Очередной курс уникального онлайнового семинара по семейной искусствотерапии близится к завершению. В семинаре по-прежнему свыше 300 родителей и детей, так что неудивительно, что ведущая Лена Макарова отправила за этот период, согласно счетчику, без малого 6 тыс. сообщений. И получила, конечно, не меньше.
Очередной курс уникального онлайнового семинара по семейной искусствотерапии близится к завершению (см. «Искусствотерапия online», «Елена Макарова, освободительница»). В семинаре по-прежнему свыше 300 родителей и детей, так что неудивительно, что ведущая Лена Макарова отправила за этот период, согласно счетчику, без малого 6 тыс. сообщений. И получила, конечно, не меньше.
Чего ждали от продолжения семинара его участники (точнее, участницы)?
«Я напишу про себя, чего лично мне бы хотелось, — пишет одна из них. —
1. Рисовать. Людей. Портреты. Пейзажи. Продвинуться в этом еще дальше.
2. Попробовать разные техники. Например, рисование маслом и рисование акварелью.
3. Мне очень понравилось делать коллажи и «проникать внутрь» чужих картин.
4. Было очень интересно делать театры, костюмы и пр.
5. Интересно прочувствовать историю искусств, какие-то моменты, хотя бы так, как это было с картиной Вермеера или с Фридл. То есть не в плане информации, кто когда жил и что рисовал. А именно прочувствовать».
Негласно в качестве «метаэффекта» (который может оказаться главным) ожидалось создание атмосферы душевного и духовного здоровья и творческого сближения детей с родителями.
Второй курс к концу семинара перешел к выполнению таких проектов, где задействованы все художественные медиа сразу. Как всегда, сюда входят и история искусства, и изучение формы, и игра с детьми.
Объем семинара – на толстенную монографию, нам же остается лишь кратко рассказать о том, как развивается семинар и как одновременно саморазвиваются и самораскрываются его участники.
Пример урока:
Урок 5. Скульптура
Скульптура-фонтан по Лоренцо Бернини (Bernini, Gian Lorenzo) (1598–1680).
Задание: Пожалуйста, посмотрите на фонтаны Бернини, выберите тот, что вам более по душе, и вылепите его из глины.
Сделайте эскиз скульптуры — на городской площади, или в парке, или перед зданием. Это задача на взаимоотношение фигур и самого пространства. Фигуры могут быть абстрактные и реальные, любые. Очень важно, чтобы работа смотрелась с любой точки, хоть со спины, хоть сбоку.
Очень важно представить себе, где именно этой вещи надлежит находиться, и нарисовать это место на трех сторонах упаковочной коробки.
Можно, если нет времени, ограничиться одной работой (или Бернини, или собственное изобретение), но обязательно поместить скульптуру в пространство.
Пожалуйста, лепите на дощечке, которую можно поворачивать.
Вот и всё!
Лена рассказывает о Бернини, предлагает свое прочтение.
«Безумные фонтаны Бернини – и его автопортрет в старости — дикий взгляд, рот едва приоткрыт, в узкую щель между губами не проникнет капля с копья. Вот вам, прекрасные сеньоры, портрет баловня судьбы за восемьдесят, я им не дорожу! Сопливым мальчишкой нанялся я к отцу в подмастерье, мой гений был распознан скоро, я был привечен папой и кардиналами, я получил ключи от Рима и навеки поселился в нем, в мою честь бьют фонтаны и звонят колокола. Они и есть мое настоящее лицо!»
