах. В экспертизах «по экстремизму» достаточно указать на мыслепреступление, прямо как у Джеймса Оруэлла. Проводивший экспертизу материалов по Щелковскому делу специалист Тарасов пишет что «в текстах Л. Р. Хаббарда используются сформированные им понятия «подавляющая личность» (ПЛ), «потенциальный источник проблем» (ПИП), «потенциальный источник неприятностей» (ПИН) для обозначения всех лиц, которые препятствуют успешному функционированию Церкви саентологии» . И хотя в заключении по этому делу не установлено наличие в данных материалах призывов к разжиганию религиозной и социальной розни, не установлено, в отношении кого именно разжигалась так называемая социальная рознь, не доказан ни один случай разжигания религиозной и социальной розни при помощи данных материалов, суд признает материалы экстремистскими. По сути, пытаются обвинить Л. Рона Хаббарда, центр управления и саентологическую церковь в том, что они пытаются дистанцироваться от таких групп и выражают свое негативное отношение к преступникам, извращенцам и нацистам (в частности Гитлеру, который приводиться в материалах, как пример подавляющей личности). В то же время законом о противодействии экстремистской дельности, труды национал социалистической партии Германии, то есть, в том числе и Гитлера, отнесены к экстремистским. Другой факт состоит в том, что из девяти книг, которые требуют признать экстремистскими, в упомянутом заключении г-на Тарасова приводится всего 2 страницы из двух книг, остальные книги, оказываются включенными в список …автоматически. Не хотелось бы, чтобы читатель решил, что автор статьи хочет «добить» читателя, но и не хочется игнорировать и оставлять читателя в неведении о том, что в ходе судебного разбирательства в Щелково, судья и прокурор так и не удосужились открыть хотя бы даже одну из книг, о которых судили.
Отечественный законодатель поступил «очень мудро» и посрамил всех мазуриков прошлых веков, вместе взятых, показав как можно обвинять в экстремизме широкие круги населения и верующих, сделал он это сформулировав очень обширные и расплывчатые критерии экстремизма. Вот метаморфоза одного из определений, которое первоначально, до того, как закон был переработан, звучало так - «возбуждение расовой, национальной или религиозной розни, а также социальной розни, связанной с насилием или призывами к насилию», после того как слова про насилие были удалены, и получилось что теперь любое критическое высказывание в адрес, какой либо группы людей, дает возможность обвинения в экстремизме. После этого остается «добыть» нужную экспертизу и всё, дело в шляпе.
«Законы же никогда не должны наказывать ни одного человека за выявление своих мнений обо всех этих явлениях. Свободным и взаимным сообщением своих мыслей человек совершенствует свои способности, просвещается в отношении своих прав и поднимается до той степени добродетели, величия, благоденствия, которую природа разрешает ему достигнуть». Из речи о свободе печати Максимилиана Робеспьера в Обществе друзей Конституции в мае 1791 года.
Возрастающее количество дел с грифом экстремизм, подтверждает высказанную догадку Посмотрите на судебные решения по экстремистским делам, судьи в своих решениях ссылаются на мнение эксперта. Справедливости ради нужно сказать, что судьи находятся в сложном положении, так как зачастую им трудно разобраться в нюансах того или иного высказывания без обращения к экспертам. Но другое дело, что часто бремя ответственности перекладывается на эксперта, и судья только констатирует, что вот эксперт утверждает, что это экстремизм. Например, в упоминаемом нами деле, «эксперт» обвинения нашел экстремизм в определениях терминов, приведенных в справочном издании «Что такое Саентология», которое включает информацию религии Саентологии, статистические данные, сведения о кампаниях церкви Саентологии, таких как борьба с наркоманией, правовое просвещение, движение волонтеров и другие социальные кампании.
Л. Рон Хаббард в чьих материалах вот уже больше 2 лет безуспешно пытаются найти экстремизм писал «Людям не следует оказывать давление на правительство и говорить ему что, что оно должно перестать делать то-то и то-то, или не должно делать того-то и того-то. На самом деле нет никакого смысла в том, чтобы забрасывать гнилыми помидорами кого-то из правительства только потому, что он не смог предложить никакого решения. Бедняга, может быть, провел всю ночь, думая о том, как удержать на плаву правительство, в то время как над ним нависла угроза кризиса» .
