7 декабря православная церковь отмечает день памяти великомученицы Екатерины Александрийской. Эта святая считалась на Руси покровительницей свадеб и беременных женщин. В её день девушки гадали о суженом, а парни устраивали гонки на санках (и потому Екатерину называли Санницей). В общем, это был один из самых весёлых праздников в году. Однако в истории Екатерины нет ничего весёлого.
Екатерина (до крещения её звали Досифея) родилась в 287 году. Её отец был правителем Александрии, города, славившегося не только маяком и хлебной торговлей, но также библиотекой и школами. Екатерина получила блестящее образование, к тому же слыла необыкновенной красавицей. А обратной стороной этого был маленький недостаток: девушка была уж слишком надменна. На все уговоры выйти замуж отвечала: «Неучёного жениха иметь не желаю». Однажды мать (она была христианкой) повела Екатерину к своему духовнику, сирийскому монаху. Хотела посоветоваться о замужестве дочери. Старец послушал высокоумные речи девицы и понял, что она может стать лёгкой добычей. Как сказано в житии, «положил в уме своём уловить её». При этом решил сыграть именно на девичьей слабости. Сказал: «Я знаю одного пречудного отрока, который без сравнения превосходит тебя во всех дарованиях». И таким способом возбудив любопытство, дал Екатерине на прощанье икону Марии с младенцем и объяснил, как надо молиться.
И вот Екатерина молится, засыпает и видит во сне младенца с иконы. Хочет разглядеть лицо, но он от неё отворачивается, говоря, что дева весьма безобразна, худородна и безумна. Не покажу, говорит, ей лица своего, пока она не пойдёт к старцу, который дал ей икону, и не будет делать то, что тот ей прикажет. Конечно, всё это выглядит как-то слишком по-детски, но ведь методы уловления в сети веры могут быть разные. Этот оказался эффективным: девушка уверовала и крестилась. После этого ей опять во сне явился Иисус, вручил кольцо, назвал своей невестой. Мистическое обручение Екатерины — распространённый сюжет христианской иконографии. Особенно популярен он стал со второй половины XIV века, когда другая святая, Екатерина Сиенская, стремившаяся подражать Екатерине Александрийской, увидела в сонном видении своё обручение с Христом.
Вернёмся в Александрию начала IV века. 1 мая 305 года великий Диоклетиан сложил с себя императорские полномочия и отправился к себе на родину в Иллирию выращивать капусту. Никто не сделал для дряхлеющей империи больше, чем этот сын вольноотпущенника, ставший императором. То, что при нём вернулся золотой век, не просто риторическое преувеличение. Диоклетиан создал новую систему власти, тетрархию (огромной страной стали управлять два августа и два цезаря), защитил границы, вернул гражданам безопасность, мир и достаток, а потом добровольно оставил власть. После его ухода августами стали Галерий и Констанций, а в цезари были возведены Север и Максимин. Нас интересует последний, Максимин Даза.
Став в 305 году правителем Египта и Сирии, Максимин приехал в Александрию. Он был весьма религиозен. Чтил Гермеса, муз и ещё очень многих других. Империя давно уже переживала духовное перерождение. Римские небеса заполнились божественными пришельцами (в их числе был и бог евреев Ягве), исконные латинские и греческие боги сильно переменились, показали свою настоящую суть. Не стоит верить христианским пропагандистам, рассказывающим, что это были какие-то бессловесные идолы. Лучше загляните в творения Плотина, Ямвлиха или Прокла. И вы убедитесь, что античные боги были отнюдь не бездушными идолами, но тончайшими умными (ударение на второй слог) сущностями, являвшимися своим адептам во время прекрасных экстазов.
По случаю своего приезда в Александрию Максимин решил устроить большие жертвоприношения. И вот прямо в момент, когда человек видит разверстые небеса и общается с божеством, в храм является Екатерина и начинает скандалить: «Прелестью вы от бесов прельстились и служите, будто богам, идолам тленным и бесчувственным». Ой, как нехорошо. Представьте себе, что во время молитвы в церковь или мечеть входит одержимая атеистическими, например, идеями барышня и громко вещает: кому вы там молитесь, глупые, хватит уже, оставьте небо птицам. Что сделает в такой ситуации любой христианский или мусульманский властитель? Вариантов не так уж и много: забивание камнями, костёр, в наше время — психбольница. А что сделал Максимин? Только сказал: «Оставь нас ныне совершать жертвоприношение, а потом мы послушаем твои речи». Житие Екатерины ясно показывает, насколько толерантен был этот язычник.
