В сентября 2009 года исполнилось 40 лет первой передаче данных между компьютерами. Предназначенный для беспрепятственной передачи информации, интернет за эти годы возмужал, став одной из основ цивилизации. Столь важная роль, однако, не обошлась без обязательного атрибута возмужания — на смену ничем не ограниченной свободе пришли запреты. Может ли современное общество позволить себе свободу?
В начале были хакеры
Наверное, никто из тех двадцати исследователей и инженеров, которые 2 сентября 1969 года собрались в лаборатории Лена Кляйнрока в Университете Калифорнии в Лос-Анджелесе посмотреть, как два компьютера передают друг другу информацию через пятиметровый кабель, не мог представить, чем всё закончится. Для них это был первый шаг к созданию всего лишь Arpanet, компьютерной сети, которая в перспективе должна была объединить компьютеры американских военных баз и университетов на случай войны. Чуть позже к сети присоединился Стэнфордский исследовательский институт, а потом Университет Калифорнии в Санта-Барбаре и Университет Юты. Только потом, в 1970-е годы, появилась электронная почта и универсальный коммуникационный протокол TCP/IP, на котором держится вся современная сеть сетей — интернет, а в 1980-е — современная система адресации доменов с её .com, .org и пр. Интернет перестал быть секретной штукой для вояк и гиков, а с появлением веба стал открыт практически всем.
Безграничная свобода длилась недолго. Появление первого же вируса заставило задуматься о безопасности Сети. Чем больше рос интернет, тем больше в нём становилось ресурсов, росли риски злонамеренного использования и необходимость обеспечения защищённой и безопасной коммуникации. Однако героем Сети оставался гик, программер, хакер — тот, кто умеет и знает и как взломать сайт, и как обеспечить его безопасность. Собственно, и до сих пор лучшие специалисты по сетевой безопасности получаются из «бывших» хакеров. Такая атмосфера накладывала отпечаток на «культуру Сети», придавая ей отчётливо меритократический характер — управляют те, кто достоин, то есть те, кто знает и умеет, а не те, у кого, к примеру, власть и деньги. А тот, кто умеет, может реализовать своё умение в любом месте Сети.
Свобода сетевой коммуникации была очевидной ценностью — связать всех со всеми, дать возможность каждому сделать веб-страницу, устранить границы, барьеры, преграды. Но стремление к максимальной свободе всякий раз наталкивалось на проблемы, порождаемые тёмной стороной человеческой природы. Например, свобода электронной почты не могла подвергнуться никакому сомнению, пока не появился спам. Сложно переоценить возможность свободного обмена сообщениями в мессенджере — до тех пор, пока не встретишь бота. Свобода слова в ЖЖ безусловно радует до той поры, пока не забредёт какой-нибудь тролль.
Чем больше интернет и связанные с ним технологии входили в производственные процессы и общественную жизнь, а бизнес и публичная сфера осваивали Сеть, тем больше они приносили в интернет своих представлений о свободе, ответственности и ограничениях. А ещё — конкуренцию, жестокую борьбу за клиентов, идеологические священные войны… В конце концов, когда интернет стал претендовать на роль одного из основных средств социальной коммуникации, им вплотную занялись государства, что, видимо, было уже неизбежно.
В Сеть с паспортом
Обычно, когда говорят о цензуре в интернете, сразу вспоминают Китай. Это неудивительно: власти страны сначала организовали работу всемирно известного «файервола», затем устроили кампанию по зачистке национальной доменной зоны от порносайтов, а летом этого года пытались заставить продавать только те компьютеры, на которых установлено специальное программное обеспечение, запрещающее доступ к тем интернет-ресурсам, которые, по мнению властей, могут нанести урон психике местных интернет-пользователей.
Китай регулярно перекрывает доступ к сайтам западных СМИ каждый раз, когда в них появляются критические статьи в адрес китайского правительства. Чаще всего камнем преткновения становится тибетский вопрос. Другой удобный повод — порнография. «Да, конечно, дело тут не только в порнографии. Они хотят, чтобы люди не читали «вредные» статьи, это у вас называется цензурой, — рассказал корреспонденту «Частного корреспондента» Чжоу Гуанья, студент из Китая, получающий высшее образование в Белорусском государственном университете. — Но я считаю, что это необходимо. Нашим людям нужна цензура: зачем смотреть порно, зачем читать какие-то непонятные западные статьи, если они только вредят? Лучше иметь девушку и получить хорошую работу, чем забивать голову этой ерундой. Наше государство помогает нам, а не ущемляет нас». По словам Чжоу, такого же мнения придерживаются все его друзья.
Видимо, следуя воле народа, в начале июля китайское правительство издало секретную директиву, в соответствии с которой все желающие оставить комментарии на крупных онлайновых новостных ресурсах Китая теперь обязаны регистрироваться под своими настоящими именами с указанием идентификационных данных. Представьте себе, что при попытке откомментировать статью в «Часкоре» или «Газете.Ru» вам пришлось бы оставлять данные своего паспорта…
Сетевые пограничники
Впрочем, Китай не единственная страна, которая прибегает к самым решительным мерам, чтобы защитить психику и идеологическое здоровье своих граждан. Верные ученики китайского управления информации в прошлом году нашлись в МВД Грузии, по приказу которого на месяц главный провайдер республики отключил целую доменную зону «противника» — географическую зону .ru. Целый месяц грузинские пользователи оставались без доступа к российским источникам информации и сервисам Рунета.
