Подписаться на обновления
8 декабряВоскресенье

usd цб 63.7185

eur цб 70.7594

днём
ночью

Восх.
Зах.

18+

ОбществоЭкономикаВ миреКультураМедиаТехнологииЗдоровьеЭкзотикаКнигиКорреспонденция
Литература  Кино  Музыка  Масскульт  Драматический театр  Музыкальный театр  Изобразительное искусство  В контексте  Андеграунд  Открытая библиотека 
  пятница, 27 марта 2009 года, 12:34

Иосиф Райхельгауз: «История болезни»
Главный режиссер театра «Школа современной пьесы» предлагает драматургам сдавать мочу и кал на анализ


Иосиф Райхельгауз // Павел Смертин, Коммерсантъ
   увеличить размер шрифта уменьшить размер шрифта распечатать отправить ссылку добавить в избранное код для вставки в блог






Почему Петрушевская сегодня «не идет», а Гришковец «идет». Как Жолдак воспитывает публику, а Вырыпаев издевается над ней, почему Злотников интереснее Шекспира — обо всем этом и многом другом в юбилейном интервью главрежа «Школы современной пьесы».

В одном из самых известных театров Москвы праздник. Отмечающий 20-летие театр «Школа современной пьесы» отверг Вырыпаева и снова взялся за Гришковца. Художественный руководитель театра режиссер Иосиф Райхельгауз объясняет обозревателю «Частного корреспондента» Вячеславу Шадронову, почему так происходит.

— Можете ли вы сформулировать, каким хотели видеть свой театр 20 лет назад, и насколько это тогдашнее видение воплощено в сегодняшней «Школе современной пьесы»?
— Меня всегда интересовала современная пьеса. Я даже в ГИТИСе, будучи студентом режиссерского факультета, делал исключение только для Антона Павловича Чехова.

Мои товарищи, коллеги и однокурсники на заданиях, которые нам давали педагоги, ставили Шекспира, Мольера, Островского и много-много других классиков — российских и зарубежных. Наверное, в этом неприлично или стыдно признаваться, но я ни разу в жизни не ставил ни Шекспира, ни Мольера, ни Гольдони…

Проблемные размышления о смене вех в двух главных балетных труппах страны. Из Мариинки «ушли» Вазиева, Ратманский ушел из Большого сам. Теперь в Питере главным балетмейстером становится Баланчин. В Москве же занялись реконструкцией заветной старины.

Ничего из западноевропейской или американской классики, практически ничего. Меня всегда интересовала пьеса, написанная только что. Не случайно я, будучи студентом пятого курса, пошел учиться к моему любимейшему тогда драматургу Алексею Николаевичу Арбузову на Высшие литературные курсы.

Анатолий Васильев сделал то же самое. Не случаен был и выбор пьес для дипломных спектаклей: у Васильева — «Сказки Старого Арбата» Арбузова и «Женщина за зеленой дверью» Ибрагимбекова, а у меня — «Мой бедный Марат» Арбузова и «Птицы нашей молодости» Друцэ. То есть пьесы, написанные только что.

Наш театр на Мытной, которым мы с Васильевым тогда руководили, — это и была школа современной пьесы. Там вместе с арбузовской студией появились и Петрушевская, и Славкин, и Леша Казанцев, и все, все, все…

Вот это и была та самая компания.

Потом, когда мы стали руководить театром Станиславского, — это опять была школа современной пьесы: «Автопортрет» Саши Ремеза, «Брысь, костлявая, брысь» Шальтяниса.

Васильев еще до «Первого варианта Вассы Железновой» репетировал «Вариации феи Драже» Кутерницкого. И даже когда мы обращались к классике, мы брали из нее то, что еще не было предъявлено зрителю.

В нынешних «Сказках» Любимов поставил на сцене два огромных батута. Молодые артисты лихо подлетают на нем — дух захватывает от их кульбитов. Через эти взлеты выстраивается любимая режиссером вертикаль — от небесного к земному, от волшебства к прозе.

Если это «Васса Железнова», то ее первый вариант, если это Толстой, то это никогда не ставившееся «Зараженное семейство». Поэтому, когда у меня возникла возможность создания собственного театра, я его именно так и представлял — как театр премьеры, театр первой постановки.

Мне казалось очень важным, что драматург пишет об этой жизни, этим языком, выводит этих персонажей, насыщает свою пьесу этим воздухом. И я должен пересочинить его пьесу в спектакль как абсолютно сегодняшний опыт.

И из этой реальности я создаю некую другую, но тоже сегодняшнюю. Да, художественную, да, упорядоченную, но тем не менее сегодняшнюю, сейчас, этим языком, с этими людьми, с этими нервами, с этим смыслом, с этим содержанием.

— Несмотря на эпитет «современной» в названии театра, в его репертуаре всегда находилось место классике в ее более или менее традиционном понимании — от Чехова до Набокова. Вы неоднократно давали свое истолкование понятию «современная пьеса». Претерпело ли оно изменения за эти два десятилетия? Что бы вы назвали современной пьесой сегодня?
— Не раз критики и коллеги говорили мне, что самая современная пьеса — это «Три сестры» Чехова. И я это очень хорошо понимаю.

Как понимаю и то, что я могу сегодня в «Ромео и Джульетте» найти совершенно современное звучание, провести аналогии сегодняшней жизни и рассказать об известной мне девочке из сектора Газа и мальчике из Тель-Авива и как между ними случилась любовь. И это будет реальная история и т.д. и т.д.

Тем не менее я еще и еще раз говорю и убежден, что современная пьеса — это некий опыт, это некая выжимка из той реальности, которую прежде всего наблюдает драматург.

Он ее наблюдает и производит некий анализ. Прошу прощение за сравнение, но это как мы сдаем анализы крови, пота, извините, мочи и кала и врачи находят там много всякой дряни. Но это делается потому, что человека хотят вылечить от этой дряни. А чтобы человека вылечить, нужно поставить диагноз.

Вот так и драматург: он изучает именно эту реальность, которой и я дышу, которой и я занимаюсь; и только тогда я получаю продукт, как получают результат анализа.

Может быть, я сейчас привожу странное сравнение, но я беру пьесу так, как если бы это была история болезни, с которой я должен работать. И я должен сообразить из его заготовок: а что с этим человеком будет дальше, а что с ним вообще происходит, а что если этого человека не лечить, а просто помочь ему жить?

