Сооснователь бренда модных купальников Marc & Andre Андрей Лагунов гордится тем, что каждая десятая женщина на территории бывшего СНГ носит купальный костюм его производства. При этом все свои успехи и достижения списывает на счастливые случайности и везение.
Всё началось ещё в конце 80-х в Таллине, где Андрей Лагунов родился, вырос и начал свою карьеру в бизнесе. В конце перестройки Андрею было 14 лет. В Таллине находилось известное на весь Союз предприятие по производству нижнего белья, куда Андрей пришёл на работу. А в 16 лет вместе со своим партнёром он уже выкупил часть предприятия с помощью ваучеров, которые распределялись между всеми сотрудниками предприятия.
«Бизнесом тогда занимались все. Было такое время. Одни продавали, другие покупали. В районе станций метро образовывались стихийные рынки. Там можно было купить всё: от метлы до танка. Это сейчас смешно звучит, а тогда так жила вся страна. И ни в одном учебнике вы этого не прочитаете.
Активы стоили дёшево, никто не понимал их реальной стоимости. Это было как игра, но у кого-то это переросло в профессиональную деятельность, а у кого-то нет. Это сейчас я понимаю, что я был практически ребёнком, а тогда мне казалось, что я взрослый и могу заниматься серьёзным делом. Я скупал ваучеры за смешные деньги и в итоге стал совладельцем таллинского предприятия», — рассказывает г-н Лагунов.
На закономерный вопрос, где подросток взял деньги на покупку ваучеров, Андрей уклончиво отвечает: «Этому способствовал ряд сделок, которые возникали на пустом месте».
В 14 лет, ещё учась в школе, Андрей ездил на выставку в Москву, чтобы увидеть, как работают иностранные компании. Там случайно познакомился с иностранцем, который собирался покупать удобрения — мочевину. В Советском Союзе они стоили в разы дешевле, чем в капиталистической Европе. Но — вот беда! — в советских госучреждениях, которые могли бы ему в этом помочь, никто не говорил по-английски.
Андрей взялся помочь бизнесмену: переводил документацию, договаривался с производителями в регионах, работал посредником. Комиссию заплатили хорошую — 200 тыс. долларов. Они-то и стали первоначальным капиталом, который был вложен в будущее Marc & Andre. «Деньги лежали в коробках под кроватью и ждали своего часа. Хватило ума не потратить их сразу. Было такое стечение обстоятельств, такое время. Я никогда не воспринимал то, что делал, всерьёз. Просто мне всё было интересно. Я принимал то, что само шло мне в руки».
Как управлять людьми, какие станки покупать для своего предприятия — иными словами, когда появились первые трудности, пришло и понимание того, что бизнес — не игрушки, а каждодневная монотонная работа, «с пробиванием дороги локтями вперёд». Работа стала для Андрея и его главным университетом — он учился больше на практике, нежели на университетской скамье. Таллинский экономический вуз он окончил заочно. «Я учился между делом, не могу сказать, что университет дал мне какие-то фундаментальные знания. Я никогда не боялся приглашать в компанию людей, которые значительно умнее меня, и учиться у них. Свою роль я вижу в том, чтобы найти их и привести к нам в компанию».
После распада СССР партнёр Лагунова по бизнесу занялся работой с западными рынками, а Андрей взял на себя бывшие республики и Россию. «Не могу сказать, что я окончательно переехал в Москву. Я и сейчас живу между Дубаем, Москвой, Киевом и Софией. Неделю в одной стране, неделю — в другой. Раньше мне это нравилось, а потом превратилось в обыденность».
Спустя несколько лет после приватизации таллинского предприятия Андрей Лагунов познакомился в Париже со своим нынешним партнёром и совладельцем Marc & Andre — начинающим французским дизайнером Марком Столаотсом. Андрею тогда было 20 лет, Марку — 23 года. С тех пор Марк занимается разработкой новых коллекций, а Андрей — рынками сбыта и «решает сложные проблемы».
Сегодня Marc & Andre продаёт свою продукцию — купальники, которые занимают львиную долю в общем объёме производства, нижнее белье и аксессуары — в 34 страны. По объёму продаваемых товаров лидируют СНГ, Финляндия и Швеция. «Это связано с тем, что на этих рынках мы лучше работаем, а не с какой-то спецификой стран».
Производство базируется в Эстонии, дизайн-бюро — во Франции, ткани закупаются у проверенных производителей стран Европы, в числе которых Италия, Австрия, Швейцария и Франция.
По мнению Лагунова, нет никакой разницы, где заниматься бизнесом — в России или любой другой стране, потому что «люди везде одинаковые». И даже тот факт, что Россия вступила на капиталистический путь развития значительно позже европейских стран, никаких дополнительных сложностей не создаёт: бизнес учится очень быстро. А в чём-то Европу уже опережает.
