Главный знаток российского крупняка верит, что национализации не будет. В обстановке, когда одни российские официальные лица с ужасом предрекают к концу года вторую, ещё более мощную волну кризиса, а другие, наоборот, прогнозируют к этому времени оживление национальной экономики, ощущается острая потребность во взвешенной — по возможности, разумеется, — оценке ситуации.

В обстановке, когда одни российские официальные лица с ужасом предрекают к концу года вторую, ещё более мощную волну кризиса, а другие, наоборот, прогнозируют к этому времени оживление национальной экономики, ощущается острая потребность во взвешенной — по возможности, разумеется, — оценке ситуации. На фоне алармизма одних и эскапизма других позиция ведущего исследователя крупного бизнеса в России экономиста Якова Паппэ выделяется сдержанностью, нюансированностью и высоким уровнем рефлексии.

Пациент скорее жив, чем мёртв?

Своё видение перспектив крупного российского бизнеса д-р Паппэ изложил в статье в «Эксперте» и — в более развёрнутом виде — во время выступления в Московском центре Карнеги. Тезисы, разосланные к обсуждению в Карнеги, сам автор назвал «нагло-оптимистичными». «Наглостью» он считает собственное утверждение о том, что крупный бизнес переживёт кризис. Что даёт ему основания так считать?

Известно, каких усилий стоило Олегу Дерипаске создать свою промышленную империю. Не обошлась там и без услуг «неформальных институтов». Но сегодня сумма долгов превышает возможные прибыли предприятий — и Дерипаска, лишённый прямой господдержки, рискует оказаться один на один со своими трудностями. И пока не видать очереди из элит, желающих во что бы то ни стало помогать бывшему олигарху. Если во время формирования мегахолдинга коррупция и была системообразующим институтом, то сегодня условием спасения Дерипаски должны стать открытость, прозрачность, легальность — словом, как раз то, без чего невозможно реструктурировать долги перед кредиторами, искать покупателей на горящие активы, инвесторов любых мастей…

Читать дальше

Во-первых, Паппэ исходит из того, что переживаемый человечеством экономический кризис не является экстраординарным и не повлечёт потрясения основ. Это всего лишь сочетание, как он выражается, «обычного циклического спада» и сдувания отраслевого пузыря в финансовом секторе. С его точки зрения, нынешний кризис по масштабу сопоставим с кризисом 1973—1975 годов и не идёт ни в какое сравнение с Великой депрессией.

Во-вторых, он полагает, что за 15 лет развития российский бизнес приобрёл необходимую для выживания в трудные времена зрелость и устойчивость. Разумеется, по сравнению с крупными национальными корпорациями отечественный бизнес ещё подросток, и кризис, к сожалению, замедлит процесс его «дальнейшего приближения к мировым стандартам» (формулировка Паппэ). Тем не менее крупные российские компании выстоят и в общем и целом сохранят место на рынке.

В-третьих, считает Паппэ, антикризисная политика государства по отношению к крупному российскому бизнесу является лояльной (и по отношению к собственникам, и по отношению к иностранным кредиторам) и прорыночной. Прорыночность, как можно понять, выражается в том, что господдержка оказывается не всем желающим и не на любых условиях, а лояльность — в том, что руководство страны не стремится к смене собственников и помогает им расплатиться с иностранными банками.

Пациент скорее мёртв, чем жив?

Это были, так сказать, котлеты. Теперь о мухах. Острый глаз д-ра Паппэ обнаружил изрядное количество этих неприятных и вредных насекомых на пажитях российской экономики.

Во-первых, важно понимать, что Паппэ имеет в виду, когда говорит об «ординарности кризиса». Отвечая на вопросы, он назвал 10-процентное падение российского ВВП в этом году реалистичным и даже оптимистичным прогнозом. Он предупреждает, что кризис в России окажется глубже, чем в США, ЕС и других странах БРИК. Многие российские собственники уже столкнулись с тем, что их дойная корова превратилась в дохлую собаку, а многим это только предстоит.

Во-вторых, перед крупным российским бизнесом в полный рост стоят чрезвычайно серьёзные проблемы, которые постепенно начинают осознаваться. Паппэ называет три фактора, серьёзно влияющих на перспективы «пациента»:

• Внешний долг российских компаний. Составляет, по разным оценкам, от 500 до 800 млрд долларов (для сравнения: это больше ЗВР страны). Сама собой эта проблема не рассосётся.


• «Залоговая бомба». В залоге у четырёх госбанков — Сбербанка, ВЭБа, ВТБ и Газпромбанка — находится существенная часть активов крупного бизнеса. По оценке Паппэ, уже осенью перед госбанками встанет вопрос, что делать с этими залогами. В то, что российские корпорации смогут выкупить заложенные активы, он не верит. Национализировать, по мнению Паппэ, — плохо; государство — неэффективный собственник (с другой стороны, не национализировать — значит всем российским народом оплачивать благополучие неразумных дерипасок и альфа-банков). Исследователь надеется, что государство в большинстве случаев не пойдёт на национализацию, хотя ему кажется, что «Норникель» всё-таки отберут.