«Боязнь пустоты одолевает Бернини. Он заполняет Рим статуями и фонтанами, воздвигает колоннаду на площади перед собором Святого Петра, возводит церкви-двойняшки на Пьяцца дель Попполо. Он не отвоевывает Рим у предшественников, но одолевает пустоту, никем, кроме него, не видимую. Постройка собора Святого Петра была завершена задолго до Бернини. Собор всех устраивал, но Бернини счел его пустым. Он начал с центра, выстроил под куполом бронзовый балдахин, и с этой точки, в течение многих лет, без всякого плана, одним эллиптическим движением выписывал иные пространства. Он двигался от центра к алтарю, криволинейные волны носили его по храму, и там, где останавливался его взгляд, вырастали скульптуры. В финале этого грандиозного спектакля он ослепительным нимбом прорвался в небо, поток золотого света влился в апсиду, и весь собор наполнился светом и объемными светотенями.
Мрамор в руках Бернини – это мрамор, не шелк. Намеренно создавая впечатление реальности, он тем самым убивает к ней всякий интерес. Превосходно имитируя натуру, он не боготворит ее. Он возвращает ее на позицию, которую она занимала во времена эллинизма, когда вещи изображались не такими, как есть, но такими, как их воспринимал художник. Не объект, а образ. Бернини занимает ценность образа как подобия, утратившего прототип. Мифологический образ обретает реальность. После Бернини антитеза «реальность – воображение» теряет всякий смысл. Изображение реальности как таковой больше не является задачей искусства.
Пропасти сновидений наутро заполняются мраморными иллюзиями, изощренная техника помогает Бернини балансировать между реальностью и воображением. Сновидения принимают позу скульптур, превращаются в соборы и фонтаны, реальность, напротив, принимает характер сновидений».
«Бернини трансформирует центростремительное микеланджеловское движение в спиралевидное. Витые бронзовые опоры «балдахина» рождают вибрацию в центре собора, откуда она, эллиптическим движением, распространяется по всему пределу. Балдахин становится сценической площадкой театра, действие спектакля выходит за рамки сцены»
(Е. Макарова. Смех на руинах. M.: Время, 2008).
Как правило, в начале каждого урока студенты проводят собственное исследование и делятся со всеми, чтобы расширить и уточнить задачу. Так и здесь. Мадалена из Португалии пишет:
«Здесь есть немного другие ракурсы некоторых фонтанов, и можно увеличивать».
Работа началась!
Возьмем одну из участниц — Дактуйку из Лобни.
Вот оригинал, который она выбрала.
А вот трактовка Дактуйки.
Началось строительство римской площади из картонной коробки.
Постепенно стали подключаться дети. Они захотели заселить площадь.
«Чувства у нас фонтанируют! — пишет Дактуйка. — Сегодня на занятие принесла сначала «задник». Пока ходила за фонтаном, дети делали вид, что они идут по улицам города, с мороженым. Слепили, полакомились. Теперь — музыка! Юлька вылепила певицу — не специально, просто так получилось. Зрители, Сонькины фотограф и ведущая... Включили блюз — и вуаля! Мы уже и на сцене, и в партере, и вообще где только не были!! Родителей затащили, всё рассказывали, играли вместе с ними. Часть экспонатов ушла домой — не было сил у моих скульпторов отказаться от них, оставить».
«Это было просто чудо — такой праздник. У меня теперь дома эпидемия. Дети постоянно хотят лепить. В пластилине все до трусов. Изобретают на ходу, не успеваю за ними. Лепили детки разного возраста, поэтому все такие разные. Восторга было море! О-о! Настоящий фонтан! Теперь ждут открытия — когда площадь будет готова».
Фрагмент.
После выкладывания картинок и текстов начинаются реакции участниц.
Тайна, Климовск:
«Дактуйка!
Я в очередной раз зашла и пришла в восхищение! Какой город! Мне сперва показалось, что это Питер или Венеция, а фонтан — на пересечении двух каналов. Такой эффект воды! И как же чудесно!!!»
Таньчик:
«Дактуйка, супер!!!! Какая красотищща!!! И фонтан, город, и детские истории!
Просто слов нет, ужасно понравилось — какая же Вы молодчина! Такое удовольствие всё это разглядывать, спасибо».
И так далее.