И тогда я понимаю, что это современная пьеса, которая происходит здесь и сейчас. Может, она устареть? Может! И у нас так бывает. Мы играли, на мой взгляд, замечательную пьесу Гладилина «Другой человек». Но она была сыграна пять раз и мы ее сняли. А пьесы Гришковца идут второй десяток лет. А пьесы Злотникова идут у нас третье десятилетие, и не только у нас. Они идут по всему миру.

Я помню, когда я начинал репетировать пьесу «Пришел мужчина к женщине», мои коллеги мне говорили: зачем? Есть замечательный Чехов, а это всё умрет через три года.

А «оно» не умерло и через 30 лет. И я счастлив, что пьеса продолжает идти в Токио, Нью-Йорке, Варшаве и других городах. Я горжусь, что я ее открыл.

— Вас неоднократно и, позволю себе высказать частное мнение, не всегда безосновательно упрекали в интересе к авторам и пьесам, что называется, не первого ряда. Оглядываясь на историю ШСП, согласны ли вы хотя бы отчасти с таким мнением?
— Согласен. Ибо первый ряд чаще всего определяется на расстоянии. Когда Антона Павловича соотносили с Арцыбашевым или даже с Немировичем-Данченко, то и он не совсем попадал в первый ряд.

Конечно же, я ошибаюсь, я должен ошибаться. Это нормально. Ошибаюсь в выборе пьес, ошибаюсь в выборе спектаклей, ошибаюсь в выборе режиссеров, которых приглашаю, ошибаюсь в выборе артистов, как и многие мои коллеги.

Но я считаю, эти ошибки и есть нормальная жизнь театра «Школа современной пьесы». Я не хочу забрасывать камень в огород коллегам, но, наверное, если выбирать между Шекспиром и Островским, то вариант ошибиться меньше, чем если выбирать между Злотниковым и Гришковцом.

Пройдет еще время, и поглядим. Да, какие-то драматурги уходят, к примеру, сейчас практически не идут пьесы Саши Ремеза, а я считал его выдающимся драматургом, и свой лучший спектакль в жизни я поставил именно по его пьесе.

Сегодня, как ни странно, практически не идут пьесы Петрушевской , а я в Москве первым поставил ее пьесу «Любовь». Но это ничего не значит. Может, какие-то пьесы всплывут. А какие-то, считавшиеся лучшими, канут в небытие.

Я помню, как из-за пьес Гельмана шли драки, скандалы между МХАТом и «Современником». И где сегодня Гельман? Где его пьесы? Поэтому я считаю, что это несправедливый упрек.

Кто знает, что это такое — второй ряд? Кем этот ряд устанавливается? Критиками? Это особый вопрос. В этом вопросе я критикам доверяю меньше, чем своим коллегам.

Думаю, что главное в пьесе — это ее необходимость для человека, который купил на нее билет, для зрителя.

— Вы открыли для сегодняшней публики Гришковца, его первый ударный хит — «Как я съел собаку», и последующие спектакли долго шли на вашей сцене, и теперь после долгой паузы он возвращается к вам с новым проектом. Чем привлек вас Гришковец тогда, когда он еще не был раскрученным брендом, и чем он, во многом изменившийся за эти годы, привлекает вас теперь?
— Когда более 10 лет назад режиссер Виктор Шамиров первым принес мне листочки, на которых было написано «Наброски диалогов к пьесе «Записки русского путешественника», я ничего еще не знал о Гришковце. И никто еще не знал.

Но я увидел, что там есть содержание, там есть музыка, дыхание, воздух, там есть нечто, что очень хочется услышать и очень хочется увидеть на сцене. Как это делать, я не знал.

У меня было как у режиссера интуитивное ощущение, что нужно этим заниматься. И неслучайно, когда я позвал артистов — и Володю Стеклова, и Альберта Филозова, и Василия Бочкарева, потом Саида Багова — и когда мы начали репетировать, мы поняли, что это не просто текст — это драматургия.

Драматургия особая, требующая, как и каждая хорошая драматургия, своего ключа, если не сказать отмычки. Она подвигла нас на какую-то очень определенную технологию. Теперь я понимаю на какую. На технологию другого соотношения персонажа со зрительным залом.

Это главное достоинство Гришковца, которое я заметил. И неслучайно в «Записках» мы развернули зрителя лицом друг к другу, а потом в спектакле «Город» мы зрителей практически сомкнули, посадив их, как перед зеркалом, друг перед другом.

Сегодня, спустя 10 лет, ставя новую пьесу Гришковца «Дом», мы вообще ушли со сцены, вышли в зрительный зал, и опять всё определяет пространство, в котором достигается абсолютное слияние зрительного зала с актерами.

Они теперь уже никак не разделены и ничем. Поэтому мне кажется, что Гришковец и сейчас, через 10 лет, ставит для нас и художественные, и технические задачи, что для ШРП очень важно.

Поэтому я Гришковца очень люблю. Считаю его выдающимся драматургом современности, выдающимся человеком театра, который провоцирует театр на определенные проявления.

Сейчас принято Гришковца не принимать и даже осуждать. Кажется, что и в этом он снова и снова провоцирует театр на живое проявление и живую реакцию.

— На момент возникновения ШСП происходил очевидный кризис современной драматургии, связанный как с отсутствием новых пьес, так и с нежеланием театров ставить такие пьесы, а зрителя — их смотреть. С тех пор многое изменилось и возникли театры, специализирующиеся исключительно на современной драматургии. Эти театры, насколько я могу судить, не считают ШСП в полной мере «своей», а в вас лично не видят ни единомышленника, ни соратника. Чем вы это объясняете? С другой стороны, вы стараетесь привлекать к работе у себя некоторых деятелей, связанных с этими театрами. Насколько легко это дается и насколько творчески успешным вы считаете по факту такое сотрудничество?
— Понимаю, что речь идет о театрах, которые называют себя «театрами новой драмы». Я достаточно хорошо знаю Театр.doc и его руководителя Михаила Угарова.

Это очень талантливый театр, а Угаров — это очень талантливый драматург и режиссер. Я смотрел там несколько спектаклей. Какие-то, как, например, «Борьба молдаван за картонную коробку», кажутся мне среднего уровня самодеятельностью.

Но недавно я посмотрел спектакль «Экспонаты», который показался мне высокохудожественным, профессиональным спектаклем. Наверное, в каждом театре есть то, что никак не принимается, а что-то, что очень принимается.

Мне кажется, что театры того направления, к которому относится Театр.doc, очень узко понимают срез сегодняшней общественной жизни.