• Неизбежная зависимость крупного российского бизнеса от иностранного финансирования. Паппэ замечает, что требования крупных российских бизнес-групп «не могут быть удовлетворены национальной финансовой системой, какие бы усилия для её развития ни предпринимались». Идею быстрого превращения России в великую финансовую державу он, как и все сколь-нибудь разумные люди, всерьёз не воспринимает.

В-третьих, антикризисная политика государства хороша преимущественно тем, что могло бы быть и хуже. В связи с этим Паппэ с видимым удовольствием пересказал недавний разговор с Сергеем Алексашенко. «Как вы оцениваете антикризисные действия правительства?» — спросил он у бывшего зампреда ЦБ. «На четыре с минусом, — ответил Алексашенко. — Но если бы оно вообще ничего не делало, я бы поставил ему твёрдую четвёрку».

Белая книга российского бизнеса

Мнение Паппэ имеет особый вес потому, что он главный в России специалист по жизни крупных национальных корпораций. Он изучает их с рождения: с весны 1993 года, когда постановлениями правительства были созданы акционерные общества «Газпром», «Роснефть», «ЛУКОЙЛ», «Сургутнефтегаз», «ЮКОС» и «ЕЭС России». Именно Паппэ с коллегами ввели в оборот понятие «интегрированная бизнес-группа» (ИБГ) для обозначения тех образований с неясными, но твёрдыми границами и непонятной никому, кроме истинных владельцев, структурой собственности, из которых состоит высшая лига российского бизнеса.

В 2000 году Паппэ опубликовал книгу «Олигархи», историю крупного российского бизнеса с 1992 по 2000 год. Книга стала бестселлером: империя Гусинского и «семибанкирщина» тогда волновали всех. Спустя девять лет в соавторстве с Яной Галухиной у него вышла новая книга — «Российский крупный бизнес: первые пятнадцать лет». Издатель и авторы называют её, по цвету обложки, «Белой книгой российского бизнеса», в отличие от «Чёрной книги» — «Олигархов».

Подзаголовок — «Экономические хроники 1993—2008» — несколько дезориентирует читателя. На самом деле это книга про крупный бизнес эпохи Путина, и особый интерес в ней представляют главы про отраслевую экспансию государства и госкорпорации. Создание госкорпораций, по мнению Паппэ, означает, что руководители Российской Федерации не доверяют решение экономических задач уже не только частному бизнесу (это давно не новость), но и «регулярной бюрократии», госаппарату. Как заметил на презентации «Белой книги» Борис Кузнецов, «в России есть КБ (крупный бизнес) и КГБ (крупный государственный бизнес); это разные вещи».

Справка

Что такое ИБГ (интегрированная бизнес-группа)?

Пример из книги Я. Паппэ, Я. Галухиной «Российский крупный бизнес: первые пятнадцать лет»

ИБГ акционеров банка «Россия»

Основные собственники: Ю. Ковальчук, Г. Тимченко, Н. Шамалов, Д. Горелов.

Миноритарные акционеры: С. Колесников, С.Матвиенко, М. Шеломов.

Ключевые менеджеры: Ю. Ковальчук (председатель совета директоров банка «Россия»), Д. Лебедев (председатель правления банка «Россия»), Л. Совершаева (председатель совета директоров «Национальной медиа-группы» и ИК «Аброс»).

Основные составляющие:

1. Выборгский судостроительный завод — судостроение.


2. «Национальная медиа-группа» (ТРК «Санкт-Петербург» и «Рен-ТВ») — телевещание (55%, ещё по 19,5% — у ИБГ «Северстали» и «Сургутнефтегаза»).


3. «Национальные телекоммуникации» («Мостелесеть», «Санкт-Петербургское кабельное телевидение», «Национальные кабельные сети», «Макомнет» и др.) — кабельное телевидение и интернет (контрольный пакет у «Национальной медиа-группы», миноритарные пакеты — у ИБГ «Северстали», «Сургутнефтегаза», Газпромбанка, Сбербанка и ВТБ).


4. «Известия» — газета (50,2% акций у СОГАЗа).


5. Gunvor — международная оптовая торговля нефтью и нефтепродуктами.


6. НОВАТЭК — газовая промышленность (5%).


7. Банк «Россия».


8. СОГАЗ — страхование (51%).


9. «Лидер» — управление активами, в том числе активами НПФ «Газфонд» (доминирующий пакет у СОГАЗа).


10. «Аброс» — инвестиционная компания (более 50%).

ОТПРАВИТЬ: