Один из четырёх имперских городов Марокко. Дворцы и пышные приёмы, ушлые торговцы и прекрасные виды природы глазами русской туристки.
Когда мы приехали на вокзал Касабланки, нам оставался ещё час до поезда в Марракеш. Если бы я была одна, то, может быть, решилась поехать к морю, чтобы посмотреть на мечеть с самым высоким минаретом в мире. Кроме неё, в Касабланке смотреть нечего. Но я осталась на вокзале вместе со своим попутчиком. Там мы познакомились с одной туристкой, которая ехала с аэропорта одна, и вот что она нам рассказала.
В вагоне, в котором она ехала, сидели почти только мужчины. Ни один не ответил ей, когда она спросила, свободно ли место и может ли она там сесть. Когда она поднимала свой чемодан на верхнюю полку, ей никто не помог. Потом в поезд вошёл мужчина с сумкой, и все мужики подпрыгнули и стали ему помогать. Когда в вагон вошла ещё одна женщина, на этот раз марокканка в традиционной одежде с очень тяжёлой сумкой, помогать ей опять же никто не стал, никто не двинулся с места… Я подумала, что это всё не так страшно, главное, чтобы они не приставали со свойственной им навязчивостью.
В поезде мы еле нашли два места в одном купе, где, кроме нас, расположилось три марокканца. Один спал, развалившись на полсиденья, один что-то читал. Часа два спустя читающий начал молиться.
В 8 часов вечера унылый степной пейзаж за окнами растворился в темноте, и только время от времени мы останавливались на каких-то станциях или проезжали мимо огней городков и деревень.
На вокзале Марракеша на нас налетели таксисты. Я уговорила попутчика идти пешком, и мы смогли от них отбиться.
Весь следующий день я посвятила конференции, сделав паузу только в обеденный перерыв, насладившись тёплым солнцем Марракеша. Климат Марракеша приятно знакомый — сухой воздух и за счёт этого легко переносимая жара. Хотя погода не была слишком жаркой. А по ночам нельзя было обойтись без куртки.
Вечером я присоединилась к паре участников конференции — мы поехали в центр города на такси. Таксист привёз нас в старый город (который носит название медина), рассказав, что если подняться по ступенькам в доме, около которого он остановился, то нам откроется великолепный вид на город. Оказалось, что в доме был магазин ковров, а вид был огорожен высокой стеной, так что особого впечатления он не производил.
Мы легко отвязались от продавцов ковров и отправились дальше, смотреть совсем ещё незнакомый город. Мы шли по улицам, переулкам, которые поражали своей атмосферой — странные запахи со всех сторон, необычные товары, горы специй, лавки ремесленников, жестянщиков и ювелиров, женщины в чалме, кричащие дети.
На развалинах дворцов и домов то тут, то там гнездились аисты. Когда мы дошли до главной площади города, Джема-эль-Фна (причислена к мировому культурному наследию ЮНЕСКО), я была поражена ещё больше. Огромная площадь, заполненная людьми. Здесь были и многочисленные стенды с сухофруктами, свежевыжатым апельсиновым соком, едой. Заклинатели змей, факиры, базарные акробаты, искусницы росписи хной, водоносы в старинных костюмах с бубенцами, которые уже давно воду не продают, а только пытаются содрать деньги с туристов за фотографию...
Зазывалы цеплялись за туристов на каждом шагу, придумывая разные способы заманить тебя на тот или иной стенд.
Выпив свежевыжатого апельсинового сока (который стоил всего ок. 30 евроцентов), мы забрели в сукс — торговые ряды, тянущиеся от Джема-эль-Фна вглубь медины. От многообразия товаров, разноцветности тканей и пестроты одежды самих продавцов и покупателей, смешанных со звоном бубнов, песнопениями местных жителей и криками зазывал, в голове кружилось, в глазах пестрело...
Так как я спешила на вечерний приём по случаю открытия конференции, времени на покупки у меня не было. Я поехала обратно к гостинице, а мои попутчики приёму предпочли прогулку по старому городу. И, кстати, зря. Приём был очень интересным.
