СНГ продолжает существовать почти исключительно по инерции, представляя собой типичный чемодан без ручки. Выход из него Грузии тенденцией пока не станет, но совершенно непонятно, может ли хоть что-нибудь вдохнуть в Содружество новую жизнь.
Главным событием года на постсоветском пространстве стала, безусловно, пятидневная война между Россией и Грузией. Ее значение вышло далеко за пределы СНГ и носит масштаб всемирный. Точнее, не сама война, а ставшее ее следствием признание Россией независимости Абхазии и Южной Осетии. В сочетании с признанием большинством стран Запада и исламского мира независимости Косова это означает, что Ялтинская система рухнула окончательно и мир погружается в хаос, в котором все могут признать всех.
Победив в январе на досрочных президентских выборах, Михаил Саакашвили, видимо, очень сильно переоценил свою популярность среди населения. В еще большей степени он переоценил боеспособность грузинской армии и, главное, готовность США и НАТО прийти на помощь Грузии. Саакашвили, видимо, всерьез поверил в то, что громкие заявления западных лидеров о поддержке ими грузинской демократии тождественны готовности отправить своих солдат умирать за эту демократию, порывая при этом отношения с Россией. В связи с этим просто удивительно, насколько активно Киев и Тбилиси продолжают рваться в НАТО и насколько активно Москва продолжает этому препятствовать.
Результатом столь неадекватной оценки ситуации стал разгром ВС Грузии, огромный экономический ущерб и окончательная утрата Абхазии и Южной Осетии.
Россия, одержав военную победу, получила в нагрузку хвост, который виляет собакой, то есть теперь Москва обязана не только содержать и защищать Абхазию и Южную Осетию, но и безропотно сносить все «политические инициативы» их руководителей. Кроме того, в ходе войны выявились колоссальные проблемы российской армии, о которых давно и многократно писали все независимые военные эксперты, но которые, как обычно, оказались полным сюрпризом для военно-политического руководства страны. В результате сейчас мы имеем военные реформы Сердюкова, которые, по сути, означают ликвидацию ВС РФ без малейшей гарантии, что на их месте вырастет что-то более новое и дееспособное.
Еще одним уроком кавказской войны стало понимание того факта, что даже в СНГ у России нет союзников. Белоруссия, Армения, Казахстан, Киргизия — никто не признал независимость Абхазии и Южной Осетии, хотя именно это для Москвы сегодня является индикатором отношения к ней. Про таких «союзников» из дальнего зарубежья, как Китай, и говорить нечего.
А, например, Узбекистан после трехлетней ссоры с Западом из-за андижанских событий всё более явно начинает восстанавливать с ним отношения, вновь расходясь с Москвой. Для начала Ташкент покинул ЕврАзЭС. На очереди, видимо, ОДКБ.
Также склонность к сближению с Западом (и, соответственно, к отдалению от Москвы) начал демонстрировать Александр Лукашенко, который даже попытался провести относительно демократические парламентские выборы. Результаты выборов, впрочем, оказались вполне традиционными (надо отметить, что одной из причин этого может стать вполне реальная слабость оппозиции).
Наконец, ни одна из стран СНГ не поддержала предложений России о создании новой системы трансатлантической безопасности.
В актив себе Россия может в этом году занести, пожалуй, подписание в начале ноября декларации по Нагорному Карабаху. Насколько серьезный и долговременный эффект она будет иметь — покажет время.
Кроме того, Россия предпринимала активные усилия по политическому урегулированию приднестровского конфликта путем создания конфедеративной политически нейтральной Молдавии. Пока эти усилия успехом не увенчались, провалом, правда, тоже.
Осенние события на Украине носили традиционный для этой страны балаганно-сюрреалистический характер. Развал «оранжевой» коалиции — роспуск Верховной рады и назначение досрочных парламентских выборов — отсутствие денег на выборы — восстановление Рады — отмена выборов — восстановление «оранжевой» коалиции (уже расширенной). Всё это уложилось в три месяца и сопровождалось экономической катастрофой (которая, впрочем, скорее всего, мало зависела от политических событий). «Частный корреспондент» подробно описывал эти события в «Украинском сериале».
Правда, экономическая катастрофа наблюдается во всех странах ближнего и дальнего зарубежья, а также и в самой России. Она оказывается почти инвариантной к политическому и экономическому устройству. Что, однако, не означает, что это устройство не повлияет на то, как быстро и с какими последствиями различные страны будут из кризиса выходить.
СНГ продолжает существовать почти исключительно по инерции, представляя собой типичный чемодан без ручки. Выход из него Грузии тенденцией пока не станет, но совершенно непонятно, может ли хоть что-нибудь вдохнуть в Содружество новую жизнь. Впрочем, чемоданов без ручек хватает и в дальнем зарубежье. НАТО, например.
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
