«Предоставленные сами себе, события имеют тенденцию развиваться от плохого к худшему» — не знаю автора афоризма, но уже много лет он приходит на ум, как только СМИ начинают разносить отголоски скандалов с участием домашних акушеров и российские светила от медицины начинают обличать домашние роды как нечто абсолютно для России неприемлемое, недопустимое и противоречащее здравому смыслу.
В то время как 0,1—0,2% родов в крупнейших российских городах происходит за пределами стационаров. И «случайными», когда роженица просто не успела вовремя в роддом, являются лишь считанные единицы из них. Остальные — это запланированные, сознательные домашние роды. Когда ожидающие малыша родители заблаговременно сделали свой выбор в пользу того, чтобы родовая деятельность (схватки, потуги и сам по себе процесс родов) происходила в привычных им домашних условиях, полностью отказавшись от услуг официальной — государственной или частной — системы родовспоможения.
Много это или мало? В Москве, например, это 2500 родов в год, по оценкам Марка Аркадьевича Курцера, главврача Центра планирования семьи и репродукции № 1. В Петербурге, видимо, около тысячи. Наверное, это не очень впечатляющие цифры. Но давайте попробуем увидеть за каждой из них человеческую жизнь. Жизнь нового гражданина прекрасной страны и жизнь, здоровье и благополучие его мамы. Которой ещё — после домашних родов — предстоит обеспечивать счастливое, беззаботное детство этому человеку. И потому мама, разумеется, должна оставаться в лучшей физической и эмоциональной форме.
Чтобы легче было представить, что дома и в воду рожают не какие-то бесконечно далёкие от нас и неизвестные в широких кругах маргиналы, напомню или раскрою тайны: дома, ещё в далёкие 80-е, родилась дочь Константина Райкина и Елены Бутенко Полина, дома рожали своих деток артистки всемирно любимой труппы «Лицедеи» и супруга ее руководителя Леонида Лейкина; дочь Лиза виолончелиста легендарного «Аквариума» Севы Гаккеля тоже родилась дома и в воду; дома в Краснодаре рожала четыре года назад своих девочек-двойняшек Маша Макарова («Маша и медведи»), а роды солистки группы «Демо» Саши Зверевой в собственной ванне в октябре 2007 года могли посмотреть в интернете все желающие. Второго ребёнка со своим супругом Николаем Фоменко Маша Голубкина рожала дома, как рожали дома — и не по одному разу — жёны всех музыкантов известной питерской группы «Маркшaйдер Кунст», в семье Евгения (Ай-ай-ай) Фёдорова из Теquilajazzz — двое его домашних деток. Список известных российских семей, где родители сознательно предпочли рожать дома и, как правило, в воду, можно продолжать очень и очень долго.
Показательно, что, по сведениям из «Википедии», в международный список рожавших дома мам помимо прочих знаменитостей входят Синди Кроуфорд, Деми Мур, Мерил Стрип, Памела Андерсон, Джейд Джеггер, Келли Престон.
Как несложно догадаться, роды всех этих людей — заведомо здравомыслящих и успешных — в домашних условиях сопровождали специалисты. Иначе просто не могло быть. И коренное отличие между домашними родами там, за границей, и у нас — в законности, как это ни печально.
В Нидерландах, где домашние роды составляют до 40% всех родов в стране, Великобритании, Австралии, Франции, Израиле, США деятельность домашних акушерок регламентирована на законодательном уровне: их права, обязанности и ответственность определены нормативно. Вопросы, связанные с подобной акушерской практикой, но не урегулированные государством, решаются общественными профессиональными объединениями акушеров, которые в некоторых из этих стран также обеспечивают и сертификацию входящих в них специалистов, а также гарантируют постоянное повышение ими квалификации.
Роженица, выбравшая домашние роды на Западе, никогда не останется один на один со своими сомнениями, вопросами относительно квалификации и компетентности приглашаемой акушерки — право беременной женщины на достойное родовспоможение в соответствии с личным выбором, право вынашиваемого ею ребёнка на комфортное рождение в дружелюбной во всех смыслах среде гарантированы и охраняются силой закона.
Если же вдруг вы, находясь в России, захотите — в полном соответствии со своими конституционными правами — родить ребёнка дома и обеспечить присутствие специалиста при его появлении на свет, именно что законного, права на приглашение такого специалиста у вас не будет.
Ни одна живая душа или юридическое лицо в России — как обладающие лицензией на медицинскую деятельность, так и заведомо лишённые всяких легальных оснований даже для её соискательства — не могут на законных основаниях принять у вас роды на дому.
Те медицинские организации, которые получили лицензию на оказание услуг по родовспоможению (в том числе акушерских), жёстко ограничены требованиями Минздрава осуществлять такую деятельность исключительно в помещениях по адресу, на который лицензия и выдана. То есть в стационаре. Оказание предусмотренных лицензией медицинских услуг по адресу, отличному от указанного в ней, считается оказанием медицинских услуг в отсутствие лицензии и может повлечь eё отзыв помимо других санкций. Есть соответствующая судебная практика.
