Спецпроект «Частного корреспондента»: блогер из Тбилиси рассказывает о повседневной жизни в столице Грузии вчера, сегодня и завтра. Продолжение следует!
Всё это время в ЖЖ я думала, что как раз и описываю грузинскую жизнь — от частного к общему. Все-таки этого недостаточно. Пожалуй, сейчас я буду делать то же самое, но немного по-другому: по темам.
Когда мы с Дато поженились, на нашу свадьбу было потрачено около 300 долларов.
Триста.
Триста долларов стоила наша свадьба.
И меня мучила совесть, что вот такие деньги потратили.
Это был 1995 год.
Моему мужу пришлось бросить любимую профессию телережиссера, потому что надо было кормить семью. Сандрик родился в 1996 году, и до года мы кормили его рисовой кашей и постным супом, иногда я уезжала в деревню к родителям и кормила там ребенка куриным бульоном, свежими яйцами и сорванными с ветки фруктами. Еще там были домашний мед, мамин хлеб и кролики. Раздолье, одним словом.
Никаких страданий по поводу тягот и лишений не было — так жило большинство наших знакомых, и это считалось нормальным — просто приспосабливались как могли. Электричество, вода в кране и поезда по расписанию — это было галлюцинацией. На тот момент здесь было не государство, а территория, заселенная людьми, управляемая стихийно и анархически.
После переезда в столицу некоторое время было тяжеловато — жили на квартире в «итальянском дворе», муж уходил с утра, некому помочь, а я с маленьким крутилась целый день по хозяйству. Это хозяйство практически ничем не отличалось от деревенского — но только в минусах, плюсов деревенских вроде свежего воздуха и раздолья как раз не было: система водоснабжения в квартале испортилась, пока чинили — воды не было два месяца (зимних месяца, заметьте), и я делала вот что: шла через улицу в соседний двор, набирала два эмалированных ведра воды и несла их домой.
Сандрик в это время играл один и ждал меня. Наполняла бак — туда входило ведер восемь, это четыре ходки.
Чтобы не тратить драгоценную воду, я сначала стирала белье дома, а потом полоскала в тазике в холодной воде прямо под краном — на улице. По пути я каждый раз встречала местных проституток — они стояли вдоль дороги и ловили клиентов. Они смотрели на меня с завистью, потому что я была спокойная и счастливая молодая женщина с красными от ледяной воды руками.
Я даже мечтать не могла о том, чтобы работать, — чужой город, маленький ребенок, работы нет, помочь некому. С того периода жизни у меня болит спина.
Муж приходил поздно вечером, очень уставший, было бессовестно просить его помочь с домашними делами. Мы вместе ложились на диван, посередине барахтался Сандро, и всё было замечательно.
Потом появились деньги, и Дато съездил в Дубай — привез целый самолет электробарахла для 12 семей, это была миссия такая. А мне привез камзол, «Ромео энд Джулиетт», — он у меня до сих пор в шкафу висит как экспонат любви.
Мы принимали положение вещей таким, как оно было. Мне и в голову не приходило требовать каких-то поблажек — я тянула свою часть лямки. Никаких драм никто не строил — всё лучшее было впереди. Потом мы купили квартиру, долго ее ремонтировали, потом обставляли, потом затеяли родить второго.
И вот тогда я почувствовала, насколько моя жизнь стала лучше.
Сандро я рожала в батумском роддоме, еще до его ремонта.
В день моего кесарева мы заплатили 25 лари на солярку в генератор — чтобы было нормальное освещение. Кроме того, каждый день я раздавала купюры как карты — сестрам, санитаркам, врачам, кстати, некоторые не брали. Еду мне приносили из дома.
В палате нас лежало шестеро. После операции меня положили на узенькую койку, на которой спать мог бы только в дрезину пьяный матрос. Ночью по палате шастали мыши. Я выписалась с температурой — сил там находиться уже не оставалось. В детской палате отопление было — обогреватель на солярке. Правда, УЗИ там делали превосходно.
После меня роддом отремонтировали по высшему разряду — это целиком заслуга покойной супруги Аслана Абашидзе, Магули, — она в самом деле была хорошей женщиной.
И вот спустя пять лет я снова рожала, на этот раз в Тбилиси.
Рожала я в частной клинике «Гера», что в лечкомбинате в Ваке, снова кесаревым, заплатили мы 400 долларов и ни копейкой больше, пробыла я в клинике 10 дней и вышла отдохнувшая: отдельная новенькая палата со сверкающим санузлом, телевизором, специальной кроватью, теплорегуляцией, вызовом дежурного врача, трехразовым совсем-как-домашним питанием, красавицами-медсестрами и посещением родных когда вздумается. Мои там были только тапочки. Да и те по желанию.
Роддомов в Грузии множество, качество по всем параметрам во всех примерно одинаковое, вопрос выбора упирается или в конкретного специалиста — мы хотели именно нашего акушера-гинеколога Сосо, или в пакет услуг — может, кто-то хочет только три дня или, наоборот, двухместный люкс.
Есть бесплатные роддома — с очень хорошим пакетом услуг, под патронажем Грузинской православной церкви. Моя подруга рожала там и вполне довольна.
Возможно, есть какие-то проколы, но конкуренция так велика, что все клиники и стационары стараются подтянуться к определенному уровню.
Для Сандрика мне надарили кучу всякого детского барахла — в доме была и кроватка, и ванночка, питание мы покупали — молока у меня не было из-за мастита. Но памперсы были только по праздникам. Ничего, марлечки меняли, кипятили, всё путем.
Для Мишки мы всё накупили сами, и это было такое счастье. Одних колясок было три штуки! Сандрику приходилось сидеть в темноте одному, пока я на балконе заправляла движок бензином: он становился на подоконник и смотрел на меня через стекло, как птенец филина: круглыми глазами в окружении светлых кудрей. Мишка же не может спать, если света нет. Вот такие они разные. В общем, очевидно, что старший родился и вырос в спартанских условиях, а младший — кум королю, но только любим мы их одинаково безумно.
Источник: merienn.livejournal.com