Я не могу сказать, что мне неинтересны бомжи, проститутки, осужденные, что мне неинтересен вот такой вот, что называется, срез самого дна нашего общества, — интересен. Но я не думаю, что это и есть вся палитра, весь объем сегодняшнего человека и весь объем сегодняшней жизни.

Мало того, я думаю, что неслучайно в этих театрах не работают такие артисты, которые сегодня уже сами по себе есть большие художественные явления.

Неслучайно в этих театрах вы не найдете ни одного сформированного артиста. Не говорю уже о звездах, которыми горжусь и которые есть в театре «Школа современной пьесы».

То, что мои коллеги считают или не считают меня своим или чужим, — я не знаю, что ответить. Я часто получаю приглашения на читки, фестивали новой драмы.

Я там бываю не часто, но когда бываю, к сожалению, вижу там во многом дилетантизм, вижу там пошлость, вижу там безвкусицу, вижу там элементарную профессиональную необразованность, и поэтому я понимаю, что это нормальное театральное движение, которое есть в Европе, которое есть во всем мире.

Когда люди из других профессий хотят заниматься театром и кино, они начинают вот с такого полусамодеятельного ответвления нашей профессии. Начинают из студий, начинают из подвалов, отталкиваясь от изображений хорошо понятных, видимых, от максимально острых внешних слоев.

Чтобы остро проявить себя, может быть, и не нужно большого художественного таланта и затрат огромной художественной энергии. Достаточно, что называется, передразнить.

Во многом из того, что я видел и слышал, мои молодые коллеги дразнят жизнь. Потом кто-то из них приходит и поступает в какую-нибудь мастерскую нашей режиссерской кафедры ГИТИСа.

Он начинает погружаться в большое художественное наследие, которое существует в театре, погружаться в технологию, погружаться в литературу, погружаться во все смежные виды искусства, и тогда он, возможно, поставит, как Лев Додин, «Звезды на утреннем небе» — спектакль о проститутках, но этот спектакль будет не только о проститутках.

Притом что они будут действующими лицами. Мало того, для Додина это будет один из десятка его выдающихся спектаклей. А если он будет только о проститутках, мне этого мало. Пусть простят меня мои коллеги.

Почему и кого я приглашаю? Я пригласил Угарова. Он поставил у нас в театре очень хороший спектакль «Люди древнейших профессий».

Мне жаль, что зрители не очень хотят смотреть этот спектакль. Я пригласил Ивана Вырыпаева, и он поставил, по мне, спектакль совсем нетрадиционный, скажем так.

Он назывался «Объяснить», правда, мне он ничего не объяснил, но ничего страшного. Я считаю, что это нормальное дело. Наш театр — традиционный русский драматический театр. И я этого не стесняюсь, наоборот, этим горжусь. Театр, который ставит драматургию, сделанную по всем законам драматургии. Да, есть законы. Можно их нарушать? Можно, но ты должен знать, что нарушаешь закон. А вот не знать закон… Незнание закона не освобождает от творческой ответственности.

— В репертуаре «Школы» есть спектакли, возраст которых равен или приближается к возрасту самого театра. В то же время некоторые постановки вы снимаете с репертуара через несколько месяцев. По какому принципу вы как худрук определяете, жить спектаклю или нет? Легко ли вам дается такое решение? Чью постановку легче закрыть — собственную или чужую?
— Тяжело закрыть любой спектакль. Потому что для меня закрыть спектакль — лишить моего любимого артиста возможности выходить на сцену в разных ролях. Свой или чужой — не имеет значения. Но имеет значение, покупают ли на этот спектакль билеты. Это очень важно.

Если на спектакле «Пришел мужчина к женщине» в течение 20 лет неизменный аншлаг, я понимаю, что спектакль нужно поддерживать в художественной форме или дать ему второе рождение. Или поменять всё, что возможно поменять: декорации, артистов, костюмы, музыку, свет, решение, но тем не менее мне кажется, что зрители хотят об этом думать, хотят на это смотреть, в этом разбираться.

Если же пусть самый замечательный спектакль, кто бы его ни ставил — я или приглашенный режиссер, не вызывает интереса у зрителей и даже если критики будут кричать наперебой, что этот спектакль — украшение мирового театра, ну что делать…

Пусть тогда он украшает мировой театр, и зрители Европы и других стран будут счастливы от того, что они это видят. Принцип простой — это должно быть нужно людям, для которых существует театр.

Потому что это театр, не лаборатория. Театр — это производство, хоть это и грубо звучит, которое должно выдавать продукцию. Спектакли — это продукция, а продукция должна быть востребована.

Если выпускают автомобиль, а его никто не покупает, то он всё равно ржавеет, каким бы прекрасным он ни был. Я лично знал архитектора Бориса Улькина, который придумал потрясающий ледяной мост через реку. Было только одно но: на его эксплуатацию должно было уходить такое количество энергии, что рядом нужно было строить электростанцию.

Так и не построили ледяной мост. И я не строю.

— Любой театр, независимо от формы собственности, стремится к стопроцентной наполняемости зала. У вас в репертуаре имеются как и коммерческие хиты, так и проекты заведомо малодоходные. Вопрос по поводу вторых: по какому принципу вы эти проекты отбираете? Легко ли идете на риск и легко ли расстаетесь со спектаклем, если риск в результате кажется вам неоправданным? «Аугенапфелем» Саида Багова, «Москва. Психо» Андрея Жолдака, «Объяснить» Ивана Вырыпаева…
— Каждый спектакль создан из компонентов. Мне важно, какой режиссер это поставил, мне важно, какие артисты в этом спектакле играют, мне важно, кого я лишу работы...

Да, я понимаю, что спектакль «Аугенапфель» убыточный, но Саид Багов, кроме того что мой ученик по ГИТИСу, еще и очень талантливый человек. Я практически ни от кого не слышал, что спектакль «Аугенапфель» плохой.

Я слышал либо восторженные отзывы, либо разделяющие художественную программу Саида. Я вижу зрителей, которые приходят и с интересом смотрят, да, их немного, к сожалению, но тем не менее я считаю, что здесь должен быть некий компромисс. Нужно дать Саиду возможность играть, он играет. Нужно идти на заведомый коммерческий неуспех.

Что касается Жолдака, то мне его спектакль нравится. Он кажется мне мощным, художественным, доказанным, решенным. Мне кажется, что там замечательный актерский ансамбль, включая моих студентов, молодых артистов и немолодых артистов: и Филозова, и Ивана Мамонова, не говоря уже о Лене Кореневой.