Национальные границы, которые казались прозрачными и потерявшими былую значимость в эпоху сетевого детства, вдруг снова стали ясно различимыми и активными ограничениями для распространения контента. Парадоксально, но введение адресации на национальных языках само по себе может ограничить международную коммуникацию. Если сейчас для того, чтобы попасть на какой-нибудь арабский или китайский сайт, который содержит контент не только на национальных языках, вполне достаточно школьного знания английского языка, то с введением адресации на арабском или китайском лёгкая доступность национальных сайтов серьёзно уменьшится.
Впрочем, главный «пограничник» в интернете пока государство. Примечательно, что государство для этого вовсе не обязательно должно быть таким же авторитарным, как Китай, Пакистан или Грузия. Угроза построения интернет-фильтра по китайскому образцу зависла, например, над австралийцами. Правительство Австралии уже начало тестирование собственного файервола, который будет блокировать нелегальные веб-сайты. К их числу правительство намерено отнести сайты с детской порнографией, сайты, которые могут нести в себе опасный террористический контент, а также файлообменные сети. Австралийские правозащитные организации тут же выступили против, заявив, что действия властей направлены на ущемление прав своих граждан на получение информации.
Terms of Service: правила бизнеса
Файлообменные сети волнуют не только Австралию. Скандалы и преследования пользователей за последнее десятилетие повсеместно происходят во всех крупных странах Запада. Самый яркий скандал текущего года — попытка правительства Франции пропихнуть через парламент страны закон о трёх предупреждениях. Законопроект предусматривал, что пользователи, скачивающие нелегальный медийный контент из Сети, после трёх предупреждений должны отключаться от интернета сроком на год. Правительство отстаивало интересы индустрии контента. Однако сначала Национальное собрание, а потом и Конституционный совет страны отвергли проект правительства, сочтя, что интересы свободы информации важнее интересов частных собственников. Собственно, против принятия законопроекта были и интернет-провайдеры: ведь если пользователям запретить скачивать большие объёмы информации, то это может нанести урон их бизнесу.
Впрочем, ситуация с запретом на использование файлообменных сетей во Франции вряд ли исчерпана: очевидно, к этому вопросу законодатели вернутся позже. Так или иначе, ситуация во Франции наглядно демонстрирует не только то, что интернет уже стал таким же атрибутом образа жизни, как, например, телевизор, но и то, что свои ограничения в свободное распространение контента стремится внести и сам бизнес. Во всяком случае, влиятельная его часть в лице индустрии развлечений. Кажется, что главный социально-политический вопрос эпохи революций — вопрос о частной собственности — в цифровую эпоху нашёл себе замену другим: вопросом об авторских правах.
Сетевая нейтральность
Насколько вправе государство или бизнес-структуры вмешиваться в передачу данных, например, защищаемых авторским правом или нарушающих распространённые представления об общественной морали? Эта проблема, которую в США называют проблемой «сетевой нейтральности», до последнего времени была не слишком актуальна в России. Собственно, до то той поры, пока проникновение широкополосного доступа к Сети не стало если не нормой, то, во всяком случае, насущной необходимостью. И как только ситуация назрела, государство и общество, по преимуществу в лице представителей местной власти и озабоченных моральным обликом сограждан общественников, занялись спорадическим преследованием блогеров и «работой» с интернет-провайдерами. Дело, однако, не только в блогерах или файлообменных сетях. Скандал вокруг интернет-телефонии показал, что к быстрому изменению конкурентной среды не готов и большой бизнес, который предпочитает вводить ограничения, а не стараться приспосабливаться к развитию технологий.
Чем больше интернет становится частью нашей жизни, тем больше в него внедряется привычных и в офлайновой жизни ограничений. Общество пытается «продлить» внутрь Сети знакомые ему барьеры, без которых оно пока не мыслит своё существование, — национальные, политические, коммерческие.
Примечательно, однако, что, как в начале интернета, главным героем опять оказывается всё тот же хакер, тот, кто умеет. Другое дело, что теперь хакером при желании может стать, в сущности, любой. И если раньше Сеть казалось тем местом, где правила внешнего мира не действуют, то теперь сетевые территории, в которые можно от них сбежать, нужно обустраивать самостоятельно. При умении даже в Китае, выйдя в Сеть, вы сможете найти информацию о движении за независимость Тибета, и даже при самой жёсткой системе мониторинга Сети можно переслать электронное письмо так, что его сможет прочитать только тот, кому вы его отправили.
Кризис среднего возраста обычно заканчивается пониманием того, что жизнь ещё не закончилась. Вот и в интернете история борьбы свободы и ограничений ещё не завершена.
