Кино теперь не только снимают, но и ставят на сцене. В начале сентября в рамках фестиваля молодой драматургии «Любимовка» был презентован конкурс-лаборатория «Кино без плёнки».
Кино без плёнки в нищие 20-е годы изобрели молодые советские кинематографисты Кулешов, Гардин и Пудовкин. Причины были отнюдь не творческие — плёнка стоила дорого, а кино делать хотелось. Вот энтузиасты Великого немого и придумали — ставили на сцене рамку, ограничивающую пространство кадра, и разыгрывали в этой рамке короткие сценки. То есть это был как бы ещё театр — зрители в зале, исполнители на сцене. Но и уже кино — исполнителями были не актёры, а «натурщики», а вместо диалогов и монологов — действие, действие, действие.
В конце концов «натурщики» стали известными советскими актёрами, а нищие энтузиасты — мэтрами, основателями блестящего кинематографа 20-х годов.
Сегодня молодых кинематографистов гонит на сцену не нищета и не отсутствие плёнки — кажется, сейчас уже даже в электрочайнике есть встроенная видеокамера, снимай не хочу. Гонит другое — лютое, бешеное желание быть увиденными и услышанными, быть замеченными.
Если вы возьмёте почти любое интервью почти любого кинематографиста старше сорока лет, вы без труда заметите две главные мысли, иногда парадоксальным образом соседствующие даже в одной реплике: «нет новых имён» и «слишком много новых имён». Так нет или слишком много? А и то и другое. Имён много, но с ними не умеют и не хотят работать. Сегодня едва ли не любой новый человек, который получает возможность дебютировать в кино, производит фурор. Сигарев, Вырыпаев, Волошин, Меликян — это у нас-то нет имён? А тех, у кого не получается взаимопонимания с кино, перехватывает телевидение, где умеют и считать деньги, и работать с кадрами.
То же самое с театром. «Большие» театры современную драматургию не замечают в упор. Однако множество сделанных на коленке драматургических конкурсов дают возможность автору хотя бы в читке, без декораций, костюмов и почти без актерской игры, услышать свой текст. И пьесы начинают жить, приобретают поклонников, недоброжелателей, последователей. Происходит притяжение и отталкивание, идёт движение вперёд. Автор уже пишет не в стол, а к «Евразии», к «Любимовке», к «Действующим лицам». Выигрывает, не выигрывает — не важно. Важно, что пишет. И имеет возможность услышать, как звучит его текст со сцены, послушать мнение зрителей и высказать своё.
Неудивительно, что рождаются пьесы, которые, не будучи событиями театральной жизни, являются событиями жизни литературной. Такие, например, как «Монотеист» Клавдиева, «За линией» Пулинович, «Сухие завтраки» Дурненкова. У пьесы долгая жизнь — текст, разосланный по электронной почте, потом публикация в журнале, потом читка, потом спектакль. И всё это время пьеса живёт.
А вот у сценаристов нет ни «Любимовки», ни «Евразии», ни «Действующих лиц». Сценарии их живут недолго, умирают бесславно.
Конкурс-лаборатория «Кино без плёнки» был придуман как раз для того, чтобы продлить жизнь сценария. Проект безбюджетный и некоммерческий. Это конкурс, потому что в нём может приять участие любой желающий. И это лаборатория, потому что победителя ожидает не приз, а лабораторная работа. И конечно, прежде всего он нужен не продюсерам, чтобы они могли по дешёвке прикупить новый сценарий. Он нужен самим сценаристам — чтобы они могли «увидеть» свой сценарий живым, не зарезанным редактором и не «истрактованным» режиссёром.
Считается, что сценарист должен уметь писать. Это не совсем так. Это лишь один из навыков, причём не самый важный. У многих выдающихся сценаристов были проблемы с русским языком (гениев Луцика и Саморядова два года подряд не брали во ВГИК из-за того, что они были элементарно неграмотны). Главное, что должен уметь сценарист, — это слышать, видеть и понимать. Где же ещё можно научиться этим навыкам, если не в кругу коллег, обсуждающих работы друг друга?
«Кино без плёнки» дебютировало поставленной режиссёром Романом Индыком читкой сценария Дарьи Грацевич «Недотроги». «Театральный», даже немного «сериальный» сценарий с большим количеством диалогов как нельзя лучше подходил для первой читки.
Мнения разделились, обсуждение было бурным, ругали сценарий, хвалили сценарий, ругали читку, хвалили читку, но в итоге сошлись на том, что нужно попробовать ещё. И попробовать «как-то по-другому».
На самом деле пока даже основатели конкурса-лаборатории из Театра.doc и сценарной мастерской kinshik не совсем представляют, каким должно быть представление киносценария на сцене. И опыт проведения драматургических читок помогает мало.
Например, средний объём сценария почти в два раза больше объёма пьесы. Зрители легко выдерживают трёхчасовой фильм и четырёхчасовой спектакль, но с трудом могут высидеть больше часа читки. Значит, приходится либо жертвовать цельностью сценария и делать значительные купюры, либо рисковать утомить зрителей.
Кроме того, в читках считается дурным тоном актёрство, чрезмерное интонирование, когда исполнитель «подаёт реплику на лопате». Это очень мешает, зритель сразу теряет связь с текстом и переключается на актёра.
Нужны ли костюмы? Нужна ли музыка? В Москве ни то ни другое почти не используется. А в Екатеринбурге актёры Николая Коляды на читках всегда в костюмах и всегда звучит музыка. Может быть, поэтому зрители легко выдерживают двенадцатичасовые марафоны читок во время фестиваля «Евразия»?
Применим ли этот опыт при читках сценариев? Ей-богу, пока непонятно.
В пьесе главное — текст. В кино — картинка.
Когда в театре героиня держит в руках бумажный самолёт, это может означать, что она летит на самолёте. Когда в кино героиня держит в руке бумажный самолёт — это значит, что героиня держит в руке бумажный самолёт. Театр условен, кино безусловно.
Возможно, нужно научиться театральными средствами решать киношные задачи. А возможно, наоборот, применять в театре киношные средства — крупный план, деталь, панораму, параллельный монтаж. Например, Михаил Угаров, который в этом году вместе с Мариной Разбежкиной набрал кинотеатральную мастерскую в Высшей школе журналистики, собирается ставить на сцене Театра.doc документальное кино.
Конкурс-лаборатория «Кино без плёнки» продолжается. Читки будут происходить раз в месяц в Театре.doc. А во время январских каникул планируется провести трёхдневный фестиваль читок киносценариев.
Запасаемся попкорном.