Это ансамблевый спектакль. Мне очень жаль, что на этот спектакль плохо ходит зритель. Но я должен вам сказать: если раньше через десять минут часть зрителей бежала и зал пустел, то сейчас почти не уходят.

Мне кажется это любопытной тенденцией, мне кажется, что спектакль обретает своего зрителя. И я очень надеюсь, что «Москва. Психо» со временем займет свое место в театральной Москве, а в нашем театре он уже занял достойное место.

Что касается Ивана Вырыпаева и его спектакля «Объяснить», мне кажется, что это некая такая шутка, прикол талантливого человека. Если бы он так только меня приколол, ну я бы стерпел, улыбнулся; я и сам склонен к иронии. Но здесь прикол распространяется на многих ни в чем не виновных зрителей.

Притом что большинство критиков объявили это произведение высокохудожественным и глубоко философским, я эту позицию не разделяю. Когда я узнал, что дирекция «Золотой маски», ни разу не посмотрев этот спектакль, а только лишь услышав, кто и зачем его сделал, немедленно выдвинула его в программу Russian Case, я подумал, что пусть этот спектакль будет представлен от имени тех, кому нужна некая такая незавоеванная популярность.

Мы замечательно поговорили с Вырыпаевым и решили, что этот спектакль будет представлен Союзом театральных деятелей, которые отберут себе еще и это. Как они отобрали себе многое другое.

— Мы сегодня с сожалением наблюдаем, что театральные коллективы, пережившие свою славу, влачат жалкое существование, хотя и пользуются по инерции уважением значительной части публики, а зачастую и власти, но при этом художественное качество их постановок очевидно недостойно того статуса, который они имеют благодаря прежним заслугам. А почивающие на лаврах худруки стараются не замечать, а может, и в самом деле не замечают объективного положения дел. Можете ли вы гипотетически представить, что в какой-то момент в будущем сама идея театра «Школа современной пьесы», каким он задумывался вами в конце 80-х, исчерпает себя? Каковы могут быть, на ваш взгляд, приметы такого положения дел? И как бы вы на него отреагировали?
— Безусловно. Думаю, такое может быть. И из этого вижу два пути: либо появится кто-то из молодых режиссеров (я буду счастлив, если это будут мои ученики, поэтому я так стремлюсь к тому, чтобы в нашем театре после реконструкции были три сцены), кто программу этого театра конкретизирует, уточнит, может быть, переформулирует и поведет театр куда-то в другую сторону; либо это заглохнет и умрет естественной смертью, какой умирают те театры, о которых вы спрашиваете.

Приметы умирания? Хуже всего видеть молодящуюся старуху, хуже всего видеть дедушку с брюшком и сединой или лысиной, который пытается надеть на себя парик или делать вид, что он молод.

Такие люди не просто смешны — они нелепы. Так выглядят театры, которых уже нет, а они есть. Это видно, это чувствуется. Главное — не обманывать себя. Я ведь очень много читаю и о себе, и об этом театре дурного и плохого, я читаю очень много и возвышенного и хвалебного.

Мне говорил мой учитель Анатолий Васильевич Эфрос: «Если на твой спектакль из десяти рецензий девять захлебываются от восторга, а одна выражает сомнение в качестве твоего спектакля, то эту одну изучай до последнего слова».

К сожалению, я так и делаю, меня огорчает любое резкое слово и заставляет думать: почему этот человек так написал или так увидел? Думаю, надеюсь, что, как и в жизни, панацея от старости и вообще перспектива — только в детях.

Только во внуках, только в следующем поколении, поэтому для меня так важна педагогика, поэтому для меня важны мои ученики — режиссеры, артисты. Поэтому вся надежда на тех, кто идет за нами.

— Существует ли образец «театрального предприятия», на который вы в своей творческо-организаторской деятельности до некоторой степени ориентированы?
—Московский художественный театр в период своего создания и первых лет жизни. Я довольно внимательно читал, изучал разные материалы, начиная от самого Немировича-Данченко до, скажем, Алексея Дмитриевича Попова, который подробно описывает принятую там схему отношений. В том числе как он получал конверты и как однажды получил конверт, что он во МХАТе уже не работает. Мне кажется, там было найдено образцовое соотношение творчества и конторы, художественного и административного руководства.

Очень много хорошего я видел на Таганке, когда я в ней работал, очень многому я научился в «Современнике» того периода, когда он еще был на площади Маяковского. И хотя он был в состоянии кризиса, развала, он был очень живым тогда.

Я, надо сказать, очень многому научился у Галины Борисовны Волчек. Как она точно выбирала болевую точку в жизни театра и преодолевала ее. Очень многому научился у Юрия Петровича Любимова.

Многое наблюдал в зарубежных театрах, где я ставил спектакли. Очень мощная и интересная организация театра «Габима». Любопытна организация театра «Ла Мама» в Нью-Йорке. Интересен театр «Каруж» в Женеве, в котором вся жизнь расписана на несколько лет вперед по часам и минутам.

Я и до сих пор учусь.

Беседовал Вячеслав Шадронов




ОТПРАВИТЬ:       



 






Хозяйка красного дома

Гундареву боялись за острый язык

Наталья Гундарева производила впечатление человека, который может всё, и оно было недалеко от истины. Но как ей удавалось делать больше, чем другие?

04.11.2019 19:00, Ирина Кравченко, story.ru


Смертельные игры

«Король Лир» в Мастерской Петра Фоменко

«О том мы плачем, что пришли на сцену этого Всемирного театра дураков». Эта цитата из «Короля Лира» не так растиражирована и популярна, как классическое «Весь мир — театр», но не менее интересна и точна. Дело тут не только в философской глубине, но и в том, что в этом емком высказывании Шекспир если и не раскрывает секрет своих пьес, то, по крайней мере, называет главные ингредиенты художественной смеси, которая не теряет силы на протяжении веков.

11.05.2019 16:00, Татьяна Ратькина


Я без других

«Обломов» в Театре имени Вл. Маяковского

«Что такое обломовщина?» — этот вопрос, задаваемый с гневной или трагически серьезной интонацией, смутно припоминают даже те, кому ничего не говорят фамилии Добролюбова и Гончарова. Звучное слово, емкое понятие разрослось до стереотипа и заслонило породившие его тексты. Обломовщина пережила и главного героя произведения, и сам роман Ивана Александровича Гончарова. Работая над собственным «Обломовым», Миндаугас Карбаускис едва ли стремился исправить эту историческую несправедливость. Тем не менее, в его постановке нашлось место и для характера, и для типажа, и для лиризма, и для социальной критики.