А отдельное физическое лицо, будь оно хоть кандидатом медицинских наук и суперпрофи в акушерстве, не может даже обращаться за лицензией на ЧАСТНУЮ акушерскую практику: не предусмотрено такой лицензии нормативными актами правительства РФ.
В этом смысле очень показательно скандальное уголовное дело Центра родительской культуры «Колыбелька» в Санкт-Петербурге. Сам по себе центр обладал лицензией на образовательную деятельность, причём основным её видом была всесторонняя подготовка семейных пар к естественным родам и родительству. Создатель центра Елена Ермакова, счастливая мама пятерых детей, обладающая акушерским свидетельством с отличием по окончании профильного техникума и двумя высшими образованиями, в том числе тоже красным дипломом медицинского вуза, закончившая ординатуру Военно-медицинской академии по кафедре акушерства, сейчас вместе со своим супругом проходит по этому делу подсудимой и обвиняется в совершении преступлений, предусмотренных ст. 235 УК РФ, за «занятие частной медицинской практикой лицом, не имеющим лицензии на избранный вид деятельности, если это повлекло по неосторожности причинение вреда здоровью человека или смерть человека».
Есть группа из восьми женщин, признанных потерпевшими по указанному делу, домашние роды которых с участием акушерки Е. Ермаковой закончились трагически. Об отсутствии у Ермаковой лицензии потерпевшие знали изначально, когда приглашали её на роды.
Судят обоих супругов Ермаковых — по статье за отсутствие лицензии на медицинскую практику, которая на домашние роды российским законом в любом случае не предусмотрена.
Следствие и суд длятся уже три года. Идёт жизнь, рушатся всё новые и новые судьбы: теперь уже беременная шестым ребёнком в последнем триместре сорокалетняя Ермакова заключена под стражу за неявки на судебные заседания. Судья игнорирует представленные подсудимой оправдательные медицинские документы, её состояние здоровья, семейное положение (у Ермаковых трое малолетних детей в возрасте от 2 до 8 лет), отсутствие судимостей и тот факт, что общественной опасности подсудимая в своём нынешнем состоянии представлять не может, как не может скрыться от суда, и одно за другим отклоняет ходатайства защиты об изменении меры пресечения хотя бы на домашний арест, предусмотренный УПК РФ.
И, глядя на всё это со стороны, совершенно чётко понимаешь: до тех пор, пока наше государство не удосужится урегулировать нормативно весь блок прав и обязанностей, формирующих отношения рожающих дома российских граждан и домашних акушеров, будет твориться бардак и беззаконие.
Граждане хотят рожать дома. Чем бы они при этом ни руководствовались. Хотят — и будут. Потому что эти процессы тотальному контролю не поддаются.
Некоторые из них даже рожают соло. Безумству храбрых, как говорится...
Большинство же хочет, чтобы за правильностью, безопасностью их родов следил профессионал или хотя бы человек, обладающий значительным опытом, здравым смыслом и не понаслышке — или не только по самолично от корки до корки прочтённым учебникам — знающий процесс родов. Подавляющая часть этих домородящих хочет, чтобы приглашённому ими акушеру НИЧЕГО ЗА ЭТО НЕ БЫЛО от государства, чтобы ничто не угрожало благополучию человека, принимающего в мир их ребёнка.
И каждый регулярно, систематически присутствующий на чужих родах в домашних условиях человек, совершающий хоть какие-то действия, напоминающие медицинские манипуляции, — это лицо, подпадающее под действие российского Кодекса об административных правонарушениях по крайней мере. Кроме того, всплывает комплекс налоговых правонарушений: сложно представить, кто из акушеров и в каком виде декларирует свои вознаграждения от благодарных родителей.
Получается, у российских граждан есть ПРАВО РОДИТЬ ДОМА, но права на помощь при этом нет. Те, кого приглашают на домашние роды в качестве помощников, не имеют и не могут иметь лицензии, а значит, де-юре не вправе никакой помощи оказывать. И они действуют на свой страх и риск.
И именно так будет продолжаться до тех пор, пока нормативно, на государственном уровне, этот вопрос не будет решён.
Столько копий уже сломано вокруг этой темы, столько слов написано и сказано — и со стороны последователей так называемого естественного рождения, и со стороны непримиримых противников домашних родов, — что заново транслировать их доводы бессмысленно.
Если пытаться зондировать общественное мнение, то выяснится, что по результатам, например, давно продолжающегося голосования в сообществе «Долой медицинскую неграмотность» на интернет-сайте «Вконтакте», против легализации (узаконивания) домашних родов в России высказалось подавляющее число респондентов — 70,1%, среди которых медики занимают большинство из почти 900 проголосовавших.
Это говорит о неготовности российской системы здравоохранения к признанию и принятию того факта, что домашние роды есть и будут случаться и далее. И что права российских граждан на достойное родовспоможение даже в домашних условиях должны быть защищены, а домашние роды — легализованы.
И никто из лиц, ответственных за соблюдение прав граждан в сфере здравоохранения, не думает о том, что, «предоставленные сами себе, события имеют тенденцию развиваться от плохого к худшему». Грустно от этого. Очень.