Нас отвезли за пределы города, где стояла крепость. Около неё нас встречали марокканцы, одетые в традиционную одежду, — мужчины-воины с оружиями на конях, женщины, танцующие и напевающие старинные мотивы народных песен, музыканты, акробаты, заклинатели змей, факиры....
Шведский стол был накрыт, и мы разместились под шатрами на удобных диванах с подушками и начали трапезу. Большая часть блюд марокканской кухни содержит мясо. Но я могла есть вегетарианский кускус, а также знаменитые таджин — овощи, приготовленные в специальном сосуде, который так и назывался — таджин. Весь вечер нас сопровождали музыканты и танцоры. После ужина можно было прокатиться на верблюде, сделать себе временную татуировку хной.
На следующий день, встав с утра пораньше, мы отправились в королевский дворец Бахиа, знаменитый тем, что на его территории снимали фильм о Лоуренсе Аравийском. Когда мы приехали в город, обнаружилось, что дворец пока ещё закрыт. Но мы решили не терять время и пошли на прогулку по кварталу поблизости дворца. Хотя ещё не было 8 утра, в городе кипело оживление — торговцы выстраивали свои лотки, из малюсенькой пекарни в подвале дома выносили свежеиспечённые ароматные лепёшки. Мы забрели в еврейский квартал Марракеша под названием Мелах. Там купили специи, горы которых были умело выстроены на каждом шагу, и побрели дальше, в сторону дворца. Во дворце мы оказались первыми туристами и смогли в полной мере насладиться идиллией пышной зелени садов, солнечно освещённым двором, прохладой залов, искусно украшенных резьбой и мозаиками. Тишина залов и мурлыкание кошек (которых тут была куча) успокаивали и заряжали положительной энергией на целый день.
Выходя из дворца, мы столкнулись с оравой туристов и поняли, как нам повезло. В отличном настроении мы отправились на конференцию. Я решила не терять времени и всевозможные перерывы между конференционными сессиями использовать, чтобы посмотреть город. Пришлось потратиться на такси, которое было недорогим для туристов, но всё же не таким уж дешёвым для местных жителей. Местных возили по счётчику, а туристов — за такую сумму, на которую у таксиста хватало совести. Мы умело торговались, сбивая её до минимума.
В тот же день мы успели посетить сад Менара, после чего отправились к религиозной школе Медерса. Пройти к ней можно было только через торговые ряды — сукс. В этот день я получила негативное впечатление от торговцев. Школа Корана была, к сожалению, закрыта. Так что ни с чем мы отправились обратно через ряды, в которых на нас то тут, то там налетали марокканцы, пытаясь что-то продать. Мне так и пришлось сделать покупку, хотя я совсем этого не планировала. Просто глянув беглым взглядом на товар, я была тут же остановлена торговцем. Он назвал мне баснословную цену, на что я ответила, что дала бы в 6 раз меньше, надеясь, что его эта цена совсем не устроит. Так оно и было. Но отойдя метров на 500 дальше, скрывшись за углом, я услышала — мадам, мадам, ок! Он бежал за мной с товаром, согласный на мою сумму. Пришлось купить. Думаю, что даже если бы я назвала сумму в 10 раз меньше предложенной, то смогла бы купить товар за свою цену.
Торговаться с марокканцами можно, но многие торговцы в суксах избалованы туристами, приезжающими из Европы, для которых всё это очень дёшево.
На следующее утро мы посмотрели ещё один из садов Марракеша. Я поняла, что сады — это не самая лучшая достопримечательность Марракеша. Это не были зелёные парки. В садах росли оливковые и апельсиновые деревья и пальмы, причём деревья были посажены в форме плантаций. В водоёме сада плавали огромные рыбы, похожие на карпов. Мы быстро сбежали из сада, спеша к началу третьего и последнего дня конференции.
После обеда, пропустив одну сессию, мы всё-таки посетили школу Корана, которая внутри напоминала дворец и, честно говоря, была самым красивым зданием, которое я посетила в Марракеше. Резьба и лепнина, украшающая стены и потолки школы, были необычными и ни на что не похожими. Внутри здания ютились комнатки учеников, малюсенькие. Не каждый имел счастье жить в комнате с окном. А те, кому повезло, могли наслаждаться прекрасным видом на внутренний двор.