02.03.2019 16:00, Татьяна Ратькина


Триумф «Славы»

Петербургский Большой драматический театр им. Г. Товстоногова показал в Москве спектакль Константина Богомолова «Слава» по пьесе сталинского лауреата 1930-х годов Виктора Гусева. Сенсационная постановка спустя несколько месяцев после премьеры вызвала новую волну восторгов и споров, при этом мало кто знает, что почти одновременно с Богомоловым в Москве на Новой сцене МХТ свою эскизную версию той же пьесы представил режиссер Михаил Рахлин.

01.02.2019 18:00, Вячеслав Шадронов


Осторожно, гештальты закрываются

Премьерный спектакль Бутусова

Премьерой, которой откроется в сентября новый сезон МХТ им. Чехова, станет первая после многолетнего перерыва постановка на сцене Художественного театра режиссера Юрия Бутусова «Человек из рыбы» по пьесе современного автора Аси Волошиной.

16.07.2018 16:00, Вячеслав Шадронов


В пространстве ожидания

«В ожидании Годо» в Театре имени Вахтангова

Сэмюэл Беккет по праву считается родоначальником театра абсурда. Самое известное его произведение – пьеса «В ожидании Годо» – описывает схематичных персонажей в искусственной ситуации. И полностью состоит из бессвязных диалогов. Но в этом нагромождении неясностей и нелепостей можно без труда различить реалистичную, почти будничную картину человеческой жизни, подчиненной привычкам и страху.

14.06.2018 16:00, Татьяна Ратькина


О божьем даре и яичнице

Премьера в Театре Российской Армии

«Омлет» — вещь, обманчивая в своей простоте, как, собственно, и сам омлет «по фирменному рецепту», который в самом деле готовят актеры в процессе спектакля. Можно элементарно получить удовольствие от «вкусно» закрученной истории и актерского куража, с которым эта история разыгрывается, а можно попытаться всмотреться вглубь, ловя и складывая реминисценции и многочисленные авторские подсказки в объемный пазл.

17.05.2018 16:00, Светлана Остужева


Проще сложного

Гарольд Пинтер в постановке Сергея Газарова

На премьере театра Современник «Не становись чужим» мне больше всего запомнилась реакция публики. Пустые места появились в зале уже после антракта; во время второго действия зрители устремились к выходу почти непрерывным потоком; а на поклонах решительный и демонстративный исход «некультурных» посетителей было не остановить.

18.03.2018 16:00, Татьяна Ратькина


Посмотри на меня

«Заповедник», СТИ, режиссер Сергей Женовач

Сергей Женовач продолжает серию спектаклей по знаковой прозе советского периода. Недавно была «Мастер и Маргарита» по роману М. Булгакова, до того – «Москва –Петушки» по В. Ерофееву. А теперь вот Довлатов. Режиссер выбирает мистические книги о природе страны Советов, о подлинных пружинах ее жизни.

21.02.2018 16:00, Татьяна Купченко


В стране глухих

«Бетховен» в театре «Практика»

Судьба Людвига ван Бетховена – подарок для режиссера. Сын придворного певца, затмивший королей своей славой. Любимец публики, стремившийся к одиночеству. Гениальный композитор, безуспешно боровшийся с глухотой. Эти парадоксы так и просятся на сцену.

17.02.2018 16:00, Татьяна Ратькина






 

Новости

Умер художественный руководитель Ленкома Марк Захаров
Умер художественный руководитель московского театра Ленком, народный артист СССР Марк Захаров.
«Викимедиа РУ» подготовила рекомендации по «Открытому наследию»
В рамках проекта «Открытое наследие», выполняемого с использованием гранта Президента Российской Федерации на развитие гражданского общества, предоставленного Фондом президентских грантов, в 2018—2019 годах НП «Викимедиа РУ» совместно с Ассоциацией интернет-издателей проведено исследование причин, препятствующих публикации в открытом доступе культурного наследия России.
Подведены итоги второго этапа конкурса «Общественное достояние — 2019»
Подведены итоги и награждены победители и призёры второго этапа конкурса «Общественное достояние — 2019», проходившего с 1 июня по 14 июля 2019 года. Призовой фонд мероприятия, проводившегося некоммерческим партнёрством «Викимедия РУ» в рамках проекта Ресурсный центр «Открытое наследие» за счёт средств гранта Президента РФ на развитие гражданского общества, составил 201 000 рублей.
Вышел трейлер документального фильма «Сорокин трип» про писателя Владимира Сорокина
Вышел трейлер документального фильма «Сорокин трип» — о русском писателе, драматурге и художнике Владимире Сорокине. Картина появится в прокате с 12 сентября.
Ресурсный центр «Открытое наследие» в Анапе
1 августа 2019 года в стенах Центральной библиотеки города Анапа прошла презентация ресурсного центра «Открытое наследие» для представителей библиотечного сообщества муниципального образования города-курорта Анапа. Пред представителями 29 филиалов Централизованной библиотечной системы выступили представители НП Викимедиа РУ Станислав Александрович Козловский и Дмитрий Александрович Жуков.

 

 

Мнения

Иван Засурский

Мать природа = Родина-Мать

О происходящем в Сибири в контексте глобального экологического кризиса

Мать природа — Родина-мать: отныне это будет нашей национальной идеей. А предателем будет тот, кто делает то, что вредит природе.

Сергей Васильев

«Так проходит мирская слава…»

О ситуации вокруг бывшего министра Михаила Абызова

Есть в этом что-то глобально несправедливое… Абызов считался высококлассным системным менеджером. Именно за его системные менеджерские навыки его дважды призывали на самые высокие должности.

Сергей Васильев, facebook.com

Каких денег нам не хватает?

Нужны ли сейчас инвестиции в малый бизнес и что действительно требует вложений

За последние десятилетия наш рынок насытился множеством современных площадей для торговли, развлечений и сферы услуг. Если посмотреть наши цифры насыщенности торговых площадей для продуктового, одёжного, мебельного, строительного ритейла, то мы увидим, что давно уже обогнали ведущие страны мира. Причём среди наших городов по этому показателю лидирует совсем не Москва, как могло бы показаться, а Самара, Екатеринбург, Казань. Москва лишь на 3-4-ом месте.