«У меня много клиентов по Франции — многие из них не знают, что такое интернет и банковские переводы, они не пользуются электронной почтой и не говорят по-английски. Они платят чеками. Это норма для многих небольших компаний. Я долго к этому привыкал. В Северной Европе всё, конечно, не так, они развиты технологически. Но чем Европа южнее, тем расслабленнее».
И всё-таки тот факт, что основные производственные мощности Marc & Andre расположены на территории Евросоюза, в который входит Эстония, значительно облегчает выполнение стоящих перед предприятием задач. «В России не развита эта индустрия, нет материалов и профессионалов. Торговать с Европой тоже проще, будучи внутри Евросоюза, — мы получаем европейские субсидии».
Самый свежий бизнес-проект компании — сотрудничество с молодым и уже очень известным российским дизайнером Алёной Ахмадуллиной, в результате которого была создана коллекция эксклюзивных купальников — по 200—300 долларов за комплект. Это новая ниша для Marc & Andre. Продаваться эти произведения дизайнерской мысли будут в двухстах бутиках в российских регионах, которые специализируются на товарах класса люкс. Андрей Лагунов рассчитывает продать 3—4 тыс. купальников на миллион долларов.
Однако супердорогие купальники, хотя и представляют собой привлекательную нишу, не являются по понятным причинам массовым продуктом. Самая ходовая ниша как раз та, в которой Marc & Andre работает на постоянной основе, — 60—90 долларов, причём за высокое качество покупатели готовы отдать и большую сумму.
«По данным таможенного департамента РФ, в России каждая десятая женщина носит наши купальники. Ежегодно мы продаём 1 млн 200 тыс. штук. Это 10% российского рынка купальных костюмов. Если же брать купальники вместе с нижним бельём, то объём этого рынка в России оценивается в 2 млрд долларов в год, и он очень быстро развивается».
По утверждениям г-на Лагунова, кризис практически не затронул его бизнес: «Было больше страхов, чем реального кризиса». Поначалу, конечно, количество заказов сократилось в два раза, зато потом магазины ощутили такой острый дефицит, что пришлось продавать все стоки и позапрошлогодние коллекции. «Был настоящий аукцион, честное слово». Сейчас Marc & Andre вышла на докризисные показатели бизнеса и рассчитывает прирасти в следующем году на 15—20%.
После разговора с Андреем складывается впечатление, что он совсем не гордится ни своими успехами, ни миллионами, которые зарабатывает его компания.
— Я ремесленник-производственник, у меня нет времени почувствовать какой-то мой успех. Я доволен моим образом жизни, меня окружают интересные люди и события. Что такое успех? Я не знаю.
— Это вы меня спрашиваете? А я как раз у вас хотела это узнать. Наверное, кто-то измеряет успех суммами на счету, кто-то — уважением со стороны общества, цитируемостью в СМИ, властью, которая приобретается как следствие больших достижений в бизнесе…
— Таких достижений у меня ещё нет. А что касается денег, то многие наёмные менеджеры живут не хуже собственников и их образ жизни в среднем не различается. Что было для наших родителей признаком богатства, для нас ничем таким уже не является. Так что я не вижу разницы между тем, быть собственником или просто профессионалом своего дела. Разница только в сумме на счету. Что она даёт? Возможность что-то делать, вероятно.
— Тут уж кому что. Кто-то тратит на зарубежную недвижимость, кто-то на хобби.
— Это всё игра. Думаю, главное, что дают деньги, — это свободу для быстрой реализации задуманного.
Андрей Лагунов говорит, что не отделяет работу от остальной жизни, да и почему, собственно, он должен это делать? «Работа — это и есть жизнь. Я стараюсь найти гармонию между работой и отдыхом. Но к этому, наверное, стремится каждый».
При этом на вопрос «Какое у вас хобби?» Андрей ответить не смог: «Пожалуй, никакого специального занятия для души у меня нет. Есть для поддержания здоровья, есть труд над собой ради саморазвития — книжки читаю, на конференции хожу, но главное — общаюсь с людьми. Я не книжный червь и постигаю всё на практике».
ОТПРАВИТЬ:
| Читать @chaskor |
Статьи по теме:
- Homo roboticus – человек роботающий.
Международному дню солидарности трудящихся посвящается. - Вопрос личной эффективности или баланс жизни.
- История успеха — 12: книжная серия «Йога в кармане».
Продюсерская группа «Заён» вышла на рынок товаров для йоги, когда этого рынка ещё не было. - История успеха — 9.
Мегапланы Михаила Уколова и Михаила Смолянова. - История успеха — 7.
Социальные игры на миллиард долларов. - Свечной заводик Степана Дулова.
История успеха ― 6: продолжение сериала. - История успеха — 4: акушер-маркетолог.
- История успеха — 3: как стёклышко.
Как заниматься любимым стеклом и зарабатывать этим на жизнь. - История успеха ― 2.
Открытия непрофессионала.