После школы, где я сделала кучу фотографий, мы посетили бывшую купальню и музей Марракеша.
Обратный путь лежал, конечно же, снова через сукс, где я наконец-таки купила, что хотела. Утомлённые, мы вернулись обратно. Нам предстояла заключительная сессия и гала-вечер в честь закрытия конференции.
Гала-вечер был снова за городом. В этот раз нас привезли в ресторан, размерами напоминающий дворец. Ужин был оформлен и сервирован с великолепием. К сожалению, большую часть блюд я есть не смогла, потому что они состояли полностью из мяса.
В этот раз нас порадовали шоу с танцем живота. После гала-вечера мы отправились на дискотеку, где танцевали до упаду под марокканскую музыку и не только. Ночь была короткой — на следующий день у меня была запланирована экскурсия в горы. Опаздывать было нельзя.
В горы нас везли небольшими группами в микроавтобусах. Мы посетили долину реки Урика, которую населяет исконная народность Марокко — берберы. Посмотрев несколько деревень и посетив дом берберов, где нас угостили зелёным чаем с мятой, мы отправились к ресторану, в котором предполагалось обедать. Ресторан был дорогим, но, ещё не зная цены, мы решили, что обеду предпочтём прогулку в горы. Группой из 8 человек мы отправились в горы на другом берегу Урики. Не зная, как пройти на противоположную сторону, мы заговорили с одним бербером-крестьянином, который, бросив работу и оставив своего ослика с каким-то мальчиком, провёл нас через реку и решил остаться нашим гидом (надеясь на определённый гонорар).
Мы поднимались в гору, наслаждаясь прекрасным видом, открывающимся позади нас. Наш гид уверенно продвигался вперёд. Нас то и дело догоняла бабушка с огромной связкой сена на спине. Она шла почти в том же темпе, что и мы, останавливаясь время от времени, чтобы передохнуть.
На горе находилась берберская деревня, которая отличалась от тех, что мы видели внизу. Люди удивлённо разглядывали нас, а дети смотрели на нас, разинув рот. Понятно, что нам, которых внизу рядом с автобусами встречала орава торгашей, старающихся подсунуть тебе какое-либо украшение, было непривычно видеть такую картину.
К сожалению, у нас не было времени, чтобы идти дальше, вглубь деревни, поэтому мы развернулись и отправились обратно, наслаждаясь далее прекрасным видом красновато-коричневых гор, покрытых зелёном ковром деревьев и кактусов.
В последний вечер я одна ходила по суксам, чего я раньше ужасно боялась. Но в этот вечер марокканцы поразили меня своим дружелюбием и гостеприимством. Я покупала сувениры, пробовала оливки, которые по марокканскому рецепту были замаринованы в кислом апельсиновом соке, пробовала козинаки из орехов и кокосовой стружки. Везде я слышала только «Welcome to Marocco». Я выпила напоследок вкусного свежевыжатого апельсинового сока, получив добавки от мальчика-продавца, который таким образом не упустил возможности прорекламировать свой стенд, я отправилась в гостиницу на такси. Таксист попался честный, я спросила его о цене поездки в аэропорт. Наш разговор продолжался, пока мы не доехали до гостиницы, и ни к чему бы не привёл, если бы около гостиницы не стояла девочка, говорящая по-английски. Она-то мне и помогла и завершила разговор, который перешёл с вербального на объяснения на пальцах и рисование на бумажке. Моих знаний французского не хватило. Я подготовилась только к тому, что объясню таксисту, что мне надо в 5 утра в аэропорт. Но он начал задавать дополнительные вопросы, и мой словарный запас был исчерпан. А пожилой таксист говорил только на арабском и французском. Интересно, что практически все таксисты, говорящие на английском языке, сдирают с туристов огромные суммы денег.
В итоге он приехал за мной не в 5.15 утра, а в 4.45. Наверное, боялся, что я просплю, ведь в этот день переставляли часы. Ну очень милый дедушка!
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