Иван Засурский

Пост-Трамп, или Калифорния в эпоху ранней Ноосферы

Длинная и запутанная история одной поездки со слов путешественника

Сидя в моём кабинете на журфаке, Лоуренс Лессиг долго и с интересом слушал рассказ про попытки реформы авторского права — от красивой попытки Дмитрия Медведева зайти через G20, погубленной кризисом Еврозоны из-за Греции, до уже не такой красивой второй попытки Медведева зайти через G7 (даже говорить отказались). Теперь, убеждал я его, мы точно сможем — через БРИКС — главное сделать правильные предложения! Лоуренс, как ни странно, согласился. «Приезжай на Grand Re-Opening of Public Domain, — сказал он, — там все будут, вот и обсудим».

Иван Бегтин

Слабость и ошибки

Выйти из ситуации без репутационных потерь не удастся

Сейчас блокировки и иные ограничения невозможно осуществлять без снижения качества жизни миллионов людей. Информационное потребление стало частью ежедневных потребностей, и сила государственного воздействия на эти потребности резко выросла, вызывая активное противодействие.

Владимир Яковлев

Зло не должно пройти дальше меня

Самое страшное зло в этом мире было совершено людьми уверенными, что они совершают добро

Зло не должно пройти дальше меня. Я очень люблю этот принцип. И давно стараюсь ему следовать. Но с этим принципом есть одна большая проблема.

Мария Баронова

Эпохальный вопрос

Кто за кого платит в ресторане, и почему в любой ситуации важно оставаться людьми

В комментариях возник вопрос: "Маша, ты платишь за мужчин в ресторанах?!". Кажется, настал момент залезть на броневичок и по этому вопросу.

Николай Подосокорский

Виртуальная дружба

Тенденции коммуникации в Facebook

Дружба в фейсбуке – вещь относительная. Вчера человек тебе писал, что восторгается тобой и твоей «сетевой деятельностью» (не спрашивайте меня, что это такое), а сегодня пишет, что ты ватник, мерзавец, «расчехлился» и вообще «с тобой все ясно» (стоит тебе написать то, что ты реально думаешь про Крым, Украину, США или Запад).

Дмитрий Волошин

Три типа трудоустройства

Почему следует попробовать себя в разных типах работы и найти свой

Мне повезло. За свою жизнь я попробовал все виды трудоустройства. Знаю, что не все считают это везением: мол, надо работать в одном месте, и долбить в одну точку. Что же, у меня и такой опыт есть. Двенадцать лет работал и долбил, был винтиком. Но сегодня хотелось бы порассуждать именно о видах трудоустройства. Глобально их три: найм, фриланс и свой бизнес.

«Этим занимаются контрабандисты, этим занимаются налетчики, этим занимаются воры»

Обращение Анатолия Карпова к участникам пресс-конференции «Музею Рериха грозит уничтожение»

Обращение Анатолия Карпова, председателя Совета Попечителей общественного Музея имени Н. К. Рериха Международного Центра Рерихов, президента Международной ассоциации фондов мира к участникам пресс-конференции, посвященной спасению наследия Рерихов в России.

Марат Гельман

Пособие по материализму

«О чем я думаю? Пытаюсь взрастить в себе материалиста. Но не получается»

Сегодня на пляж высыпало много людей. С точки зрения материалиста-исследователя, это было какое-то количество двуногих тел, предположим, тридцать мужчин и тридцать женщин. Высоких было больше, чем низких. Худых — больше, чем толстых. Блондинок мало. Половина — после пятидесяти, по восьмой части стариков и детей. Четверть — молодежь. Пытливый ученый, быть может, мог бы узнать объем мозга каждого из нас, цвет глаз, взял бы сорок анализов крови и как-то разделил бы всех по каким-то признакам. И даже сделал бы каждому за тысячу баксов генетический анализ.

Владимир Шахиджанян

Заново научиться писать

Как овладеть десятипальцевым методом набора на компьютере

Это удивительно и поразительно. Мы разбазариваем своё рабочее время и всё время жалуемся, мол, его не хватает, ничего не успеваем сделать. Вспомнилось почему-то, как на заре советской власти был популярен лозунг «Даёшь повсеместную грамотность!». Людей учили читать и писать. Вот и сегодня надо учить людей писать.

Дмитрий Волошин, facebook.com/DAVoloshin

Теория самоневерия

О том, почему мы боимся реальных действий

Мы живем в интересное время. Время открытых дискуссий, быстрых перемещений и медленных действий. Кажется, что все есть для принятия решений. Информация, много структурированной информации, масса, и средства ее анализа. Среда, открытая полемичная среда, наработанный навык высказывать свое мнение. Люди, много толковых людей, честных и деятельных, мечтающих изменить хоть что-то, мыслящих категориями целей, уходящих за пределы жизни.

facebook.com/ivan.usachev

Немая любовь

«Мы познакомились после концерта. Я закончил работу поздно, за полночь, оборудование собирал, вышел, смотрю, сидит на улице, одинокая такая. Я её узнал — видел на сцене. Я к ней подошёл, начал разговаривать, а она мне "ыыы". Потом блокнот достала, написала своё имя, и добавила, что ехать ей некуда, с парнем поссорилась, а родители в другом городе. Ну, я её и пригласил к себе. На тот момент жена уже съехала. Так и живём вместе полгода».

Александр Чанцев

Вскоре похолодало

Уикэндовое кино от Александра Чанцева

Радость и разочарование от новинок, маргинальные фильмы прошлых лет и вечное сияние классики.

Ясен Засурский

Одна история, разные школы

Президент журфака МГУ Ясен Засурский том, как добиться единства подходов к прошлому

В последнее время много говорилось о том, что учебник истории должен быть единым. Хотя очевидно, что в итоге один учебник превратится во множество разных. И вот почему.

Ивар Максутов

Необратимые процессы

Тяжелый и мучительный путь общества к равенству

Любая дискриминация одного человека другим недопустима. Какой бы причиной или критерием это не было бы обусловлено. Способностью решать квадратные уравнения, пониманием различия между трансцендентным и трансцендентальным или предпочтениям в еде, вине или сексуальных удовольствиях.

Александр Феденко

Алексей Толстой, призраки на кончике носа

Александр Феденко о скрытых смыслах в сказке «Буратино»

Вы задумывались, что заставило известного писателя Алексея Толстого взять произведение другого писателя, тоже вполне известного, пересказать его и опубликовать под своим именем?

Игорь Фунт

Черноморские хроники: «Подогнал чёрт работёнку»...