Как показывает практика экстремистских дел, суды основывают свои решения, ссылаясь на мнение эксперта, зачастую даже не видя сами материалы. Иногда доходит до абсурда, например, экспертизу биографического издания Саентологов в одном из регионов делал фотокорреспондент газеты, а в городе Кирове к экстремизму была отнесена картина известного художника Васнецова «Встреча Олега с кудесником». Интересно о чем бы подумал Васнецов, если бы дожил до наших дней (скончался в 1926 году).
«Действительно, это бесспорный принцип, что закон не должен налагать никакого наказания там, где нельзя установить преступления, поддающегося точной характеристике и достоверно признанного; в противном случае участь граждан подвергается произвольным решениям, а свобода более не существует» . Из речи о свободе печати Максимилиана Робеспьера в Обществе друзей Конституции в мае 1791 года.
Граждане ожидают от правосудия справедливости и объективности, ибо суд и есть та инстанция, которая дает надежду. Если же надежды нет, то это ситуация крайне опасная как для гражданина, так и для государства, ибо граждане остаются без защиты. Еще хуже, когда правосудие не только невозможно, но и нацелено на выполнение задач далеких от правосудия. Например, заблаговременная подготовка судебного решения является нарушением процедуры судебного разбирательства, последствия которого дискредитируют суд, и бросают тень на всю систему судопроизводства. Именно с таким случаем столкнулись саентологи. И можно предполагать что вынесение «заочного» решения является не случайностью, так как, видимо, рядовые исполнители настолько привыкли и не удивляются подобной практике написания судебного решения до его вынесения, что это не вызывает у них никакой реакции. Уже и никакой осторожности по этому поводу не было проявлено, видимо, уже не считают это нарушением, а считают нормой. Подумаешь, судебное слушание, да что от него вообще может зависеть? Однако весь порядок рассмотрения дела, сама процедура судебного производства построена, чтобы истина была установлена, и чтобы решение было вынесено справедливо. Подобная практика должна быть прекращена, иначе мы снова столкнемся с «конвейерным правосудием», как во времена сталинских репрессий решения суда будут штамповаться под копирку с полным игнорированием прав и процедур судебного производства.
Можно сказать, что против организации саентологов центром управления ведется моральный террор, краеугольным камнем которого и инструментом, является закон о противодействии экстремистской деятельности. Посудите сами, если в отношении сотрудников организации и их родственников ведется дискриминационная деятельность. Если решение суда первой инстанции в городе Щелково было скоротечно принято в нарушение процедуры судопроизводства. Если почтовая корреспонденция изымалась длительное время, а расследование длилось больше календарного года. Если в суде первой инстанции сторона обвинения, устами прокурора «аргументировала» свои претензии тем, что «материалы Саентологии…подрывают традиционные духовные основы жизни на территории Российской Федерации» , что выходит за рамки правового поля. Наконец последняя находка адвоката, заготовленный бланк решения суда с подписью судьи, демонстрирует заказной характер дела. Реакция властей на обнаруженное адвокатом решение несостоявшегося суда должна показать, действительно ли власть стоит за соблюдение законности. Ответ на это во многом покажет в состоянии ли правоохранительная и судебная система исправлять свои ошибки. И если она этого не сможет, то вероятно нарушения прав россиян будут только расти.
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
Статьи по теме:
- Отменят ли в России уголовное преследование за политику?
Число осуждённых по статьям 280 и 282 уже превысило число людей, получивших сроки за инакомыслие при Брежневе. - Назначенный экстремистом.
Дело Андрея Кутузова. - Слава России?
Политика взращивания национального единства даёт свои плоды. - Максим Мошков: «Сколково» я воспринимаю как хороший знак».
Основатель Lib.Ru о чтении, экстремизме и государстве. - Ответ чумазых.
Отсутствие диалога порождает насилие. - Интернет в опасности.
Как поймать фрилансера. - Дело было в Самаре.
«Россия-88» едет в Генпрокуратуру.