Рассуждансы
Помимо индивидуального, тут есть еще социальный план – создание автономной международной общины матерей, объединенных свободной и действенной любовью к детям. Питательной средой для этой любви оказалось искусство, проводником – Лена Макарова.
Постепенно «зараза» выполнения Лениных заданий распространялась с мам на детей, а иногда даже на отцов! Но на этом некоторые семинаристки не остановились. Часть из них стали вести группы, включающие не только собственных, но и других детей, на которых «транслировали» Ленины уроки, адаптируя их к реальности.
В ответ на вопрос Лены, как она занимается с детьми, чьи работы выкладывает на темы уроков, Дактуйка пишет:
«Занимаемся мы у меня дома. В этой группе их пятеро. В некоторых — четыре человека. А с малышами-двухлетками мы всегда втроем. А всего их, как в хорошем классе, 25 человек. Лепим мы много, рисуем. Но в последнее время лепка – увлеклись».
Другая часть стала постить уроки в форумы и блоги, в которых сами участвуют, – так появились новые студенты. Теперь уже невозможно подсчитать, сколько мам, пап и детей охвачено уроками. Ясно одно: за считаные месяцы онлайновая школа Елены Макаровой породила третье поколение учеников!
Среди обращений участников к ведущей и друг другу – множество историй самораскрытия, за недостатком места приведу лишь пару.
Мои перемены
Рита М., Краснодар:
«Перемены со мной происходят огромные, для меня поменялось всё мое мировосприятие!
Я научилась видеть рисунки изнутри. Смотрю на рисунок, настраиваюсь на него и слушаю возникающие во мне ощущения. Это так здорово!
Ушли какие-то боязни и ограничения внутри, ушли комплексы.
Вы правы, я становлюсь сама собой, именно такой, какая я, а не как меня ожидают увидеть другие.
Это очень много, это большой шаг вперед, это огромное облегчение в жизни! Правда!
Наш семинар волшебный! А вы, Лена, волшебница! Я у вас вообще многому научилась, как в плане искусства, так и в плане человеческого общения! Мне говорят: «Не создай себе кумира! Не следуй слепо за человеком, который хоть семи пядей во лбу, это ведет к зависимости». А я отвечаю, что с Леной Макаровой это невозможно. Уж насколько вы, Лена, предоставляете нам полную свободу, что впасть в какую-то зависимость просто невозможно. Тем более с моим характером, не терпящим вообще каких-либо покушений на мою свободу.
Тем не менее о вас знает как минимум уже половина моего форума, многие заразились и взялись за кисти и карандаши! Ведь это так здорово, когда вместо обсуждений, у кого какая тачка круче, мамочки рисуют с детками! Я так рада, что всё так происходит! С вашей помощью, Лена, мы сеем зерна доброго и светлого в окружающих нас людей и, как следствие, в деток. А это очень важно, что мы сейчас дадим детям, — это наше будущее!!!
Огромное вам спасибо, Леночка!!!
Еще хотела у вас спросить — можно ли какие-нибудь ваши материалы с семинара использовать у нас, к примеру, на выездных морских детских семинарах, которые мы проводим каждое лето?
Ну там рисование углем кругов, спиралей, ваз двумя руками. Абстракций под музыку. Ведь всё это легко выполнимо и для деток, и для мам:-)
Вовлечение в искусство заставляет думать о повседневных вещах по-новому. Например, правильно ли я одеваюсь? Вот часть эссе Юлки (Москва) о цвете. Осмелюсь поставить в заголовок ее же цитату.
Но сперва – ее набросок углем дочки Дарьюшки (2,5 года).
Это первый в нашей совместной жизни портрет мамы (справа), сине-коричневый. Нарисован одним пальцем, с приговорами: «Это мама, это мамы волосики, это мамы ушки, это мамы ножки» и т.д. По центру — те цвета, из которых я как раз треугольники рисовала».