Людям веками внушали, что римские императоры — кровавые звери. Были и такие. Но были и вполне приличные люди. Тот же Диоклетиан. Другое дело, что христиане изо всех сил провоцировали власти на репрессии. Ненавистник языческих императоров Лактанций объясняет начало Диоклетиановых гонений следующим образом: во время одного из официальных гаданий (по печени жертвенного скота) христиане, присутствующие на церемонии, тайно перекрестились. В результате боги не явились на зов и обычных знаков не подали. Гаруспики заволновались, поскольку это могло означать недоброе предзнаменование. Повторили гадание. И — то же самое. Тут главный жрец заметил христиан и понял, что это их козни.
Диоклетиан, который всё это видел, был страшно возмущён. Его можно понять: ведь до того момента он всячески благодетельствовал христианам, они служили у него и по гражданской части, и в армии (как знаменитый Георгий Победоносец), а тут вдруг такое вредительство. Вопрос: зачем высокопоставленные чиновники-христиане, которым великий император позволял не участвовать в государственных таинствах (раз уж это им так противно), пришли в храм и стали элементарно гадить? Да, как видно, одержимость богом евреев предполагает устремлённость к страданиям. В конце концов, Иисус Христос ведь тоже отдал себя этому богу на страдания и смерть.
Лактанцию кажется, что он рассказывает о зверстве Диоклетиана, на самом же деле он говорит об особенностях характера божества, которому нравится людская боль. К тому же история с мистическим вредительством во время государственного гадания очень точно передаёт суть дела: христиане буквально своими собственными руками запустили репрессии. Для чего? Мученики считали, что смерть за Христа — это самый прямой путь к спасению. А если посмотреть со стороны, то можно увидеть чётко отлаженный механизм: Ягве использовал языческую администрацию для создания нового избранного народа, христиан.
Церковь тщательно следила за приумножением этого народа, состоящего из живых и погибших, вела счёт жертвам, содержала специальных диаконов, единственным занятием которых было ходить на суды над христианами (в Риме, например, было семь таких диаконов, по числу городских районов) и протоколировать ход процессов. Потом всех погибших признавали святыми и заносили в календарь, который вскоре целиком заполнился. Амасийский епископ Астерий был в полном восторге: «Если бы какой-либо любитель мучеников восхотел праздновать все дни страданий их, то для него не было бы ни одного дня в году непраздничного». Правда, были христиане, которых вовсе не радовала эта эпидемия добровольного суицида. Например, карфагенский епископ Мензурий говорил, что тех, кто без нужды принял мученическую смерть, нельзя почитать как мучеников. Но кто его слушал? По головам мазохистов Ягве шёл к власти в империи. И пришёл. Овладел не только душами масс, но и умами властителей. К этому он и стремился, заставляя своих адептов провоцировать казни. Но стать верховным богом империи он смог не ранее, чем избавился от экстремистов страдания.
Екатерина была именно такой экстремисткой. После безобразной выходки в храме был организован диспут, на котором 50 философов спорили с девушкой, но ничего не смогли противопоставить её фанатичной логике. А в результате сами уверовали и были казнены. Дальше начинаются муки самой Екатерины. Для них придумали какое-то страшное колесо с ножами, чтобы терзать её плоть. Не буду описывать этот ужас, поскольку, во-первых, упомянутое колесо можно увидеть на многих картинах, изображающих упорную деву, а во-вторых, некий добрый ангел всё-таки избавил её от пыток устрашающим колесом. Тем не менее, глядя на мучения Екатерины, уверовали и были обезглавлены следующие лица: жена Максимина, военачальник Порфирий, 200 его солдат. Максимин Даза был просто в отчаянии, когда пришлось их казнить. Екатерина погибла последней, ей отрубили голову. Конечно, то, что перед смертью дева умудрилась утащить за собой на тот свет ещё 252 человека, поражает воображение. Какой характер!
Прошло почти 300 лет, и вот каким-то чудом голова и левая рука Екатерины обнаруживаются на юге Синайского полуострова. В тех местах ещё с III века селились отшельники. Их тянуло к горе Синай (Хорив), поскольку именно здесь Ягве дал евреям Закон, а несколько раньше явился Моисею в пламени горящего, но не сгорающего куста: неопалимой купины. После явления мощей Екатерины в тех краях возник знаменитый Екатерининский монастырь, мощное сооружение под горой, целый город монахов. Его поддерживали, укрепляли и украшали многие византийские, а позднее и русские, властители.
