Однако обычный преподаватель йоги чаще всего оказывается не готов иметь дело с серьезно больными людьми.
Терапевтическое воздействие йоги доказано множеством научных исследований. Однако обычный преподаватель йоги чаще всего оказывается не готов иметь дело с серьезно больными людьми. Для этого необходимо специальное образование и особый класс, в который приходят ученики с ослабленным здоровьем. Недавно я побывала в Институте йоги имени Рамамани Айенгар в городе Пуна (Индия) — это центр подготовки учителей йоги, а также йоготерапевтов. Кроме того, институт — место паломничества для людей с самыми различными заболеваниями и проблемами, где они находят исцеление или по меньшей мере спокойствие ума.
Б.К.С. Айенгар, глава и основатель института, недавно отпраздновал свое 90-летие, но продолжает заниматься йогой по 2—3 часа каждый день. Его учитель Кришнамачарья прожил 103 года, и видится, ученик имеет шанс превзойти своего учителя. Вообще долгожительство для йога — нечто естественное, ведь он всю жизнь занимается своим телом, заботится о нем, как о прекрасном цветке. Айенгар пишет, что тело — это храм для души и оно должно быть достойным сосудом этой частицы божественного. Тем не менее организм самого учителя был с детства ослаблен, в связи с чем его интересовала не только силовая йога для здоровых людей: он часто задавался вопросом, как сделать так, чтобы больные люди тоже могли воспользоваться этим бесценным даром здоровья, который дает йога. Он обнаружил древний трактат, в котором рассказывалось об особых приспособлениях, которыми можно воспользоваться, чтобы дать телу дополнительную опору, если оно слабо. Айенгар творчески развил идею древнего текста и создал приспособления на все случаи жизни: сегодня даже человек, который не может стоять на ногах или управлять своим телом (при ДЦП, например), может выполнить практически все асаны.
В терапевтическом классе института можно встретить пациентов с опухолями, ВИЧ и другими смертельно опасными заболеваниями. Некоторое время сюда приводили слабоумного юношу, который то и дело принимался петь или плакать. Руководит классом Гита Айенгар, дочь учителя, но он и сам порой заглядывает сюда, чтобы присмотреть за особо сложными случаями. Когда Айенгар сам берется за пациента, это всегда испытание на прочность. С четкостью и безжалостностью хирурга он гнет и крутит человека, добираясь до больного места. Он доводит человека до предела… и выводит за него. Пациенты стонут во время класса, а после него молятся за здоровье Гуруджи (так ученики уважительно называют в Индии учителя).
Психологам известно, что человек не может сделать то, что он не может себе представить. Обычному человеку трудно представить себе свой тазобедренный сустав. Если сустав тугой, то выполнение асан идет сложно, человек не понимает, что от него хотят, и подозревает, что преподаватель требует невозможного. Часто во время класса можно услышать такой диалог: «Направьте головку кости бедра в таз!» — «Не могу, там нет мышц!» Постепенно ученик знакомится со своим телом и начинает выполнять всё более сложные и тонкие движения. Однако бывает так, что в какой-то части тела есть серьезная проблема, но наше сознание ставит барьер и мы не чувствуем проблемную область. Поэтому самые опасные, хронические болезни долго протекают без боли и видимых симптомов — наш ум гасит неприятные сигналы, по-своему спасает своего хозяина от страдания и создает «белое пятно» на карте тела. Тогда требуется помощь извне — такие места можно «включить» с помощью специалиста — йоготерапевта, остеопата или массажиста. «Спящие» участки тела можно растянуть или скрутить, возвращая им чувствительность, напряженные или болезненные, наоборот, расслабить, дать им возможность отдохнуть. Обычно на терапевтическом классе к каждому пациенту прикрепляется ассистент, который следит за правильным выполнением асан и помогает справиться с материалами.
Ученики слабые, подверженные болезням или пожилые довольно часто не могут заниматься в общем потоке. Постепенно с помощью преподавателей они осваивают терапевтический подход к практике йоги и подбирают ключи ко всем своим болячкам. Для таких людей смешными кажутся рекомендации врачей при проблемах с шеей не делать стойку на голове, ведь они знают, что правильное выполнение этой позы, наоборот, разгружает шею и учит руки работать корректно. (Внимание! Don’t try to do this at home! Такой работе рук нужно научиться в классе под руководством опытного преподавателя!) Кроме того, есть терапевтический вариант стойки на голове, когда плечи располагаются на двух стульях, а голова свободно свисает вниз, благодаря чему шея расслабляется, вытягивается и выравнивается.
Структурные проблемы тела решаются в первую очередь. Это всё, что связано с работой конечностей, костей, мышц и даже позвоночника. Гораздо сложнее нормализовать работу внутренних органов, хотя здесь тоже есть градация: проще работать с органами пищеварения, дыхания, а вот мозг, железы внутренней секреции — высший пилотаж. Хотя успехи есть — например, недавно в нашем московском Центре йоги Айенгара было несколько случаев удачной коррекции щитовидной железы — ее внешнего вида (исчезновение узелков) и работы (производство необходимых гормонов в нужном количестве). Но справиться со смертельно опасными заболеваниями могут только большие знатоки и многоопытные преподаватели, которые прошли закалку в институте в Пуне. Например, иногда в Москву заезжает с семинаром американская йогиня Лоис Штайнберг — у себя на родине она также открыла институт йоги и много работает с раковыми больными. Есть специалисты по рассеянному склерозу, синдрому Дауна.
И хотя сказать, что йога может исцелить всех, было бы преувеличением, она может дать облегчение в любой ситуации. Лоис Штайнберг на одном из своих семинаров рассказывала, что как-то у нее появилась ученица, больная раком. Когда она пришла к Лоис, ее здоровье уже было серьезно подорвано болезнью и жестким облучением и делать асаны было практически невозможно. Тогда Лоис стала заниматься с ней дыханием, и эти занятия продолжались практически до самого конца — ученица с помощью пранаямы смогла снять депрессию, принять свою судьбу и почувствовать покой, который есть внутри каждого из нас, как бы трудно нам ни было. Когда Б.К.С. Айенгара спросили, помогает ли йога от рака, он сказал, что йога помогает в двух смыслах: то, что можно вылечить, излечивается, то, что вылечить нельзя, становится выносимым.
Когда основателю супрематизма Казимиру Малевичу сообщили, что у него рак, он не стал лечиться, а начал проектировать собственный гроб с использованием разных геометрических форм. Он любил жизнь, но обстановка в стране угнетала, как и мысль о том, что он сам отчасти участвовал в становлении этой системы, карающей свободомыслие. Когда он умер, ученики воплотили задуманное и похоронили его так, как хотелось мастеру. Люди высокого мужества понимают, что смерть — не самое страшное в жизни человека. Жить в страхе — гораздо хуже. И искусство, и йога помогают сохранить ощущение жизни как увлекательного мистического путешествия бессмертной души. И порой именно это настроение запускает процесс исцеления!
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