Записки вятского лоха. Июнь, 2015

Невероятно красивая и молодая, размазанная тушью баба выла благим матом на всю курортную округу. Вряд ли это был её муж – что, впрочем, только догадки. Просто она очень напоминала человека, у которого рухнули мечты. Причём все разом и навсегда. Жёны же, как правило, прикрыты нерушимым штампом в серпасто-молоткастом: в нём недвижимость, машины, дачи благоверного etc.

Марат Гельман

Четыре способа как можно дольше не исчезнуть

Почему такая естественная вещь как смерть воспринимается нами как трагедия?

Надо просто прожить свою жизнь, исполнить то что предначертано, придет время - умереть, но не исчезнуть. Иначе чистая химия. Иначе ничего кроме удовольствий значения не имеет.

Андрей Мирошниченко, медиа-футурист, автор «Human as media. The emancipation of authorship»

О роли дефицита и избытка в медиа и не только

В презентации швейцарского футуриста Герда Леонарда (Gerd Leonhard) о будущем медиа есть замечательный слайд: кролик окружен обступающей его морковью. Надпись гласит: «Будь готов к избытку. Распространение, то есть доступ к информации, больше не будет проблемой…».

Михаил Эпштейн

Симпсихоз. Душа - госпожа и рабыня

Природе известно такое явление, как симбиоз - совместное существование организмов разных видов, их биологическая взаимозависимость. Это явление во многом остается загадкой для науки, хотя было обнаружено швейцарским ученым С. Швенденером еще в 1877 г. при изучении лишайников, которые, как выяснилось, представляют собой комплексные организмы, состоящие из водоросли и гриба. Такая же сила нерасторжимости может действовать и между людьми - на психическом, а не биологическом уровне.

Игорь Фунт

Евровидение, тверкинг и Винни-Пух

«Простаквашинское» уныние Полины Гагариной

Полина Гагарина с её интернациональной авторской бригадой (Габриэль Аларес, Иоаким Бьёрнберг, Катрина Нурберген, Леонид Гуткин, Владимир Матецкий) решили взять Евровидение-2015 непревзойдённой напевностью и ласковым образным месседжем ко всему миру, на разум и благодатность которого мы полагаемся.

Петр Щедровицкий

Социальная мечтательность

Истоки и смысл русского коммунизма

«Pyccкиe вce cклoнны вocпpинимaть тoтaлитapнo, им чyжд cкeптичecкий кpитицизм эaпaдныx людeй. Этo ecть нeдocтaтoк, npивoдящий к cмeшeнияи и пoдмeнaм, нo этo тaкжe дocтoинcтвo и yкaзyeт нa peлигиoзнyю цeлocтнocть pyccкoй дyши».
Н.А. Бердяев

Лев Симкин

Человек из наградного листа

На сайте «Подвиг народа» висят наградные листы на Симкина Семена Исааковича. Моего отца. Он сам их не так давно увидел впервые. Все четыре. Последний, 1985 года, не в счет, тогда Черненко наградил всех ветеранов орденами Отечественной войны. А остальные, те, что датированы сорок третьим, сорок четвертым и сорок пятым годами, выслушал с большим интересом. Выслушал, потому что самому читать ему трудновато, шрифт мелковат. Все же девяносто.

 

Календарь

Олег Давыдов

Колесо Екатерины

Ток страданий, текущий сквозь время

7 декабря православная церковь отмечает день памяти великомученицы Екатерины Александрийской. Эта святая считалась на Руси покровительницей свадеб и беременных женщин. В её день девушки гадали о суженом, а парни устраивали гонки на санках (и потому Екатерину называли Санницей). В общем, это был один из самых весёлых праздников в году. Однако в истории Екатерины нет ничего весёлого.

Ив Фэрбенкс

Нельсон Мандела, 1918-2013

5 декабря 2013 года в Йоханнесбурге в возрасте 95 лет скончался Нельсон Мандела. Когда он болел, Ив Фэрбенкс написала эту статью о его жизни и наследии

Достижения Нельсона Ролилахлы Манделы, первого избранного демократическим путем президента Южной Африки, поставили его в один ряд с такими людьми, как Джордж Вашингтон и Авраам Линкольн, и ввели в пантеон редких личностей, которые своей глубокой проницательностью и четким видением будущего преобразовывали целые страны. Брошенный на 27 лет за решетку белым меньшинством ЮАР, Мандела в 1990 году вышел из заточения, готовый простить своих угнетателей и применить свою власть не для мщения, а для создания новой страны, основанной на расовом примирении.

Молот ведьм. Существует ли колдовство?

5 декабря 1484 года началась охота на ведьм

5 декабря 1484 года была издана знаменитая «ведовская булла» папы Иннокентия VIII — Summis desiderantes. С этого дня святая инквизиция, до сих пор увлечённо следившая за чистотой христианской веры и соблюдением догматов, взялась за то, чтобы уничтожить всех ведьм и вообще задушить колдовство. А в 1486 году свет увидела книга «Молот ведьм». И вскоре обогнала по тиражам даже Библию.

Максим Медведев

Фриц Ланг. Апология усталой смерти

125 лет назад, 5 декабря 1890 года, родился режиссёр великих фильмов «Доктор Мабузе…», «Нибелунги», «Метрополис» и «М»

Фриц Ланг являет собой редкий пример классика мирового кино, к работам которого мало применимы собственно кинематографические понятия. Его фильмы имеют гораздо больше параллелей в старых искусствах — опере, балете, литературе, архитектуре и живописи — нежели в пространстве относительно молодой десятой музы.

Игорь Фунт

А портрет был замечателен!

5 декабря 1911 года скончался русский живописец и график Валентин Серов

…Судьба с детства свела Валентина Серова с семьёй Симонович, с сёстрами Ниной, Марией, Надеждой и Аделаидой (Лялей). Он бесконечно любил их, часто рисовал. Однажды Маша и Надя самозабвенно играли на фортепьяно в четыре руки. Увлеклись и не заметили, как братик Антоша-Валентоша подкрался сзади и связал их длинные косы. Ох и посмеялся Антон, когда сёстры попробовали встать!

Юлия Макарова, Мария Русакова

Попробуй, обними!

4 декабря - Всемирный день объятий

В последнее время появляется всё больше сообщений о международном движении Обнимающих — людей, которые регулярно встречаются, чтобы тепло обнять друг друга, а также проводят уличные акции: предлагают обняться прохожим. Акции «Обнимемся?» проходят в Москве, Санкт-Петербурге и других городах России.