О русских. В декабре 1658 года царь Алексей Михайлович Тишайший охотился недалеко от Москвы в заповедной Ермолинской роще (это около города Видное). Так увлёкся, что и не заметил, как стало смеркаться. Решил ночевать прямо в роще, в походном шатре, чтобы назавтра продолжить охоту. Во сне царю явилась дева сказочной красоты в белоснежных одеждах и сказала, что у него только что родилась дочь. Проснувшись, Алексей и заспешил в Москву. На подъезде к Коломенскому царский поезд встретил гонца с радостной вестью: царица разрешилась. Значит, сон был пророческий. Алексей дал обет построить монастырь на том месте, где было видение.
Алексей Михайлович слыл человеком мягким, но в характере его было нечто ужасное: чутьё на возможный бунт и умение разжечь его. Смолоду царь провоцировал беспорядки, приближая к себе проходимцев и вводя невыносимые налоги, будоражил людей. А потом раздувал страсти путём демонстрации своей как бы слабости. Дальше, естественно, лилась кровь. Так было в случаях Соляного и Медного бунтов. Нечто подобное наблюдалось и во время восстания Разина. И уж совсем откровенно царь провоцировал к неадекватным поступкам патриарха Никона. Для православия это обернулось расколом. Царя прозвали Тишайшим, а царствование его — бунташным. Это справедливо. Он любил потихонечку стравливать и наблюдать, как дерутся. У него были даже специальные зверинцы, в которых содержались животные для игр, напоминающих гладиаторские. Один из этих зверинцев был как раз там, где явилась Екатерина. Похоже, не зря в таком месте и такому царю явилась святая, умудрившаяся увести с собой на тот свет столько народу.
Всякое место имеет свою судьбу. После революции Екатерининский монастырь, основанный на месте видения, был превращён в тюрьму. Поначалу — обычную. Но в 1937 году монастырские корпуса и прилегающие к ним территории переходят в ведение НКВД. Ежов лично руководит обустройством этого полюбившегося ему места, Дачи пыток, как оно называлось в народе, а официально — спецобъект № 110. Там был и кабинет наркома, и камеры, рассчитанные на полторы сотни заключённых из состава высшей руководящей элиты. Всё было чётко продумано: строжайшая изоляция, номера вместо имён (и для узников, и для охраны), опытные следователи, удобные пыточные казематы, прекрасное оборудование для допросов.
Вскоре Ежов на себе испытает, как действует созданная им тюрьма: последние девять месяцев своей жизни он проведёт именно здесь. И пока беспощадный нарком будет познавать беспредельность страданий, его кабинет в бывшей Екатерининской обители приспособят к вкусам другого чудовища, Лаврентия Берии. Этот любил комфорт: дерево по стенам, мягкие портьеры, спецсвязь, лифт прямо из кабинета в подвальный этаж, где пытают… Садисты по-своему очень чувствительны к месту работы и отдыха. Там, где нормального человека ломает, для садиста рай. Помрачённость ― естественное состояние его духа. Он потому и палач, что мрак и боль — его родная стихия. Его тянет в места с дурной энергетикой. Он ею питается. Поезжайте в Видное, загляните в монастырь, побродите там, почувствуйте это место, убедитесь, что дух Екатерины явился там Тишайшему совсем не случайно.
Дочь Алексея Михайловича, рождение которой было возвещено ночным видением в заповедной роще, назвали, естественно, Екатериной. Она доживёт до 1718 года и станет восприемницей при крещении в православие жены Петра I Марты Скавронской, которую, соответственно, тоже назовут Екатериной. Впоследствии в честь неё (Екатерины I) будет названа и ещё одна немка — София Августа Фредерика (Екатерина II). Это имя сделается популярным в России. В русской классической литературе с ним часто связано что-то страшное или трагическое. Характерный пример — Катерина из «Грозы» Островского. Или вот, скажем, Катька из поэмы Блока «Двенадцать»: «У тебя на шее, Катя, / Шрам не зажил от ножа, / У тебя под грудью, Катя, / Та царапина свежа!» Кажется, эти литературные шрамы идут ещё из времён императора Максимина Дазы.
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
