Проблема Косова, разумеется, никоим образом не может рассматриваться как изолированный, уникальный случай. Утверждения представителей западных стран о том, что признание независимости этой территории не является прецедентом, не выдерживает никакой критики.
В послевоенной истории можно привести не менее 10 случаев появления на планете так называемых непризнанных государств (об этом «Частный корреспондент» писал в статьях «Процесс пошел» и «Дивный новый мир»). В основе возникновения данного феномена лежит неразрешимое противоречие между двумя основополагающими принципами международного права: принципом нерушимости границ и принципом права наций на самоопределение. Как несложно понять, эти принципы прямо противоречат друг другу. Какой из принципов должен действовать в каждом конкретном случае, остается совершенно непонятным. Универсального решения так и не было выработано, поэтому по умолчанию принято считать, что принцип нерушимости границ сильнее права на самоопределение. Именно потому «самоопределившиеся» и становятся непризнанными.
Ситуация почти всегда усугубляется тем, что непосредственной причиной создания непризнанных государств становятся конфликты этнического, а иногда также и религиозного характера (единственное исключение — Приднестровье, где конфликт является политическим, а не этническим). Такого рода конфликты оказываются иррациональными по своей сути и именно поэтому совершенно непримиримыми в психологическом плане. Они практически всегда сопровождаются взаимными этническими чистками, проводящимися с крайней жестокостью, а такое не забывается очень долго. Поэтому прецедентов добровольного возвращения непризнанного государства в состав бывшей «метрополии» до сих пор не было. Других вариантов может быть три.
1. Бывшая метрополия признает независимость непризнанного государства. До сих пор мы имеем только один полноценный прецедент: признание Эфиопией независимости Эритреи. Этот прецедент возник только потому, что эритрейские сепаратисты в 1991 году приняли непосредственное участие в свержении эфиопского правительства. Их эфиопские союзники в тот момент не могли отказать эритрейцам в признании независимости по моральным соображениям, к тому же они просто не имели сил для того, чтобы удержать мятежную провинцию. Тем не менее в 1998 году началась война между Эфиопией и уже независимой Эритреей. Впрочем, угрозы потери независимости последней она уже не несла.
В определенной степени к этой же категории относится и казус Восточного Тимора, чью независимость вынуждена была признать Индонезия. Впрочем, в отличие от Эритреи, его независимость ООН требовала признать изначально.
2. Метрополия силовым путем восстанавливает свой суверенитет над непризнанным государством, после чего все вопросы и противоречия снимаются. К этой категории относятся Биафра в Нигерии, Катанга в Заире (ныне Демократическая Республика Конго), Сербская Краина в Хорватии и Чечня в России.
3. Вопрос зависает надолго. К этой категории относятся Северный Кипр, Кашмир, Приднестровье, Абхазия и Южная Осетия, Нагорный Карабах и — в последнее время — Тайвань.
К последней категории относилось и Косово. Сербия не имела возможности реализовать второй вариант, при этом отказывалась повторить первый. Теперь получился фактически четвертый вариант. Независимость Косова признана «цивилизованным миром». Впервые непризнанное государство стало признанным против воли бывшей метрополии. Или не стало?
Стран, признавших независимость Косова, сегодня 53. Среди них очень мощные и влиятельные государства: США, Великобритания, Франция, Германия, Италия. Тем не менее даже внутри ЕС нет полного согласия по данному вопросу. В частности, признавать Косово не собирается Испания. Главное же в том, что, пока Россия и Китай будут блокировать в Совбезе ООН вынесение на Генеральную Ассамблею этой организации вопрос о косовской независимости, полноценным государством Косово не станет.
Если вернуться к вопросу о прецедентности косовского случая, то нельзя не отметить того, что мировое сообщество должно наконец избавиться от двойных стандартов и попытаться найти универсальный подход к проблеме непризнанных государств.
Из всех существующих непризнанных государств Косово, пожалуй, в наименьшей степени заслуживает независимости.
Во-первых, если народы непризнанных государств на территории бывшего СССР завоевали фактическую независимость «своими силами», то Косово отторгнуто от Сербии путем внешней агрессии со стороны НАТО.
Во-вторых, все постсоветские непризнанные государства теми же своими силами контролируют свою территорию. Более того, во всех этих государствах осуществляется полноценный электоральный процесс. Косово даже под контролем войск НАТО осталось бандитским анклавом, а уж Сербия по своей состоятельности превосходит его на порядки.
Фактов проведения режимом Милошевича этнических чисток против албанцев отрицать нельзя. Как и фактов проведения албанцами этнических чисток против сербов. Увы, как уже было сказано, все конфликты такого рода сопровождаются этим отвратительным явлением, причем с обеих сторон, косовский конфликт и в этом плане ничем принципиально не отличается от остальных подобных конфликтов. Единственное исключение — Приднестровье. Возможно, именно поэтому только данный конфликт и имеет шансы на мирное разрешение.
Совершенно поразителен популярный на Западе аргумент о том, что только признание независимости Косова обеспечит мир в этом регионе. Во-первых, это в высшей степени неочевидно, во-вторых, почему это не относится к другим непризнанным государствам? Не менее интересен и тезис о том, что отделение Косова от Сербии стало логичным этапом распада Югославии. Почему тогда не признать отделение Абхазии и Южной Осетии от Грузии этапом распада СССР?
К сожалению, Запад, решив, что он победил в холодной войне, впал в догматичную уверенность в собственной непогрешимости и в том, что только его политическая система имеет право на существование. Он сам себя провозгласил «всемирным начальником» и «цивилизованным миром». Любое несогласие с его позицией он объявляет «попранием свободы и демократии». Подобное поведение уже очень далеко от свободы и демократии.
Косово стало наиболее ярким олицетворением данного стиля поведения. Устроив в 1999 году «гуманитарную интервенцию» ради прекращения этнической чистки сербов против албанцев, НАТО тем самым обеспечило этническую чистку албанцев против сербов. По прошествии девяти лет стало понятно, что ситуация в крае зашла в тупик. Признать этого Запад не мог в принципе. Он до конца будет доказывать, что прав всегда и во всех случаях. Из этой своеобразной логики естественным образом вытекает признание независимости Косова, дополненное заявлением об «уникальности» данного события.
Сейчас, впрочем, возникает еще один интересный аспект данной ситуации. В Косове начинает действовать EULEX — миссия Евросоюза численностью 3 тыс. человек, которая будет контролировать полицию, суды и таможню края. Ранее аналогичные функции выполняла миссия ООН, но теперь она останется только в северной части Косова, населенной в основном сербами.
Миссия ЕС формально нейтральна к статусу Косова, что рассматривается как уступка Брюсселя Белграду. На самом деле Евросоюз хочет добиться окончательной независимости края, при этом, вполне вероятно, Сербию будут «покупать» перспективой вступления в ЕС, если она откажется от края. В этом случае Москва и Пекин не смогут блокировать признание Косова Совбезом — нельзя быть большим Белградом, чем сам Белград. Для Брюсселя эта задача представляется крайне важной — он хочет быть реальной единой силой в мировой политике и единолично управлять ситуацией в Европе, не оглядываясь на США, НАТО и Россию.
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