Илья Миллер

Благодаря Годара

85 лет назад, 3 декабря 1930 года, родился великий кинорежиссёр, стоявший у истоков французской новой волны

Имя Жан-Люка Годара окутано анекдотами, как ни одно другое имя в кинематографе. И это логично — ведь и фильмы его зачастую представляют собой не что иное, как связки анекдотов и виньеток, иногда даже не скреплённые единым сюжетом.

Денис Драгунский

Революционер де Сад

2 декабря 1814 года скончался философ и писатель, от чьего имени происходит слово «садизм»

Говорят, в штурме Бастилии был виноват маркиз де Сад. Говорят, он там как раз сидел, в июле месяце 1789 года, в компании примерно десятка заключённых.

Александр Головков

Царствование несбывшихся надежд

190 лет назад, 1 декабря 1825 года, умер император Александра I, правивший Россией с 1801 по 1825 год

Александр I стал первым и последним правителем России, обходившимся без органов, охраняющих государственную безопасность методами тайного сыска. Четверть века так прожили, и государство не погибло. Кроме того, он вплотную подошёл к черте, за которой страна могла бы избавиться от рабства. А также, одержав победу над Наполеоном, возглавил коалицию европейских монархов.

Александр Головков

Зигзаги судьбы Маршала Победы

1 декабря 1896 года родился Георгий Константинович Жуков

Его заслуги перед отечеством были признаны официально и всенародно, отмечены высочайшими наградами, которых не имел никто другой. Потом эти заслуги замалчивались, оспаривались, отрицались и снова признавались полностью или частично.


 

Интервью

Энрико Диндо: «Главное – оставаться собой»

20 ноября в Большом зале Московской консерватории в рамках IХ Международного фестиваля Vivacello выступил Камерный оркестр «Солисты Павии» во главе с виолончелистом-виртуозом Энрико Диндо.

В 1997 году он стал победителем конкурса Ростроповича в Париже, маэстро сказал тогда о нем: «Диндо – виолончелист исключительных качеств, настоящий артист и сформировавшийся музыкант с экстраординарным звуком, льющимся, как великолепный итальянский голос». С 2001 года до последних дней Мстислав Ростропович был почетным президентом оркестра I Solisti di Pavia. Благодаря таланту и энтузиазму Энрико Диндо ансамбль добился огромных успехов и завоевал признание на родине в Италии и за ее пределами. Перед концертом нам удалось немного поговорить.

«Музыка Земли» нашей

Пианист Борис Березовский не перестает удивлять своих поклонников: то Прокофьева сыграет словно Шопена – нежно и лирично, то предстанет за роялем как деликатный и изысканный концертмейстер – это он-то, привыкший быть солистом. Теперь вот выступил в роли художественного руководителя фестиваля-конкурса «Музыка Земли», где объединил фольклор и классику. О концепции фестиваля и его участниках «Частному корреспонденту» рассказал сам Борис Березовский.

Александр Привалов: «Школа умерла – никто не заметил»

Покуда школой не озаботится общество, она так и будет деградировать под уверенным руководством реформаторов

Конец учебного года на короткое время поднял на первые полосы школьную тему. Мы воспользовались этим для того, чтобы побеседовать о судьбе российского образования с научным редактором журнала «Эксперт» Александром Николаевичем Приваловым. Разговор шёл о подлинных целях реформы образования, о том, какими знаниями и способностями обладают в реальности выпускники последних лет, бесправных учителях, заинтересованных и незаинтересованных родителях. А также о том, что нужно, чтобы возродить российскую среднюю школу.

Василий Голованов: «Путешествие начинается с готовности сердца отозваться»

С писателем и путешественником Василием Головановым мы поговорили о едва ли не самых важных вещах в жизни – литературе, путешествиях и изменении сознания. Исламский радикализм и математическая формула языка Платонова, анархизм и Хлебников – беседа заводила далеко.

Дик Свааб: «Мы — это наш мозг»

Всемирно известный нейробиолог о том, какие значимые открытия произошли в нейронауке в последнее время, почему сексуальную ориентацию не выбирают, куда смотреть молодым ученым и что не так с рациональностью

Плод осознанного мыслительного процесса ни в коем случае нельзя считать продуктом заведомо более высокого качества, чем неосознанный выбор. Иногда рациональное мышление мешает принять правильное решение.

«Триатлон – это новый ответ на кризис среднего возраста»

Михаил Иванов – тот самый Иванов, основатель и руководитель издательства «Манн, Иванов и Фербер». В 2014 году он продал свою долю в бизнесе и теперь живет в США, открыл новый бизнес: онлайн-библиотеку саммари на максимально полезные книги – Smart Reading.

Андрей Яхимович: «Играть спинным мозгом, развивать анти-деньги»

Беседа с Андреем Яхимовичем (группа «Цемент»), одним из тех, кто создавал не только латвийский, но и советский рок, основателем Рижского рок-клуба, мудрым контркультурщиком и настоящим рижанином – как хороший кофе с черным бальзамом с интересным собеседником в Старом городе Риги. Неожиданно, обреченно весело и парадоксально.

«Каждая собака – личность»

Интервью со специалистом по поведению собак

Антуан Наджарян — известный на всю Россию специалист по поведению собак. Когда его сравнивают с кинологами, он утверждает, что его работа — нечто совсем другое, и просит не путать. Владельцы собак недаром обращаются к Наджаряну со всей страны: то, что от творит с животными, поразительно и кажется невозможным.

«Самое большое зло, которое может быть в нашей профессии — участие в создании пропаганды»

Правила журналистов

При написании любого текста я исхожу из того, что никому не интересно мое мнение о происходящем. Читателям нужно само происходящее, моя же задача - максимально корректно отзеркалить им картинку. Безусловно, у меня есть свои личные пристрастия и политические взгляды, но я оставлю их при себе. Ведь ни один врач не сообщает вам с порога, что он - член ЛДПР.

Юрий Арабов: «Как только я найду Бога – умру, но для меня это будет счастьем»

Юрий Арабов – один из самых успешных и известных российских сценаристов. Он работает с очень разными по мировоззрению и стилистике режиссёрами. Последние работы Арабова – «Фауст» Александра Сокурова, «Юрьев день» Кирилла Серебренникова, «Полторы комнаты» Андрея Хржановского, «Чудо» Александра Прошкина, «Орда» Андрея Прошкина. Все эти фильмы были встречены критикой и зрителями с большим интересом, все стали событиями. Трудно поверить, что эти сюжеты придуманы и написаны одним человеком. Наш корреспондент поговорила с Юрием Арабовым о его детстве и Москве 60-х годов, о героях его сценариев и религиозном поиске.