Наша душа способна считывать информацию сама
Маленькие открытия большого профана
«До недавнего времени мои отношения с цветом как-то не складывались. Цвет вокруг всегда был, но скорее напоминал хаос. В магазине я могла купить себе вещь, которая понравилась на витрине, и потом ее совсем не носить. Я неуютно чувствовала себя в ней, цвет мне явно не шел. В детстве никто не учил теории цвета. У меня были карие глаза и каштановые волосы. Мама научила меня, что к такому цвету глаз и волос лучше всего подходит сиреневый цвет. С тех пор сиреневого цвета у меня было очень много. Только много лет спустя я узнала, что он мне совсем не подходит. И тогда я поняла, почему меня часто спрашивали, отчего я такая бледная. Под глазами у меня всегда были видны синеватые круги, сосудики на коже лица просвечивали и оттеняли лицо болезненным сиреневым цветом.
Примерно через два года после рождения ребенка мне захотелось каких-то перемен в своей внешности (многие мамочки меня поймут), и я отправилась в дорогую парикмахерскую, к стилисту. Там и произошло одно открытие. Стилист выкрасила мои волосы в золотистый цвет, пряди оттенила и посоветовала сменить цвет одежды. Она рассказала мне, что одежду надо подбирать не под цвет глаз или волос, а под цвет кожи прежде всего и что такому бледному лицу, как мое, противопоказаны все холодные цвета. Мои цвета – это те, которые наполнены желтым, золотом, теплом. Тогда и кожа засияет совершенно по-другому. Дома я начала свои эксперименты. Я стояла перед зеркалом и прикладывала к лицу вещь за вещью. Я надевала свою старую шапку, на которой были серые, черные и белые полоски, и наблюдала, как в тот же самый момент на лицо мое ложилась мрачная тень. Кожа становилась тусклой, серой и больной, взгляд унылым. Даже выражение лица, кажется, менялось. Затем я снимала шапку и надевала свой любимый яркий полосатый шарф. На лице сразу откуда ни возьмись вспыхивал жизнерадостный румянец! Вот это чудо! Кофточка персикового цвета насыщала мою кожу нежным здоровым цветом, тогда как сиреневая или синяя одежда делала меня нездоровой и мрачной особой.
Оказалось, что мне совершенно нечего носить… Зато насколько легче теперь ходить по магазинам! Захожу в магазин, мой взгляд сразу отсекает холодную безжизненную гамму, я уже не потрачу время зря, рассматривая и примеряя вещи, которые не идут мне в принципе. С тех пор я стала намного внимательнее к цветам вокруг. Стало интересно разобраться самой, как правильно сочетать цвета, какой из них какой эффект производит…
Почему работы великих старых мастеров поражали, поражают и будут поражать еще не одно поколение людей? Как можно нарисовать так, что миллионы людей на протяжении веков неизменно останавливаются перед одной и той же картиной, которая уже давно должна была набить всем оскомину, и неподвижно стоят несколько минут? Как можно нарисовать живого человека так, чтобы он действительно жил на полотне? Как передать глубокое эмоциональное состояние или высшее душевное переживание вообще без использования форм?
Видимо, на все эти вопросы есть только один ответ: свет обладает энергией, точнее, свет и есть чистая энергия. Различные цвета, как составляющие единого света, также обладают каждый определенной энергией. Более того, используя эти цвета и пропуская через себя как через некий фильтр, художник способен передавать непередаваемое… Он способен сказать не говоря и даже не прибегая к формообразованию, так привычному на планете Земля. Глаз человека, смотрящего на картину, считывает намного больше информации, чем мы можем себе представить. Но я скажу больше. Я подозреваю, что нам даже не так нужны для этого глаза. Наша душа способна считывать информацию сама. Этим я могу объяснить эффект, который неизменно создают все великие произведения искусства…»
Источник: julkahard.blogspot.com
